Присмотри за ним.

Этот поцелуй был… Майкрофт не мог описать, ему не с чем было сравнивать. Первый раз поцеловаться в достаточно немолодом возрасте, определённо, не самое лучшее, что может произойти с человеком в его жизни, но лучше поздно, чем никогда. А Лестрейду было с чем сравнить и этот он посчитал самым лучшим. До этого всё было слишком просто, нежно, по-женски… «Майкрофт целуется лучше моей бывшей жены» — подумал Грегори и отстранился от Холмса. — Доброй ночи, мистер Холмс, — сказал инспектор, поправляя заведомо несуществующий головной убор и в спешке вышел из квартиры, дверью сбивая с ног полицейских, стоявших прислонившись к ней ухом, направляясь к автомобилю. — Мистер Ле… — начал один из полицейских, которых Грег всё же оставил у дома Майкрофта, но инспектор жестом его прервал, садясь в машину. Машина не заводилась. Возможно, из-за отсутствия ключа. Грег вышел из автомобиля, громко хлопнув за собой дверью, подошёл к парням, рывком вырвал из рук одного из них ключи и вернулся к машине. Не с первого раза попав ключом в скважину, инспектор всё же завёл машину и поехал домой, весь путь мысленно повторяя «Идиот, идиот, идиот…» Холмс проводил инспектора недопонимающе-щенячьим взглядом, подумал, в который раз, что не смыслит ничего в отношениях и направился в похождения по своему дому, думая о произошедшем. Приехав домой, Грегори, даже не раздеваясь, стал ходить по дому (возможно, по той же траектории, что и Холмс), продолжая заниматься внутренним самобичеванием. Холмс не жалел, не о чем было жалеть, он только что пережил самый лучший момент в своей жизни. Майкрофт сидел за столиком, упершись головой в руку, согнутую в локте, и вспоминал Грегори и его такие милые, красные от смущения щёки. Лицо Холмса старшего озаряла улыбка. А инспектору было не до неё. Он разорял все свои запасы алкоголя. Выпивая рюмку за рюмкой, он чувствовал всё большее и большее спокойствие, уверенность, решительность и, наконец, пришёл к выводу, что нужно действовать. Дрожащими руками (или это в глазах двоится), Грег набрал короткое сообщение Холмсу, но оно получилось не таким коротким, каким предполагалось — Лестрейд, кажется, немного задремал на букве «и». «Ужиииииииииииииииииииииииииииииин?» «Да.» Получил он тут же короткий ответ от Майкрофта (он же не следил за телефоном?). Теперь оставалось самое трудное — добраться до места назначения, — не такое уж и трудное, как оказалось впоследствии — поэтому Грег снова взял телефон. «Где?» «Я полагаю, в таком состоянии Вы вряд ли далеко уедете. У Вас.» 《И как же он узнал? 》 — подумал Грег, и, кажется, его мысли тоже заикались. В мучительном ожидании, которое длилось, кстати, около пятнадцати минут, Лестрейд задремал, лёжа на диване в гостиной. К приходу Холмса инспектор уже крепко спал и Майкрофт чуть не отбил себе кулак, продолжая стучать в дверь и не получая ответа. Как ни странно, дверь была открыта и Холмс вошел. — Грегори? — спросил он неуверенно, и был уже готов понурив голову, выйти, — открытая дверь его почему-то не удивляла — как услышал тихие посапывания, доносящиеся из гостиной. Сняв плащ и ботинки, Майкрофт прошёл в комнату и снова умилился, на этот раз тому, как сладко, даже будучи далеко не в трезвом состоянии, инспектор спит. Холмс присел на колени рядом с диваном и провёл холодной ладонью по небритой щеке Лестрейда. — Эй, — улыбаясь, сказал он. Грегори, конечно, не проснулся, но ноги его дёрнулись, как у собаки, участвующей во сне в погоне от службы отлова животных. Майкрофт улыбнулся и придвинулся к лицу Лестрейда, целуя того в щёку и получая в ответ сладкое мурчание. Спустя ещё пару минут того, как Майкрофт гладил Грегори по голове тот проснулся, не сразу открыв глаза и негромко вскрикнув от удивления. — Привет, — робко сказал Холмс. — Дверь была открыта… Лестрейд кивнул, прямо садясь и потирая сонные глаза. — Я так понял, ужин ты не приготовил? — улыбаясь спросил Майкрофт, снова получая в ответ кивок. — Ничего. Инспектор продолжал потирать виски и щурится. — Голова-а… — протянул он. — Таблетку? — взволнованно спросил Майкрофт, поднимаясь с коленей. — У тебя есть? — На кухне… Холмс направился на кухню и, перерыв все полки, наконец, нашёл пачку анальгина. Взяв таблетку и стакан воды, Майкрофт вернулся к Грегу. — Держи, — Лестрейд усмехнулся, взяв бокал. — Что? — Я собирался заботиться о тебе, а не, — инспектор выпил лекарство. — наоборот. — Ещё будет время, — Майкрофт сел рядом с Лестрейдом, пристально смотря на него. — Ты… Хорошо целуешься, — Грег улыбнулся, чем-то лишь отдалённо напоминающим улыбку — головная боль всё же давала о себе знать. — Ты тоже, — Майкрофт опустил взгляд и старался сделать в полу дыру своим зонтом, который он не удосужился оставить в прихожей. — Ты чего? — Грегори неосторожно придвинулся ближе к Холмсу. — Первый поцелуй… Эмоции. 《Святаякоролева, — пронеслось в мыслях инспектора. — Я первый у Майкрофта Холмса》 — Я не знаю, что сказать, — произнёс он уже вслух. — Говори, что думаешь, — Майкрофт поднял голову. — Неогранённый алмаз, — сказал Грег первое, что пришло в его пьяную голову, улыбаясь, тем самым вызывая и улыбку Холмса. Лестрейд закинул руки за шею политика и положил голову на его плечо, закрыв глаза. — И я о тебе, всё-таки, позабочусь, — шепнул он и тихо захрапел на плече Холмса, заставляя Майкрофта улыбнутся, в который раз за этот день — больше, чем за всю свою жизнь.