Остерегайся тихой воды

      Война набирала обороты и, если в прошлых годах подработку искали только ученики из Англии и Уэльса, то теперь к ним добавилась Ирландия. Маггловская Северная Кампания была слишком жестокой для хрупкой детской психики. В результате найти подработку на лето не удалось.       Денег у меня оставалось немного, не хватит даже на месяц ночевок в гостинице, даже если перевести фунты в галеоны, то я протяну лишь до середины июля, край до августа. А ведь еще надо докупить одежду, старая уже слишком плоха, маскировать дыры становится практически невозможным.       Сойти на перрон из поезда было легко. Еще легче было затеряться среди людей и аккуратно украсть щепотку летучего пороха. В моем мешочке оставалось ровно на один переход, и мне не хотелось остаться без него. А самой приготовить порошок у меня пока не получалось.       Раз уж я не смогла найти работу, то придется выживать самостоятельно. Я еще в прошлом году присмотрела пещерку в Исландии, а в течение месяца таскала еду, да и домовиков попросила собрать себе корзинку.       Потому спокойно затерялась среди уходящих магов и скрылась в зеленом пламени.       Исландия встретила меня сыростью, промозглым ветром и солнцем. Ярким, ослепительным и таким равнодушным. Оно не грело, а просто освещало местность.       Отмеченная мною пещера у побережья была всё такая же пустая и необжитая, а термальный источник неподалеку привычно бурлил.       Натянутый тент должен был служить защитой от ветра и дождя, вещи я разместила в дальнем углу пещеры, накрыв их на всякий случай заклинанием невидимости. А сама обратилась в выдру и пошла ловить себе обед.       Я могла бы многое сказать об этом лете… Например, что все мои усилия впервые за пять лет были сосредоточены только на выживании, но даже так я умудрялась думать о чем-то отвлеченном и не давала себе скатиться в бездну беспросветного одиночества. Могла бы добавить, что выживала с трудом и чуть не заработала себе многочисленные болезни. Могла бы пожаловаться на… Да на что угодно!       Но это было бы лишь одной стороной Луны. Это была бы та самая сторона, которую никто не видит, темная сторона Луны.       Вместо этого я благодарила все высшие силы за то, что еще жива. За то, что я могу видеть этот прекрасный мир, наблюдать за тем, как просыпается все живое вокруг и зарождается новый день. Вы знаете, в Исландии, практически на самом краю мира, очень красивые рассветы и завораживающие закаты. Я купалась в холодных водах и ловила рыбу, я изучала океаническую воду. Я видела мирно плывущие айсберги и откалывала себе от них по кусочку, чтобы потом растопить и выпить.       Да, я не могла использовать колдовство. Надзор с меня никто не снял. Но это не мешало мне использовать руны для защиты пещеры или пить зелья, сваренные в школе.       А еще я заново и с самых разных сторон просматривала свою жизнь, вспоминала занимательные идеи, задумки, которые когда-либо мелькали у меня в голове, и пыталась их воплотить. Так, у меня появился свой мешочек с гадательными рунами. Все побережье было в гальке, подходящей под основу, а нужные символы я вырисовывала углем, а потом закрепляла зельем.       Я дорабатывала обращение с посохом, училась использовать его на полную мощность и вносила последние изменения в его конструкцию. Многочисленные ката, увиденные мною когда-то в прошлом, вспоминались и тщательно отрабатывались сейчас.       Я использовала свой дар и боролась с головной болью от него.       На остатках пергамента я делала наброски углем того, что видела каждый день. Я шила себе лоскутное одеяло из остатков одежды и вязала себе очередной зимний комплект из остатков прошлогодней пряжи. Я тогда купила её из рук бабульки в Косом переулке за бесценок.       Спустя две недели спокойной жизни пряжа закончилась и мне пришлось вспомнить, как воровать. Я начала аккуратно срезать шерсть с пасущихся неподалеку овец и скручивать нить. Да, этого было мало, но это было занятие ничуть не хуже, нежели повторение пройденного материала или изучение своих записей, изготовление пустых амулетов или варка зелий.       Иногда я делала вылазки от побережья вглубь острова и приносила себе немного дров для костра, разжигая огонь сохранившейся стихийной способностью. Костер горел долго и согревал мое жилище.       Иногда я могла уплыть в образе выдры в океан дня на три и вернуться обратно.       Это было очень спокойное лето, почти как в Манчестере у Марты, после полутора лет скитаний.       Одиночество меня не тяготило и даже наоборот, манило. А потому, когда в середине июля ко мне, преодолев всё расстояние, прилетела сова сначала из Министерства с результатами СОВ, а вместе с ней и из Хогвартса с деньгами и списком покупок, я была не в восторге. Это означало, что скоро мне придется покинуть сей благодатный край и вернуться в людское общество.       