Нарисованное счастье

Я смотрела на медленно поднимающегося Хэйдса, испытывая жуткую смесь страха и неверия. Происходящее казалось кошмаром: атака Нацу была сильнейшим колдовством, которое я когда-либо видела, но если даже после нее мастер Сердца Гримуара не получил особых ранений, то есть ли вообще смысл сражаться дальше? Драконоубийца уже ничем не поможет — не удивлюсь, если узнаю, что в тот столп огня он вложил не только магию, но и жизненную энергию. Грей, Люси и Вэнди были истощены, волшебник молний — вообще без сознания, и даже Эрза стояла на ногах, пожалуй, лишь на чистом упрямстве. А я… Я, если взглянуть правде в глаза, осталась единственным боеспособным волшебником. Все из-за некромантии, которая восполнила мой резерв после того, как я излечила ребят. Но кто я по сравнению с этим монстром? Я ведь даже на фоне Нацу, который, увы, оказался бессилен против Хэйдса (а это со всей его яростной мощью!), не более чем мушка. Да, я «уделала» его дважды, но лишь благодаря смекалке, невероятному везению и просто тому факту, что огненный волшебник никогда не считал меня настоящим противником или врагом. — Да, малышня, вам удалось меня поразвлечь. Но теперь-то вам точно настал конец. Дьявольское око! Бездна волшебства! — Черная повязка, так похожая на пиратскую, спала, открыв нашему взору горящий алым глаз мага. Резко стало тяжело дышать. Колдовство давило не хуже многотонного пресса, черными кляксами достигая каждого из великой и светлой гильдии «Хвост феи». Давило и на виски — причем так, что сосредоточиться на одной мысли было практически нереально. Не знаю, что меня спасло — то ли собственный дар некромантии, то ли приглушенный стон Грея, внезапно раздавшийся в нескольких метрах от меня — но я ставлю на второе. Собрав всю немногочисленную волю в фантомный кулак, я освободилась из-под заклятия. Уличив момент, когда темный волшебник глаголил свою пафосную речь Нацу, я рывком проскочила к Грею. Сев рядом с повалившимся на колени магом льда, я всеми силами начала бороться с колдовством мастера. Однако большего эффекта мои усилия не возымели — видимо, заклинание действовало не на тело, а на разум, а такое излечить я была не способна. Или, что вероятнее, я элементарно не знала способ. «Черт, как только все закончится, буду уделять некромантии как можно больше внимания!» — в который раз пообещала себе я. Хотелось плакать от бессилия и злобы, осознавая, скольких проблем можно было бы избежать, если бы я не поддалась глупым предубеждениям. Момент, когда Хэйдс сотворил демонов из обломков корабля, я безбожно упустила, с упорством маньяка пытаясь хоть как-то помочь любимому. И, если начистоту, я бы и вовсе не заметила их появления, если бы не Грей.  — Он… Он сотворил чудовищ из обломков? Его тихий голос будто бы вернул меня в реальность. Не мудрено, учитывая, что последнее время я не видела никого и ничто, кроме напарника. Акулоголовые монстры — каждый под метра три ростом — светились фиолетовыми письменами и выглядели устрашающе, и я было совсем упала духом, но внезапно решила посмотреть на них другим зрением. И что странно — через призму некромантии они вовсе не выглядели так мощно, как, по идее, должны были выглядеть настоящие демоны. Я бы, скорее, сравнила их с теми трупами, которые я практики ради оживляла в лесу. Ну, разве что магии в них было вбухано не в пример больше. Но, похоже, это ощущала только я. Согильдийцы были в ужасе — бессмысленном и беспощадном. И если еще Люси с Вэнди, по моим прикидкам (с очень большой натяжкой), могли испугаться и внешнего вида, то видеть страх в глазах остальных было действительно необычно дико. Логичная часть меня выстроила гипотезу о некоем ментальном давлении, но тут же ошарашенно заткнулась, едва я посмотрела в глаза