Монета встала на ребро

Кафе «La Douce Cour» Это было странно. И с одной стороны это было даже неправильно – начальник и подчиненная, инспектор и каратель. Такого просто не может быть. Просто не может. Но жизнь и любовь никогда не спрашивают правильно ли то, что они решают и что делают. И уж тем более, плевать они хотели на субординации, системы и предрассудки. Так инспектор Нобучика Гиноза влюбился в карателя Кунизуку Яёй. И сейчас сидел напротив неё – всегда бесстрастной и невозмутимой внешне, но оказавшейся совершенно иной внутри. Светлой, тонко чувствующей, немного романтичной… Не карателем, но уже и не той латентной, к которой они с Когами пришли несколько лет назад, перекроившей себя заново. Ведь он видел в её комнате гитару. И при взгляде на неё ему до дрожи хотелось услышать, как она играет. Увидеть, как инструмент повинуется её рукам, как тонкие пальцы заставляют струны плакать и звенеть, рождая пробирающую до костей музыку. Но он прекрасно знает, что не попросит её сыграть. Пока. Потому что это будет означать – постучаться в душу. А делать это, не зная, взаимно ли чувство – рискованно. Гораздо рискованнее, чем пригласить её на свидание. - О чем задумалась? – непривычно теплый и живой голос, в корне отличающийся от того, которым Гиноза говорит на работе, вывел Яёй из размышлений о том, что она, кажется, пропала. Тот вечер, когда они остались одни после празднования, стал началом конца, когда на следующий день ей пришлось признаться себе в том, что она упрямо отбрасывала от себя все это время, считая невозможным. Она влюбилась в своего начальника. Самого холодного и нетерпимого к латентным инспектора. Нобучику Гинозу. Влюбилась и сразу же посмеялась над этой глупостью, прекрасно зная, что он даже не посмотрит в сторону латентной. Но тогда почему он предложил ей сходить на выставку в художественную галерею, а сегодня – сюда? А теперь ждет ответа на его вопрос, смотря на неё… с нежностью? Да быть не может! - Ни о чем серьезном, …Гино, - все-таки трудно обращаться к нему просто по имени, о чем он попросил в их прошлую встречу, - Так, глупости. - Из тех, о которых и говорить не хочется? - Можно и так сказать. Это немного…личное, - не говорить же о том, что она растеряна, что все это застало её врасплох и она просто не знает, что делать и как вести себя. Пусть он будет думать, что это какая-нибудь мелочь, мало ли – в жизни девушки таких мелочей много. - Тогда не будем, - тактично отступает Гиноза, - В прошлый раз мы немного поспорили о струнах и я, как и обещал, все-таки нашел новые аргументы в пользу моей точки зрения. И ты обещала рассказать о себе. Яёй не смогла сдержать улыбки, предвкушая очередной оживленный разговор, за которым время опять пролетит незаметно: - И все-то ты помнишь. Тогда я вся внимание. Разумеется, Гиноза заметил её замешательство перед тем, как она ответила на его вопрос о глупостях. Может, она думает почти о том же, о чем и он, только наоборот – не зная, насколько взаимны его чувства? Но как? Как показать их, если он чувствует, что за эти годы отчуждения он просто….разучился это делать? «Не все можно выразить словами», - мелькнула в мыслях услышанная где-то фраза. Кто знает, может быть это и есть ответ на его вопрос? Возможно, этот вечер покажет это. В это же время, квартира Сугимото Нэоко Вечер прошел спокойно, ужин Нэоко и Шион провели за обсуждением кухонной утвари и её пользе при общении с противоположным полом с детальным рассмотрением образцов. Сошлись на том, что эффективнее сковородки ничего нет по всем параметрам: удобная, увесистая, прочная. За шутками, смехом и чаем время пролетело незаметно. - Хорошо, что завтра выходной, - заметила Караномори, отставляя в сторону чашку из-под кофе, - Можно сидеть допоздна, сколько душа пожелает. Хочешь, быстро найду в сети какую-нибудь старую комедию начала 2000х? Посидим, посмеемся – положительных эмоций нам всем явно не хватает. «Ну не скажи. После вчерашнего вечера у меня их достаточно!» - Нет, спасибо, - отказалась Нэоко, - Предлагаю выспаться – нехватка сна гораздо опаснее. Неудивительно, что невыспавшаяся женщина – очень злая женщина. А вот завтра у нас для развлечений целый день. - Тогда договорились. Кстати, милое украшение, - женщина кивнула на кулон, - Никогда у тебя его не видела раньше. - А-а-а, вещи недавно старые перебирала – нашла свой школьный талисман, - отмахнулась Сугимото, поднимаясь и принимаясь убирать со стола, - Символ энергии и мудрости. - То-то у тебя первого