Полюбить врага? Запросто!

      Последние события подкосили Ларса. Его отряд все еще ничего не знал о местонахождении Виктора, отец косился на него при встрече, а Совет все подгонял с принятием решения о признании старшего братом мертвым! Но пока есть время, всего одна неделя осталась, но это лучше, чем ничего. Ларс старался не думать, что оттягивание времени бесполезно и что Виктора давно нет в живых, а тело его не нашли просто потому, что его могло унести течением. Нет, нет, нет! Никаких подобных мыслей молодой принц пытался не пускать в свою голову, он старался как можно быстрее уладить все свои государственные дела, чтобы самому отправиться в тот злосчастный лес, но проблемы так поглотили его, что он совсем не заметил, как запасы сил в его организме уже истощились. Двухдневный сон пришел раньше положенного срока. Ларс на ватных ногах смог добраться до своей кровати и просто рухнул на нее лицом вниз.       Снились ли принцу сны? Он сам не знал ответа на этот вопрос. Скорее это были бессвязные отрывки старых кошмаров, смешанные со свежими воспоминания и представлениями. Мужчина снова почувствовал запах гари и увидел, что горит его собственный камзол. На поле боя действительно случилось нечто подобное, оставив на бледной коже небольшой ожог. Тело и разум вампира пришли в полную негодность, он больше не мог нервничать, переживать, даже просто двигаться куда-то. Ему просто хотелось забыться, хотя бы во сне. Но даже там тревоги не покидали его.       На исходе третьего дня сознание Ларса начало возвращаться в тело, и он постепенно просыпался. Сначала пришло осмысление того, кто он, затем – где. Последними пришли тактильные ощущения: холодная шелковая ткань, тяжелое дорогое покрывало, вдавливающее тело в мягкую кровать. Все как обычно. Но было что-то странное. Что-то внизу. Нога. Что-то не так с ногой. Принц хотел открыть глаза, но векам потребовалось время, чтобы разлепиться после долгого сна. Ощущение того, что с ногой что-то не то только нарастало, мужчина опустил глаза и просто замер. Вампиры хорошо видели в темноте, но Ларс был готов поверить, что у него со зрением что-то все же не то.       Но глаза не врали. На кровати сидел Амитори, он отодвинул одеяло с левой ноги своего принца, а затем убрал и его ночную рубашку повыше, оголяя бедро и выпирающую тазовую косточку.Русал двигался очень осторожно, но вполне себе страстно, он разглядывал немигающим взглядом бледную кожу, водил по ней рукой и томно выдыхал, будто бы едва сдерживался, чтобы не вцепиться в нее зубами.       Подобные нападки были редкостью в жизни принца, он просто чуть прикрыл глаза, ощущая на себе любимые руки. Судя по поведению наложника, у него были «эти дни». У русалов повышается сексуальная активность во время приливов, но Амитори давно утратил связь с морем, ощущая влияние лишь аномально сильных приливов. Таких случаев на памяти вампира было всего 6-8.       - Мой принц, мой принц, мой принц… – томно шептал русал, поглаживая бледные бедра. Он вообще очень любил бедра своего господина, они всегда казались ему самой красивой частью его тела. Их хотелось кусать, гладить и царапать. Но первое и второе было не допустимо. Иногда Амитори все же удавалась незаметно прикоснуться к «прекрасному», но сейчас у него был карт-бланш на ласки.       Как бы наложник не старался держать себя в руках, похоть оказалась сильнее его, и он начал покрывать бледную кожу сладкими влажными поцелуями чередуя их с короткими полизываниями. Хотелось оставить как можно больше следов после себя, укусов и засосов, чтобы при одном взгляде на них воспоминания захлестывали с головой.       - Ах… Ахммм… –Амитори уже не видел и не слышал ничего, он лишь наслаждался тем, что его любимый мужчина сейчас был перед ним.       