Остерегайся тихой воды

      На этот год у меня не было особенных планов, только завершение старых. Мне надо было подтянуть бой с посохом, доделать палатку, выучить чары постоянного расширения, проработать несколько перспективных идей, сделать парочку амулетов, сотворить, наконец, универсальную аптечку, в общем, как обычно.       Но всё это было второстепенным, главным же были экзамены СОВ. Мне нужно было Превосходно по Чарам, Трансфигурации, Зельям, Рунам, Прорицанию и Нумерологии. Как минимум! В программе максимум стояли все экзамены на Превосходно. Тем более, что результаты будут известны только мне и преподавателям тех курсов, на которые я подам заявку. Так что, впервые за четыре года учебы для меня на первое место вышла официальная учебная программа, а не мои проекты.       Укрепляющий раствор я первый раз сварила на третьем курсе, а к концу учебного года у меня уже было несколько идей по оптимизации процесса и улучшению конечного результата. Их я отрабатывала на четвертом, и вот сейчас я снова его варю.       Гораций Слизнорт был профессионалом в изготовлении зелий. Он написал несколько интересных книг по зельеварению, я восхищалась его статьями, но он был не совсем хорошим преподавателем. Впрочем, в Хогвартсе не было действительно хороших учителей. Так что, среди остальных он выделялся тем, что хотя бы не задавал эссе определенного размера и был доволен лаконичными ответами студентов на свои вопросы.       Практические занятия обычно проводились для учащихся двух факультетов. С нами обычно ставили Слизерин. Слизнорт поощрял постоянную смену партнеров за столом и был рад, когда мы не замыкались в своем факультете и становились в пару с кем-то из слизеринцев. С учетом того, что нас было всего трое, а их семеро, поступать иначе было затруднительно.       Очень часто на своих занятиях, пока зелья готовились, профессор любил порассуждать о важности хороших связей для успешной карьеры, вспоминал своих знаменитых учеников. Однако в этом году профессор не рассказывал нам о дружбе и связях, нет, он, по совершенно непонятной нам причине, стал разглагольствовать о браках, мезальянсах, внебрачных детях и прочем на ту же тему. На первой такой лекции все немного удивились, на второй удивились еще больше и лишь к третьей все привыкли.       Впрочем, ни для кого не было секретом, кто помог Слизнорту сменить тему, — и на Тома теперь косились все. Слухи были самые разные: Слизеринский Король влюбился и стесняется подойти (версия Хаффлпаффа), Реддл с кем-то переспал и теперь не знает, что делать с ребенком (версия Гриффиндора), у Гонтов есть брачный договор с каким-то захиревшим родом (версия Райвенкло), версию Слизерина никто не знал, но никто не сомневался, что именно они наиболее близки к правде.       Так вот. Задание первого семестра — Укрепляющий раствор — я могла сварить тремя разными способами, а еще у меня была одна недоработанная идея на его счет… Потому урок Зельеварения проходил так: сначала я варю по рецепту, для Слизнорта, потом для себя — экспериментируя.       Делала я так не в первый раз. И далеко не всегда эксперименты были удачными и нетравмоопасными. В общем и целом я взрывала по котлу в год, ошпаривала соседей пару-тройку раз в год, ну и стабильно обливалась зельем раз в месяц. В результате у меня была репутация не самого хорошего партнера, и к четвертому курсу мне выделили целый угол с зоной отчуждения.       Иногда, под настроение, когда я хотела повеселиться, мне вспоминались различные маггловские предрассудки и фильмы, и я начинала варить со спецэффектами даже стандартное зелье. То есть, представьте себе, каждый раз, когда надо бросить ингредиент — я издаю зловещий смех, когда надо помешать — я вовсю декламирую стишок, ингредиенты кромсаю с маньячной улыбкой. Стоит ли удивляться, что к пятому курсу Слизнорт считал меня немного не от мира сего? А еще он пытался поймать меня на краже зелья. Ведь, если я взрываю котел, то откуда у меня образцы на «П»?       В общем, всем было весело.       На Трансфигурации мы изучали анимагов, какие угрозы существуют при изучении этого раздела, что делать, если вы все же стали анимагом и прочую теорию.       Я могла поведать об этой теме несколько больше, нежели профессор Дамблдор. Так, например, он не упомянул, что анимагия бывает двух типов. Чего я не знала, то это того, что каждый анимаг — Мастер Трансфигурации. Это было неожиданно, но верить на слово этому «Санта Клаусу» я не хотела и пошла в библиотеку. И выяснила, что это действительно так, но только если я буду обращаться не в тотемное животное, а в рассчитанную особь.       