Mein Schatz

      Антон уже пятнадцать минут стоит у двери преподавателя и всё никак не осмеливается постучать. Да, он надел лучшую одежду, которую нашёл у себя в шкафу, да, он вылил на себя полфлакона любимого одеколона, да он даже зубы два раза почистил, но уверенности в себе ему всё это не прибавило.       Так, давай ты просто постучишь в дверь и всё. Ничего плохого не случится, всё будет в порядке.       Нет, а что если он забыл про занятия и просто куда-нибудь уехал?       Но ты ведь не узнаешь, пока не проверишь, верно? — Верно, — на выдохе произносит парень. Он достаёт телефон, включает фронтальную камеру, чтобы проверить всё ли в порядке с лицом, и не застряло ли что-нибудь в зубах, а может с волосами что-то не то? Убедившись, что всё в порядке, Антон поднимает руку, чтобы постучать в дверь, но она тотчас распахивается. На пороге стоит ошеломлённый преподаватель в одних пижамных штанах.       Ты только дыши... и не пялься. — Воу, Антон? Что-то ты... рано... а уже двенадцать? — Двенадцать? Мы же на одиннадцать договаривались... или нет? — Нервно сглатывает Антон, краснея и бегая глазами по всему вокруг, кроме полуголого преподавателя. — Или нет, — смеётся мужчина, глядя на ошеломлённого парня. — Чёрт, простите, ну... знаете, я могу через час подойти, если Вам неудобно... я могу тут где-нибудь погулять… — мямлит Шастун, медленно пятясь назад, как бы намекая, что ему не сложно подождать ещё немного, хотя на самом деле это не так. — Так, Шастун, ты не выдумывай. Заходи, раз пришёл, — Арсений отступает на шаг назад и, придерживая дверь, как бы приглашает ученика войти.       Сначала Антон не решается пройти в квартиру и стоит в подъезде, ведь преподаватель всё ещё находится в узком дверном проёме. Но набравшись смелости, парень всё-таки делает шаг вперед. Этот шаг кажется для него очень медленным, время тянется, ведь тело преподавателя находится буквально в двух сантиметрах от Антона, отчего парню становится как-то не по себе. — Ты пока раздевайся, я сейчас мусор вынесу, — Арсений указывает на пакет в руке и выходит из квартиры, оставляя дверь открытой. Антон кивает уже удаляющемуся затылку мужчины.       Раздеваться?       Почему-то у Антона сразу в голове проносятся все порнофильмы с похожим сюжетом, но он отбрасывает пошлые мысли в сторону. Расправившись с несчастными кедами, юноша нарочито медленно проходит по узкому коридору пару шагов, чтобы осмотреться, попутно снимая с себя кожаную куртку. — Арс, слушай, когда там твой… — взгляд Антона останавливается на девушке, замершей в дверном проёме справа от него. — Оу, ты уже здесь? Ну, здравствуй… — блондинка фальшиво улыбается, проходит мимо Антона и, пройдя по коридору, сворачивает направо в дальнюю комнату.       Они что, вместе живут?       Ну, конечно они живут вместе, они же муж и жена. Ты совсем глупенький что ли? Вон, смотри, там диван стоит. Представь, что они на этом диване ночами вытворяют.       Антону становится неприятно от собственных мыслей. На языке чувствуется горечь от обиды, а в горле оседает неприятный ком. Парень всё ещё стоит у входа в гостиную, из которой вышла Афина, так и не осмеливаясь пройти дальше. — Проходи в гостиную, я сейчас подойду, — улыбаясь произносит преподаватель, закрывая входную дверь.       