Я люблю вас, сенсе...

«А сейчас, вызывается первый свидетель – Ведд Эванш.» Мужчина в форме вышел из зала, через несколько минут он вернулся, ведя за собой Ведди и его отца. Я смотрел, как малыш подошел к кафедре, встав за неё, он неловко посмотрел на меня и перевел взгляд на судью. Алекс же сел на скамью и начал следить за процессом. А я непонимающе смотрел на мальчика и думал: «Что он тут делает? Ведди, что все это значит?» — Как тебя зовут, мальчик, и сколько тебе лет? — Ведд Эванш. 10 лет. – Ведди уверенно смотрел на судью и так же уверено отвечал на его вопросы. — Скажи, Ведд, это человек, – Хаякава указал на меня, – он знаком тебе? — Да, он мой сенсей. — Расскажи, в каких ты отношениях с ним? — «О, нет, только не это» — Сенсей… он… — Ведди опустил глаза и тут я понял, что сейчас он все расскажет. – Он хороший. — Что ты подразумеваешь, под словом «хороший», Ведд? — Ну… он всегда помогал мне, заботился... разрешал мне оставаться у него дома, мы много с ним играли. — Скажи, а твой учитель никогда не просил тебя показать ему что-нибудь, или, может быть, он трогал тебя? — Сенсей часто обнимал меня… когда мне было плохо… или просто так. — Только обнимал? — Нет. – голос Ведди стал тише. – Он…он гладил меня…там… — А что-нибудь ещё он делал? — Он… — Малыш посмотрел на меня и слезы навернулись на его глазах. – Я люблю сенсе! – внезапно закричал мальчик. — Он хороший! Пожалуйста, не делайте ему плохо! — Успокойся, Ведд. – судья стукнул молоточком. Но малыш только сильнее разревелся, я хотел подбежать к нему, но меня остановил охранник и посадил на место. Тогда к Ведди подошел его отец и, бестактно схватив за руку, что-то шепнул на ухо. Мальчик затих, но дальше давать показания отказался и сел на скамью для свидетелей. После недолгой паузы господин Хисаме вновь попросил пригласить свидетеля, я четко расслышал его имя. Ещё бы, это ведь был Ямамото. Оторвав свою толстую задницу, он подошел к кафедре и представился: — Ямамото Уэсиба. 50 лет. – директор, довольно улыбаясь посмотрел на меня. — Скажите, господин Уэсиба, знаком ли Вам этот человек? – судья вновь кивнул в мою сторону. — Да, это новый преподаватель математики, в школе, которая находиться под моим руководством. — Как Вы узнали о том, что Ичиро Хисаме насилует детей? — Это случилось буквально через пару дней, после того, как я его принял на работу. Ко мне пришли жалобы от родителей, что дети, ведут себя как-то не так. Оказалось, что четверо детей из класса, классным руководителем которого был господин Хисаме, были изнасилованы. Документы, доказывающие это, я уже передал. — Ложь! Я не насиловал детей! – видимо у меня включился режим самосохранения, и я не смог молчать. — Да и ещё к тому же, недавно я купил себе небольшой источник, за пределами города, так вот, когда я там был насчет вопроса о покупке, то есть два дня назад, я узнал, что Ичиро-сан водит туда детей и именно там и насилует! — ЛОЖЬ! – вновь завопил я. – Господин судья, я протестую! — Протест отклоняется. – Хаякава вновь ударил молотком. – И впредь, Хисаме, не перебивайте свидетелей во время их показаний. Я охренел, но вовремя вспомнил, что судья уже подкуплен и успокоился. Чего зря рыпаться-то? — В тот день, Ичиро-сан был там с мальчиком Эваншем. – Усмехнувшись, Ямамото снова посмотрел на меня. — Ведд, скажи, это правда, что ты ездил со своим учителем на источники? — Да.