Компромиссы

Диппер проснулся позже обычного. Нормана в соседней кровати не было, а ведь тот должен был его разбудить. Диппер рассеянно хмыкнул, оделся и спустился в столовую. За завтраком он застал Стэна, Форда и Мэйбл. — А Норман где? — озадаченно поинтересовался юноша, садясь за стол. Мэйбл пожала плечами, пережёвывая оладушек. — Твой парень, где оставил, там и ищи, — привычно ворчливо отозвался Стэн. От этих слов Диппер поперхнулся соком и закашлялся, чем привлёк полный подозрения взгляд сестры. Прежде чем юноша успел хоть что-то сказать, заговорил Форд: — Я столкнулся с молодым человеком утром. Он выбежал из ванной, едва не сбив меня. Выглядел точно сам не свой. — Ага, будто «призрака увидел», — усмехнулся Стэн, на что получил неодобрительные взгляды от брата и племянницы. — Что?! Да ну вас... Диппер спешным шагом двигался через лес. Что-то подсказывало ему, где он может найти Нормана. Он не очень хорошо понимал, откуда в нём такая уверенность. Он вышел на опушку, когда солнце уже вовсю светило над лесом, испаряя утреннюю росу и обещая жаркий день. С облегчением и тревожно щемящим сердцем Диппер заприметил ссутуленную фигуру на поваленном дереве. Именно здесь вчера состоялся их непростой разговор с Норманом. Здесь же они оказались и сегодня. Диппер приблизился и с деланной бодростью в голосе спросил: — Эй, ты тут не проголодался? Он хотел хлопнуть сидящего к нему спиной Бэбкока, но в последний миг отчего-то передумал. Норман вздрогнул, как будто не заметил появления Пайнса. Вместо того чтобы обернуться, он стал яростно тереть лицо руками. Дипперу сделалось совсем не по себе, однако он обошёл дерево и присел на корточки напротив друга. — Норм, ты… — начал было он, но осёкся. Норман смотрел на него исподлобья, почти с вызовом. Лицо его, в области носа и глаз особенно, раскраснелось и припухло. — Что стряслось? — голос Диппера от волнения дал петуха, он уже не стесняясь взял Нормана за плечи и чуть встряхнул. — Тебя кто-то обидел? Стэн…? — Моя бабушка… — выдавил Норман через силу и совсем уж тихо закончил: — Ушла. — Норман, чувак, мне так жаль… Стой, а разве твоя бабушка не умерла… ну… Давно? Или у тебя есть другая бабушка? Норман покачал головой и снова принялся тереть лицо. — Не умерла. Ушла. Туда… Дипер напрягся, обдумывая услышанное. Норман упоминал о призраке покойной бабули, матери его отца, с которой он был особенно близок при жизни. Смерть пожилой женщины не изменила этого. — И ты узнал об этом утром? Поэтому ты убежал? Почему ты не разбудил меня? Что случилось? Норман сделал глубокий вдох, затем резко выдохнул. Он отнял от лица руки и уставился в глаза Дипперу. Уставился пристально, немигающе, будто старался высмотреть что-то там, в глубине карих глаз, что-то невообразимо важное. — Да что? — Диппер невольно отстранился. — Говори уже! — Она пришла ко мне в пять утра. Она ведь умерла тоже в пять утра, знаешь… Она… Она всегда говорила, что будет приглядывать за мной. Что она будет рядом столько, сколько нужно. Она всегда говорила, что я не буду один. — И… что? — едва слышно спросил Диппер. — Что изменилось? — Она сказала… — И тут Норман потупился, стремительно краснея, но на этот раз не от подступающих слёз. — Сказала, что живые для живых. Сказала, что теперь рядом со мной тот, кому она может меня… доверить. Диппер не удержался на корточках и осел на ещё влажную траву. — И… как ты думаешь, что именно она имела в виду? Норман весь подобрался и точно сделался меньше ростом. — Не знаю, — произнёс он почти жалобно. — Знаю только, что она ушла. Насовсем ушла. Я… Я не чувствую её больше. — Юноша прижал к груди руку и стиснул в пальцах ткань толстовки. — Я давно не чувствовал себя так… так… — Одиноко? — подсказал осторожно Диппер. — Да. Как будто бы там, во мне, просто полость. Разве я должен