Mein Schatz

      Сентябрь был серым и холодным, впрочем, как обычно. Антон ненавидел этот месяц. Не из-за сырой, отвратительной погоды с её вечными ливневыми дождями, сильными, пробирающими до самых костей ветрами и густыми туманами, расстилающимися поутру и укутывающими всё вокруг своей тяжёлой пеленой. Нет, не из-за погоды парень испытывал отвращение к Сентябрю. Единственной вещью, к которой он питал неприязнь, была школа, которая начиналась как раз таки в начале осени.       Открыв любой словарь, можно найти определение слова «школа». 

Шко́ла — учебное заведение для получения общего образования.

      Словарь говорит одно, а вот Антон думает о ней совсем иное. Он считает школу помойной ямой, в которой обитают отбросы. Отбросы общества, если быть более точным, такие как Егор Бонцер, Митя Инфирматуров или Аня Малум: подростки, которые учатся вместе с ним. И не просто в одной школе, на параллели, а в одном классе. Что же сказать, Антону как всегда повезло. Этим ребятам палец в рот не клади, нужно поиздеваться над людьми, особенно над новенькими, такими, как он. Им не известны ни законы морали, ни обычные правила приличия или субординации. Толерантность совсем можно не упоминать. В школе, конечно же, учатся и другие ребята, помимо этой троицы, но ни с кем из них Антон так и не подружился. — Мам, я плохо себя чувствую. Мне кажется, у меня температура. Можно остаться дома? — Антон лежит в постели, с головой укутавшись в одеяло и свернувшись клубочком. Мать подходит ближе и присаживается на край кровати. — Тош, — мягко произносит она, на что парень приспускает одеяло с головы, тем самым немного выглядывая из-под него. — Могу поспорить, что у тебя поднялась температура именно из-за того, что ты вчера не надел шапку. Я ведь тебе говорила одеваться тепло. — Женщина с укором смотрит на сына и, нахмурившись, прикладывает руку к его лбу, на что тот закатывает глаза. — Ну и какая, ты думаешь, у тебя температура? — спрашивает женщина, уже улыбаясь. — Очень высокая? — отвечает Антон. — У меня лихорадка? — уже шёпотом добавляет парень, пытаясь сдержать улыбку, что ему не очень-то удаётся, так как лгать матери мальчишка просто не умеет, и именно улыбка его всегда и выдаёт. — У Вас абсолютно нормальная температура, мистер Симулянт, — произносит женщина, поднимаясь с кровати, при этом улыбаясь, будто радуется тому, что с сыном всё в порядке. — А теперь быстро вставай и собирайся, — добавляет она, выходя из комнаты и прикрывая за собой дверь. — Ну м-а-а-а-а-м… — возмущённо стонет Антон, скидывая с себя одеяло и потирая ладонями лицо. — За завтраком через двадцать минут. — Доносится из коридора.       Парень лениво поднимается с кровати, что-то бурча под нос, и, потягиваясь, отправляется в душ.       Холодная вода поможет забыть. Она смоет все дурные воспоминания. Унесёт их с собой в водосток. А оттуда — далеко в море…или даже в океан, где они уже никогда не коснутся Антона.       Удар — Антон пытается закрыться руками.       Удар по лицу — и он падает на землю.       Пинок в живот — и парень лежит на Земле, молясь Богу, чтобы всё поскорее закончилось…