— неуверенно кивнул малыш. — Ичиро Хисаме, Вам есть, что сказать? — Я не педофил. — Ясно. – Судья встал с места, и удалился из зала. Мне оставалось только ждать приговора… не в мою пользу конечно… Когда господин Хаякава вернулся, он огласил приговор: «Признать виновным в педофилии и лишить свободы на 25 лет с помещением в колонию строго режима». Я как сидел, так и остался сидеть, а в голове крутилось: «25 лет. Как я так попал? Почему я? Боже, 25 лет! Да я выйду из тюрьмы только когда мне….45 будет! А Ведди 35… ну и в дерьмище я вляпался». — Как на 25 лет? – пронзительный голос Ведди ударил по моим перепонкам. – За что? Сенсе! Нет! так неправильно! Пожалуйста, отпустите сенсе! Я люблю его! Мы никому ничего не делали! Отпустите сенсе! Пусть всё будет как раньше! Пожалуйста… — Идем, Ведд. – Алекс схватил мальчика, упавшего на колени, за руку и потащил к выходу. — НЕ-ЕТ! СЕНСЕ!!! НЕТ! Я ХОЧУ ОСТАТЬСЯ С СЕНСЕ! — Прекрати ломать эту комедию! – Отец мальчика буквально вышвырнул Ведди за дверь и вышел сам. Наблюдая эту картину, я заплакал. Стало так пусто, так больно и тяжело. «Ведди, прости меня» — я смотрел на закрывающуюся дверь и мысленно прощался со всем тем, что было у меня. «Теперь я преступник. Пусть это и не правда… хотя, от части правда, ведь я действительно делал то, что не стал бы делать простой учитель…. Да, я педофил. Хорошо, то Ведди не будет рядом.» — вытерев слезы я повернулся к охраннику, и тот, одев на меня наручники, повел к выходу. Уже на улице я встретил Ямамото и Хаякаву, о чем-то говоривших. Я постарался посмотреть на них с такой ненавистью, которая только была у меня, или даже больше. Но оба только отвернулись от меня и продолжили разговор. Когда меня отвезли обратно в тюрьму, меня не поместили в ту камеру, где я провел ночь, что странно. Меня определили в одноместную камеру с хорошим туалетом, холодильником , раковиной и старым, наверняка черно-белым телевизором. — Почему меня сюда перевели? – спросил я у охранника. — Скажи «спасибо» Каэдэ-сама, за то что он позаботился об этом. — Такаси? Ха! – Я оперся спиной о стену и засмеялся. – Я не нуждаюсь в его подачках. — Это не моё дело. Раз хозяин приказал, значит так надо делать. – договорив, мужчина ушел. — Ну и ладно. Хоть какая-то польза от него. — Какая-то? – Послышался голос Такаси и дверь в камеру открылась. – Ничего себе «какая-то»!! — Парень зашел внутрь и сел на кровать. — Мне все равно тут 25 лет сидеть. Так что не стоило… долго эта VIP-камера будет занята… — Сколько? 25 лет? — Если услышал, зачем переспрашивать? — Я так же сел на кровать. — Нихерасебе! Ты кого-то сильно разозлил…. — Наверно… — Бля, даже я не буду тут столько работать! — Спасибо, утешил! – Я подскочил с кровати и рванул к раковине, что б умыться. — Скажи, Ичи, что же ты такого сделал? — Я?— умывшись, я посмотрел на Такаси и усмехнулся. – Я отказался спать с директором школы, в которой работал. — И только? и за это 25 лет? Ну он урод! — Да. – Я стоял и смотрел в зеркало. Раны на лице ещё не зажили, и напоминали мне о том, что случилось. — А вообще, он изнасиловал меня. Такаси не ответил, он лишь молча подошел ко мне и обнял. Я ничего не сказал ему на это. Что-то мне говорило, о том, что Такаси мне ничего не сделает, не смотря на то, как он поступил со мной…я до сих пор доверял ему. — Ичи, мне так жаль тебя.