Наработки по этой теме у меня были, специально в прошлом году препарировала ворона, изучала его повадки и, в целом, я уже практически могла сотворить его трансфигурационным путем из камня, пусть и на минуту (на большее моих сил не хватало). Так что я продолжила двигаться в этом направлении на уроках. К концу семестра мой ворон умел летать, при ранениях реакция была аналогична естественной. Можно было приступать к составлению заклинания.       Впрочем, я очень часто могла дополнить высказывания профессора, но не делала этого. Причем не потому что я его не уважаю, а потому, что он наверняка это всё знает, а моим однокурсникам это не нужно. Следовательно, нафига высовываться, если есть занятия поинтереснее?       Чары воспламенения были интересны, но только до тех пор, пока я не разложила заклинание на составляющие и не поняла принцип работы, хоть на это ушел весь семестр. Остальные уже приступили к восстанавливающим. Поэтому пришлось догонять. Хорошо, что их я уже изучала ранее, ведь без них было бы сложно работать в Терсо, да и в Гильдии нам показали несколько нестандартных вариантов использования этих самых восстанавливающих.       На Астрономии — пожалуй, самый жизненно необходимый предмет — мы изучали небо, положение и названия звезд, расположение созвездий и периодичность различных природных явлений. Только глупые маги могли считать этот предмет ненужным. Ведь именно по небу проще всего ориентироваться в ясную погоду. Зная фазу луны, можно определить дату по лунному календарю, период сбора той или иной травы, периодичность насыщения некоторых мест магией и многое другое! Но я училась среди зашоренных магов, потому только для меня Астрономия и была интересна.       Элизабет Ориоро, наша преподавательница, была от меня в восторге, половина нашего курса ходила в моих должниках из-за Астрономии. И, пожалуй, это был мой самый любимый предмет в Хогвартсе.       Не Заклинания, не Травология или Зельеварение, а Астрономия. Потому, что именно на самой высокой башне Хогвартса можно было почувствовать магию, то самое первобытное волшебство, которое пробуждалось с наступлением ночи, и так хотелось закружиться в танце… Что я и делала в приливы очередной бессонницы. У меня даже в нише на Астрономической башне был спрятан плед и самодельный термос с чаем.       Защита от Темных Сил, на мой скромный взгляд, была вторым по важности предметом. Потому, что Темные силы, они на то и темные, что хотят тебя убить-съесть-расчленить-захватить-уничтожить и далее по списку. И я была полностью согласна с нашим преподавателем, Галатеей Вилкост, когда она учила нас не только защите от истинно темных тварей, но и от светлых — таких как единорог, феникс и прочие. Потому, что тот же самый единорог вполне мог проклясть, феникс с легкостью пробивал часть защит самого разного толка и, вообще, мог доставить груз в любую точку мира, невзирая на барьеры и расстояния.       А еще у нас был дуэлинг. И вот тут я отрывалась по полной. Потому, что у меня всегда был десяток-другой идей, которые могли привести к победе, и все их очень хотелось использовать или испробовать в реальности, а не только на тренировках. Но не все они были удачными. Так идея сделать зеркальный протего стоила мне семи поражений в дуэли с каждым из слизеринцев. Потом я, разумеется, отыгралась, заморозив их с помощью модификации агуаменти, но не суть.       На Травологии у меня образовалась небольшая проблема: китайская капуста меня боялась. Это было ожидаемо, ведь я столько раз варила Костерост, а где еще взять такой необходимый ингредиент, как не в Хогвартских теплицах? К тому же я еще и обменивала некоторые услуги на неё. Так что капусты мне надо было много. Впрочем, могу сказать в свое оправдание, что я выращивала один экземпляр в горшке на подоконнике своей комнаты. Но факт остается фактом, капуста в теплице меня боялась, и, как и всякое магическое растение, при таком состоянии пряталась от меня. Профессор Бири, видя такой расклад, просто дал мне доклад на тему этой самой капусты и отпустил с миром. Ведь пропадала она не только у меня, но и с соседних грядок, потому Травология у меня проходила в библиотеке.       