Длинный язык наложника прошелся по бедру, мимолетно скользнув по члену самым кончиком, а затем проложил влажную дорожку до пупка. Рубашка постепенно уезжала выше и выше, пока не обнажила полностью живот и крепкие бедра. Поцелуи… сотни поцелуев подарил Амитори возлюбленному телу, не замечая даже того, что насилуемый довольно заметно дышит, он был слишком увлечен. Вкус. Запах. Прикосновения. Всему этому не было предела. Голод внутри его давно забытой животной натуры проснулся так неожиданно, что противиться этому не было никакого желания. Между ними страсть. Ткань ночного одеяния задралась еще выше и Амитори припал губами к одному из сосков, начиная посасывать его и слегка причмокивать, на секунду он отстранялся, чтобы облизнуть губы, и вновь возвращался к своему занятию. Потрясающе. Если закрыть глаза можно утонуть в бесконечном океане чувств.       Русал дрогнул и посмотрел на своего принца, когда тот коснулся его плеч, игнорируя дорожку-слюнку, что протянулась от истерзанной груди до чувственных губок.       - Мой принц, Вы проснулись?       - Извини, я спал сколько мог.       Амитори чуть улыбнулся и приподнялся на руках, чтобы посмотреть возлюбленному в глаза.       - И давно это все продолжается?       - Лет так 20.       -Что?!       - Ой, Вы про сегодня? Всего полтора часа.       Наложник мурчал словно довольный котик, водя пальцем по широкой груди и задевая соски, еще не отошедшие от агрессивных ласк. Он хотел заняться сексом и сейчас пытался любыми способами отвлечь себя от мыслей об изнасиловании. Теперь, когда хозяин проснулся, сделать ЭТО незаметно не получится. Придется немного поболтать.       Как бы не старался Амитори сделать вид, что он заинтересован в разговорах, Ларс слишком хорошо его знал и лишь усмехался про себя, глядя на эти потуги.       - С чего вдруг ты такой активный? Неужели прилив не по расписанию? Или ты так реагируешь на волнение за Виктора?       - Принца Виктора здесь нет, а Вы – рядом.       Русал слегка хмыкнул и нагнулся к своему принцу, и, прежде чем тот успел ответить, лизнул его в нос. Словно ребенка. А затем и вовсе заткнул поцелуем, начиная вылизывать острые клычки, будто хотел прощупать их как можно доскональное. Он аккуратно перекинул ножку через бедра принца и удобно на них устроился.       Ларс тихо простонал, чувствуя прикосновении кожи любовника к своей. Обычно, когда Амитори посещал его покои, он надевал свои лучшие одежды, в несколько слоев, ведь в коридоре могли встретиться слуги или другие принцы. Но сейчас на нем не было ничего кроме длинного, но такого тонкого и легкого, шелкового халатика. И в такой позе можно было считать, что его нет вообще. Ларс не сдержался и, скользнув пальцами по бедрам, схватился за ягодицы, чем вызвал громкий стон у любовника. Мужчина простонал и чуть выгнулся. От столь резкого движения клык задел губу русала, оставляя небольшую ранку. Капелька крови выступила из пореза. И в этот миг для принца будто бы все остановилось, он втянул ноздрями воздух, необыкновенно остро ощущая запах соленой крови. Вампир резко схватил русала за руку и потянул на себя, заставляя улечься грудью.       - Если бы я не проснулся, что бы было?       - Всё, – томно выдохнул наложник.       Словно дикий хищник Ларс накинулся на губы мужчины, начиная целовать и расковыривать ранку, добывая все больше соленой крови.       - Кхм! Амитори! РРрр!       Мужчина рыкнул и быстрым движением скинул с себя возбужденное тело и сам навис сверху. Русал затаил дыхание, глядя в алые глаза и нарочито медленно развязал пояс халата, что было в общем-то совершенно не к чему. Ведь он уже и так был полностью обнажен. Ларс молчал, лишь громко выдыхая время от времени. Подобные «воздушные игры» были сигналом для окружающих, ведь вампирам дышать столько и не нужно. Мужчина сжал челюсти, прибывая несколько секунд в состоянии абсолютной неподвижности.       - Мой пр….ах!       Вампир резко развел красивые ножки с перепонками и вошел сразу во всю длину, приникая в возбужденное тело. Наложник громко простонал и выгнулся в спине, это было так неожиданно, что он едва не подавился воздухом, но такое счастье упускать нельзя. Он ведь пришел сюда за этим. Как только первая волна шока прошла, наложник улыбнулся, облизнув губы, и взглянул на своего господина, который все так же сверлил его взглядом. Истинный облик морского существа вырвался наружу, плавнички вновь оттопырились, жабры расширились, а глаза стали такими же, как тогда, в море. Его биологические часики показывали самое время для спаривания. И часы Ларса решили не отставать, кровь взбудоражила его нутро и заставила быть резким и немного агрессивным.       