***

— Ты очень долго собирался, — произносит мама Шастуна, увидев, как сын садится за стол, — завтрак уже успел остыть. — Ничего страшного, — отвечает парень, закидывая холодный кусок омлета в рот, — я не привередливый. И собирался я не долго, просто в душе был.       Струи холодной воды обжигают тело. Пронзают, словно тысячи иголок. Проникают под кожу. Антон царапает синяки на рёбрах, скребёт их ногтями, словно надеется, что после таких действий они пропадут. Юноша ошибается. Синяки начинают болеть с ещё большей силой. А душевная боль вовсе никак не утихает. — Ну что, готовы? —Резкий голос отца, неожиданно раздавшийся из тишины, заставляет Антона вздрогнуть и отвлечься от неприятных мыслей. — Наверное, — тихо произносит парень, ковыряя вилкой остатки омлета. — Хорошо, жду вас в машине, — сухо бросает тот и выходит из квартиры.       Антон, вместе с матерью, надевают верхнюю одежду, по-скорому обуваются, хватают свои вещи и следуют за ним. Отец никогда не завтракает и никогда никого не ждёт: если опоздал — иди пешком, ну или поезжай на автобусе.       Пока Шастун старший развозит всех по своим делам, в машине царит тишина, на фоне слышно лишь тихо играющее радио. Антон смотрит в окно и думает о доме. Не о том, который они покинули буквально десять минут назад, а о том, который парень любил. Юноша родился в Воронеже и очень скучал по родному городку, ведь только там у него были друзья. Немного, но хоть какие-то, верно? В школе все хорошо относились к мальчику, у него было очень много знакомых, его любили учителя. Но в один прекрасный день, когда мальчик уже вот-вот должен был закончить начальную школу, отцу позвонили. И именно этот звонок разрушил Антону всю жизнь: мужчину переводили на работу в другой город, и всей семьёй нужно было переехать в Екатеринбург, ведь фирма предоставляла квартиру. Так и пошла жизнь парня под откос. Пятый класс Антон проучился в Екатеринбурге, шестой — в Челябинске, седьмой — в Казани, восьмой и девятый — в Нижнем Новгороде. Почему так? А потому, что почти каждый год отца переводили, и семье не оставалось ничего другого, как постоянно переезжать из города в город, с квартиры на квартиру. И за все эти четыре года разъездов парню ни разу не везло со школой, а если быть точным, с одноклассниками. В каждой школе, как и в любой другой, новеньких недолюбливали, но так как Антон был довольно спокойным и тихим мальчиком, он был самой главной целью для издевательств. Сначала его обзывали, затем перешли на толчки и подзатыльники. И только сейчас, в Петербурге, когда он перешёл в десятый класс, всё дошло до настоящих избиений. Не о такой жизни мечтал Антон… — Готовься на выход, — голос отца вырывает парня из раздумий. Снова. Он ведь даже и не заметил, как машина подъехала к зданию школы. Антон выходит из машины и захлопывает за собой дверь, после чего та сразу трогается и через пару секунд скрывается за поворотом.       Сегодня понедельник. Первыми двумя уроками должен быть английский. Но Антон не посещает их. Нет, он не прогульщик, просто он и ещё двое человек из его класса изучают немецкий язык. Ну, по крайней мере, изучали. А в этом году уроков немецкого ещё не было, так как не было учителя, знающего язык. Потому Антон приезжал в школу к первому уроку и проводил время за рисованием. Он очень любил делать скетчи. За месяц он «исчеркал» больше половины своего скетчбука.       Вот и сейчас парень, сдав вещи в гардероб, направляется в библиотеку. Заняв своё привычное место, в самом дальнем углу у окна и взяв в руки чёрную ручку, он начинает делать первые наброски в своём скетчбуке. Спустя час на бумаге красуется мужчина с чёрной кошкой, сидящей на плече (1). А ещё через полчаса на другой странице появляется мордочка ещё одного, но уже чёрно-белого кота (2). В последнее время Антону нравится рисовать кошек. Они всегда ему нравились, он любил животных, но так как его отец — аллергик, заводить кота ему просто не позволяли.       