About you

      Джексон отсыпался в свой выходной, когда его пришёл будить Брауни. Когтями оставляя дырочки на хлопковой ткани пододеяльника, что свесилась до пола, котёнок забрался на хозяйскую постель, помялся в нерешительности на мягкой поверхности, и тут его внимание привлекло движение. Джекс непроизвольно во сне дёрнул большим пальцем на ноге. Брауни склонил голову набок, оно (палец, в голове котёнка — воображаемое животное, цель) шевельнулось опять, приготовившись к прыжку, котёнок замер в ожидании игры. Движение. Резкий прыжок, и тонкие коготки поймали добычу. А хозяину приснилось, что его укусила пиявка, пока он наслаждался невесомостью на космическом корабле. От неожиданности он резко проснулся и обрадовался, что страх перед червями** слегка парализовал его, и вместо того, чтобы в панике сильно замахать ногой, стараясь избавиться от беспозвоночного, не смог в тот момент шевельнуть нужными мышцами, иначе бы не пиявка отлетела от него, а котёнок, причём сильно и в неизвестном направлении, а углов и твёрдых поверхностей в спальне хватало.       Ван забрал с прежнего места мягкого охотника одной рукой, за шкирку оттаскивая от "добычи".       — Чего тебе?       — Мяу.       Джекс положил его рядом с собой и лёг обратно на подушку, закрывая глаза. Брауни тут же полез тыкаться своим носом в хозяйский, подражая Марку. Кайе расплылся в довольной утренней улыбке.       — Хорошо, встаю.       Надев на себя нижнее бельё, джинсы и футболку, так как дома было прохладно, Ван потопал на кухню. За спиной послышалось неуверенное жалобное "Мяу" — это котёнок хотел поспеть за хозяином, но боялся упасть с кровати.       — То есть залезть — пожалуйста, а наоборот страшно?       — Мяу.       Джекс спустил этот комок шерсти и пошёл умываться, решив, что, во-первых, котам надо знать, что они не главные, и отличный способ это продемонстрировать — не кормить их первым делом после выхода из спальни, а во-вторых, их наверняка перед уходом на подработку покормил Иен, поэтому пришёл только один — первый проголодавшийся.       Как только послышались характерные звуки кормёжки, по квартире разнёсся топот второго проголодавшегося — Куки.       Два полосатых котёнка поселились у них с месяц назад, пока Джекс был в длительной командировке по работе.       Крутой староста Им Джебом оказался диким кошатником, и так уж сложилось, что инстинкты размножения у его питомцев не уступали его собственному. Одного котёнка забрала младшая сестра Югёма, двоих Марк, поддавшись грусти от пустой квартиры после отъезда Кайе, предварительно, конечно, переговорив с ним об этом. В итоге котята считали Марка главным хозяином, но в силу его отсутствия на данный момент, все вопросы адресовались Джексону: покормить, погладить, дать игрушки, которые на ночь прятались в специальный ящик, потому что хозяева желали спать, а не слушать звон бубенцов и барабанные дроби крохотных лапок по коридору.       Перед отъездом старшего Марк сфотографировал его на полароид и отдал фотоаппарат в поездку Джексону, попросив прислать пару таких же снимков из Англии. Младший хотел, чтобы Джекс себя фотографировал и отправлял, а он достопримечательности щёлкал: Биг-Бен, красную телефонную будку и детскую карусель, — Иен остался недоволен, но повесил их все в спальне, чтобы поменьше скучать. К приезду Джексона Биг-Бен и красная будка исчезли — котята озорные попались, зато два других снимка уцелели, и младший, чтобы они такими и остались, переместил их в рамку под стекло. Кайе каждый раз, проходя мимо, с неудовольствием замечал, что надо бы туда и фотокарточку Марка добавить. Взрослого Марка, например, с одной из гитар, которые парень очень любил, их теперь было три, и все они висели вне поля досягаемости котят. Иен, быстро осознав свои ошибки в хранении вещей, занялся срочным переносом креплений музыкальных инструментов, поэтому Кайе вернулся в слегка "отремонтированную" квартиру.       Вообще Джексон с трудом мирился с тем фактом, что Марк вырос великолепным молодым парнем: весёлый, умный, надёжный, отзывчивый и до чёртиков красивый. Причём некоторая заслуга в изменении фигуры младшего принадлежала Джебому, который направил его к своему тренеру, и поначалу это немного нервировало, но Джексон с собой справился. В конце концов, Иен не давал реальных поводов для ревности, в отличие от фантазии старшего.       