Принц вышел из влажной дырочки так же неожиданно, как и вошел, русал хотел возмутился, ведь только начал привыкать к плоти внутри, но просто не успел. Вампир закинул себе на плечи обе ножки и ласково прикусил коленку, перед тем как вновь войти во всю длину и начать двигаться.       - Ах! Ах!       Безумно хорошо! Настолько глубоко и сразу! Наложник жалобно простонал и закусил руку, Ларс не собирался его жалеть, никаких прелюдий, никаких разговоров, он просто имел его, быстро двигая бедрами. Невольно Амитори поерзал и попытался слезть с мощного члена, что входил в него до самого упора, всего секунда перерыва! Слишком быстро и сильно! Но принц резким движением схватил его покрепче за бедра и потянул на себя, насаживая до самого упора, не позволяя без своего разрешения даже сдвинуться с места.       - Мха! Ахахха! Ааааа! – как невыносимо хорошо, так и умереть можно. Амитори всхлипнул и чуть развернулся, хватаясь пальцами за подушку, будто искал в ней спасение.       - Мммррх! – Ларс с тихим рыком запрокинул голову, вдалбливаясь в податливое тело. Ему нужна была разрядка, слишком много стресса, слишком много проблем, нужно было все выплеснуть. И почему бы это не сделать сейчас. Принц рыкнул и смачно шлепнул мужчину по ягодице, а затем еще раз и еще. К пошлым хлюпающим звукам прибавились еще и звонкие удары ладонью.       - Ахм! Ларс! Ах! Ты… ах! Ааа!       Так сильно, так глубоко, так пошло. Одной рукой русал вцепился в кровать, поднимая простынь, а второй с силой сжал свой член, громко простонав, и начал надрачивать, так же яростно, как сейчас брал его принц. Впервые за долгое время все было так дико, словно они звери, что решили спариться.       Вампир долго не замечал махинаций любовника и просто долбился в него тихо рыча и кусая губы, чтобы не издавать других провокационных звуков. Кто вообще придумал, что нужно сдерживаться?! Мужчина опустил взгляд и увидел, что любовник развлекается сам с собой весьма наглым образом. В наказание принц двинул бедрами максимально глубоко, вырвав крик из груди русала и резко вышел из него, услышав тихий всхлип. Он перевернул Амитори на бочок, заставив того продемонстрировать свою лучшую растяжку, запрокинув ножку на плечо и вновь вошел, начиная сразу же двигаться в быстром и сильном темпе, вколачиваясь с удвоенной силой. Из сознания ушли все мысли о Викторе, о рейтинге, обо всем. Был только он и тело, что удовлетворяло его. Русал стонал и плакал, покрываясь влагой, он закусывал подушку, но снова вскрикивал и обливался слезами, не в силах сказать ни слова. А принц насиловал его очень резко и грубо, он не стеснялся заставлять любовника принимать любые позы.       - Мой принц! – до хрипоты в горле закричал наложник, обильно кончая и разрывая пальцами подушку, выпустив на волю белые птичьи перья.       Ларс усмехнулся, но не остановился ни на секунду и продолжил быстро двигаться, сжимая пальцами бедро, оставляя на нем синяки. С каждым толчком изнеможённый наложник, который едва мог дышать, тихо поскуливал. Пока не почувствовал, что из него вновь резко вышли, кончая на живот.       - Ах… ах… – русал пытался привести дыхание в норму, не в силах пошевелить даже пальчиком.       Вампир тоже приходил в себя, он провел рукой по волосам, заправляя их назад и собирая пальцами в хвост. Он оглядел тяжело дышащего мужчину и усмехнулся, неужели на него так подействовал прилив? Он стал влажнее, развратнее и будто бы мягче или взбитей. Трогать намного приятнее.       - Будешь знать, как пытаться меня изнасиловать. Этого ты хотел, а?       - Да, мой принц… кхм… этого! – томно прохрипел русал, собирая остатки своих сил и вновь раздвигая ноги.              