полно, - хмыкнула аналитик, следуя её примеру, - Нам всем на радость и на проблемы. - Эй! - Кстати, ничего не беспокоит? - Тьфу-тьфу, все в порядке, на следующей неделе иду на осмотр. - Ясно. Вот и хорошо, - Караномори поставила последнюю тарелку на сушилку, - Ну что, в душ и по комнатам? - Ага. Спокойной ночи, Шион. - И тебе, Нэо. Если что – я рядом. «Только бы он не вздумал прийти сегодня! Только бы он не вздумал прийти сегодня! Только не сегодня!» Нэоко нервно расхаживала по комнате, кусая губы и то и дело глядя на часы. Она знала, что Шого придет. Раз он сказал, то придет. А если он придет то... Черт, Шион не Масаока – кто знает, что ей взбредет в голову. Например, проверить – все ли в порядке, войти и…. «Твою мать... Гиноза, чтоб тебя...!» - далее следовала такая непереводимая смесь фольклоров, что находящийся в кафе в противоположном районе Нобучика уже давно должен был сменить собой все цвета радуги и упасть замертво, от столь мощных «лучей ненависти», перепугав Яёй. Однако Сугимото прекрасно понимала, что если её действительно хотели похитить, то он прав и ей необходима охрана. Но не дома же! Из этих размышлений девушку вывели обнявшие её за талию, привлекая к себе, теплые руки. - Думаешь, меня что-то остановит? – тихо спросил бархатный голос. - Шого…, - Нэоко откинула голову ему на плечо, - Ты знаешь, как ты рискуешь? - Знаю, - легкий поцелуй в шею, - Но вряд ли твоя охрана будет мне помехой. - Надеюсь, ты не станешь таковой? – Нэоко обернулась, - И ненадолго отпустишь? - Хорошо, - легкий поцелуй и её выпускают из объятий, - Если только возьмешь с собой. Девушка лишь щелкнула его по носу: - Не сегодня. Шого лишь улыбнулся глядя вслед ушедшей Нэоко. Наконец-то она снова улыбается, и рядом с ним снова его Нэо. В ванной Нэоко была недолго - наскоро приведя себя в порядок и переодевшись в ночное, она вернулась к себе, и тут же оказалась подхваченной на руки. - Шого! – однако возмущенный возглас оказался приглушен поцелуем. - Тсс, - осторожно и бережно опустить её на постель, прежде чем устроится рядом, - Вообще-то я должен был сделать это еще в прошлый раз. - Да? Учитывая, что ты так все знал, то…м-м-м…, - похоже, Шого вовсю решил пользоваться той крупицей власти, что имел над инспектором Сугимото и наплевать на злоупотребление самым действенным способом не слышать от девушки очередную колкость. - Ты…нехороший человек, - лукавые искорки в синих глазах. - Я очень нехороший человек. И влюбленный нехороший человек. А это страшно, - прошептал Макишима её на ухо, словно большой секрет, - И как я понимаю, у тебя выходной? - Да. А у тебя есть предложения? - Просто хотелось бы на миг сбросить роли Ромео и Джульетты и взять твою безопасность на себя, если конечно, Гинозе не взбредет в голову... - Взбредет, - вздохнула Нэоко, - Но я что-нибудь придумаю. Поэтому..., - она легко коснулась его губ своими, - все будет в порядке. - Я знаю, - прошептал Макишима, возвращая поцелуй и получая ответ. И, увлеченные друг другом, они не заметили, что не одни. Приоткрывшая дверь спальни Шион начисто забыла о том, что она хотела спросить у Нэоко, когда увидела её, целующейся с тем, кого ищет все Бюро. С Макишимой Шого. Преступником с кристально-белым психопаспортом. Злым гением, сводящим Бюро с ума своей неуловимостью. Влюбленным и....любимым? Теперь многое становилось ясным. И то, почему Шого удалось сбежать тогда, почему Нэоко ходила потом мрачнее тучи и почему не хочет раскрывать имя отца своего ребенка. Покачав головой, Караномори с грустной улыбкой тихонько закрыла дверь. Она не будет им мешать, ведь никто не знает, сколько им отмерено времени. Она не спросит, как он сюда попал. Но она обязательно серьезно поговорит с Нэоко завтра утром. В это же время - Спасибо за прекрасный вечер. - Спасибо тебе, что приняла мое приглашение. Они стояли у дверей в комнату Яёй. Почему-то никому из них не хотелось уходить. Будто Гиноза ждал, когда Кунизука откроет дверь и войдет к себе, а он, убедившись, что она заперла дверь, уйдет. И будто что-то не позволяло Яёй повернуть ключ и открыть уже дверь, оставляя за порогом все сомнения, и забирая с собой столь чудесные воспоминания. Кто бы мог подумать, что Гинозе нравятся огни ночного города? Но только не в монохромности Гинзы, а в арт-хаусном калейдоскопе Икебукуро? Никто. Кроме неё, узнавшей это сегодня. - Так не хочется, чтобы он заканчивался, - неожиданно замечает она, - Этот вечер. - Но если не закончится он, то не наступит завтра, которое должно принести