Ключ в скважине повернул дважды механизм замка, и в дом зашёл с фоторюкзаком за плечами и штативом в руках очаровательный шатен.       — Я дома!       Уже приведший себя в порядок Джексон выглянул из кухни, дожёвывая французский бутерброд.       — С возвращением, — улыбнулся старший.       — Сэндвич? Я же омлет тебе оставил.       Прежде чем Кайе успел ответить, звякнула микроволновка.       — Погрелся.       — Окей, — улыбнулся парень и, сняв кеды, пошёл относить фототехнику в гостиную, но замер на пороге. Из-за утренней спешки Иен оставил один из фотоаппаратов на видном месте, и теперь его облюбовал Куки, забравшись на него всеми конечностями, стараясь, кажется, открыть слот для SD карт. Марк тихонечко достал из сумки фотоаппарат и навёл объектив на котёнка. Успел сделать пару снимков, прежде чем за спиной появился брат, чисто инстинктивно повысивший голос от возмущения:       — Куки!       Котёнок тут же ускакал в неизвестном направлении.       — Вот же чертёнок! — неистовал Джекс, в то время как Марк лишь смеялся от реакции брата и радовался милым кадрам с питомцем. Вообще-то эта камера была куплена Иеном, и если уж кому и беспокоиться сейчас, то ему, однако, он прекрасно знал, что поцарапать корпус не так уж просто. Самое страшное, что котёнок мог сделать — подтолкнуть камеру к краю дивана и скинуть её на ковёр линзой вниз, и то маловероятно, что с линзой что-нибудь приключилось бы. Джинён вечно утверждал, что эти огромные камеры на самом деле просто орудия убийства, судя по их весу, а Джебом с его дедовскими шуточками начинал отговаривать юного фотографа топиться.       — Марк! Ты к ним слишком снисходителен.       — Они же дети.       — Вот именно, не приучишь их сейчас хорошим манерам, они так и будут грызть твою технику.       — Понял-понял, расслабься, это моя ошибка, что не убрал, не кричи на котят. Куки, Куки, кис-кис-кис. Куда он делся? Брауни, где твой брат?       Джексон подавленно посмотрел на Иена, но быстро отвернулся.       — У нас кончилось молоко, я на секунду в магазин. И не корми их, они симулируют, — улыбнулся старший, направляясь к вешалке.       — Знаю, я купил, — младший тут же вернулся к оставленному у порога рюкзаку.       Парень начал судорожно соображать:       — Я… хотел ещё заскочить за свежей выпечкой, я правда быстро. Приготовишь пока кофе?       — Не вопрос.       Как только дверь захлопнулась, Иен запустил руку в волосы, помассировал подушечками голову и тяжело выдохнул. Откуда-то выполз потеряшка, парень присел погладить его и поиграться, отдав на растерзание острым зубкам свои тонкие пальцы.       — Куки, может, ты скажешь, что происходит?       Котёнок сильней впился в плоть.       — Айщ! Полегче.       — Мяу?       — Вот именно, что мяу…       Джексон в это время шёл по улице и делал те же манипуляции с волосами, так же тяжело вздыхая и загоняясь всё сильней. Только что его больно укололо в сердце, и ему требовалось побыть одному пару минут. Он уже давно бился над одной задачей и не находил ей решения.       Марк любил детей, обожал их, умел с ними ладить. Джексон не сомневался, что Иен хочет своих, и при этом по-прежнему любит его. Но пока они вместе, Марк не станет по-настоящему счастливым, так как усыновить им никого не дадут, гомосексуализм в этой стране разрешили, но не инцест. И все эти замены младшего котятами… Чушь… Не спасут… Кайе успел подумать даже о фиктивных браках, вскользь, как вариант, облазил сотни сайтов, но так и застрял, не найдя выхода.       Моральная сторона вопроса тоже не осталась без внимания, добавляя мрачных мыслей: стоит ли вообще растить детей в такой "близкой" семейной обстановке?       Джексон вернулся со свежим багетом и круассанами. Для Марка это был уже обед, но он с удовольствием присоединился к позднему завтраку Кайе. Парень с энтузиазмом рассказывал об утренней съёмке девочки, которой уж очень понравилась игрушка-тигра, что прячет фотоаппаратуру от слишком смущающихся детей, настолько, что даже приготовленные конфеты не понадобились.       