Это не напишут в учебниках

— Англия, что ты опять наделал? — Ругнулся Германия скатываясь с придавленного им же Италии. Распластанное тельце облегченно выдохнуло. — Англия, Англия… — Пробурчал себе под нос Артур. - Эй почему если происходит что-либо, то сразу Англ… Виносос?! Ну-ка слезь с меня, лягушатник! Германия повернул голову, и перед ним предстала занимательная картина. Франция гордо восседал на Кёркленде как на необъезженном коне. Ну брыкался Англия похожим образом, пытаясь сбросить прифигевшего от такого расклада француза. Удалось секунд через тридцать, так как спутанные конечности быстрому выпутыванию не способствуют. — Вее~ — Наконец все распутались и удалось поднять заспанного Италию. Страны, наконец, смогли осмотреться. С неба бесшумно падали крупные, кружевные снежинки. С ночных небес лили свет россыпи мерцающих звезд. В ельнике, где оказались товарищи, земля была покрыта толстым слоем снежного покрывала. На изумрудных лапах елей аккуратными мазками была рассыпана снежная крупа. Все в этом волшебном месте выражало покой и безмятежность. — Мon chéri, — спокойно обратился к своему заклятому другу француз, — ты ничего не хочешь нам объяснить? Англичанин свел к переносице густые брови, что между ними пролегла морщинка и скрестил руки на груди. — Ты это на что намекаешь? — О, Mon amour, — Англичанин шарахнулся от него, как от чумного, — Я не намекаю, я тебя прямо спрашиваю, что ты сделал? Франция тут же перебил, собиравшегося разразиться очередным возмущением Англию. — Я собирался отходить ко сну, а теперь стою посреди зимнего леса, это немного странно, не так ли? — Я все сказал, я тут ни при чём. — Открестился от всех обвинений Англия. В разговор решил вмешаться немец, — Англия, магией владеешь только ты, а без нее тут точно не обошлось. — Ахен, это точно ты виноват! — Как чёрт из табакерки появился Китай. — И ты тут? — Удивился Француз — Лучше бы был не тут. — Огрызнулся Яо, — Я сижу на трибуне смотря за хоккейный матчем между мной и Россией, а теперь непонятно где! — Хоккейный матч? — Из-за спины француза вышел Канада, его снова не заметили, хотя он уже и не обижается на это, но в темном лесу его и вправду было сложно заметить. — ЭЙ!!! — Раздался громкий крик откуда-то сверху. Этот голос было очень сложно не узнать, это был никто иной, как Америка. Страны начали вертеть головами ища источник звука. — Мы здесь! — Это был уже другой голос, но не менее знакомый — Япония. Альфред и Хонда сидели на высокой сосне, Джонс где-то в десяти метрах над землей, а Кику на ветке пониже. — Вы хоть на земле, а мы висим тут как мартышки! — Он своим возмущением хотел показать, что претензии остальных ничтожно малы, по сравнению с проблемой их дуэта. — Дойцу! — Возмущение Американца прервал одновременно испуганный и удивленный голос Северного Италии. — Я следов не оставляю! — Италия, давай без твоих глупостей, — Германия устало потёр переносицу и зажмурился до темных мушек перед глазами, сейчас он был занят тем, что думал о том, как снять этих двоих с высокого хвойного дерева. Но в следующий момент относительную тишину прервал испуганный вскрик француза. Франциск был до ужаса суеверен и очень даже испугался, когда понял, что ни один из них, несмотря на то, что они топчутся на месте уже минут пять, не оставил ни единого следа. Снег был девственно чист. — Angleterre vous êtes le diable! Vous nous avez tué! [Англия ты дьявол! Ты убил нас!] — Истерично кричал Франция. — Хватит меня во всем обвинять! И прекрати визжать, как свинья! — Англия, ты опять магичил? — Немец решил расставить все точки над i. — Ну. это не было направлено против вас или как-то связано с вами. — И против кого же это было направлено? — Немного успокоился француз, очевидно догадавшись. — Против России. Узнать его слабости. — Ну понятно… — Закатив глаза, протянули страны. — Что вам