Mein Schatz

      Утро вторника сразу не задалось, а это означало, что весь день пойдёт коту под хвост. Будильник не прозвенел, и Антон благополучно проспал первый урок физкультуры. Тут ещё и горячую воду отключили.       Прекрасно! Придётся умываться холодной…       Парень сидит за кухонным столом и поглощает свой завтрак: тосты, яичницу-глазунью, один из «глаз» которой потёк и напоминал разлившееся по тарелке солнце, и стакан его любимого апельсинового сока. Закончив трапезу, он, спотыкаясь, бежит в комнату и молниеносно закидывает учебники в рюкзак: физика, русский, геометрия, алгебра… слава богу немецкий с собой не приходится брать, в противном случае спина парня бы просто не выдержала такой тяжести и переломилась. Бросив взгляд на часы, Антон понимает, что опаздывает на физику и, наспех накинув куртку, выбегает из дома.       «Если утро не задалось, жди беды» — проносится у Антона в голове по пути к остановке, и в тот же самый момент он чувствует, как левая нога по щиколотку проваливается в глубокую яму, наполненную водой, а сам он теряет равновесие и падает ничком наземь.       Прекрасно, просто восхитительно! Браво, Шастун! Чем себе ещё день испортишь?       Антон поднимается на ноги, оттряхивая пыль с одежды и, решая не возвращаться домой, чтобы переодеться (ведь он опаздывает), мчится к остановке. Автобус, к великому удивлению Антона, подходит через минуту после того, как он прибегает на место.       «Господи, пусть на этом череда неудач прекратится…» — думает Антон про себя. На что Всевышний отвечает ему: «Не тут-то было!»       Пока парень, спиной облокотившись о поручень, перебирает в руке мелочь, насчитывая нужную для проезда сумму, автобус резко тормозит и монеты, которые прежде были в ладони Шастуна, разлетаются по всему автобусу, звеня и прячась по углам.       «Прекрасно…просто прекрасно», — думает Антон когда шарит по карманам и обнаруживает, что больше денег на проезд у него нет. Как быть? Ползать по всему автобусу, чтобы собрать монеты?       За спиной кто-то тихо покашливает, чтобы привлечь внимание парня. Антон разворачивается и видит контроллёра, которая протягивает руку и всем видом говорит: «Или плати, или я тебя зажарю как настоящего зайца». Антон начинает паниковать: он ещё раз прощупывает все карманы, заглядывает в кошелёк — но мелочи не находит. Налички нет — всё на банковской карте. Он попал. Он действительно в полной заднице… И когда парень уже готов ответить, что у него нет денег, что он готов выйти на следующей же остановке и пойти пешком, сзади него кто-то произносит: «Я оплачу его проезд. Возьмите, пожалуйста». Мужчина в пальто, сидящий прямо за его спиной оказывается спасательным кругом для юноши. Он протягивает контроллёру купюру и получает сдачу. Антон не знает как благодарить этого человека. Он готов его расцеловать, но он лишь широко улыбается, краснеет и произносит тихое, едва слышное «спасибо». Мужчина, улыбаясь, кивает в ответ и отворачивается к окну. Парень смотрит на свой билет.       306451… у предыдущего-то пассажира билет счастливым был…, а вот мне опять не повезло…       Антон дожидается своей остановки, ещё раз благодарит мужчину и выходит из автобуса. Но Шастун был бы не Шастун, если бы не запнулся на выходе, верно? Но всё в порядке, парень удерживается на ногах и на этот раз обходится без падений…

***

      Есть в этой жизни справедливость!       Этот день уже не кажется таким плохим. Ведь Егор Бонцер, которому вчера Шастун дал кличку «мешок с дерьмом» — то ли за то, что он был на него похож, то ли из-за запаха, а может он вообще провёл параллель между его головой с мозгами и мешком с его содержимым… — не появился сегодня в школе. А это значит, что никаких издевательств сегодня не будет, ведь без главаря-зачинщика банда совсем ни на что не способна. Митя сидит в телефоне, скорее всего играя в какую-то игру и совершенно не обращая внимания на окружающий его мир, а Аня, спрятавшись за широкую спину Вити Нигматуллина, красит ногти. Сегодня они не будут докапываться до Антона. И слава Богу.       Парень сидит весь урок физики с широченной улыбкой от уха до уха и не моргая смотрит на доску. Будь он на болоте, а не в классе, его бы точно за лягушку приняли. Вот только зелёной кожи у него нет. Да и бородавок, вроде, тоже… — Шастун, чего такой довольный? — спрашивает Ольга Владимировна, учительница по физике. — А ну, давай, выходи к доске и реши задачу номер восемь.       Ну вот, приплыли…

