About you

      Блондин валялся звёздочкой на его постели, уткнувшись лицом в подушки. Потом переворачивается на спину абсолютно счастливым.       — Иди сюда, — разводя руки в ожидании объятий, нежно зовёт Марк улыбающегося и привалившегося к дверному косяку Джексона. Иен обнимает со всей силы, наслаждаясь тем, что он рядом и может это делать, светясь от радости.       — Я устрою тебе чёртов апокалипсис через час.       — Не сомневаюсь, — тяжело вздыхая, отзывается старший.

***

      — Люблю. Я просто тебя люблю, — шепчет довольно Джексон, укрывая младшего одеялом и своими объятьями.       — Знаю, я тоже тебя люблю, — поудобней устраиваясь, отвечает засыпающий Иен.       — Несмотря на всю неправильность…       На слове "неправильность" мурашки прошлись по позвоночнику младшего, разбегаясь по тазобедренным косточкам, и кровь снова заставляет пульсировать не мозг.       — Давай не будем об этом, — целуя парня.       — Тебя это возбуждает? Возбуждает "неправильность"? — очевидно, что реакция тела не осталась незамеченной.       — Есть немного, — облизывая и кусая губы, признаётся Марк и чувствует, как в горле застревает ком, сердце начинает колотиться сильнее, а щёки и уши заливаются краской розово-красного оттенка.       "Это же не очень плохо? Он же не станет относиться ко мне иначе? Или это совсем ужасно и надо что-то с этим делать? Это ему не нравится?.."       Желание перечить и ссориться сменилось желанием соответствовать, совпадать, и различие в предпочтениях теперь пугало.       — Это опасно.       — Почему? — ещё сильней начал переживать подросток.       — Потому что изменять тоже "неправильно", не хочу, чтобы ты мне изменял.       — Изменять? Тебе? — за секунду до Иена дошёл смысл сказанного, подкреплённого картинкой и ощущениями, в следующую секунду он сдерживал рвотный порыв. — Нет, — выдавил он из себя, совладая с рефлексом, но ещё подрагивая от страха и отвращения, — вот уж что точно меня не возбуждает, так это кто-то другой на твоём месте. Прости, но нет, — немного подумав, парень добавил, чисто для провокации,— хотя разнообразие…       — Я тебе сейчас устрою разнообразие…       "Как конфеткой поманить…"       — …разнообразие в сексе: я в добром расположении духа и злом.       Старший переворачивает Иена на спину и через минуту вдавливает обе его искусанные у запястий руки своими ладонями в кровать. "Заглушить" себя теперь так просто не получается, и Марк изо всех сил старается контролировать себя, давясь стонами, лишь впиваясь короткими коготками в тыльную сторону рук брата, сгибая в приятных судорогах пальцы и кусая губы до крови. Ситуация сама по себе уже не смущает, раньше он "затыкал" себя, чтобы не показывать, что больно, он же парень в конце концов, но недавно сломавшийся голос до сих пор кажется чужим. Непривычно. Сбивает и смущает сильнее, чем боль, потому что звучит странно…       Псевдо злое настроение Джексона позабавило младшего на этот раз, к счастью или к сожалению, заронив в парне желание испробовать, каково же ему будет в постели с по-настоящему злым братом.       Прошла всего пара месяцев, но и за этот короткий промежуток изменения были разительными.       Младший стал больше улыбаться и учиться, в том числе и из-за репетиторов по английскому, математике и гитаре, больше не скрывая от брата, чем занимался в тот или иной момент времени. Изменился и его внешний-внутренний мир: сменил пирсинг на языке с временной серьги на постоянную, а также перекрасился, став шатеном.       Комната Кайе стала их с Иеном общей спальней и обзавелась полноценной кроватью и парой тренажёров, а комната Марка стала их кабинетом и гостиной для приёма друзей с диваном, временами помогающем в конспирации, когда этого требовала ситуация. Новая гитара висела рядом с рабочим столом Иена, а не кочевала по квартирам друзей и репетиционным в отличие от прежней, что радовало парня ежедневно.       Джексон всё меньше и меньше занимался воспитанием младшего, потому что тот рвался к независимости и соответствию брату, как быки на корриде ко всему, что движется, и всё больше и больше исправлял его косяки, потому что Марк всё-таки не знал всего, впрочем, как и все остальные в этом мире. Самым сложным оказалось для Кайе вдолбить в голову Иена мысль, что ошибаться — абсолютно нормально, это делают все, нет идеальных людей. Младший просто бесился и беспокоился из-за каждой мелочи, потому что любой промах, как он считал, отодвигал его назад, отдалял от брата, не принимая в расчёт, что наоборот, каждый извлечённый из ошибки урок приближал его к нему, хоть и ранил временами подростковую гордость.       Амбициозность Марка проявила себя во всей красе, когда парень выбирал университет и специальность, остановившись на направлении юриспруденции в Калифорнийском Университете*. Хоть Джексон и сам там учился, но на брата посматривал с неким любопытством и беспокойством после оглашения данного решения, так как в этом направлении он не разбирался совсем.       Отныне. Он. Живёт. С гуманитарием. Пусть это и остался тот же Иен, но теперь он — гуманитарий — невиданный зверь.       Ощущать себя зверьком из зоопарка Иен не привык и всё любопытство Джексона в силу беспокойства воспринимал как насмешки, даже пошёл советоваться с Джинёном по поводу странного поведения старшего.       — То есть теперь твоя претензия к нему состоит в слишком пристальном внимании?       — Можно и так сказать.       — За что боролся, Марки… — улыбаясь, недоговаривает Пак. — Попробуй адекватно у него поинтересоваться, из-за чего он так себя ведёт.       — Адекватно с Джексоном, это как?       — Не как обычно, а как со мной. Просто попробуй.

