The Velvet Warms And Binds

Было непривычно первое время просыпаться в пустой квартире. Непривычно, выходя из спальни, видеть одинокий диван. Однако, в противовес этому, порой было ровно так же непривычно делить с кем-то постель. Осень в этом году была холодная, так что и это спустя какое-то время легко превратилось в привычку. К хорошему очень быстро привыкаешь. И было непривычно дышать полной грудью, ни о чём не переживая и зная, что у тебя есть поддержка — реальная поддержка, а не фантомное чувство надобности. Он по-настоящему был кому-то нужен. Однако, помимо этого, он и сам нуждался в ком-то. И было непривычно, что этот кто-то настоящий. Мужчина видел его, слышал — он его чувствовал. Но и это совсем скоро стало приятной, согревающей душу привычкой. Пожалуй, именно к этому он привык очень быстро. И Арсений долго привыкал к дурным повадкам Антона. Парень подолгу спал и с трудом просыпался, что мужчина заметил лишь через какое-то время. Шастун начал курить. Он раскидывал вещи и ужасно ленился. И единственным его сдерживателем был Попов. Вот как сейчас, когда Антон безбожно опаздывал, однако продолжал давить матрас, удобно раскинувшись посреди кровати. Прозвучало около трёх «ну, ещё пять минут», и Арсений постепенно начинал закипать. — Опоздаешь же! — мужчина толкнул его в бок, получая в ответ молчание. — Шастун! Антон сначала открыл один глаз, а потом — другой, однако, увидев недовольного Арсения, уткнулся носом меж подушек, протягивая очередное: — Да встаю-встаю. Попову оставалось лишь удивляться, как этот парень когда-то чуть ли не за уши вытащил его из дерьма. В данный момент он себя-то поднять не может, а тогда очень легко вдохновлял Арсения лишь парой слов. Хотя Арсений не отрицал — Антон вдохновлял его и сейчас, и наверняка будет это делать ещё долгое время, однако с его дуростью нужно было что-то делать. — Подъём! — Нет, вот раньше ты меня пиздил, стоило мне подумать о том, чтобы уйти, а что сейчас? — возмутился Шастун, но от подушки оторвался. Теперь они спокойно вспоминают прошлое, иногда даже в шутку. — Да ты и не долго сопротивлялся, — решил Арсений, — давай, топай! Антон когда-то очень сильно помог ему, так что Арсений считал своим долгом отблагодарить его. Как следствие, сегодня Шастун едет сдавать вступительные на заочку. — Ворам диплом не нужен, — долго говорил Антон, получая за это смачный подзатыльник. — Никаких воров не знаю, — отвечал Попов. Да, было крайне сложно, но упёртый Арсений поборол-таки очередную привычку Шастуна. И он знал, что парень ему за это лишь спасибо скажет, ибо таким образом он поможет ему стать человеком. — Ничего не забыл? — уточнил Арсений. К слову, с забывчивостью у Антона тоже была проблема. Шастун облазил карманы, осмотрел сумку, внимательно всё проверяя, после чего поднял глаза на Попова, с ехидной улыбкой отвечая: — Забыл. Мой прощальный поцелуй на удачу. Арсений прикрыл рот рукой, боясь ляпнуть лишнего. Антон нёс и не такое, однако и к этому мужчина вполне привыкал. — Звучит ужасно… — начал было Попов, но его перебил Антон, считавший, что он знает конец фразы. — Знаю! — Ужасно мило. Однако он ни хрена не угадал, но и не разочаровался от такого ответа. Мило так мило — главное, что Арсению нравится. И Попов позволил ему забрать его «поцелуй на удачу», с радостью отвечая на него. И Арсений нисколько ни о чём не сожалел, как, собственно, и Антон. Ничего не бывает просто так — вот и ошибся дверью парень неспроста. Когда их прежние цепи разорвались, на смену им пришло кое-что другое: тёплое, нежное, но удивительно крепкое. Оно тесно связывало их и одновременно согревало, обволакивая. Вряд ли от этих пут можно так легко отделаться.