***

      Физика проходит необычайно спокойно, без происшествий. Ну, не считая того, что Антон падает на пути к своей парте — запутывается ногами в лямках от рюкзака одноклассника. Весь класс заливается смехом. Но Антон старается не обращать внимания на галдёж в его сторону и ползёт к своему месту.       Следующие за физикой русский и алгебра проходят весьма спокойно и быстро. Шастун даже начинает что-то понимать в графических уравнениях. А может и не начинает… В животе, в знак голода, уже неприятно урчит и как только звенит звонок парень мигом записывает домашнее задание на полях тетради, закидывает вещи в портфель и стремится на первый этаж, в столовую.       Расслабился, Антошка? Так вот тебе, пожалуйста…       Сегодня Всевышний откровенно захотел сыграть с ним злую шутку. Очень злую. Что может быть хуже, чем упасть на глазах всего класса? Я вам отвечу — подавиться в столовой на глазах почти у всей школы!       «Хуже быть уже не может…» — Думает про себя парень, вытирая злосчастный компот с лица. Он осматривается по сторонам, ловит пару десятков взглядов и, пытаясь не споткнуться, чтобы не ухудшить положение дел, быстро ретируется из столовой.       Осталось пережить только геометрию и немецкий. Хоть бы всё прошло гладко, без неудач. Хоть бы всё было хорошо… Хотя какой хорошо? Зачем я себя обманываю? Скорее всего на пути домой меня собьёт грузовик. Или нет, на меня упадёт рояль. Или, что ещё хуже, я умру самой нелепой смертью в мире. Например, в автобусе на меня упадёт огромная женщина и я умру от нехватки кислорода. Просто задохнусь под огромной тяжёлой тушей. Или если я пойду пешком, то просто поскользнусь на собачьей какашке и упаду головой на торчащую в асфальте арматуру. Вот это будет шикарное завершение дня! Ну хотя бы не придётся ходить в школу, делать домашку, выбирать университет и думать о будущем. Всё закончится быстро…хотя и очень глупо…       Прозвенел звонок с урока. Антон и не заметил как быстро прошла геометрия, ведь весь урок он провёл в своих мыслях, всячески воображая и представляя завершение сегодняшнего дня.       Остался немецкий. Я прямо чувствую, что что-то случится. Что-то отвратительное. Что-то мерзкое, что либо убьёт меня, либо причинит неимоверную боль, которая с каждым днём будет пожирать меня, разрушать всё сильнее, что…       На лестнице на четвёртый этаж Антон останавливается как вкопанный, выпадая из своих мыслей в реальность при виде сидящей на подоконнике девушки, держащей…       Не может быть…       …его скетчбук.       Девушка сидит в углу подоконника буквально в трёх шагах от Антона, согнув ноги и оперевшись спиной о холодное стекло, и черкает что-то в своём его скетчбуке. Буквально через минуту парень отмирает и решает, что должен любым способом вернуть свою вещь. — Кхм…прости… — тихо произносит Антон, но девушка не реагирует. Он подходит ближе и произносит громче и увереннее: «Прости, где ты его нашла?». На этот раз девушка замечает его, нахмуривает брови и вытаскивает наушник из уха. — Тебе что-то нужно? — Да, — уже осмелевши произносит парень. — Я хотел спросить, почему ты это делаешь? — Девушка смотрит на него с непониманием и некоим страхом и прикрывает скетчбук. — Я не понимаю, о чём ты говоришь, — произносит незнакомка, вскинув брови. Страх с глаз переносится на губы, отчего те начинают слегка дрожать и, чтобы скрыть это, девушка поджимает их. — Я говорю о своём скетчбуке. Я потерял его вчера. Зачем ты портишь вещь, которая тебе не принадлежит? — Отвечает Антон, указывая на предмет в руках школьницы. — Извините, молодой человек, — с облегчением, будто с её души упал стокилограммовый камень, произносит незнакомка и приподнимает уже закрытый скетчбук, — но это мой скетчер.       