Однако об этом было рано думать. Сначала я открыла письмо из Министерства. СТАНДАРТЫ ОБУЧЕНИЯ ВОЛШЕБСТВУ РЕЗУЛЬТАТЫ ЭКЗАМЕНОВ Проходные баллы: превосходно (П) выше ожидаемого (В) удовлетворительно (У) Непроходные баллы: слабо (С) отвратительно (О) тролль (Т) АЛИСА КЭРИ ПОЛУЧИЛА СЛЕДУЮЩИЕ ОЦЕНКИ: Астрономия — П Уход за магическими существами — В Чары — П Защита от Тёмных искусств — П Прорицания — В Травология — В История магии — П Зельеварение — П Трансфигурация — П Нумерология — П Изучение Древних рун — П       Всего три «Выше ожидаемого», а все остальные «Превосходно». Что ж, я не зря училась, хотя бы смогла отлично сдать экзамен.       На этих мыслях я тихо рассмеялась. Учиться ради корочки никогда не было моим приоритетом.       После недолгих размышлений я решила не возвращаться в Лондон раньше двадцатых чисел августа. Всё равно мне нужны только покупки к школе, да десять отрезов ткани для одежды. На шитье мне понадобится три дня, на покупки еще один день. Плюс день на запас, значит, в «Дырявый котел» я должна попасть двадцать пятого августа, а до тех пор я могу продолжить наслаждаться тишиной этого полупустого острова.       После прилета сов и до двадцать третьего августа я сделала массу всего интересного. Начать с того, что я сходила посмотреть на ледник и даже попыталась его покорить, погуляла по большому острову, увидела водопад Деттифосс и поднялась на Хваннадальсхнукюр.       А двадцать третьего августа я начала собираться обратно. Упаковала вещи в рюкзак, стерла все рунические знаки, привела в порядок место вокруг пещеры, сложила дрова и оставила костровище, на случай если кто-то забредет сюда в ненастную погоду, и немножко смухлевала. Мне очень понравилось это место, мне безумно нравится этот остров и спокойная миролюбивая атмосфера, царящая здесь. А потому я нашла среди своих запасов три семечка ели и посадила их в землю, укрепила их рунами, полила зельем роста и укрыла углями от костра. Вновь нанесла рунические знаки и ушла к центру города. Не оглядываясь.       Если моя затея удастся, то через три года ели вырастут и, как и всякое дерево, рождению которого помогла магия, смогут принять в себя молодых дриад. Они любят горячие источники и им любопытен мир. Может быть, если одной из них понравится это место, то здесь появится лес, а это то немногое, чем я могу отблагодарить местных жителей.       «Дырявый котел» встретил меня привычным шумом, гамом и запахом алкоголя. Я быстро прошла к стойке и сняла себе комнату до тридцатого августа. В результате у меня осталось всего десять галеонов и те деньги, что должны были уйти на покупки к школе. Я сдала учебники, купила новые, нашла неплохую лавку с тканью и прочим для шитья, потом забежала в аптеку, докупила всё необходимое по списку и спокойно прошла мимо волшебного зоомагазина. Я впервые потратила все высланные деньги.       А потом заперлась в снятой комнате и начала шить. Сначала белье, потом брюки, затем нательную рубашку, юбку и лишь под самый конец, сделала себе несколько кофточек.       Мантии я в прошлом году носила не совсем аккуратно и очень много, из-за чего мне теперь требовались новые, в результате я сшила и их. Зимняя мантия была мне мала, но я смогла придать ей вид, как будто именно так и надо.       В общем-то, я смогла всё закончить к двадцать девятому августа и теперь не знала, чем заняться. Денег нет. Точнее есть десять галеонов и магловские фунты. Но это я лучше отложу.       Сидеть в комнате было тоскливо, и я спустилась в общий зал. Спокойно уселась у стойки и попросила кружку. Зачем пить чай из фляги, если можно из кружки? Незачем. Потом достала из свертка жареную рыбу и принялась её употреблять.       Собственно говоря, именно рыба и была моим рационом все эти полтора месяца, с тех пор как закончилась хогвартская еда. Меня от неё уже немного подташнивало, но радовало, что мои кости будут крепкими, мозги умными и так далее по списку.       — Кэри.       Это уже становилось подозрительно. Второй раз я сижу за этой стойкой, и во второй раз ко мне подходит Долохов. Во избежание недоразумений, прожевав, я сразу спросила:       — Как я называла соратников Дамблдора?       — Э… Олени?       — Верно. Как я тебя назвала в приемной?       — Темным некромантом.       — И что тебе нужно?       — Ничего.       — Хорошо. Я тоже рада тебя видеть, Долохов.       И вернула всё свое внимание к рыбе. Хорошо прожаренная селедка, абсолютно без специй, но зато с солью. Как-то три недели назад у меня закончилась соль, и я неделю ела пищу без нее. Это было ужасно. А потом украла из хранилища мешочек и поняла, как мало мы ценим то, что имеем. Воспоминания были еще свежи, и теперь я ела, чуть ли не урча от удовольствия.       Антонин смотрел на меня со всё растущим удивлением и явно был в шоке. Зато я уверена, что это именно Долохов — только он может так удивляться.       Когда доела и почувствовала, что сыта, с удовольствием принялась за чай. Моя тушка вновь лениво растянулась на стойке, внимательно наблюдая за барменом через мутное стекло кружки и чай.       Долохов всё не уходил.       