Прозвенел звонок со второго урока — через пятнадцать минут начнётся информатика. Парень собирает все вещи в портфель и поднимается на 4 этаж. Два урока информатики проходят как обычно — скучно. Что может быть паскуднее паскаля с его формулами? — Эй, швабра! — Ну да, только подумаешь о паскудах — вот и они. Антон, двигаясь по коридору, ускоряется и только несколько шагов отделяют его от кабинета физики, как его хватают за портфель и отбрасывают от двери. Парень падает на спину. — Мы тут, значит, с тобой здороваемся, а ты игнорируешь нас и убегаешь? — Над ним стоят Егор Бонцер и Митя Инфирматуров, его ненавистные одноклассники. — А что это у нас такое? — Антон видит, как Егор тянется своими жирными руками к чему то за его спиной. — Ух ты, какая штучка, — с неприкрытой язвительностью протягивает он, показывая что-то своему другану. И только через несколько секунд до парня доходит, что эти двое рассматривают его скетчбук. — Отдай, это моё! — Парень вскакивает на ноги и пытается отобрать свою вещь, за что получает удар по лицу и после ещё одного сильного толчка снова падает на пол. — Кисок любишь? — произносит Егор, после чего заливается хохотом. Его друг начинает истерически смеяться вместе с ним. — Ну да, самому-то киски и не светят. Ведь все же знают, что ты пидор.       Антон молча лежит на полу, держась за ушибленную щёку. Он хочет закричать, что Егор не прав, но не может, потому что боится очередного удара. Внутри его распирает от злости, но он всё так же лежит и бездействует, ведь он не справится с двумя. Конечно же он мог бы быстро уложить на лопатки хилое тельце Инфирматурова, но с жилистым и огромным, как дирижабль, Бонцером он бы точно не справился. Антон наблюдает за тем, как Митя подходит к открытому окну, находящемуся в двух шагах от него, и выбрасывает жвачку. Затем он возвращается обратно, выхватывает скетчбук из рук друга и выбрасывает его в то же окно. Антон просто сидит на полу и наблюдает. Он надеется, что как только они отвлекутся, хотя бы на мгновенье, он вскачет на ноги и помчится на улицу, чтобы забрать свою вещь. Так и получается. Когда хулиганы начинают дико ржать с того, что сделали, Антон пользуется случаем: подрывается и бежит к лестнице. Перепрыгивая через несколько ступенек, он лихо спускается на первый этаж, а оттуда спешит на улицу. Подбежав к тому самому окну, он пытается найти свою вещь.       Нет, не может быть. Я же точно видел, как он выбросил его. Он должен был приземлиться здесь.       Антон рыщет по тротуару, внимательно осматривая весь периметр, но не находит своего альбома для скетчей.       Видимо кто-то забрал... Не успел.       Парень, разочарованно опустив голову и тяжело шаркая ногами, возвращается в здание и поднимается на 4 этаж. Учитель по физике делает ему замечание за опоздание, но всё равно позволяет ему пройти в кабинет и занять своё место. Урок проходит необыкновенно тихо (ну не совсем тихо, лучше, конечно, сказать «спокойно») и ненавистные ему одноклассники больше не пристают к нему, а лишь прыскают за его спиной, отпуская ехидные шуточки в ответ на каждое слово, сказанное учителем.       После физики — урок ОБЖ, но Антон решает не идти на него. Чего нового можно узнать на ОБЖ в десятом классе? Да и настроение паршивое, совсем не охота смотреть на отёкшую, словно после трёхмесячной пьянки, рожу обжшника. Парень спускается на первый этаж, надевает верхнюю одежду и напоследок подходит к расписанию, чтобы убедиться, что в нём нет никаких изменений. Но изменения есть.

К сведению студентов, изучающих немецкий язык в качестве основного!

С 03.10.2017 начинаются занятия по немецкому языку.

Уроки будут проводиться по расписанию.

      Чёрт. Ещё этот немецкий.       Антону, конечно, нравится язык, ведь в будущем он мечтает поступить на факультет германистики и продолжить обучение в одном из ВУЗов Германии. Но вместо привычных пяти уроков придётся пойти и на шестой — вот что расстраивает парнишку.       «Ну ладно, всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Надеюсь, что хоть учитель хороший попадётся»,—думает Антон. И парень даже не подозревает, что, начиная со следующего дня, его жизнь будет постепенно меняться…