себя так чувствовать, когда со мной якобы теперь есть кто-то? — А вдруг она ошиблась? — Диппера что-то неприятно кольнуло после этих слов. — В конце концов, откуда ей знать? — Да уж… — Норман помрачнел окончательно и, обняв себя руками, наклонился грудью к коленям. — И правда. Несмотря на то что Диппер и был тем, кто высказал это предположение, он вдруг почувствовал раздражение. — Может, пойдём уже в хижину? — суховато спросил он. — Ты иди, — произнёс Норман, не поднимая головы, — я потом сам. Диппер, ничего не ответив, поднялся и двинулся в сторону леса. Уже в хижине он сразу прошёл на кухню и стал выкладывать из рюкзака контейнеры с сэндвичами, оладьями и две баночки газировки. Достал он также и термос с кофе. Посмотрев на него недолго, он собрался сначала отнести его прадяде Форду, чтобы добро так просто не пропадало, но в итоге он просто вылил всё содержимое в раковину. — Ну и что ты делаешь? Пайнс вздрогнул. Сестра подкралась к нему тихо, как ниндзя. Розовый, сверкающий блёстками и пахнущий ягодными духами, ниндзя. — Я не пью кофе, — ответил Диппер как мог безразлично. — Да, это я знаю. А зачем тогда брал? — голос Мэйбл звучал непривычно серьёзно. — Зачем брал, за тем не пригодился, — бросил Диппер и, закинув рюкзак на плечо, пошёл к лестнице. — А где Норм? — не унималась сестра, последовав за ним. — В лесу. — Совсем один? — Как будто это что-то новое для него. Он уже поднялся на второй этаж, когда цепкие пальцы ухватили его за плечо, и сестра прижала его к стене. — Послушай-ка, мистер, с кем-кем, а со мной такие приколы не прокатят. Ты должен нормально мне объяснить наконец, что тут происходит, потому что что-то точно происходит, а из тебя отвратительный лжец. Говори, Диппер Пайнс, а то тебе не поздоровится, это я могу тебе пообещать! Я не позволю тебе безнаказанно обижать Нормана! — Обижать?! — Диппер вырвался из хватки Мэйбл. — Ты моя сестра или его? Ты на чьей вообще стороне?! — Я на той стороне, где дружат и любят, а все вопросы решают словами через рот, — ничуть не смутилась его резкости Мэйбл. Она вновь схватила брата за предплечье и потянула в свою комнату — ту, в которой раньше лежал меняющий телами ковёр. Она пропихнула сопротивляющегося Диппера внутрь, толкнула на кровать, а сама закрыла дверь и подпёрла её спиной. — Дип-Дип, послушай, — заговорила она, и в голосе её как и не было угрозы, — ты мой самый близкий человек. Я люблю и прадядюшек, и родителей, и Айдена, и Нормана, и много кого ещё, но ты мой брат, и у меня никогда не будет никого ближе. Я всегда чувствую тебя: когда тебе радостно или грустно, когда ты злишься или расстраиваешься. Я всегда чувствую, если что-то не так, и это ощущается так же, как если бы у самой меня что-то было не так. И я знаю, что ты чувствуешь то же самое. И я знаю, что, если бы со мной что-то случилось, ты бы сделал всё, чтобы мне помочь. Я тоже хочу помочь тебе, Диппер, потому что не надо быть самым умным человеком на земле, чтобы понять, что у вас с Нормом что-то не так. Мы провели просто офигительные рождественские каникулы вместе, но теперь что-то изменилось. И это стало понятно уже в день нашего приезда. И я боюсь, что будет делаться только хуже. Я не хочу даже думать о том, что все наши каникулы пройдут вот так, они ведь только начались. Диппер, позволь мне помочь. Пайнс в течение всего монолога сестры угрюмо ковырял карабин на рюкзаке. Мэйбл вздохнула и забралась на кровать рядом. Она обвила брата руками и ногами, как маленькая обезьянка. И прижалась щекой к его спине. — Поговори со мной, Дипстер, пожалуйста. Диппер взвыл в отчаянии и повалился спиной на кровать, придавив собой Мэйбл ногу и руку. — Хорошо! Ладно! — он закрыл лицо ладонями. — Только слушай молча и не перебивай. Одно слово — и я уйду! Мэйбл со всем усердием закивала головой.