Полюбить врага? Запросто!

      – Что-то не так?        Вампир подходит к своей дорогой наложнице и, касаясь подборка, заставляет приподнять личико повыше. На него смотрят ярко-голубые глаза подобные самым чистым рекам мира.       – Ты выглядишь недовольным.       – С чего мне вдруг быть недовольным, господин?       – Хм..       Молодой человек недовольно выдохнул – любовник явно дулся на него. Только за что? Иногда так сложно понять, где ты напортачил, где допустил ошибку. Ведь это может быть АБСОЛЮТНО что угодно. Есть одна причина, которая и правда могла повлиять на него так. Но это уже совершенно не нравится самому аристократу. Он сделал шаг в сторону, глядя своими почти бордовыми глазами на наложницу.       – Не из-за новой ли твоей «ученицы» все это происходит?       – Возможно.       – Значит, ты не хочешь обучать его? Почему?       – А вы не догадываетесь?       – Конечно догадываюсь. Ведь в таком случае у Виктора может появиться новая наложница.       – Вот-вот.       В комнате повисло тяжелое молчание. Медленно, но верно Ами начал понимать, что допустил ошибку. В подобных спорах к этому моменту он уже оказывался в кольце сильных рук, но не сейчас.Наложник повернулся к своему господину, и сердце его сжалось от боли. Нет, он явно сказал что-то не то. Ведь лицо вампира было одновременно обиженным, гневным и бесконечно печальным. Теперь уже он не мог понять причину обиды. Где-то в сознании запищала маленькая мышка, говорящая, что ответ ближе, чем кажется. И стоит лишь подумать, как он придет сразу же в голову.       – Мой господин! Вы не верно все поняли!       Парень упал на колени перед своим господином и начал целовать его руку, невесомо придерживая ее пальцами. Надо же было такое ляпнуть!       – Я не так выразился!       – А как нужно было? Мне кажется, что здесь все было предельно ясно. Ты боишься, что у Виктора кто-то появится. Ревность? Как интересно.       – Я не ревную его! Я клянусь вам! Я могу ревновать лишь Вас!       – Ммм? Меня? Причем тут я?       Молодой принц удивленно посмотрел на сидящего на коленях длинноволосого юношу, подол голубого платья которого подобно цветку, «распустился» на полу.       – Потому что… потому что вы делали это и раньше. Когда Ваш брат отказывается от наложника, Вы щадите его и берете к себе. Я не… я не хочу, чтобы у меня появился еще один соперник за место в вашей постели. Простите! Я знаю, что не могу и не смею, что…       – Ты переигрываешь.       Коротко отозвался аристократ и опустился на колени рядом с любовником.       – Я очень надеюсь, что это был спектакль. Мне не хочется думать, что ты действительно так считаешь. Ведь это было бы крайне глупо. Я ведь уже говорил, что люблю тебя. Или ты считаешь меня обманщиком?       – Нет! Что Вы… конечно нет…       Юноша прикрыл глаза, когда почувствовал, как ладони принца касаются его щек. Как приятно, тепло, уютно. Для того, кто думал, что умрет от голода, потом от ножа жестоких браконьеров, от клыков вампира, получать столько внимания было чем-то немыслимым.       – Просто… у вас такой большой гарем. И я не жалуюсь, но оборотня ведь у Вас никогда не было! Может так случится, что Вам захочется чего-то нового. А разве я могу предложить это новое? Не могу. Я знаю это, поэтому мне не хочется обучать его ни каким тонкостям, ведь, если Ваш брат откажется от него, и Вы возьмете его к себе, то получится, что я сам подготовил себе сменщика! Не хочу! Я хочу обладать Вами единолично!       Словно забыв, что он находится перед своим господином, парень потянулся вперед и обнял его, вжимаясь носиком за грудь. Такую родную, крепкую, любимую. Все что угодно, только лишь бы не потерять это сокровище! А вампир лишь нежно гладил своего мальчика по голове. Они встретились так давно, сколько там лет прошло? Лет 40-50? Чуть больше даже.       – Я тоже хочу владеть тобой единолично. Поэтому, даже не смей смотреть в ЕГО сторону. Иначе я за себя не ручаюсь.       – Мой, господин! Если он был моим первым мужчиной, это еще не значит, что он для меня важнее Вас! Я смотрю лишь на Вас… на тебя… мне больше никто не нужен, прошу, пообещай, что не возьмешь этого пса к себе, и я сделаю из него наложника.       – Ты ставишь мне условия? Ах ты маленькая наглая…       Ларс тихо засмеялся, крепче обнимая своего возлюбленного. Они встретились еще мальчишками, и с тех пор между ними стерлись все сословные границы. Они были просто любовниками. Хотя Ами пытался соблюдать субординацию, ведь как главная наложница он должен следить за имиджем своего господина. Среди 12 братьев нельзя давать слабину, нужно каждый день доказывать, что ты достоин. В этом вопросе огромное значение имеет размер и качество. Размер и качество гарема. Чем больше в нем представителей различных видов, тем лучше. Вампиры считают, что скрещиваться с другими видами – это хорошо. Может получиться случайный ген, который будет выносливые и сильнее остальных. Строение мира вампиров очень непростое, есть много законов, много правил, которые нужно соблюдать, иначе тебя уничтожат. И морально, и физически. И Ами чувствовал, что должен защитить любимого, помочь ему, стоя вечно за его спиной, оберегая и ограждая от лишних бед.       – Так… А я ведь непросто так зашел, я ведь что-то хотел.       Вампир задумчиво закатил глаза, пытаясь вспомнить причину своего прихода.       – А разве Вы не пришли, чтобы просто спросить о моем ученике?       – Да, но это мелочи. Было что-то другое.       – Да? Но что же…       – А! Вспомнил! Вот за этим!       Не успел наложник опомниться, как руки принца обвили его талию и буквально прижали к себе, заставляя тихо охнуть от столь неожиданной близости. Юноша даже не успел возразить, когда ловкий язык проник в его рот и начал исследовать каждый миллиметр, затягивая в долгий и страстный поцелуй с томными вздохами и пошлыми причмокиваниеми. Приятно… безумно приятно, хочется взвыть от огня, что разгорается в сердце от прикосновений любимого человека.       – Ларс!       – Тише, тише, еще не время так громко стонать. Я всего лишь чмокнул тебя в губки. Не преувеличивай. И так, скоро ко мне приедет мой друг, нужно чтобы ты подготовил для нас гарем, нам нужно восемь. И девушек, и юношей.       – Мне снова нельзя появляться, верно?       – Верно, ты очень догадливый.       – Вы никогда не разрешаете мне присутствовать на подобных встречах. Я немного ревную. Я мог бы затеряться среди других наложников, и тогда все было бы хорошо.       – Не было бы. Я тебе запрещаю. Вот и все!       Принц тяжело вздохнул и поднялся с места, оставляя своего возлюбленного растерянным и немного напуганным. Лишь бы вновь не поругаться. Это так просто. Хотя все ссоры были глупы, и примирение наступало достаточно быстро.       – А когда я все подготовлю, Вы наградите меня своей любовью?       Этот вопрос заставил вампира, который хотел было уже уходить, остановиться, прислушиваясь к словам, что были так жалобны и милы.       – Я приду к тебе сегодня ночью. Скажем так, этой ночью я собираюсь ввести в твой город свои войска.       – Этой ночью? Но, мой господин… – что-то тихо зашуршало, заставляя воображение подкинуть пару развратных картин. – Стража ушла из города, теперь он совершенно беззащитен. Осталось только прийти и взять.       – Просто взять…       Хрипло прошептал Ларс, разворачиваясь к своему любовнику. Тот стоял перед ним лишь в одной нижнем полупрозрачном халате, все остальные составляющие многослойных одежд оказались на полу, очерчивая вокруг стройных ног своеобразный круг. Прекрасен. Как и всегда.Как здесь удержаться? Принц сделал пару шагов и подошел вплотную к объекту своего желания, аккуратным движением длинных пальцев он вынул гребень из светлых волос, и те волнами опустились вниз, обнажая торчащие ушки, какие бывают у морских коньков. Обычно Ами прятал свои ушки в копне волос, а жабры за высокими воротниками. Но перед господином не нужно прятаться, он и так знает о нем абсолютно все. Он не осуждает. Не смеется. Просто смотрит с нежностью и любовью, прощая все оплошности и грехи.       – Наложница не должна диктовать господину правила игры. Я совсем тебя разбаловал. И знаешь, я думал, что ты надеваешь свой прозрачный пеньюарчик, лишь когда собираешься ублажать меня. А получается, что я ошибся?       –Нет, что вы… просто я каждую секунду надеюсь, что вы дадите мне шанс сделать Вам хорошо.       