Шастун делает глубокий вдох и заходит в комнату. В нос сразу же вонзается запах женских духов. Скорее всего их использовала Афина, перед тем, как Антон пришёл. Первым делом парень решает осмотреться. Комната довольно небольшая, но уютная. Выдержана в бежевых и коричневых тонах. Справа стоит диван цвета тёмного шоколада. Парень сразу решает сесть на него, но останавливается на полпути, брезгливо вспоминая свои же собственные мысли про «ночные приключения женатых людей». Перед диваном находится небольшой журнальный столик, на котором Антон видит несколько модных глянцевых журналов, которые уж точно принадлежат не Арсению, а его пассии. В глаза бросается яркий заголовок «Как завоевать сердце любого мужчины», и парень ставит плюсик у себя в голове, чтобы не забыть как-нибудь почитать, что за глупости пишут в статьях на подобие этой. Просто чисто из любопытства. Слева на стене висит телевизор. Экран покрыт толстым слоем пыли. Видимо ни у одного из хозяев нет времени на уборку. Ладно, Арс почти всё свободное время проводит на работе. Да и вообще, не мужская это забота, заниматься пылью. А вот что же делает Афина в свободное время?       Взгляд парня падает на рамки с фотографиями, стоящие на столике. Он берёт одну из них в руки. Через стекло на него смотрит счастливая пара, жених и невеста, хвастаясь своими белоснежными улыбками. Они выглядят счастливо. Тогда отчего парню так грустно?       Из соседней комнаты доносятся звуки хлопающих дверец и напряжённый шёпот. — … Арс я устала от этого… — Антон прислушивается, но всё же не может разобрать многое из разговора. — Пожалуйста, не заводись, — спокойным голосом отвечает Арсений, — следующие выходные точно проведём вдвоём…       Голоса затихают, скорее всего преподаватель закрыл дверь в комнату, и теперь Антон снова остаётся наедине со своими мыслями.       У тебя нет шансов.             Тебе нужно отвлечься.                     Забыть о нём и переключиться на кого-то другого.                             Но как можно забыть, когда видишь его чуть ли не каждый день? — Слушай, Антон, — Арсений настолько резко появляется в дверях, что от неожиданности у юноши из пальцев выскакивает рамка с фотографией, которую он до сих пор держал в руках. Шастун неловко берёт рамку и ставит её на место, — мне нужно сейчас отъехать ненадолго, подождёшь минут двадцать? Можешь пока порешать восьмой вариант. Он там лежит, — преподаватель указывает рукой на столик, стоящий у стены около окна. Антон кивает, переводя взгляд с мужчины на стопку бумажек.       Арсений накидывает куртку, надевает кеды и выходит из квартиры. Через пару минут следом за мужем проходит благоверная преподавателя с весьма надменным выражением лица. Парень слышит, как в замочной скважине проворачивается ключ, а после комнату заполняет тишина. Слышно лишь тиканье часов и частое сердцебиение Антона. Постояв на месте несколько секунд, парень решает осмотреть всю квартиру.       Выходя из гостиной и пройдя по коридору, юноша поворачивает направо, в комнату, в которую заходила Афина, когда Антон только пришёл. Эта комната оказывается кухней, которая так же выдержана в коричневых тонах. Антон не знает почему, но от гостиной веяло холодом. Не то, чтобы она была такой жуткой, что от неё бежал мороз по коже, да и ветер по комнате не гулял, но всё равно находиться в ней было не совсем приятно. Эта же комната отдавала теплотой. Небольшая, но уютная настолько, что на душе становится как-то тепло и приятно. Бежевые стены, маленький кухонный гарнитур по правую руку, на котором словно по фен-шую расставлены всевозможные кухонные аксессуары, включая большую вазу с фруктами. Слева, около стены, на которой находится множество фотографий в рамках, находится круглый столик цвета ольхи. Пара стульев, которые стоят рядом, являются знаком того, что в данной квартире редко встречают гостей. Антон заканчивает осмотр кухни и, развернувшись, направляется в следующую комнату, которая находится напротив.       