Честно говоря, Историю Магии я посетила впервые со времен первого урока на первом курсе. Уже тогда, выслушав лекцию призрака про одно из многих восстаний кого-то там, я поняла, что предмет лучше изучать самой. Чем и вполне успешно занималась. В этом семестре тенденцию я решила продолжить, благо, что профессор Бинс не отмечал присутствующих на своих уроках.       Нумерология — это магическая смесь из алгебры, физики, геометрии и магии. До того, как я пошла на этот предмет, я даже не представляла, насколько он важен. И уже к пятому курсу я не представляла, как я могла раньше этим не интересоваться? Потому что на уроках мы строили прогнозы к различным событиям, разбирали на составляющие проклятия и составляли новые заклинания, изучали работу амулетов и порт-ключей, нас знакомили с теорией аппарации и телепортации. Обычный среднестатистический ученик мог вкратце описать твою жизнь, задав всего три вопроса с цифровым ответом. И да, именно на этих уроках мы изучали строение атома, строение человека и то, что знают маги о магии.       На прорицания я ходила только ради того, чтобы научиться понимать свой дар. Сначала я записалась сюда из интереса и меркантильного шепотка внутри, что если возникнет нужда в деньгах, всегда можно скосить под цыганку и пойти гадать на кофейной гуще.       Сейчас же я училась контролировать свой дар. Не так, как показали баньши (это только они могут нормально жить, видя по два-три варианта развития событий), а так, чтобы я могла активировать его по своему желанию. То есть хочу — вижу, не хочу — не вижу. Конечно, у такого подхода масса минусов, но есть один неоспоримый плюс: моя вменяемость.       Древние руны были сложным предметом. Это я поняла еще на первом курсе, когда решила изучать их самостоятельно. Но в то же время это был гораздо более надежный способ колдовства, нежели заклинания и гораздо менее интернациональный. Словесные формулировки заклинаний отличаются ненамного, в основном, после принятия международного статута секретности, они все на латинском языке. Это международно признанный язык для заклинаний. Есть местные заклинания, составленные на родном языке, но их осталось крайне мало и они узкоспециализированные в большинстве своем. А вот руны у каждого народа были свои. Потому славянское заклинание, начертанное таким образом, будет очень тяжело разбить любому незнакомому с их рунами человеку, равно как и китайские письмена или египетские проклятия.       Английские же руны в основе своей использовали три алфавита: кельтский, галльский и, собственно, английский. Суть была разная, нюансов было много, учить было тяжело, но это того стоило.       К тому же этот курс велся персонально для меня. Больше никто его не взял, напуганный огромным списком литературы. Даже Том Реддл предпочел ограничиться Нумерологией, дополнительными часами Зельеварения и прорицанием, на которое не явился ни разу, но сдавал на отлично.       К рождественским каникулам я была бодра, свежа и полна сил. Некоторые проекты, оставленные ранее из-за недостатка материалов или времени, сдвинулись и закрылись. Преподаватели вновь считали меня чудачкой, что только с помощью шпор сдает все экзамены. И жизнь была прекрасна.       Однако, после Рождества переведенная студентка из Дурмстранга бросила мне вызов. Это было неприятно по одной-единственной причине — она была чистокровной и училась на Слизерине. Мне были не совсем понятны её мотивы, ведь с тех пор как к нам начали переводиться студенты, я вела себя так, что меня не замечали. Но, видимо, в этот раз не сработало.       Дуэль назначили на следующий день, судить взялся наш декан, оружием были палочки.       Маргарет Лестрейд я не знала. Она училась на шестом курсе, до этого пять курсов окончила в Дурмстранге, и чего от неё ожидать было непонятно. Потому я не стала ждать её первого удара и быстро вытолкнула её за пределы круга своей цепочкой-модификацией. Разработка была еще прошлогодняя, безвредная, и не раз опробованная на манекенах, состояла из трех заклятий: протего, бомбарда и partem vector. Бомбарда бросалась под ноги противнику, взрывная волна усиливалась ветром, а протего не позволяло противнику на меня напасть.       Одна цепочка — три секунды и я победитель. С её стороны был всего один экспульсо.       Это было даже как-то неожиданно и очень удивительно. Я ожидала от неё большего, честно говоря. А с другой стороны, тут наверняка было дело в дезинформации — я же большую часть учебных дуэлей провожу для апробирования заклинаний, потому она и посчитала меня слабой соперницей.       