Антон не верит ей. Антон должен быть на все сто процентов уверен, что эта вещь действительно не принадлежит ему. Антон должен проверить. — Можно посмотреть? — Спрашивает Шастун, на что девушка с ужасом выпучивает глаза и прячет «скетчер» за спиной. — Я лишь хочу убедиться, что он не мой… — Нет. Это моя вещь. Только я могу смотреть, что там. Тебе нельзя… — Твёрдо чеканит девушка и замирает. Парень тоже замирает и безмолвно пилит глазами то заветную книжицу, находящуюся за спиной у незнакомки, то саму незнакомку.       Не будь тряпкой… Или сейчас, или никогда!       Антон бросается на школьницу и пытается вырвать блокнот из её рук, на что та брыкается и пытается отбиться. Через пару минут безмолвной схватки Антону всё же удаётся вырвать скетчбук у «воровки», но то, что он видит, открыв его, не очень-то напоминает ему рисунки кошек…       Голые мужчины…пенисы…задницы…голые мужчины…пенисы… — Это…я же…это… — Мямлит парень, пролистав страницы и остановившись на последней, где и черкалась девушка, рассматривая набросок полуголого учителя географии… — Доволен? — Выкрикивает незнакомка. — Или же скажешь, что он твой? Что ты рисуешь такое… — Извини… — тихо кидает Антон, не дав собеседнице договорить, и, краснея до кончиков ушей, наспех бросает ей скетчбук и выбегает в коридор четвёртого этажа.       Чёрт, как же стыдно. Это же только со мной могло такое случиться. Нужно было поверить ей на слово, а ты, дурак… Смелым стать решил? Вот и поплатился…       На пути к кабинету немецкого Антон думал над тем, что произошло и только в нескольких шагах от него обнаружил, что в коридоре тихо. Слишком тихо, ведь сейчас перемена. Или урок? Не мог же он в схватке с этой девчонкой не заметить звонок на урок. Или мог?       Парень набирается смелости, переступая с ноги на ногу возле кабинета, а затем, когда всё-таки решается, тянет на себя ручку и открывает дверь. В классе на него устремляют свой взгляд три пары глаз: Мити Инфирматурова, который сидит за третьей партой, Мили Ереминой, сидящей прямо перед Митей и нового учителя, имя которого ему ещё не известно. — Ну, я же говорила, что придёт. — Произносит Миля, указывая на Шастуна. — Он частенько опаздывает, но всегда приходит. — Девушка улыбается и продолжает что-то писать в своей тетради. — Извините за опоздание, — произносит Антон, склонив голову и уставившись в пол, — можно прой… — Да, конечно. Шастун, верно? — Антон кивает, присаживаясь за первую парту, прямо перед учителем. Тот отмечает что-то в журнале — скорее всего зачёркивает уже поставленную «н-ку» — и возвращает свой взгляд к лицу юноши. — Повторюсь, специально для тебя, меня зовут Арсений Сергеевич Попов, как ты можешь увидеть на доске, и сегодня у нас вводное занятие на проверку ваших знаний. Вот, выполни этот тест и по его результатам я смогу узнать каким уровнем немецкого ты владеешь. — Произносит преподаватель по-немецки.       Антон как завороженный слушает учителя очень внимательно, получая наслаждение от каждого произнесённого им звука — ведь во всех его предыдущих школах преподаватели немецкого говорили с приторным, отвратительным русским акцентом, раскатывая «р» и игнорируя аблауты, не пытаясь приложить и йоты усилий, чтобы звучать как подобает. — Да, спасибо. — Благодарит Антон по-немецки, забирая копию с тестом и обегает его взглядом. Задания кажутся ему слишком лёгкими, так что, потратив на них около десяти минут, парень откладывает тест в сторону и переводит взгляд на учителя.       Голубые глаза, темные волосы, уложенные в весьма простую, но стильную причёску, чётко очерченные скулы, длинные ресницы… Антон мог поклясться, что школьницы глаз не сводили с такого преподавателя. Он повернул голову, чтобы увидеть Милю, устремившую свой взгляд на учителя и грызущую кончик карандаша. Как только девушка заметила, что за ней следят, она вздрогнула и продолжила перечитывать все свои ответы.       