Я люблю вас, сенсе...

Настало утро. Так и не сомкнув глаз, я вяло оторвал свой зад от дивана, и потащился в ванную. Я думал, что холодный душ освежит меня, как это бывает в различных глупеньких рассказиках или в кино такого же типа, но вода не придала мне сил, а лишь заставила замерзнуть. Недовольный всем и всеми я натянул на себя брюки и рубашку, затянул галстук и пошел на выход. Открыв дверь я опешил: передо мной на лестнице сидел Ведди, и, уткнувшись лбом в колени, тихо сопел. «Ведд Эванш? Что ты здесь делаешь? — я, ничуть не боясь, подошел к мальчику. — Ты спишь?» Ответа не последовало. Тогда я взял мальчика и его портфель на руки и занес в квартиру, положив Ведди на диван, я сел рядом и стал рассматривать его лицо: «Да кто же ты такой, Ведд Эванш?». От моих коллег, любивших посплетничать на переменах, я узнал, что Ведд приехал Японию из Англии, и что его родители какие-то аристократы. Так же, я узнал, что у мальчика есть сестра-близнец, с которой его разлучил отец, нежелающий больше оставаться в семье. Решением суда было поставлено отдать Ведди отцу, а его сестру Кети — матери. После этого папа отвез мальчика на Окинаву. С самого начала Эванш был умнее своих сверстников, и его за это невзлюбили и учителя, и дети. Плюс его золотистые волосы, бледная кожа и голубые глаза — все это не нравилось японцам. Прошло время, мальчик перестал выделяться своим умом, да и к внешности все привыкли, но одноклассники не потянулись к нему, так он и остался один, белой вороной среди сверстников. «Неужели жизненные проблемы так повлияли на него?» — Сенсе? «Поэтому его голос тогда был таким холодным?» — Сенсе! «Что же...» — Сееенсее!! Вы оглохли!? Тут меня передернуло, я конвульсивно завертелся и увидел надутое недовольное лицо Ведда. Он сидел на диване в позе лотоса и пристально смотрел на меня. — Прости, что? — Сенсе, я смотрю вы тоже не выспались... — Д-да, есть немного. — я вяло улыбнулся и почесал нос. Мальчик расплылся в довольной улыбке. Я сел на диван рядом с ним, откинувшись назад, я закрыл глаза и издал протяжный стон. — Что с вами, сенсе? — я приоткрыл левый глаз и взглянул на Ведда, который напугано смотрел на меня. — Вам плохо? — Нет-нет, что ты! — Я сел прямо и немного повернулся к мальчику. — Просто сил нет. — Хотите, я вам дам сил? — такой вопрос насторожил бурную фантазию извращенца, но я сразу отбросил эти мысли. Я кивнул. Ведд поднялся с дивана и попросил меня снять рубашку лечь на живот. — Зачем это? — Ну, сенсе, вы же умный! Разве не понятно, что я массаж хочу вам сделать? — Ааа... Спасибо, Ведди, но не нужно. — Я скептически взглянул на мальчика. — Но, сенсе, вы ведь устали! А я так хорошо массаж делаю! Пожалуйста! — Эванш заскулил, как щенок и затопал своими маленькими ножками. — Сенсе! Ну, а что мне оставалось делать? Я всегда был равнодушен к слезам, но его милое личико, покрасневшее от накативших слез, заставило мое сердце вздрогнуть. — Хорошо... Я снял рубашку и лег на диван. Мальчик спросил, где можно намыть руки, и пошел в сторону кухни, куда я ему указал. — Ну вот, сенсе, я вернулся. Начнем? — Ага. Мальчик широко улыбнулся и, забравшись на диван, сел мне на поясницу. В миг я почувствовал его тонкие пальцы, резво бегающие у меня по спине. Он нажимал на какие-то точки так сильно, что мне сводило челюсть, но после того, как Ведди убирал палец с нажатой точки, все тело охватывало тепло и легкость. Но кое-что мне нравилось куда больше: Ведди, в