Принц медленно расстегивал пуговицы на своей длинной рубашке-тунике, наблюдая, как любовник в нетерпении кусает свои губы. Неосознанно. У столь опытного наложника много способов соблазна, но это сейчас он стал жертвой. Между обычным влечением и любовью есть большая разница. Во втором случаи все чувствуется совсем иначе, намного острее и в то же время мягче. Ами протянув руку, коснулся бледного торса принца, спускаясь вниз до широкого тканевого пояса, который все еще удерживает белые брюки на узких бедрах. А после были лишь поцелуи, страстные, дикие, голодные. Тихие стоны разносились по небольшой комнате, будто бы повышая температуру, заставляя находившихся в ней людей сходить с ума. Ларс толкнул возлюбленного на кровать, заставляя того глухо охнуть от возбуждающей грубости.       – О! Мой принц…       Тихо прошептал обнаженный юноша, желая, как можно быстрее оказаться в плену этих сильных рук, ощутить тяжесть гибкого тела. Ларс был немного худоват, его ребра выделялись под почти прозрачной кожей. Приятно касаться их пальцами, будто бы перебираешь струны арфы. От собственных фантазий кружилась голова. Ами не заметил, как оказался лежащим под своим принцем, который зажал своими коленями его нежные бедра. Кожа терлась о ткань холодной скользкой одежды. Приятно. Как приятно!       – Ты меня немного сегодня разочаровал. Но я прощаю тебя.       – С…спасибо, Вы самый лучший…мхмх…       Хрипло выдохнул потомок морских людей, проводя пальцами по выступающим лопаткам и притягивая ближе любимое тело. Принц мимолетно целует наложника в губы, а затем проводит дорожку влажных мелких поцелуев все ниже и ниже. На пару мгновений он задерживается на возбужденных сосков молочного цвета, даже на вкус словно пломбир. Сладкий, холодный, немного твердый, но тает от ласк и тепла. Совершенно непонятно, зачем же природа придумала такую особенность для этого вида. Мысль об этом вызывает мимолетную улыбку на тонких губах. Эти пуговки можно ласкать вечно, но не сейчас, сейчас они желают разрядиться как можно скорее.       – Ах! Ха…       Томный стон вырывается из груди Ами, который уже не может лежать спокойно и начинает ерзать, умоляя о большем. Нечестно так долго не приходить, не ласкать, не касаться вот так.       – Знаешь, почему мне так нравится заниматься с тобой ЭТИМ?       Тихо прошептал вампир, опаляя своим дыханием уже сочащуюся смазкой головку члена. Он взял в руку возбужденный орган партнера и начал медленно скользить по нему, слушая приглушенные стоны-всхлипы. Ответа ему не дождаться. Придется самому с этим разбираться.       – Потому что у представителей вашего вида после 80 лет появляется один существенный бонус… вас не нужно растягивать. Вы всегда готовы.       – Мх! Не смущайте меня так! Ам!       Губы принца растянулись в хитрой ухмылке, но буквально через одно мгновение они занялись куда более приятным делом. Мужчина взял член любовника поглубже в рот и начал осторожно двигать головой, лаская языком возбужденную головку, истекающую соком вожделения. Бледные бедра дрожали от желания начать двигаться, вбиваясь в горячий рот как можно сильнее. Но Амитори старался, изо всех сил старался удержаться от этого, запустив пальцы в длинные волосы вампира, слегка надавливая и направляя его. Как хорошо! Внизу все так и гудит, будто бы мурашки со всего тела собираются в паху и нет сил терпеть, ждать, надеяться, что это чувство вот-вот оставит тебя.       – Еще… Еще… Хочу еще!       Потомок водянных людей закусил свои губки и чуть выгнулся в спине, толкаясь тем самым еще глубже, потеряв самообладание. Как смеет он совершать подобное?! Как смеет… со своим принцем… да все равно!       – Тише, прелесть моя, тише. Хочешь меня, да? Течешь так неприлично, как не стыдно!       Одним мощным толчком Ларс вошел юное тело до самого конца, погружаясь в приятную и теплую дырочку, которая так и манила его, звала в нетерпении. Толчок, толчок, толчок. Снова и снова. Приятно, черт возьми, как приятно! Как можно было так долго ждать перед тем как вновь оказаться в нем? Нужно выделять место в своем календаре дел на подобные вещи, иначе можно с ума сойти.       Кровать тихо поскрипывала под движущимися телами, которые приняли друг друга, двигаясь в такт, словно заводные. Постепенно комната заполнилась стонами. Сначала очень тихими, сдержанными, но чем больше любовников охватывала страсть, тем громче становились крики. Ами выгибаясь в спине, ерзал на дорогих шелковых простынях, обняв длинными стройными ножками талию любимого. После смены позы проникновение стало намного глубже, и при каждом толчке наложник всхлипывал и тихо скулил, не в силах сдерживать себя.       – Ах! Мой принц! Мой принц! Господи! Глубже, еще! Ааах! Еще!