***

             Сна нет уже вторые сутки. Организм истощен, но возбужденная нервная система не позволяет ему окунуться в сон. Лишь редкие мгновения «отключки» временами дают о себе знать. Шио словно в тумане сел на кровати, поймав взглядом свое отражение в большом настенном зеркале. Несколько дней назад его выгнали из покоев Виктора и запретили туда заходить, пока тот не вернется. Пришлось переселиться обратно.       Незнакомец в зеркале был серым и понурым, мешки под глазами, осунувшееся лицо. Оборотень провел рукой по лицу, ощущая щетину. Когда он последний раз видел воду? Дня три назад? Он окинул комнату взглядом и увидел кувшин с остатками питьевой воды. Сойдет. С тяжким вздохом Шио поднялся с места и вылил в ладонь немного воды, а затем плеснул себе в лицо. Крупные капли упали на дорогой ковер, но было как-то все равно. В окно тоже бились капли. Мужчина открыл окно и взглянул на темное небо, заволоченное тучами. В дождь размываются дороги, а что, если Виктора так и не нашли, и он мокнет где-то там? А может там и нет дождя. Голова кружится. Оборотень простонал и потер глаза, словно желая их выдавить. Нужно немного прогуляться, а лучше даже помокнуть под дождем. Кажется, на этаже был небольшой балкончик. Посреди ночи там вроде никого и быть не должно, не очень хорошо, если его увидят в таком состоянии. Накинув на себя тяжелую накидку из плотной ткани, Шио вышел из своих покоев. По стенам коридора были развешены большие подобия подсвечников с безопасными эльфийскими свечами, они будут гореть, но не сожгут случайно замок. Блуждая в каменном туннеле, Шио глядел то на блики, что прыгали по стенам словно волшебные зайчики, но в окна, в которые бил дождь, он стал немного сильнее и теперь, в этой общей тишине замка, звук и свет сплетались в причудливые видения. А может это все от недосыпа и усталости? Больше всего наложнику сейчас хотелось лечь спать, а утром проснуться и услышать недовольный голос Виктора. Любой голос Виктора. Или хотя бы увидеть его.       - Сколько же можно!? – прошипел мужчина и вновь начал тереть лицо ладонями, щекоча их о щетину. – Виктор, вернись, я с ума схожу!       Тихий скрип прервал мысли мужчины, и тот поднял голову. Буквально в нескольких метрах от него стоял растрепанный Амитори и, открыв окно, слизывал капли дождя с обратной стороны. Одной рукой он держал раму, чтобы ее не снесло ветром, а второй сжимал небольшой мешочек. Казалось, что он просто шел себе по делам, но неожиданно остановился, чтобы… полизать окно.       - Амитори?       - Ммм? – наложник вскинул голову, чтобы глянуть на того, кто же прервал его, но все же лизнул окошко еще раз прежде, чем закрыть его. – Ты что тут делаешь?       - Гуляю. Хотел выйти на балкон. А вот что ты тут делаешь? Я вижу, что ты пьешь дождь, но это странно и ничего не объясняет.       - Ничего особенно, я ходил в свою комнату за благовониями, Ларс только проснулся. Я уже начал переживать за него.       Оборотень в упор смотрел на русала, который во время разговора то и дело бросал голодные взгляды на окна.       - Яяясно, – протянул мужчина.       - Выглядишь плохо, – наконец Амитори обратил внимание на собеседника.       - Мне не спится.       - На твоем лице я вижу тоску и страх.       - Оборотни не знают страха! – уже скорее по привычке ответил Шио, тяжело выдохнув.       - Ты выглядишь в точности как я тогда. А я тосковал по Ларсу и боялся, что он больше не придет ко мне. А когда заболел, подумал, что даже просто увидеть его уже никогда не смогу. Тебе нужно привести себя в порядок, когда Виктор вернется, он не должен видеть тебя таким.       - … вернется ли?       В коридоре повисла тишина. Наложники стояли молча и пытались не взглянуть друг друга.       - Знаешь, когда Виктор отдал меня Ларсу, я не видел его несколько лет. Да, но я знал, что он есть в этом холодном здании. На первом этаже в своем крыле, напротив библиотеки, где небольшая дверка, ведущая в его сад. Я не видел его, но просто знал это. И если он вдруг не вернется, я буду думать, что он все еще жив, просто я его не вижу, ведь он где-то….       Русал взглянул в окно и застыл, хлопнув глазками. Неужели ему показалось? Нет. Не показалось.       - Шио! Там внизу отряд Ларса! Они вернулись! Половина точно! Может у них новости!       Оборотень встрепенулся и завилял хвостиком, ему не нужно было повторять дважды, и вскоре они оба со всех ног мчались к дверям замка, чтобы узнать, что да как. В холле свой отряд ожидал Ларс, ему доложили об их прибытии заранее.       - Мой принц! – радостно вскликнул Амитори и повис на его шее. – Есть новости?       - Сейчас узнаем… плохо выглядишь, – отметил вампир, глядя на второго наложника.       - Я знаю, – со вздохом согласился тот.       Когда на пороге появился командир отряда и поклонился принцу, все затаили дыхание.       - Мой принц, мы нашли это…       Один из воинов поднес небольшой тканевой сверток, и командир развернул его, демонстрируя бледную руку, точнее ее часть, ладонь и предплечье. Сначала могло показаться, что ее отломали от какой-то статуи, но это было не так.       - Мы нашли ее в лесу, здесь, по краю, идут следы от зубов, ее отгрызли, точнее – откусили. На месте было много больших следов, скорее всего это было гигантское хищное животное. Сами мы не можем опознать, поэтому привезли ее сю….       - Да вы издеваетесь надо мной что ли?! – закричал Шио, он схватился руками за голову и стал качаться из стороны в сторону. – Совсем совести нет!?       Он схватил руку и начал бить ей командира, словно это был кнут.       - Перестань, Шио! – Амитори ринулся оттаскивать его, но Ларс удержал его не позволяя вмешиваться.       Это безумие происходило еще некоторое время, пока оборотень не фыркнул и не бросил свой инструмент на пол.       - Это не рука Виктора! Возвращайтесь, если найдете что-то стоящее!       - Он прав, – наконец подал голос Ларс. – Это не рука Виктора. Часть отряда еще на поисках?       - Да, мой принц.       - Хорошо, тогда пусть продолжают искать. Идите…       Оборотень хмыкнул и побежал в свои покои, а Амитори и Ларс поднялись в спальню, закрывая за собой тяжелую дверь. Принц подошел к столу, опираясь на него, и опустил голову.       - Ларс, почему ты сказал, что это не его рука? – тихо спросил русал, подходя к любовнику на шаг ближе.       Вампир не отвечал, он просто стоял, оперившись о стол, пока просто не рухнул на колени, яростно избивая стол кулаками. Он ничего не говорил, просто бил, на его руках стали появляться занозы, от сильных ударов кожа треснула и вот-вот должна была появиться кровь. Ларс закричал во все горло и разошелся в бесслезном плаче. Никогда прежде Амитори не видел ничего подобного, он стоял в оцепенении не в силах прийти в себя и просто смотрел на все происходящее. Значит, это конец. Ларс оплакивает брата. Русал закрыл лицо руками, и в его глазах появилась влага, что заскользила огромными каплями по его щекам.