силу своего небольшого роста, что б дотянуться до моих плеч, приходилось сильно подаваться вперед, при этом я чувствовал, как его маленькое тельце трется об меня и как от каждого прикосновения его кофты к моей спине, у меня бегают мурашки. «Как хорошо.» — от удовольствия я закрыл глаза. «Его прикосновения прекрасны. И мне кажется что и он...» — тут я приоткрыл левый глаз и взглянул на зеркало, висевшее напротив дивана: мальчик, протягиваясь вперед к моей шее, как будто специально старался увеличить трение наших тел. Я был прав, он сам наслаждается тем, что делает. Его щеки покраснели, на висках проступил пот, позже я заметил, что Ведди тихонько постанывает. Вслушиваясь в его довольные тихие стоны, я начал думать о нехороших вещах. На этот раз прогнать извращенные мысли было куда сложнее. Я представлял Ведда и так, и этак, и в костюме кролика, и в фартуке горничной — в общем так, как представляют себе все извращенцы. Сам не заметив, я начал стонать, мое дыхание сбилось, и я почувствовал, что если мальчика сейчас не остановить, то случится кое-что не очень приятное. — Ведди, все, хватит. Спасибо. — Но, сенсе, я... — Ведд Эванш, прошу, прекрати. — Повысил я тон. — Простите, сенсе. — мальчик тихонько слез с меня и сел на пол, возле дивана. Я поднялся, и, помяв плечо, сказал: — Спасибо, массаж действительно помог. — На здоровье. «Сказал, как отрезал» — подумал я, и, улыбнувшись, подсел к нему. — На первый урок мы уже опоздали. — Простите. — Тихонько произнес мальчик и уткнулся носом в коленки. — Ты не виноват! — я легонько обнял его. — Ну чего ты? — Сенсе не доволен... — Да я доволен! Мне очень помог твой массаж! Спасибо! — Правда? — мальчик недоверчиво посмотрел на меня. — Правда. — Правда-правда? — Правда-правда. — Правда-правда-пр... — Да, Ведди, чистая правда. Мальчик резко подался ко мне и обхватил своими руками, крепко прижав свое тело к моему. — Я рад, сенсе. — прошептал он мне на ухо и уткнулся носом в плечо. Я не знал, что мне делать, но моя рука машинально поднялась и погладила Ведда по голове. «Я чувствую его тепло» — Знаете, дети гораздо теплее и нежнее взрослых. Их чувства искренни на все сто процентов! Возможно, поэтому педофилы их и любят. Ну как любят... Я полагаю, их привлекает именно та натуральность, искренность и невинность, что не найдешь ни в одном взрослом. А это даже заманчиво. — Сенсе, вы теплый. — Прошептал Ведд, трясь носом о мое плечо. — Все люди теплые, Ведди, и ты тоже. Такая у нас физиология. — Но вы теплее, чем отец или же одноклассники... куда теплее, сенсе. Я ничего не ответил. Тогда мальчик, не ослабляя объятий, забрался ко мне на колени. — Ведд! — я резко подскочил, отталкивая мальчика. Тот упал назад себя и, не вставая, принялся разглядывать мое лицо. Я смутился. По моим щекам ударил жар, и я отвел взгляд. — Что такое, сенсе? — Н-нет... Ничего. — Я схватил рубашку и, натягивая ее, пошел к выходу. — Нужно идти в школу. — Но, сенсе, мы ведь и так опоздали! Давайте лучше поиграем... — Ведд Эванш, пожалуйста, покинь мой дом и отправляйся в школу. — Прошипел я, не оборачиваясь. Но в ответ была лишь тишина. Внезапно Ведди проскочил вперед меня к двери, схватил сумку, и уже у выхода произнес: «Как знаете, сенсе» . И в миг скрылся за дверью. «Да что он себе позволяет?» — я был в ярости. То, что делал этот мальчик, выходило за рамки простой извращенной фантазии обычного учителя. Я снова на воображал себе различные пошлости. Этот малец...