понятно? — В своей манере огрызался англичанин. — Что ты опять хотел заколдовать Россию, а судьба показала тебе фигуру из трех пальцев. — За спиной англичанина раздался еще один голос. — Братик Романо, ты тоже здесь? — Задал довольно глупый вопрос Фелечиано. — Конечно я здесь… — Старший прикусил язык, в конце он хотел добавить идиот, скорее всего по привычке, но Испании здесь не было, а все оскорбления, обычно, адресовывались именно ему. — Вы про нас не забыли? — Америка решил обратить на себя любимого всеобщее внимание. — Прыгайте. — Крикнул им Южный Италия. — Ты, что такое говоришь?! — До этого молчавший японец, вцепился в дерево еще сильнее. — Я тоже на дереве появился, даже выше тебя, — Он указал пальцем на Америку, — Спрыгнул и ничего не случилось. — Точно? — Недоверчиво поинтересовался Джонс. — Ну я же перед вами стою. Америка и Япония посмотрев друг на друга решили послушать южанина. Они действительно спокойно спрыгнули с дерева, будто просто встали со стула. На земле, куда они приземлились, не осталось даже вмятины на снегу, что стало еще одной догадкой в их магическом появлении здесь.  — И что нам делать? — Спросил Младший Варгас. — Думаю, что это у Артюра спросить надо. — Если ты, лягушка, еще раз назовешь меня «Артюр», я тебе всю бороду выщипаю. Франциск решил не отвечать на данное оскорбление, а перешел сразу к предположениям. — Эвана среди нас нет, думаю его надо подождать и определить, где мы. Страны начали осматриваться по сторонам, пытаясь понять, где они и что происходит, логичнее было бы спросить у самого англичанина, но тот и сам ничего не понимал. Тут, недалеко от них зашевелился самый выдающийся сугроб. Некоторые сразу же обратили на это внимание. С верхушки снежной пирамидки посыпались комочки снега и уже через секунду из сугроба вылезла маленькая детская голова. А после выбрался и весь малыш целиком. Он был одет в голубую шапочку с белым пушком, такого же типа маленькое пальто, штанишки и валенки с варежками. — Подождали… — Прошептал Яо, сразу же узнав в этом маленьком ангелочке будущую Империю Зла. — Ты хочешь сказать, что. — Начал Америка, но почему-то заткнулся на полуслове. Китай уловил движение его мысли и ничего не отвечая кивнул. — Серьезно? — Англия, кажется, был шокирован больше всех. — Выходит, мы будем наблюдать за его прошлым? — Южный Италия тоже был напряжен. — ЧТО?! — В унисон загалдели Франциск с Людвигом. И буквально набросились на англичанина. — А ну быстро отправляй нас обратно! — Вцепился в плечи англичанина Франция, наверняка, до синяков. Германия пытался оперативно этому содействовать. Есть в истории России несколько объединяющих их моментов, которые хотелось бы навсегда забросить в дальние уголки сознания и никогда не вспоминать. — Вы чего?! Из ума выжили? — Пытался отбиться от них англичанин. — Давай, маши своей палочкой и переноси нас отсюда! — Отвали, виносос! Палочка осталась в подвале, без нее я ничего не могу сделать! — Хреновая из тебя фея, раз ничего сделать не можешь! — Подхватил гневную ноту немец. Пока эти трое выясняли отношения остальные во все глаза уставились на Ивана. Тот оглядывал своими огромными голубыми глазенками, залитую лунным светом, припорошенную снегом поляну. Немного повозившись малыш буквально скатился по пологому краю сугроба. И мягко приземлившись, улыбнулся. — Вее~ Он такой милый. — Почти пропищал Италия. Все с ним молча согласились. Германия, от которого Кёркленд все-таки вырвался вообще стоял как вкопанный. Он был на порядок младше России и естественно видеть его таким было странно. Очень странно. Они лучшие торговые партнеры и Германия по праву считал его своим товарищем или даже другом. В свете последних событий отношения все же немного пришли в упадок, но все же не все так плохо, как могло быть. Он не мог точно сказать как к нему относится сам Иван. Людвиг