мага льда. Забитый взгляд Грея поднял в по большей части хладнокровной мне такую волну ярости, что камень под моими коленями начал крошиться, поддаваясь рвущимся наружу корням. Напарник, сколько я его помнила, никогда не выглядел настолько подавленным, и даже нечастые разговоры об его учителе никогда не доводили его до такого состояния. Это стало последней каплей, поборовшей мою трусость. Скажем прямо, ни для кого не секрет, что я далеко не самая сильная волшебница Хвоста феи. Скорее всего, я даже в тридцатку сильнейших не вхожу. Но так уж вышло, что дар некромантии проявился именно во мне и — что важнее — именно я сегодня узнала о взаимных чувствах самого дорогого мне человека в обоих мирах. И потерять его я была абсолютно точно не намерена! Резко поднявшись с колен, я выплеснула всю ярость наружу. Мощные корни превратили пол корабля в каменную гальку, в считанные секунды добравшись до противников. Оплетя чудовищ, они покрылись крупными алыми шипами, но все равно не смогли сломать их, сколько бы магии я не тратила. Когда резерв почти опустел, от отчаяния я напитала корни некромантией. И, на странность, это помогло. Послышался жуткий треск. Затем — грохот. Зал заполонила каменная пыль, я закашлялась и загородила спиной Грея. Не прошло и минуты, как он подскочил на ноги и теперь уже я была под его защитой. — Быть не может! Демоны Земли не настолько слабы! — прошипел опешавший от стремительно произошедших событий Хэйдс. — Некромантка в рядах светлой гильдии… Это было твое последнее колдовство! Никто не смеет играть на моем же поле! — Его алый глаз засветился еще ярче. — Пятая глава двенадцатого писания Зерефа… Его тело охватило фиолетовое пламя. Я поняла, что это конец. И это бы точно был он, если бы не вылетевший будто из ниоткуда Нацу, в своей бесподобной манере зарядивший мастеру Сердца Гримуара прямо в глаз. Старик пошатнулся и темная энергия вокруг него рассеялась. Когда он открыл глаза, я облегченно вздохнула — дьявольское око исчезло, будто бы его и не было. — Мое сердце, — в панике захрипел он. — Если его уничтожить, силы покинут меня! Ох, мать, если выживу после этой заварушки, буду должна высшим столько рыбы, сколько они унесут! Какие же они молодцы! Только вот силы покинули не только Хэйдса, мой резерв так же показал дно. Я готова была скулить от бессилия — убить темного мага после того, как он дважды пытался убить меня, и безмерное количество раз — мою семью, казалось делом чести. — Знайте, тот, кто познал глубины волшебства, всегда будет носить в себе душу дьявола. Вокруг мастера вновь возникли фиолетовые сгустки энергии. Я мелко задрожала, судорожно излечивая всех согильдийцев, находящихся неподалеку. Это не только восполнило мне магию примерно на треть, но и принесло свои плоды. Не успел Хэйдс отбросить мощным ударом убийцу драконов, как ему полетел хук справа от очнувшегося блондина. — Вперед! — взревел он. — Хвост феи! — Вам не жить, мальцы! Вы исчерпали мое терпение! — мигом сориентировавшись, старик начал колдовать очередную фиолетовую пакость. Мои судорожные попытки вырастить у него из желудка что-нибудь ядовитое и колючее не давали никакого результата. Он был слишком силен, чтобы умереть так просто. К моему превеликому сожалению… — Ребят, у меня восстановилось немного волшебства! — воскликнула Венди. — Заклинания поддержки! Усиление! Ускорение! Я облегченно вздохнула. Если у ребят появилась магия, тогда у нас еще есть шанс. — Нападем слаженно! — вскрикнула Эрза, перевоплощаясь в смертоносную крылатую валькирию. Люси призвала нового духа, который, назвавшись Козерогом, рассеял темную энергию и малость потрепал врага. Но это были еще цветочки, а вот ягодки преподнесла усиленная великолепная тройка. Титания в ужасающе эффективном