новый вечер, не менее чудесный. Зеленые глаза за стеклами тонких очков совсем близко – непривычно теплые, потемневшие и…ждущие. Но вот чего он ждет? Чего? «Это безумие какое-то!» И вырваться из него почему-то можно только по одному пути. Неуловимо подавшись вперед, Кунизука легко коснулась губ Гинозы своими в легком, отчасти несмелом и осторожном поцелуе, словно готовясь отпрянуть в любой момент, ожидая, что её оттолкнут. Но вместо этого её просто привлекают ближе к себе, отвечая, а потом как-то незаметно получается, что это уже Нобучика целует её – ненастойчиво, мягко, и совсем чуть-чуть властно. Так, что хочется повиноваться этой бархатной власти. Потому что тонкие и кажущиеся жесткими губы на самом деле оказались теплыми и нежными. Неохотно разомкнув поцелуй, Гиноза удивленно смотрел на Яёй, замершую в его объятиях. Какая же она все-таки…хрупкая. Словно цветок. И губы у неё столь же мягки, как лепестки, с тонким, непривычным вкусом миндаля и кокоса. Её любимых конфет. И так не хочется останавливаться. Хочется открыть дверь, войти вместе с ней и…Остаться, чтобы всю ночь пить эту сладость, изучать и запоминать каждую линию, каждый изгиб фигуры, мягкость кожи и шелк наконец-то распущенных волос… Но нельзя. Не сейчас. Не сегодня. Потому что еще не время. Пусть сегодня, повинуясь порыву, они рассказали все без слов. - Пусть это будет залогом завтрашнего вечера, - улыбается Кунизука, почему-то уверенная, что она поступила правильно. Так, как хотелось. И не просто ей. Как хотелось им. - И сладких снов, - неожиданно срывается с губ. Яёй тихонько смеется, уткнувшись лбом ему в плечо: - Тогда сладких снов, Гино, - шепчет она, поднимая взгляд. Неуловимое прикосновение губ, словно обещание поцелуя, а не сам он: - И тебе, Яёй. Объятия размыкаются, отпуская её. Открыв дверь, она входит в комнату и, улыбнувшись, закрывает её. Услышав щелчок замка, Нобучика направился к выходу из коридора, чувствуя, что губы невольно растягиваются в улыбке. Искренней, счастливой…. Казалось, уже давно забытой. Выйдя из здания Бюро, инспектор посмотрел в ночное небо и сделал то, что уже давно хотел – мысленно, от всей широты своей души, послал Сивиллу далеко и надолго, высказав в качестве напутствия, где и в каком виде он её видел, потому что… «Мне плевать. Я люблю. Люблю латентную». А несколькими этажами выше, мягкий женский голос тихо добавлял: «А я – инспектора». В это же время, квартира Сугимото Нэоко - Скажи, тебе удалось что-то узнать о нападениях? - Нэоко мягко перебирала длинные пряди, скользящие между пальцами, как белый шелк. На губах медленно таяла теплая нежность поцелуев, по телу разливалось тепло, что несли его объятия. Боже, как давно она не чувствовала себя такой…защищенной. - Немного. Вычислить того, кто за этим стоит, пока не удалось. Один мой человек, он…кхм…несколько занят, а потому не может мне помочь. Но я был неприятно удивлен, что твоя охрана не заметила, что за тобой следят. - С них станется не говорить мне, чтобы я вела себя, как обычно, - вздохнула Нэо, - Хотя зря они так решили. - Зато теперь ты знаешь, а значит, предупреждена, - рассудительно заметил Макишима, - И, следовательно, вооружена. - А раз вооружена, то вероятность что меня застанут врасплох, снизилась, - девушка положила голову на грудь Макишимы, - Все будет хорошо. Только останься сегодня до утра. Пожалуйста. - Конечно, - ответила Макишима, - Я не оставлю тебя ни в коем случае. Но завтра я с утра уйду. Постараюсь выяснить еще что-нибудь. - Хорошо, - прильнув к нему, она прижалась щекой к его груди, вдыхая тонкий запах нарциссов, снега и холодного ветра. - Спокойной ночи, Нэо, - прикосновение к волосам. - Спокойной, Шого, - прошептала она, закрыв глаза. В это же время «Значит, она может быть беременна от Шого? Это и хорошо, и плохо. Похитить её все равно придется, коль я играю роль предателя. Но ничего, реагент уже почти готов и я сделаю его максимально безопасным. Все-таки ребенок столь необычного человека не должен пострадать. Да и интересно, чем вся эта история закончится. Перемены, такие интересные перемены». Че Гун Сунг посмотрел флакон с прозрачной жидкостью на просвет и улыбнулся. Зря все-таки все списывают со счетов травы и вытяжки, народные рецепты. Иногда они гораздо действеннее, чем любая химия или синтетические препараты. Ни Сугимото Нэоко, ни ребенок не пострадают. А там уже все готово для того, чтобы Макишима и попал в ловушку и… Однако об этом пока говорить рано. В ловушке должна быть приманка.