пробовал самый проверенный мужской способ узнать друг друга поближе — выпить. Правда это обычно не венчалось успехом, так как медленно, но верно Русский уже сам накачивал немца алкоголем, а сам то ни в одном глазу! Начали кружиться мелкие снежинки. Россия посмотрел вверх и попытался поймать одну маленькой ладошкой. Но не успел и она приземлилась прямо ему на нос. От чего он незамедлительно чихнул и зажмурившись шмыгнул носом. — Кава-а-ай~ — Растекся лужицей Япония. Ветер насвистывал свою, волшебную мелодию. Шелестели еловые ветки соприкасаясь друг с другом. Здесь будто все ожило, было волшебным. Россия громко выдохнул и изо рта, вырвалось облачко пара. Он моргнул и отшатнулся от такой «неожиданности». Но потом понял, что ему ничего не угрожает и это очень даже весело. Ребенок с преогромнейшим интересом наблюдал за своим маленьким «открытием», он снова и снова выдыхал маленькие облака, пока и его и остальных стран не вывел из раздумий хруст веток. Обернувшиеся на источник звука страны увидели раздвигающиеся лапы елей с которых падал серебристый снег, кто это был, пока было непонятно. Но на лице малыша появилась какая-то уж слишком счастливая улыбка. Послышался хруст снега под чьим-то весом. Россия и все страны посмотрели на маленький просвет между елями. Тут небольшая еловая лапа отогнулась, с нее стряхнулся снег упавший сотнями тысяч кристалликов. На поляну вышла девушка. Она была одета в красный сарафан поверх белой расшитой рубашки. Она была очень красива, пронзительные синие глаза и лишь у зрачка они были лилового, чуть розоватого оттенка. Темно-русые волосы, заплетенные в тугую косу, спускались до самой поясницы, а на голове был черный, расшитый под хохлому, шерстяной платок, такой же был и на плечах. Ярко-синие глаза трепетно осматривали поляну, когда девушке удалось найти то, что она искала она радостно улыбнулась и быстрыми шагами приблизилась к ребенку. Малыш-Россия осматривал ее спокойно-заинтересовано, буквально сканируя ее своими большущими, на маленьком бледном личике, голубыми глазами. — Святая Русь. — Тихо выдохнул Бонфуа. — Что? — Не понял Америка, он заворожено наблюдал за данной картиной, но не особо вдавался в подробности происходящего. — Она, — француз кивком головы указал на девушку, — мать Эвана. — Да ладно… — протянув, закатил глаза Артур. — Капитан очевидность, а мы без тебя бы и не поняли. — Показушно выступал англичанин, показывая Франциску, что можно было обойтись без комментариев. Но, видимо, Альфред его догадки не разделял. — ВАУ! Что?! Серьезно?! — Перекрикивал шум ветра Америка. — Это мама Империи Зла? А ты откуда знаешь? А как ее зовут? — Американец заваливал француза вопросами. — Виделись пару раз, — Бонфуа поумерил пыл Джонса, — В середине одиннадцатого века дочь ее, тогдашнего князя, вышла замуж за моего короля и стала королевой Франции. Ее зовут Лада. — Пояснил для него Франциск, не особо надеясь, что у него хоть что-то отложиться в голове. — Круто! Выходит ты знал Россию, когда он был еще мелким? — Американца несомненно интересовала эта девушка, но обстоятельства детства Ивана его интересовали гораздо больше. — Нет, я не был лично знаком с Иваном до восемнадцатого века, я мельком видел его во время венчания наших монархов, но он был настолько мал, что вряд ли он это запомнил. Пока они вели этот диалог, Лада успела снять варежку с левой руки и приглаживала светлые, мягкие волосы ребенка, торчащие из-под голубой шапочки. Ване это однозначно понравилось и он громко засмеялся и замахал руками в разные стороны, причем так сильно, что и его варежки слетели с миниатюрных ручек, он тут же обхватил пухлыми детскими пальчиками, тонкие пальцы матери и начал исследовать всю кисть руки. Девушка тихо усмехнулась, следя за тем, как сын познает этот мир. Ребенок перебирал пальцы женщины с немалым энтузиазмом и завидным упорством, потом посмотрел ей прямо в глаза своими глазенками и неумело, но уверенно произнес — Ма. Девушка улыбнулась еще шире.