***

      — Джекс, почему ты смеёшься надо мной в последнее время?       — Я? — искренне удивляется. — Когда?       — Постоянно с тех пор, как я решил поступать в твой университет, думаешь, не справлюсь?!       Смешок не был самой подходящей реакцией на бунт молодого любовника, Кайе это знал, но не смог удержать его в себе.       — Нет, думаю, сможешь. Я просто никогда не представлял тебя в этом амплуа, кто же знал, что мой братик гуманитарий.       — Говоришь так, словно я инопланетянин какой.       — В какой-то степени для меня да, потому что в моём окружении таких не много. Да и ты никогда не подавал симптомов данного направления.       — Это не болезнь!       — Признаков, — исправился брюнет.       — Я не… — Иен замялся, так как понял, что признаки бывают не только у изучаемых объектов, но ощущение подопытности ему не нравилось. — В любом случае, это одна из самых прибыльных профессий, так что, думаю, лучше остановиться на ней.       — Оу. Я так понимаю, что ты решил выбирать профессию с учётом будущего.       — Да.       — Хорошая мысль, — Кайе понимал, что Иен сейчас крупно ошибается и соображал, как подвести его самого к этой мысли, учитывая подростковые гормоны. — Выбирать сферу деятельности на всю жизнь, руководствуясь только зарплатой, не всегда лучший вариант. Подумай ещё, — уходя из дома по делам, заканчивает старший.

***

      Джебом подходит совсем неслышно, пугая этим Вана, и получает адрес длинного путешествия в качестве реакции в очень грубой форме.       — Джекс, ты чего? Поругались с Марком сильно?       — Не знаю, не совсем… Бом, у тебя нет на примете какого-нибудь несчастного человека, который выбрал профессию только из-за денег и пребывает на данный момент в унынии?       — Ты на кого-то конкретного намекаешь?       — Нет, реально нет вариантов.       — Зачем тебе?       — Продемонстрировать Марку, что случается, когда так поступаешь, а то он, оказывается, именно поэтому подался в изучение юриспруденции.       — Ясно… Несчастный, злобный, недовольный работой человек…       — При хорошей зарплате.       — Да-да… Есть один такой объект, только ты мне будешь дважды должен.       — Почему дважды?       — Потому что тебе делать ничего не придётся. Согласен?       — Возможно, хорошо, согласен.       Им набирает Джинёна, попросив сакцентировать внимание Марка на причинах агрессивного поведения преподавательницы английского языка, объясняет зачем, на что-то соглашается, глядя на Вана, и нажимает отбой.       — Ситуация изменилась, теперь у меня осталось всего одно твоё одолжение, второе на счету Джинёни.       — Ребят, это вам не деньги с карты на карту, — сузив глаза, бурчит Джексон.       — Хочешь повлиять на младшего?       — Да.       — Вот и смирись. Трачу своё одолжение, чтобы узнать, что у тебя попросит Младший Пак.       У Джексона выражение лица на миллион долларов.       — Транжира, — ну это же неадекватно так разбрасываться одолжениями друга.       — Это мы ещё посмотрим, — усмехается Джебом.