тандеме с моим напарником была поистине бесподобна, ничуть не уступая Нацу в своей мощи. А когда последний завершил «Взрыв разящих пламени и молнии», тем самым практически добив мастера, у меня наконец получилось уничтожить старика окончательно. Да-да, той самой традиционной елью из желудка. Никакого разнообразия. А вот нефиг угрожать мне и моим близким. Нынче я плотоядный цветочек. Пепел серебряными хлопьями оседал на некогда поле боя. Он все падал и падал, а мы все так и не могли поверить в нашу победу. Гораздо хуже стало, когда адреналин, все это время поддерживающий меня и мою силу духа, перестал вырабатываться и меня затрясло крупной дрожью. Я все никак не могла осознать и принять произошедшее, и лишь объятия Грея помогали пусть не успокоиться, но хотя бы не расплакаться от перенапряжения. Небесная драконоубийца робко приткнулась к нам сбоку и, смущенно отвернувшись, заплакала. Наконец взяв себя в руки, я погладила ее по голове. — Вэнди, ну что ты плачешь? — прижав подростка к себе, прошептала я. — Ты такая молодец! Если бы не ты, мы бы ни за что не победили. — Кто бы говорил, — фыркнул Грей, по-собственнически положив руку мне на талию. — Круто ты уделала этих демонов, Лиа! Да и этого придурка добила, — улыбнувшись своей неподражаемой улыбкой во все тридцать два, убийца драконов непринужденно кивнул в сторону поверженного врага. Не осталось и капли надежды, что мое «творчество» останется незамеченным. — Будет знать, как нападать на наших! Кстати, смахнемся? Нервяк окончательно отпустил меня, и я засмеялась. — Это общая победа, Нацу. Да и вообще, если бы не высшие, ничего бы не получилось, — устало вздохнув, я сильнее прижалась к любимому магу льда. Его присутствие стало моим личным центром равновесия. — Смахнись с Лилейным, а от меня отстань. Слово дал месяц не приставать или забыл уже? Маг огня, нахмурившись, взлохматил и без того находящиеся в абсолютном беспорядке розовые локоны. — Точно же! А где они, кстати? Как по заказу из дальнего коридора послышался крик Хэппи: — Ребята! Спаси, Нацу! Лиа! Когда иксиды почти добежали до нас, в конце дальнего коридора показалась и причина их бедствия. Было нам мало Хэйдса — теперь и с огромной толпой членов его гильдии разбираться! Внезапное осознание того факта, что из нас всех магия осталась лишь у меня да и то в небольшом количестве, сделало ситуацию еще более патовой. Потратив все имеющееся волшебство на стену из толстых колючих лиан, я вскрикнула: — Она долго не продержится, а сил больше нет! Драпаем! И вовремя — магические способности противников были невелики, но их было много, а преграда получилась не такой широкой, как хотелось бы. Подгоняемые гневными кличами темных магов, мы выбрались на свет в считанные секунды. И какова же была наша радость, когда мы увидели спешащих к нам согильдийцев во главе с мастером! Конечно, я была рада видеть всех без исключения, но лишь найдя среди ребят Лисанну, смогла выдохнуть спокойно. А потом очень долго не могла сделать и вздоха — девушка, вмиг оказавшись рядом, наплевав на все и на вся, задушила меня в объятиях. — Цветочек, я так переживала! — всхлипнула она, еще крепче вцепившись в меня. — Азума невероятно сильный противник. Поверить не могу, что тебе удалось его одолеть! Судорожно пытаясь отвоевать хоть капельку воздуха, я прохрипела: — Задушишь же… Спохватившись, подруга отпустила меня, и я судорожно откашлялась, подмечая, что толпа противников исчезла, как по волшебству. Наверное, испугались Макарова, который умел выглядеть грозно даже без своего обличия гиганта. Изрядно помятая Мира подошла ко мне сразу после Лис, нежно обняла и искренне поблагодарила за спасение сестры. Объятия Эльфмана были не такими приятными, но титул «мужика», по мнению Штраусса, я