***

      Ларс сидел на кровати и лениво поглаживал плечико наложника, который так мило улегся головой на его бедра, используя их вместо подушечек. После секса им было так хорошо, что не хотелось ни о чем разговаривать, хотелось просто сидеть, касаясь друг друга и слушать свое тело, которое словно превратилось в сладкую нугу. Кайф. После того как все закончилось Ами просто подполз к нему и прилег рядом, словно котенок. Его прозрачная одежда, которую даже нельзя было так назвать, уже валялась где-то на кровати. Принц потянулся и, взяв одеяло за край, прикрыл обнаженное тело. Хорошо. Как же хорошо. Безумно хорошо. Разве можно лишить себя этого по собственной воле? Нет, никогда. Вампир никогда не отдаст своего маленького и милого любовника.Никому. Даже брату.

***

      Ларс был весь в нетерпении. Он испытывал нетерпение, которое присуще только детям, которые ждут новогоднего утра, чтобы развернуть спрятанный под пушистой зеленой елкой подарок. Только сейчас это он должен был подарить подарок. Но это тоже не менее волнительно! Раз за разом вампир преподносил своему любимому братику молодых наложников и наложниц, но тот раз за разом отказывался, просто отворачивая от подношений свой прекрасный, слегка вздёрнутый носик. Но иногда случались и исключения. Бывало, что подарок задерживался в его спальне. Лишь на одну ночь, а затем все равно отправлялись в утиль. Но, может, в этот раз все будет иначе? Может, в этот раз подарок придется по вкусу строптивому юноше. Он так любил своего сводного брата, что пытался всеми силами порадовать его.        Виктора не привлечь простым симпатичным молодым телом, здесь нужно что-то большее. Этот оборотень несносный, противный, агрессивный, хотя на мордашку ничего. Так что с этой игрушкой можно будет поиграть подольше, чем всего одна ночь. Ее можно будет спокойно помучить, поломать, попробовать перевоспитать. Оборотень в замке. Думаю, что рано или поздно это вызовет негодование других вампиров, и тогда его можно просто выставить за дверь или казнить. Кажется, его папаша - вожак оборотней. Будет семейная казнь. Мило и по-домашнему.       - Долго нам еще идти?       Этот несносный щенок все-таки подал свой голос, за что тут же получил подзатыльник от своего «учителя». Они следовали за благородным отпрыском по длинному коридору.       - Помолчи.       - Но мы ведь уже прошли этаж спальней принцев, я понял, что тут у вас все по секторам делится.        - Мой брат любит уединение. Поэтому съехал с этажа несколько лет назад.       Это было правдой. Почти правдой. Ведь Виктор никогда не жил вместе со своими братьями. Он поселился в отстранении, словно закрылся ото всех. Поэтому Ларс хотел сблизиться с ним, сделать что-то, чтобы не потерять с ним последние остатки связи.       Делегация спустилась вниз по широкой лестнице на первый этаж и двинулась дальше по голубым коврам узкого коридора. В этой части замка мало кто бывал, здесь было темновато для тех, кто привык к нормальному освещению, но для вампиров в этом не было никакой проблемы. За стенами располагался большой сад, который посещали члены королевской семьи. Шио видел его из окна верхнего этажа. Визуально сад делился на несколько частей. Та часть, которая прилегала к этой части замка была огорожена высокой зеленой стеной, за которую никто не заходил. Удивительно, каким становишься наблюдательным от скуки.       Коридор становился все уже, будто бы превращался в пещеру, если пройти дальше, то в конце будет маленькая дверца, в которую не проскочит даже малютка Алиса. Но оборотню не удалось узнать, было ли это правдой, ведь они остановились у небольшой полукруглой деревянной двери с витой ручкой. Она была… простой. Даже слишком. Обычно покои принцев украшают колоны или золотые статуэтки, а здесь ничего. Они точно верно пришли?       Некоторое время Ларс стоял у двери, поднеся к ней кулак и желая постучать. Но не мог. Не так сразу. Ему было нелегко, но Шио честно не понимал от чего тот колеблется. Что в этом такого сложного? Он ведь идет к брату. В большой семье оборотней было пятеро братьев, и они всегда были одной большой шумной кучей, которая была практически неразлучна. До войны. Старшие братья ушли оборонять границы, а младшие остались в родной деревне, чтобы встать на ее защиту, если это потребуется… когда потребуется.       Стук был очень робким. Очень. Повисла тишина на какое-то время, пока не послышались легкие шаги. Какие-то слишком легкие. Вампир задержал дыхание, а, может, и нет, они и так не часто дышат.       - Открыто.       - Заходим, - коротко скомандовал Ларс и отворил дверь.