***

      — Джинён, а Джебом ведёт себя в постели с тобой агрессивно?       Староста успешно давится смесью пирожного и чая во время заслуженного перерыва, прикидывая, как вообще мысли Марка могли с обсуждения профессий переключиться на это.       — Ты специально ждал, когда я запью эклер? — откашлявшись, интересуется Пак.       — Нет. Случайно вышло. Так как?       — Бывает временами. А что? — к чему гадать в чём причина, если можно прямо спросить?       — Что ты для этого делаешь?       — Ни хрена я не делаю!! — шёпотом орёт Джинён. — Он просто несёт какую-то ересь о любви секунд пять-десять, и слетает с катушек! А мне после этого маскировать синяки приходится и париться в водолазках, не взирая на время года, как сегодня. Родители трижды (ТРИЖДЫ!) пытались отвезти меня в травматологию с подозрением на вывих чего-то в ноге, они не определились чего именно и в какой именно ноге, но решили, что правы, потому что я ходил "как-то странно". И всё это из-за него!       — Ясно, — вздохнул Иен, спокойно отреагировав на эту вспышку праведного гнева. Он уже много раз лазил в интернете, ища "что очень сильно возбуждает геев" (самым адекватным ответом были духи с феромонами).       На самом деле создание реальной ссоры не такая уж большая проблема, но вот сама ссора, даже с горячим сексом, всё равно неминуемо станет реальной проблемой. Ждать же подходящего стечения обстоятельств, когда будет всё по-настоящему, и подходящая ссора (не каждая ссора здесь подойдёт), и настроение, — слишком длинный путь, требующий терпения, которого у подростка просто не было.       — Джексон тебе что-то сделал?       — Наоборот. Не то, чтобы совсем наоборот. Просто даже когда он злится, он очень аккуратен. А это как бы не то.       — Ну, я его винить точно не стану, с нормальной взрослой адекватной медицинской точки зрения, — делая положительно-уважительный акцент на каждом прилагательном, которым, по сути, охарактеризовывал старшего Вана, — а не озабоченной, — намекая на своего парня, — наши организмы ещё не до конца сформированы, так что аккуратность не помешает. Но если хочешь совета, как вести себя в постели с любовником так, чтобы он выполнял твои желания, могу дать.       — Давай.       — Скажи ему об этом в лоб. Работает.       — С Джебомом разве сработало?       — Я не говорил ему. В процессе об этом даже не помню, но прямо сейчас, когда жарюсь, прибить его хочется, — нервно стуча пальцами по столешнице, бесился Пак.       — Хорошо, спасибо, попробую.