заслужила, что меня изрядно позабавило, конечно. Победе радовались так шумно и весело, что будь у нас алкоголь и хоть немного магии, остров Тенрю точно бы не устоял. Я и сама не удержалась от всеобщей вакханалии и обняла Люси с Вэнди так крепко, что они лишь попискивали. Досталось и Эрзе, которая отомстила за всех, так прижав меня к доспеху, что у меня аж кости хрустнули. Увидев тело Хэйдса, мастер, нахмурившись, поманил меня пальцем. — Лиа, скажи, что ты чувствуешь, когда убиваешь? — его голос был непривычно серьезным. Я поморщилась, разом подрастеряв все свое прекрасное настроение. Но Макарова я понять могла. Я — иномирянка, некромант, новый член гильдии наконец. А это уже второе мое убийство за неполный месяц пребывания в этом мире, если не считать того чудовища с моего первого задания, разумеется. — Желание защитить близких мне людей раз и навсегда. Пристальный взгляд черных глаз думаю, что выдержала с честью. — Дай знать, когда желание защитить превратится в желание отомстить, — не меняясь в лице, кивнул мастер. Я вздрогнула, осознав, насколько я была на грани между первым и вторым. Вдруг маг широко улыбнулся и кивнул мне так, будто и не было этого серьезного взгляда. — Ладно, не сердись на старика. Я просто переживаю за своих деток. Иди, веселись с друзьями. Направляясь к согильдийцам, я раздумывала над тем, как ловко Макаров всего парой фраз уберег меня от непростительных ошибок. В лагере размышлять уже было некогда — пострадавших было так много, что Вэнди в одиночку было трудно управиться. Да и она еще сама толком не восстановилась. А работы было настолько много, что за нашей помощью становились в очередь. Лечить было не сложно, сил только прибавлялось, так что с согильдийцами я почти не разговаривала, пребывая в приятной неге. — Вэнди, Лиа, вы не устали? — заботливо спросила Леви, от чего я, припомнив кровожадность ее копии из Эдоласа, нервно икнула, но, спохватившись, покачала головой. — Нет, мне только в радость помочь согильдийцам, — улыбнулась синеволосая убийца драконов. Шарли неодобрительно цокнула и покачала головой. — Только не перетрудись. И как бы она меня не бесила, тут я с ней была солидарна. — Сменить вас, Вэнди? Лиа? — Повернувшись на голос Титании, я от шока чуть не упала с полена, на котором сидела. — Эрза, ты оделась в форму медсестры? — будто не веря в происходящее, пролепетала синеволосая. И не то чтобы она ей не шла — как раз наоборот, откровенный наряд подчеркивал все, что только можно было подчеркнуть, заставляя большинство представителей мужского пола пускать розовые слюни и фантазировать о невозможном. Только вот есть одно маленькое «но»… — Но ты ведь не умеешь лечить! — недовольно фыркнула высшая. А мне начинает нравиться эта кошка! — В состязании необходимы не способности, а упорство. Принимаете вызов или сразу сдадитесь? Состязание? Для нее это всего лишь игра? — Лиа, у тебя глаз задергался, может, тебе отдохнуть? — участливо спросила «медсестра». — Где у тебя болит? Рыжая эротично присела на пенек, с которого парой секунд ранее слетела смущенная Вэнди, соблазнительно изогнулась и облизнула губы. Кажется, я поняла, в чем она собиралась состязаться. — Все хорошо, Эрза, спасибо. Не стоит обо мне беспокоиться. Я покосилась на старательно отворачивающегося Грея, который стоял первым в очереди ко мне. Собственно, сейчас он стал и последним. — Цветочек, чего грустишь? — он взял меня за руку, скрестив наши пальцы. — Из-за этого дурацкого соревнования? — Да нет, — излечивая парня, пожала плечами я, — просто жалко ребят. Она ведь их добьет. Стоит признать, что Эрза оказалась хороша. За то время, пока я полностью восстановила здоровье одному, она справилась с восемью. А то, что она перебинтовала их всех в один большой кокон — это же мелочи жизни, верно? Обедали мы все в той же дружной и почти не покалеченной компании. И то ли еда была чрезвычайно вкусной, то ли голодны мы были после всех приключений, аки звери, но тишина стояла абсолютная. Ну, если не учитывать чавканье Нацу. — Дед, а что с экзаменом на мага S-класса? — вдруг задал Лаксус вдруг ставший насущным вопрос. — А действительно… — хмыкнул Гилдартс. — Кана добралась до гробницы, так что ее расположение уже не секрет. Придумаем другое задание? — В этом нет нужды, — покачал головой Макаров, попивая очередной кокос, — волшебником S-класса становится Грей. — Чего?! — возмущенный вскрик, казалось, послышался разом со всех сторон. Я широко улыбнулась напарнику, который от радости дар речи потерял, а вместе с ним и пару предметов гардероба. — Что сами слышали, — мастер непринужденно пригладил усы. — Грей и Лиа добрались до гробницы мастера-основателя первыми, еще до сигнального выстрела Эрзы. Так что все честно. — Я так рада, Грей! — абсолютно не волнуясь насчет Джувии и вообще кого бы то ни было, я повисла у парня на шее. Оправившись от шока, он подхватил меня на руки и, видимо, особо не думая, поцеловал в губы. И, наверное, у меня тоже отключились мозги, иначе я не могу найти логичное объяснение тому, что я лишь углубила поцелуй. И он возымел поистине волшебный эффект. Сразу все перестали грустить и переживать из-за проигрыша. Согильдийцы улюлюкали, хлопали Грея по плечу и поздравляли что его, что меня. Все по-разному, но от этого не менее трогательно и мило. Котенок повисла у меня на шее, еле слышно прошептав: «Я рада, что ты перестала обманывать саму себя». Мира с Эрзой, к моему ужасу, начали обсуждать свадьбу и внешность наших (упаси Зереф!) будущих детишек. Эльфман просто пошел к нам поочередно и пожал руки, назвав мужиками — я так громко смеялась, что Грей подумал, что у меня истерика. Хотя, может, это она и была — обычно я не смеюсь над такими глупостями. Вэнди поздравляла, мило краснея, а Хэппи все летал над нами, подобно синему купидону, то и дело выкрикивая «Сладкая парочка!». Нацу же пребывал в шоке аж целый час, но потом, по словам Грея, будто очнулся и в своей привычной манере стал издеваться над магом льда, то и дело говоря, что тот нашел себе защитницу, ведь если я победила его, то бишь, великого и могучего Нацу, то Грея и подавно уделаю. И, разумеется, это закончилось махачем. В общем, мы дружно решили закатить грандиозную пирушку по приезде в Магнолию, который был запланирован на завтра. Поначалу я удивлялась такой реакции, но под конец дня дошло и до меня. И дело не в моем скудоумии. Ведь я выросла в мире без магии, поэтому скептически относилась ко всему, происходящему в этом мире, в том числе, увы, и к отношению ребят к гильдии. Я считала слова про семью блажью и самообманом, лишь недавно осознав, что все эти люди действительно росли бок о бок, постоянно попадая в смертельно опасные происшествия. Именно поэтому они так близки. В конце концов, я нашла свою любовь спустя лишь какой-то месяц с тех пор, как попала в этот мир. Но, все же, Хвост феи стал семьей и для меня. Так что не позволить согильдийцам радоваться, как минимум, за друга и товарища, я не могу. Это нечестно. Все было хорошо. Мы засыпали в своих палатках. Земля была теплой, а воздух — свежим. Завтра мы вернемся в Магнолию, возможно, я соглашусь на предложение Грея съехаться в одну квартиру или просто куплю себе наконец матрас. Впереди меня ждет насыщенная жизнь волшебницы, полная приключений, разделенных с друзьями и любимым. И единственное, что меня беспокоило в течение последних часов — это Джувия, убежавшая в слезах, когда Грей поцеловал меня, и до сих пор не вернувшаяся. Джувия и дождь, льющий как из ведра на другом конце острова.