Двери закрыты, поэтому юноша сначала не решается повернуть ручку – частная собственность, как-никак. Но любопытство оказывается сильнее этических соображений, и взору парня открывается спальня. Настолько светлая, что поначалу глазам становится больно, поэтому Шастун на пару секунд прикрывает их. Кровать, пара тумбочек с настольными лампами, плотные шёлковые шторы пастельно голубого цвета – ничего необычного. Будь это единственным, что находилось в спальне, комната была бы до безумия скучной. Но тут была и своя «изюминка». Антона заинтересовало то, что находилось в нишах над кроватью. Нет, это были не десятки книг, которые Арсений любил читать по вечерам, они находились в угловом шкафу, плотной стопкой расставленные по алфавиту. Нет, это были не фотографии, красующиеся в блестящих тошнотворных рамках, Арсению их и в гостиной хватало, поэтому он не стал тащить их и сюда. Ниши были забиты цветами. Горшки с цветами. Довольно неожиданно. Антон никогда не любил комнатные растения. Они всегда казались ему элементом домашнего обихода бабулек. Но сейчас он чувствовал некую заинтересованность. Парень пересчитал горшки. Их оказалось ровно двенадцать. Антон ничего не понимал в растениях и названий их не знал, но он заметил, что ни одно растение не повторялось. Каждый горшок был уникален. У одного растения были длинные, острые, словно лезвия ножа, листья, у другого они были полосатыми и широкими, листья третьего имели красивый фиолетовый оттенок, на нескольких других росли небольшие плоды, которые Антон не отважился попробовать на вкус, хотя так хотелось. Самым последним был небольшой горшочек с красивыми нежно розовыми цветами, и на вид казалось, что он пахнет какими-то экзотическими фруктами и сладкой жвачкой. На каждом горшке было что-то написано, скорее всего это было название того или иного растения. Антону приглянулся горшочек с растением черничного цвета и белыми крошечными цветками, и он подошёл чуть ближе, но надписи так и не смог различить, так как шрифт был совсем мелким. Чтобы хоть как-то увидеть крошечные буквы, юноше пришлось забраться на кровать. И какого же было его удивление, когда на горшке он различил чёткий контур букв, которые сливались в одно слово «И г о р ь».       Игорь? Что это за растение-то такое?       Взяв в руки другой горшок, он прочитал «О к с а н а», на растении с длинными острыми листьями красовалась надпись «С е р ё ж а», на том, что был с полосатыми листьями – «В е р о н и к а», был и «С а ш а», и «Ж е н я», и «М и ш а», «М а т в е й» и «А н ж е л и к а», «С т а с» и «М а р г о». А на последнем горшке, который украшали нежно розовые цветки, ровно и аккуратно было написано «А н т о н».       Парень подумал, что странно в доме иметь столько горшков с цветами. Но ещё более странным он посчитал тот факт, что все эти цветки к тому же ещё имели своё собственное имя. И почему это розовый и сразу «Антон»? Антону не понравилось такое сравнение и он, тихо фыркнув себе под нос, поставил горшок обратно в нишу.       Надо будет как-нибудь спросить его об этом…       Ты идиот? Он сразу поймёт, что ты шарился у него в комнате. Не вздумай ничего спрашивать. Подожди… может потом как-нибудь узнаешь.       Парень аккуратно спускается с кровати, поправляет покрывало, которое помялось под его весом, и выходит из комнаты, прикрывая за собой дверь.       Какой он там вариант сказал прорешать? Четвёртый? Одиннадцатый?       Антон смотрит на кучку листков перед собой, но пелена перед глазами мешает ему сосредоточиться. Антон думает о многих вещах и уж точно не о немецком.       Давай же, дубина, сконцентрируйся! Скоро Арс придёт, а ты ничего не сделал!       