***

      Вечером Марк снова листает интернет страницы университетов, лучше присматриваясь к специальностям.       — Иен, ты выбрал, какие экзамены будешь сдавать помимо основных?       — Нет, пока не точно. Нужно всё обдумать получше.       — Ну тебе ещё больше года до выпуска, время есть. Кстати, у меня есть предложение, как смотришь на то, чтобы на длинных каникулах поработать?       — Не плохо.       — Тогда лови брошюру, — Кайе запустил в брата самолётик, врезавшийся прямо в макушку Иена, на что младший недовольно покосился сначала на недооригами, потом на брата.       Расправив, Марк детально её изучил.       — Разве у нас есть столько денег?       — Есть. Да даже если нет, у тебя разве есть достаточно жизненного времени, чтобы упускать такую возможность?       С какой-то стороны — со всех — Джексон был прав. Фирма на брошюре предоставляла особую услугу: на несколько месяцев и за определённую сумму дать клиенту поработать в нескольких различны сферах, набраться опыта и поучиться у профессионалов на практике, примерить на себя разные роли.**       — Хорошо. Остановлюсь сегодня на этом, — устало заключает младший, слыша, как к звуку клавиш ноутбука старшего прибавляются удары капель о стекло. — Дождь.       Марк медленно отправляет свою тушку на диван к любовнику, садясь рядом. Здесь куда уютней и теплей, можно прижаться и обнять Кайе.       — Эй, — нежно на ушко начинает шатен, — у тебя есть какая-нибудь сексуальная фантазия со мной?       Джексон слегка напрягается от этого вопроса, размышляя, стоит ли афишировать весь список, пока младший старается привлечь внимание, покусывая его мочку, но потом открывает на ноутбуке заметки и отправляет на домашний принтер документ. Когда жужжание прекращается, Кайе предлагает брату пойти и ознакомиться со списком самостоятельно, в то время как он будет совершать последнее на сегодня усилие учебного характера. Надо ли говорить, что это лишь прикрытие, чтобы проследить за искренней реакцией Марка? Спонсором непровала этого плана стали потраченные усилия на тренировки периферического зрения для скорочтения таблицами Шульте.       Джексон видит, как Иен сглатывает и очень быстро краснеет, облизывая и закусывая губу. На секунду поднимает голову, отрывая свой взгляд от листа и перемещая его на "очень сосредоточенного на работе" брата. Сглатывает снова и возвращается к чтению, покусывая от волнения губы. Внутри всё теплело, завязываясь узлом.       Прочитав лишь первую страницу, младший сложил три ещё тёплых листа A4 себе в задний карман и закрыл ноутбук Джексона, беря того за руку.       — Пошли, — нежно командует Марк, и Кайе видит, насколько замутнены его глаза от возбуждения. Иен заводит брата в тёмную спальню, стягивает водолазку, оголяя накаченное тело старшего, и аккуратно отталкивает на постель, не позволяя поцеловать себя. А чтобы Джексон не заполз на неё целиком, тут же садится ему на бёдра, снимая попутно футболку и с себя, и прижимается телами. Целует сначала нежно в губы, потом слегка кусая, параллельно ведя руками по торсу, спускаясь к пряжке ремня. Иен уже сильно возбуждён, и об этом свидетельствует не только область паха, но и тяжёлое прерывистое дыхание.       — Тебе придётся мною командовать, — горячим шёпотом по разыгравшемуся воображению старшего. Это было бы позором сейчас — кончить только от одного предположения, что сейчас произойдёт, поэтому Кайе с трудом себя сдерживает, пока младший опускается коленями на мягкий ковёр перед кроватью, целуя живот.       Ну никто не тянул в ту дождливую ночь Марка за язык, так что ничего удивительного, что он нашёл этот пункт в списке Джексона. Пожалуй, минет с пирсингом был одним из самых безобидных вариантов.       В то время как брюнет теряется в ощущениях, но всё же руководит младшим, Иен старательно вспоминает нюансы, почерпнутые на просторах интернета, и воплощает их в жизнь, добавляя "от себя" к командам Джексона. Так проходят три минуты, на которые хватило терпения старшего, после чего, отдышавшись, он затаскивает себя и брата целиком на кровать, нежно целуя.       — А у тебя какая имеется эротическая фантазия?       — Нету пока.       — Не очень верю, такие разговоры в принципе не начинаются без неё.       — Она пока что не такая детальная, поэтому…       — Может, скажешь? — перебивает, целуя шею.       — Просто мне кажется, что ты считаешь меня хрустальным…       —… И это ранит твоё чувство достоинства, напоминая, что ты младше, когда хочешь быть наравне, — закончил за него брат.       — Именно, только я не это хотел сказать.       — Десятый пункт читал?       — Угу, — подтвердил, сглатывая шатен.       — Так вот, всему своё время. А сейчас, будь добр, сомкни ножки, чтобы я смог избавить тебя от всего лишнего.       — Нет, — явно провоцируя, чтобы Кайе применил силу.       "Всему своё время", ага, разбежался, я получу то, что хочу, сейчас!" — бегущей строкой в глазах Иена.       Старший слегка ошарашен таким поворотом событий. И готов даже поржать слегка над нелогичностью шатена, потому что он-то кончил, ему хорошо, а вот Марк сейчас должен вести себя ровно противоположно в подобном состоянии. Так и подмывало сказать: "Ну, как хочешь, я тогда пойду дальше делами заниматься," — чтобы не повадно было. Раз уж младший решил поманипулировать им, пусть хотя бы делает это как-нибудь серьёзней, с умом, а то смех не всегда хорошо сочетается с возбуждением. Но, сжалившись, принял попытку отговорить.       — Мы же собирались завтра сёрфингом позаниматься, рано встать, все дела.       — И?       — Ты же не сможешь завтра даже из постели выбраться, если я пошлю всю аккуратность к чертям, не то что на доске стоять.       — Одни разговоры.       — Тогда решено. Оставлю тебя на берегу сидеть и смотреть, как я наслаждаюсь волнами один. Будешь учиться на своём опыте, — приближаясь к губам.       — Договорились, — запуская руку в волосы старшего и сжимая их в кулаке.

***

      Вечерний ветер. Отличные волны. Марк лежит на песке, попивая любимый кофе на вынос (маленький подарок брата), любуясь закатом, и дико завидует Джексону, катающемся сейчас на волнах. Смотря на очередной финт, младший решает, что следующая цель — смена ролей, тогда даже после такого бешеного секса, как прошлой ночью, из-за которого они проснулись к обеду, он тоже будет в состоянии такое проворачивать. Осталось придумать как именно. В поисках какой-нибудь идеи он достаёт из заднего кармана список брата, который вчера чуть не потерял под кроватью, так как он выпал в процессе, и приступает к изучению, мысленно зачеркнув два пункта на первой странице.