Сняв платок со своей головы, она закутала в него маленькое тельце и взяла ребенка на руки. -Да, я твоя мама, — Она игриво ущипнула малышу самый кончик носа, — А ты мой Ванечка. — От этого Россия звонко рассмеялся. Она, больше не говоря ни слова, развернулась и с ребенком на руках, пошла туда, откуда и пришла. — Пойдём за ними. — Предложил Альфред и ни с кем не совещаясь пошел за удаляющейся фигурой.  — Зачем? — англичанину и здесь было хорошо. — Раз мы в воспоминаниях России, надо следовать за ним.- И снова побежал за, уже скрывшейся девушкой. — А он в чем-то да прав. — Скрестил руки на груди Южный Италия и пошел вслед за Джонсом. Эти двое как-то слишком быстро смирились с произошедшим, не смирились абсолютно Франция и Германия, по понятным причинам. Тем временем девушка подходила к какому-то небольшому поселку, была поздняя звездная ночь и в окнах уже не горел свет, только в одном окошке, самой большой избушки, которую смело можно было называть теремок, виднелось дрожащее пламя свечи. Поднявшись по ступенькам на небольшое крыльцо, она тихо отворила дверь, та скрипнула, но не громко. Америка уже было хотел пройти в дом, хвостиком за Русью, но его схватил за плече Кёркленд. — У тебя совсем ничего из моего воспитания в голове не отложилось? Это неприлично! — Неприлично каждый Божий День на Ивана проклятие накладывать! А это здоровый интерес. — Американец дернул плечом, стряхивая с него руку бывшего опекуна. И вальяжной походкой вошел в дом. — Ох, Мon ami, язвить он точно научился. — Франциск бережно перекинул свои золотые кудри через плечо, будто бы и не замечая закипающего Англию и направился в дом за Альфредом, за ними последовали и остальные, Артур зашел последним. Ох, и не нравилось же ему все это. Дом, хоть и был довольно большим, но комнаты в нем было всего две и выделяющиеся сени. В комнате, куда вышла из сеней Лада, было темно, но, благодаря лунному свету, который лился из окна, можно было рассмотреть белую массивную печь, находящуюся в самом дальнем углу, несколько застеленных пестрыми покрывалами лавок, стоящих рядом с печью, на печке тоже была разложена постель. Прям посреди комнаты была большая деревянная детская колыбель, стоящая на дугах, к ней и подошла Русь. Тут неожиданно из небольшой комнатки, где и был разожжен огонь свечи, выбежала девочка лет десяти. У нее была такая же тугая и длинная коса, как и у Руси и одета она была в похожий сарафан. — Это… — Протянул Германия — Мамочка! — Девочка звонко закричала и хотела уже было кинуться на мать с объятьями. Вопрос, «кто это?» отпал сам собой. — Тише. — Прошептала Лада прикладывая к губам палец, ясно давая понять, что лучше вести себя тише. Ребенок остановился в метре от матери и немного стушевался, поняв свою ошибку, но через секунду на ее лицо вернулась улыбка и девочка с интересом смотрела, как она укладывает сверток в колыбельку. — А это кто? — Задала вопрос маленькая Ольга. - Это твои маленькие братик с сестричкой. Вы все мои маленькие солнышки, - она наклонилась к старшей дочери целуя ее в лоб и снова наклонилась к младшим детям. Не отворачиваясь от колыбели она отправила Олю на печь, было уже поздно и ребёнку надо было уже спать. Оля охотно послушалась мать, ведь спать действительно очень хотелось, и единственное, что мешало ей заснуть до прибытия Руси, был банальный, жгучий интерес, «Какие же у неё новые братик и сестричка?» В колыбельке лежали почти, что одинаковые дети, которые крепко обнялись во сне. Русь подоткнула им одеяло. — Мои маленькие Ванечка и Анечка. — Русь отошла от спящих детей и, сняв платок, забралась к старшей дочери на печь. — Анечка? — Феличиано успел спросить лишь это, перед тем, как пространство вокруг них погрузились во тьму.