Никому не позволю

Северус Снейп окинул внимательным взглядом Большой зал – сегодня перед началом последнего в этом учебном году ужина он в качестве директора школы скажет выпускникам напутственное слово. Вот они – такие взрослые, с горящими глазами, в нарядных мантиях – выстроились в ряд перед преподавательским столом точно так же, как в свой первый день в Хогвартсе. Только теперь их ожидало не короткое знакомство с Распределяющей шляпой, а выдача дипломов, свидетельствующих, что они отныне уже не студенты одной из лучших в мире Школы Волшебства и Чародейства. Но, как и семь лет назад, их будут чествовать аплодисментами. Северус смотрел в лица вчерашних детей и видел перед собой поколение, которое чудом избежало незавидной доли жить под гнетом жестокой власти Темного Лорда. А затем, столкнувшись с насыщенным изумрудной зеленью взглядом того, кто своими отвагой и стойкостью повернул колесо истории, заставив реальность вздрогнуть и пойти иным путем – без войны и притеснений – его сердце наполнилось гордостью и бесконечной любовью. Среди выпускников отсутствовал лишь единственный их сокурсник – Теодор Нотт, которому за совершение преступления предстояло три года трудиться на кухнях Азкабана. Поттер все же добился смягчения приговора, так что воздействие дементоров Нотту не грозило, хоть он и отбудет наказание в пределах волшебной тюрьмы. – Ну что ж, по традиции мне полагается сказать нашим выпускникам несколько слов и дать пару добрых советов, – Снейп чуть криво усмехнулся, удовлетворенно наблюдая, как в зале, стоило ему заговорить, почти мгновенно стихло. – Мир, ожидающий вас за порогом школы, не идеален, более того – он враждебен и вынудит вас всю свою жизнь бороться за лучшее место под солнцем. Разумеется, можно плыть по течению реки судьбы, не прилагая никаких усилий и положившись на удачу, но не забывайте, что так, вероятнее всего, вы окажетесь в окружении прибитого к берегу мусора. Выбор за вами. Для достижения успеха вам, несомненно, придется еще много учиться, но я тешу себя надеждой, что нам, – Снейп взмахом руки указал на учителей, – удалось вложить в ваши головы минимум знаний, способный облегчить вам дальнейший путь. Северус не стал произносить длинных речей, а передал эстафету профессору МакГонагалл, и та, вызывая выпускников по одному, вручала им дипломы как билеты во взрослую жизнь. В Большом зале не стихали аплодисменты, пока последний из семикурсников не получил заветный документ, позволявший каждому из них чувствовать себя полноценным обученным магом. По обычаю, после торжественного ужина для тех, кто с этого дня уже не считались студентами, тут же, сдвинув столы в сторону, устраивали вечеринку с пуншем, сладостями и танцами, длившуюся всегда практически до рассвета. Остальных же учащихся отсылали собирать вещи – утром кареты отвезут всех на Хогвартс-экспресс. Само собой, разгулявшись, выпускники изъявляли желание проститься и с замком, и со школьным двором, так что удержать их в пределах Большого зала не было ни малейшего шанса. Да никто из преподавателей и не стремился этого делать, потому что, по сути, они уже не несли ответственности за молодых дипломированных волшебников, имевших полное право выйти за территорию Хогвартса и аппарировать или воспользоваться камином в директорском кабинете, отправляясь домой. Правда, к такой возможности редко кто прибегал, предпочитая традиционно уехать из школы на карете. Невзирая ни на что, учителя все же дежурили в эту ночь, приглядывая за своими подопечными и в коридорах, и на улице.

***

Северус устроился в тени полуколонны неподалеку от двери и наблюдал за весельем выпускников – слегка захмелев от выпитого контрабандного огневиски, те выплясывали под аккомпанемент зачарованного профессором Флитвиком магического оркестра. МакГонагалл настаивала на использовании старинного граммофона, как это делали до прошлого года включительно, но Снейп решил отдать преимущество «новомодной штучке», являвшейся увлечением декана Рейвенкло. Гарри иногда бросал в сторону Северуса провоцирующие взгляды. Он без устали танцевал в кругу друзей и даже ухитрился повальсировать с Грейнджер и Браун. Энергия так и бурлила вокруг него. Поттер имел полное право сегодня не задумываться о том, что уже завтра для него начнется очередной отрезок жизненного пути, который вряд ли окажется намного проще, чем уже прожитый. Северус лишь искренне надеялся, что там, впереди, его Гарри больше не ожидают такие потрясения, какие ему пришлось перенести несколько месяцев назад. А еще он мечтал, что ему самому все же найдется место рядом с ним в его будущем.