Антон улыбается и ,хмыкнув, думает: «И всё-таки я был прав». — Уже закончил? — Голос учителя нарушает тишину, разносясь эхом по классу, отчего Антон слегка вздрагивает. — Да. Там всё было не очень…сложно… — Шастун протягивает тест учителю. Тот изучает его несколько минут, а затем переводит взгляд на парня и улыбается. — Всё верно. Твой уровень владения языком как минимум В2… А это хорошо. Я бы даже сказал, что для десятого класса это очень даже хорошо. — Преподаватель несколько секунд рассматривает лицо Шастуна, отчего тому становится слегка не комфортно и он краснеет. — Подожди пока остальные допишут. Затем дам вам домашнее задание и можете быть свободны.       Антон кивает в ответ. Пока двое одногруппников пишут тест, парень смотрит в окно и водит ручкой по полям тетради, выводя причудливые узоры в виде завитков и хитросплетений. Задумавшись, парень чешет лоб, при этом слегка отодвигая чёлку набок. Следом за лбом начинает чесаться нос.       «Ещё не хватало чесоткой заболеть…» — думает Антон, несколько раз проводя пальцем под носом. — Так. Камилла, у тебя уровень В1. А у Мити… А2, — делает вывод учитель, после проверки сданных несколько минут назад работ. — Неплохо, ребят, очень даже неплохо, — произносит Арсений Сергеевич, улыбаясь и окидывая всех учеников взглядом. Но, взглянув на Антона, преподаватель издаёт тихий смешок и прикусывает губу, чтобы сдержать улыбку. Антон сидит в недоумении с приподнятыми бровями, а учитель, вернув былую серьёзность продолжает: «К следующему уроку, то есть к четвергу, я хочу, чтобы вы составили подробный рассказ о себе, который я попрошу зачитать перед всем классом. Можете, конечно, подготовиться сразу устно, если вы уверены в своих силах. Я не против. Но если вы не уверены, то лучше подстрахуйтесь и набросайте хотя бы план».       Антон быстро записывает задание на полях тетради и, услышав от учителя «На сегодня всё, можете быть свободны», собирает свои вещи. Проходя мимо Шастуна, Митя и Миля тихо прыскают, глядя на него и, попрощавшись с преподавателем выходят из кабинета. Антон уже было следует за ними, но сделав буквально два шага от своего места… — Моё уважение, господин фюрер, — произносит учитель весьма серьёзно. На что Антон оборачивается и с недоумением смотрит на него, нахмурив брови. — Не хочется ли вам захватить какую-нибудь страну? * — Учитель смотрит на растерянного ученика еще с полминуты, а затем начинает смеяться. Антон всё ещё стоит и с удивлением смотрит на странного собеседника. — Подойди к зеркалу в том углу, — произносит преподаватель, указывая на раковину с зеркалом, стоящую в углу возле двери.       Ну ё-моё, Шастун. Из здесь ты умудрился вляпаться.       В результате задумчивых почёсываний, челка парня сдвинута на бок. А под носом… красуется пятно от ручки. Парень переводит взгляд на свои испачканные руки.       Грёбанная ручка. И как я не заметил, что она течёт?!       Антон открывает кран, намыливает тёмные отметины на лице и руках и смывает всё водой. Пятна от ручки исчезают не полностью, но хотя бы становятся еле заметными. Парень вытирает лицо и с унылым видом поворачивается к преподавателю. — Всегда ты такой «везучий»? — Спрашивает Арсений Сергеевич, несколько раз согнув два пальца, тем самым изображая знак кавычек. — Нет, только сегодня. — Только автобус и ручка или ещё что-то было? — Спрашивает преподаватель и с интересом наблюдает за учеником. — Автобус?.. — Антон хмурится, глядя на учителя и пытаясь сообразить о каком автобусе идёт речь.       А…Чёртов автобус… Так вот почему его лицо мне показалось знакомым…       В учителе парень начал различать черты лица незнакомца, оплатившего его проезд сегодня утром. — Нет, не только автобус и ручка… — Замявшись, ответил Шастун. — Было ещё много всего. Устану перечислять. Вообще со мной редко такое происходит. Очень редко. Просто утро не задалось и всё пошло по наклонной. Я уже начал подумывать, что… — Парень останавливается на полуслове. — Подумывать, что что? —…подумывать, что до дома я живой не доберусь. — Антон смотрит под ноги и кусает губы.       Арсений Сергеевич с неким сожалением смотрит на ученика, затем достаёт свой портфель, копается в нём, пытаясь что-то найти и подходит к парню. — Вот, возьми, — произносит мужчина, протягивая что-то Антону. — Тебе он нужен больше, чем мне.       Антон берёт клочок бумажки из рук преподавателя.       306450…Счастливый…