Старший с каждым добрым словом в адрес ребёнка всё сильней и сильней чувствовал вину за всё плохое и хорошее, что было в их отношениях. Он чувствовал вину за их отношения, за то, что допустил эти отношения в принципе. В этой точке времени и пространства он впервые стал искренне сожалеть о решении, принятом уже несколько лет назад. И по-видимому, не смог скрыть этого в своих глазах, потому что Иен перестал улыбаться.       — Что-то случилось?       — Нет, ничего важного.       Марк протаранил его взглядом.       — Будь по-твоему, Кайе, поиграем, — младший встал со своего стула и уселся на сильные бёдра брата, перекинув через него одну из своих модельных ног. — Напоминаю правила: пока не скажешь правду, я не встану.       Марк открыл ноутбук за спиной Джекса, он как раз успел вставить SD-карту с новыми фото и просмотреть некоторую часть перед приходом Кайе.       — Ух, сколько работы, не возражаешь? — Иен сильней прижался к парню, будто чтобы рассмотреть что-то на экране. — Так как? Что случилось?       — Иен… Я не хочу поднимать эту тему.       — А я хочу, мне не нравится ловить на себе такие твои взгляды. Ты начинаешь меня избегать. Мы договорились, конечно, о наличии личного пространства, но, кажется, это не тот случай, когда меня это не касается. Так что выкладывай. И не пытайся увильнуть, я поймаю тебя на лжи.       Спустя пару десятков отсортированных Марком RAW файлов, Джексон всё же начал этот разговор:       — Ты никогда не сожалел о содеянном?       — Временами.       — Например, о чём?       — Что не надел защиту, когда катался на скейте, что при прошлой подобной "игре" не нашёл, чем себя занять, было скучновато молчать полтора часа. И однозначно я постфактум сожалел, когда впервые позволил в себя кончить без презерватива на тебе, последствия те ещё, я к такому готов не был, хоть это было и предсказуемо...       — Я о серьёзных вещах, жизнеобразующих.       — Ну знаешь ли, тот раз был вполне себе жизнеобразующим. Но если ты о каких-то серьёзных вещах, то нет, конечно. О чём бы я мог сожалеть?       — О нашей связи, например, — шёпотом.       Иен нахмурился.       — Настоятельно рекомендую, аккуратно подбирая слова, разъяснить, что ты подразумеваешь.       Джексон повернул голову в бок, отворачиваясь от Иена и поджимая губы, шумно выдыхая. Он чувствовал, что скандала не избежать, если ошибётся хоть на йоту. Марк стал благоразумней и терпеливей, однако старший сейчас ступил на минное поле.       — Я просто…       — Давай без просто, — холодно отрезал Иен, сужая глаза.       "Минное поле, ей-богу"       — Я думал о будущем и о том, что ты был бы отличным отцом, — продолжил Кайе, сталкиваясь взглядом с младшим.       — Ты бы тоже, и? Или… подожди… ты хочешь детей? — Марк расширил глаза в удивлении от своей догадки.       — Не уверен, но ты ведь хочешь… Однако мы не можем даже усыновить никого. В любых других отношениях, даже с парнем — с каждым словом глаза Иена снова сужались, а старший всё лучше чувствовал напряжение, — у тебя был бы шанс. Я переживаю, что отобрал и продолжаю отбирать у тебя возможность этого счастья, — говоря это, Джекс примирительно гладил бёдра младшего — это могло спасти его жизнь сейчас.       — Ты расстаться что ли хочешь и ищешь самый дурацкий повод?       — Нет, просто говорю правду.       — А ты сам хотел бы детей в принципе, абстрагируясь от ситуации?       — Про себя не уверен. Я с котятами-то не сильно лажу, а дети…       — Про себя не уверен, а про меня ты уверен. Спрашивай, блин, о таких вещах, прежде чем выводы делать. Запомни: если припечёт — устроюсь в садик работать, да есть и другие способы помимо усыновления, — туманно выразился Иен, забредая в свои мысли на секунду, — но по большому счёту мне детей и на подработке сейчас хватает. К тому же не представляю, как бы менял подгузники. Поэтому расслабься и не трахай себе мозг, любимый, — Марк решил подкрепить данную просьбу поцелуем и ласковым соприкосновением носов.       Кайе чуть улыбнулся:       — Ты знаешь, что Брауни позаимствовал у тебя эту привычку?       — Правда?       — Мяу.       Скосив взгляд на источник звука, парни встретились с тремя маленькими глазками. Тремя, потому что Куки старался, видимо, прикрыть обзор брату на творившееся перед ними.       — Мы, кажется, подаём плохой пример.       — Определённо.       — Мяу?       — Мяу.