Ну да мир ей.       Последствия у этой дуэли были интересными. Оказывается, мне был брошен вызов из-за парня! Она, Маргарет Лестрейд, заинтересовалась Антонином и, конечно, не могла не заметить того, что он хорошо общается со мной. Решив, что я её соперница, она вызвала меня на дуэль.       Странная логическая цепочка. Впрочем, она вполне в духе шестнадцатилетней девчонки, влюбленной в одного из троих красивейших парней школы.       А потом я снова ушла с головой в свои проекты. Учебу я догнала, за СОВ не волновалась. А вот палатку доделать стоило. И посох надо было украсить набалдашником с накопителем. А еще найти место с хорошей звукоизоляцией, потому что в Комнате-по-Желанию её практически нет, и опробовать-таки магический аналог плеера с тяжелым роком: вдруг магглы были правы и AC\DC, которых этот мир пока не знает, может разрушать чары? Да и психологический эффект от них очень даже неплох.       Представьте, сражаетесь вы, кричите заклинание, а вдруг — Бабах! Музыка бьёт по ушам, свет быстро меняется в цветовом спектре и иногда вообще гаснет. Должен быть просто ошеломительный эффект.       В конце концов подходящее место я нашла. В подземельях Слизерина был один закуток, а в нем потайной ход и в самом низу, где-то под озером, комната. В общем, я там и опробовала разработки.       Темной-темной ночью, при свете огарка свечи я активировала амулет и начала экспериментировать. По результатам двухчасового процесса творения самых разных заклинаний было выявлено, чем быстрее темп и чем четче ритм, тем сложнее колдовать медицинские, осветительные и манящие чары, боевые начинают действовать непредсказуемо, а таранталлегра, опробованная на мне, поддается контролю. В то же время под вальсовые мелодии и запись исполнения здешних песен из трактиров лучше всего получаются медицинские и левитационные. Хозяйственным заклинаниям нравятся романсы, отменяющие любят тишину.       Выходя из подземелий и направляясь в Большой зал, я радовалась достигнутым результатам этой тихой апрельской ночью. И только увидев серые лица за полупустым слизеринским столом, сонные лица студентов Хафлпаффа, грозные уставшие воспаленные глаза грифиндорцев и злых преподавателей, я поняла, что забыла про канализацию и трубы! Твою мать!       Мой ночной концерт слышал весь Хогвартс! Хорошо, что я шла в толпе сонных студентов Райвенкло и этим летом научилась держать лицо.       Это будет моим самым большим секретом до конца года. Не дай бог, кто-то узнает об этом, меня же сожгут на костре с церемониальным песнопением, а через неделю первый экзамен!       Твою мать!       А ведь под школой василиск.       Бедная змея, если нам так плохо, то, интересно, она вообще жива?!       Твою мать! Я убила-не убила, но оглушила его точно. Он теперь полвека будет отходить… Мерлиновы кальсоны! Моргану ему в жены!       Решено. Этот амулет на виду у студентов Хогвартса и лично Тома Реддла не использовать. Он же меня убьет за свою змеюку! И буду я вместо канонной Миртл в туалете развлекаться… К слову о ней, она же жива! М-да, ночь без сна взамен жизни маленькой девочки достойная цена, как мне кажется.       Инцидент расследовали всем Хогвартсом, лично Диппет просветил все подземелья в поисках источника жутких звуков. Студенты играли в детективов и пытались понять кому это нужно. Слизерин жаждал крови, а Хаффлпаф достал топор войны.       Я только сейчас, услышав про поиски преподавателей по подземельям, поняла, что мне чудом, а точнее, благодаря Хагриду и его Арагогу, удалось ускользнуть и остаться безнаказанной.       Тайную комнату никто не нашел, но шкуру василиска откопали, а еще несколько потайных ходов из Хогвартса и парочку заначек с алкоголем времен Виззарт.       Призраки следили за всем с любопытством и иногда давали советы как открыть тот или иной ход в очередное «тайное» помещение.       Всем было очень «весело», а я сидела тише воды ниже травы. Не дай бог найдут. Меня же Слизнорт отравит!       Экзамены СОВ разрядили обстановку и отвлекли жаждущих мести студентов.       Ну что про них можно сказать? Экзамены как экзамены… Я сдавала все те предметы, что изучала, и взяла еще УЗМС для полного комплекта, так сказать. Результаты должны были прислать в конце июня и нас впервые отпускали на полмесяца раньше.       В Хогвартс-экспресс я садилась полная надежд и предвкушений. Это лето должно было стать особенным.