***

Мы с Греем проснулись от взволнованных криков ребят. Озлобленный от такого неприятного пробуждения маг льда чмокнул меня в щечку и, пообещав заморозить там всех к чертовой бабушке, поспешно начал одеваться. Лениво потянувшись, я поняла, что выспалась и спать дальше будет большим кощунством. С грустью взглянув на наряд из мира духов, я в который раз пожалела о почившей в битве с Хэйдсом одежде. Да, что ни битва, то я остаюсь без кровно-нажитых вещичек. Нехорошая статистика, м-да… Я посмотрела на небо. — Что за черт? — озвучил мои мысли Грей. Это был, мать его, дракон. Самый настоящий черный дракон, размером с здание моего мира. Его пасть насчитывала сотни клыков, а от дыхания несло смертью. Я была так заворожена, что чуть не попала под его рычание — напарник выдернул меня с касательной атаки в самый последний момент. Земля разверзлась, а что было бы со мной? Тщетно борясь с паникой, мы выбежали к остальным согильдийцам на берег. — Лиа! Грей! Быстро на корабль! — крикнула нам Эрза. — Вы не видели Джувию? Я покачала головой и не смогла сдвинуться с места, пораженно наблюдая за тем, как Макаров, превратившись в гиганта, пытается бороться с драконом. — Мастер?! — воскликнул ледяной волшебник. — Что ты делаешь? Тебе не справиться! И даже я понимала, что он прав. Этого дракона не одолеть — его мощь была сопоставима с той темной энергией, которую я видела еще с корабля. А мастер просто хочет выиграть время для нас пусть и ценой своей жизни. — Хотя бы в последний раз послушайте, что я говорю! — прогрохотал он. Я по инерции бежала за тащившим меня под руку Греем, не разбирая дороги, а это чертово «в последний раз» эхом отзывалось в моей голове с каждым пройденным шагом. А ведь получается, он действительно считает нас своими детишками… В глазах защипало. Вдруг Нацу резко развернулся на сто восемьдесят градусов. — Да ну вас нахрен, я пошел спасать дедулю! Я убийца драконов, и я… Он не успел договорить, как его перебила остановившаяся неподалеку Эрза: — Я тоже. Он мне, как отец. Коротко взглянув в любимые серьезные темно-синие глаза, я опустила взгляд на наши все еще сцепленные руки. Грей сжимал мою ладонь так сильно, что было предельно ясно: пока он жив, он ее не отпустит. Пока… Могу ли я так рисковать самым дорогим, что у меня есть? Он примет мое решение или поступит по-своему? — Я пойду, — глядя друг другу в глаза, мы сказали это в унисон. Слабо улыбнувшись, я чмокнула его в губы.

***

Все было бесполезно — и слаженная атака всей гильдией, и три одновременных «Рева» от убийц драконов. Акнология вдыхал воздух для последней атаки. Нашей последней надеждой стало защитное заклинание, которое потребовало всех наших сил. Взявшись за руки, мы стали единым целым. Собственно, так оно и было. Ведь мы — Хвост феи. Не просто гильдия, а семья. Особым взором я наблюдала за тем, как наша магия единым потоком вливалась в заклинание. И на какой-то момент мне почудилось, что у нас все получится. Мы отразим заклинание, а потом, если корабль уцелел, уплывем домой, а если нет — дождемся спасателей. И пожалуй, я, все же, съедусь с Греем… Я была бы счастлива, если бы все было так просто, но сослагательным наклонениям не место в реальной жизни. Внезапно стало ясно, что ничего не выйдет — в нашем круге не хватало одной волшебницы Хвоста феи. Картинка не станет целой, если один из пазлов потеряется. А Джувии здесь нет именно из-за меня… Я посмотрела на Грея и сжала его ладонь. Машинально он погладил мои костяшки большим пальцем. Я не героиня. Я не смелая. На самом деле, я раньше искренне считала отвагу синонимом слабоумия, и изменилось с тех пор немногое. Не полюби я всем сердцем напарника, а вместе с ним и гильдию «Хвост феи», я бы ни за что не стала рисковать собой так по-очевидному глупо. Собраться с силами было непросто и умирать даже ради благородной цели отнюдь не хотелось. Тем более, когда уже один раз была по ту сторону грани и ничего хорошего там не увидела. Однако выбора все равно нет. Либо погибну я одна, либо — все вместе. Все, хватит тянуть. Сейчас! Вместе с последними крохами магии я начала вливать в заклинание жизненную энергию. В последний раз скрестила наши с Греем пальцы. Он устало обнадеживающе улыбнулся. В последние секунды моей жизни я увидела расширившиеся от внезапной догадки глаза мага льда и собственную руку, рассыпающуюся на изумрудные искры. Я падала, но на этот раз Грей меня не подхватит.