Спустя полчаса мне надоело просто сидеть, послеобеденная истома прошла, и меня потянуло на прогулку. Пытаться украсть что-то в Косой аллее бессмысленно, это я поняла еще перед первым курсом, но можно ведь и просто прогуляться. Да, здесь не так чисто как в Терсо, нет ощущения порядка, как в Белфасте, но есть что-то свое. Волшебное.       — Ты куда?       Что от меня нужно Долохову, я не совсем понимала. Ладно, была бы я красивой или следила за собой, но ведь нет же. Я ведь даже не его типаж! Значит, влюбленность исключаем. А дальше — темный лес.       — Гулять.       — Я с тобой, — так решительно и непоколебимо, словно я хотела ему отказать. Ничего не понимаю.       — Пошли.       На Косой аллее мы просто шатались от витрины к витрине, вдобавок я любовалась архитектурой, а Антонин старательно за мной повторял, но в его глазах не было смысла, он смотрел, но не понимал. Реддл, Малфой, Мальсибер и Эйвери абсолютно случайно шли таким же маршрутом. В результате, когда мы подошли к Гринготтсу, я решила прервать наше замечательное молчание, потому что такое времяпрепровождение меня напрягало. Вспомнив одну прочитанную этой зимой книгу, я, указывая на здание Гринготтса, выдала на одном дыхании:       — Ты видишь перед собой замечательный образчик магического классицизма начала пятнадцатого века. Архитектор данного здания неизвестен, но по ряду незначительных деталей — асимметричные колонны, малозаметные капители, аккуратный балкон без каких-либо живых существ и отсутствие на фасаде украшений, маскирующих рун, крайне популярных тогда, — я могу смело заявить, что это здание проектировал кто-то из братьев Фальцетти, знаменитых архитекторов того века, что прибыли к нам из далекой Италии.       Степень офигения моего попутчика показалась мне недостаточной, и я продолжила с еще большим энтузиазмом:       — Если мы посмотрим направо, то сможем заметить Портал и стражей, охраняющих его. Данный ход ведет в малоизвестный жилой квартал Косой аллеи, куда, начиная с шестнадцатого века, каждый благородный род, имеющий дом в Лондоне, считал престижным создать запасной выход. Потому в народе этот проулок называют «Тысячей дверей». Многие из них не работают или сбоят из-за не очень хорошего состояния дома. Войти туда могут лишь члены тех родов, что имеют там дверь. Тебе интересно?       По мере моего монолога глаза у Долохова все расширялись, и он явно не понимал при чем тут все это. Вдруг он вздрогнул, дернулся, и я, на всякий случай, незаметно достала палочку. С видимым усилием Долохов наконец взял себя в руки и ответил:       — Ага. А ты откуда всё это знаешь?       — Архитектура Британии. Издание десятое с дополнениями. Хранится в Хогвартской библиотеке.       — А я думал, ты только о магии читала…       — Отчасти так и есть, — Долохов пошел в сторону «Дырявого котла», а я за ним. — Но это так скучно, читать всё время одно и то же.       — Вот как? И в чем еще ты разбираешься?       — В обнаружении слежки, — мои глаза смеялись, вся моя поза выражала легкий интерес и веселье, но где-то в глубине царила усталость и, наверное, это было понимание. Реддл умел завлекать людей. — Чего ты хочешь от меня, Долохов?       — Ничего.       — В таком случае мне пора. Увидимся в Хогвартсе, — и я аппарировала на зов позабытой мной метки рода Крауч.       И что ему было нужно? Ничего не понимаю.       Впрочем, какая разница, смысл гадать, если я все узнаю в скором времени?       Как оказалось, Бартемиусу Краучу, моему школьному «другу», потребовалось не очень-то и много — он всего лишь предложил мне на шестом курсе, помимо предметов, заняться изучением чар по книгам, что подберет его брат, с которым он меня тут же и познакомил. Как оказалось, Чарльз Крауч три раза пытался сдать экзамены на Мастерство по Чарам.       Я была не против более глубоко изучать чары, это было гораздо интересней всего остального.       Однако на предложение Чарльза встречаться иногда в Хогсмиде я не согласилась.       Причина была весьма прозаическая: у меня не было разрешения на его посещение. Моим опекуном до сих пор считалась миссис Шарль, несмотря на то, что я не видела её с августа тридцать восьмого и даже не знаю, где она сейчас находится, а значит, она не могла и подписать разрешение, а подделывать подпись мне было лень. Да и вдруг это вскроется?       Всё это я и рассказала Чарльзу, конечно без фраз о подделках, всё-таки я благовоспитанная девушка.       Тот посмотрел на меня недоверчиво, хмыкнул и предложил встречаться там нелегально, а я согласилась, почему бы и нет, собственно говоря?!       После возвращения в «Дырявый котел» я скрылась в своей комнате. Сегодня надо хорошо выспаться, а то завтра придется ночевать на вокзале.       Так и получилось. Тридцать первого числа я освободила комнату и уверенно направилась на Кингс-Кросс. Переночевала в зале ожидания магловской части вокзала. А первого заняла свое место в Хогвартс-экспрессе. Меня ждал очередной учебный год.