Юноша берёт в руки листок с заданиями и ручку, проходит к дивану и ложится на него. Какой же мягкий. Удобный. Перед глазами у Антона плывёт, буквы сплетаются в витиеватые узоры, тихонько бегают по листку, лениво нарезая круги. Как же хочется спать. Почему? Так ведь непросто уснуть, когда на следующий день предстоит визит к важному человеку. Антон всю ночь пролежал в кровати представляя себе этот день. Придумывая тысячи различных исходов. Сотни разных вариантов происшествия событий. Чтобы не уснуть, парень решает пару раз ударить себя по щекам. Последний удар выходит каким-то особо болезненным и со звуком хлопка в дверях гостиной резко появляется фигура. — Я уже тут, — улыбается преподаватель. — А ты что, спишь что ли? — Нет, Вы что, я решаю… — Антон раскрывает глаза шире, чтобы выглядеть более убедительно. — Правда? И много нарешал? — Тихо произносит учитель, присаживаясь рядом и вытягивая листок с тестом из рук ученика. — Хм… Два задания из двадцати восьми? И всего за двадцать минут? Да ты же все рекорды бьёшь.       Антону становится как-то неловко лежать перед учителем, и он садится, отчего преподаватель кажется совсем близко. Дыхание Антона прерывается, но, даже не вдыхая воздуха, юноша чувствует цитрусовые нотки парфюма преподавателя. — Антон, что с тобой? Ты будто язык проглотил, — Арсений хмурится, пододвигается ещё ближе, что до соприкосновения остаётся буквально пара сантиметров. Глаза Антона становятся совсем испуганными. Теперь ему уж точно не хочется спать. — Ты не бойся, я же не укушу… — Тихо шепчет мужчина, пододвигаясь всё ближе. Шастун уже чувствует его горячее дыхание у себя на губах. — А может и укушу… — Выдаёт Арсений и быстро прикусывает нижнюю губу Антона, отчего у юноши моментально краснеет лицо. — Ты такой милый, когда стесняешься, — хихикает мужчина. — Ты и вправду думал, что я пригласил тебя сюда, чтобы заниматься немецким?       Антон не осмеливается ничего сказать, он шокирован тем, что сейчас происходит, потому он лишь еле заметно кивает в ответ. Арсений Сергеевич по-кошачьи улыбается и, прислонившись вплотную к ученику, произносит: «Заниматься мы сегодня будем, но не немецким». После этих слов у Шастуна, как говорится, земля уходит из-под ног. (Но в данном случае диван улетает из-под задницы). Голова начинает неистово кружиться, а в ушах стоит гул от собственного сердцебиения. Через пелену густой дымки, что уже успела покрыть его сознание, юноша чувствует горячие губы преподавателя, которые нежно двигаются по его шее. Антон прикрывает глаза, чтобы чувствовать лучше. Больше. Тёплые руки мужчины гладят его бока, и когда одна из рук прикасается к паху ученика, с его губ срывается стон.       Парень открывает глаза, и прикосновения пропадают. Они всё ещё чувствуются на коже, но не так сильно, как несколько минут назад. Рядом с Шастуном сидит Арсений, странно улыбаясь. — Я не решался разбудить тебя. Видать у тебя был довольно интересный сон, — преподаватель глазами стреляет в область паха Антона и снова переводит взгляд на его лицо. Только сейчас до бедного парня доходит, что же произошло.       Юноша с самым ошарашенным видом вскакивает и со всех ног бежит в ванную.       Нет… не может быть… Я не мог так опозориться…       Мог. Сам знаешь, что мог.       Шастун, забежав в комнату, закрывает за собой двери и садится на край ванны. Бедному парнишке кажется, что вся кровь из его тела прильнула к лицу. Настолько сильно оно у него сейчас горело. Он даже совсем забыл о возбуждении, сейчас он лишь чувствует безумный стыд. В коридоре слышатся тихие шаги и вскоре раздаётся стук в дверь. — Антон, ты там в порядке? — обеспокоенно спрашивает преподаватель. — Слушай, это реакция организма. Иногда это случается. Да, иногда это происходит не в самое подходящее время, но всё же… Знай, что ничего постыдного в этом нет. Поэтому немного остынь, и я жду тебя в кухне.       Вдох. Выдох.             Вдох. Выдох.                      Вдох. Выдох