***

Время уже перевалило далеко за полночь, и ряды гуляющих в зале значительно поредели – оставалось не более четверти состава выпускников, стойко продолжавших безудержно веселиться. Прочие уже разбрелись кто куда: спать, безнаказанно шастать по ночным коридорам или дышать свежим воздухом на школьном крыльце. Гарри, в одиночестве покидая зал, подошел к Северусу. – Директор, не желаете присоединиться? Говорят, у Черного озера сейчас просто бесподобно. – Почему бы и нет? Заодно проверю, чем там занята молодежь, – Снейп взглядом отыскал Флитвика, следившего за своими зачарованными музыкальными инструментами, и чуть кивнул ему, давая понять, что ненадолго отлучится. – Я думал, что ты пошутил насчет озера, – покорно следуя за наколдованной маленькой светящейся сферой, скользившей у ног, и интригующе молчавшим Поттером, заметил Северус, оглянувшись на замок – лишь горящие окна Большого зала выделялись вдали на фоне кромешной темноты. В итоге они, спустившись по узкой тропке, остановились почти у самой кромки воды: слева все густо заросло падубом, а справа проход вдоль берега перекрывала скала, создавая довольно уютный уединенный уголок на лоне природы. Ночь действительно была отменной – безлунная, тихая и теплая, она отрезала тебя от целого мира, позволяя почувствовать значимость собственного «я». Близость Гарри будоражила и заставляла захлебываться от желания прикоснуться к нему, чтобы наконец-то заполнить звенящую пустоту одиночества, утолить немыслимую жажду души и получить ключи от счастья. – Похоже, никто не осмелился так отдалиться от замка, – как можно беспечнее отметил Северус, стараясь не выдать своего состояния. Он подошел к скале, провел пальцами по ее шершавому камню, словно проверяя – реально ли то, что видят глаза, а затем прислонился к ней спиной, тем самым отгораживаясь от мира, оставшегося по другую ее сторону, и уделяя внимание тому, кто заботил его в эту минуту сильнее всего – Поттеру. – На то и был расчет, – Гарри взмахом руки отогнал зачарованный огненный шарик чуть подальше, закатив его в траву, чтобы самим остаться в тени. Совсем гасить единственный источник света он не стал, желая все же хотя бы немного следить за лицом Северуса. Поттер не хотел больше ни дня гадать – есть ли у него шанс обрести полную взаимность на свою любовь, подобную и шторму, и ласковому солнцу одновременно, или он ошибся, и реакция Северуса на его намеки – это просто закономерная благодарность за спасение всех и каждого в магической Британии. Сердце гулко билось о ребра, его стук, казалось, был громче грома, в ушах шумело от собственной дерзости, на которую Гарри шел с открытой душой, чтобы Северус мог сразу распознать в ее глубине всю мощь бушующей там страсти и решить – нужно ли ему это или лучше поскорее убраться прочь. – Что ты… – Северус не договорил, задохнувшись от направленного на него потока эмоций, захлестнувшего с такой силой, что мгновенно отобрало голос – Гарри, встав напротив, смотрел так, как еще ни разу себе не позволял. Даже темнота не мешала увидеть бурю, бушевавшую в нем и отражавшуюся в его глазах, рвавшуюся из него безудержным водопадом любви, нежности, заботы, сопереживания, чувственных жажды и голода. Сложно было представить, как Гарри справлялся с подобными душевными порывами, не давая окружающим заподозрить, какой костер горит в его сердце. – Молчи, – прошептал Гарри и, уловив, как Северус жадно пожирает его взглядом, сделал последний шаг, разделявший их. – Надеюсь… – он умолк, обжигая своим дыханием губы Северуса и прижимаясь к ним в не слишком умелом, но жгучем поцелуе. Мир закружился вокруг них подобно сумасшедшей карусели, порождая ощущение беспредельной эйфории. Северус тут же обхватил Гарри руками, стискивая его в объятиях как самое огромное сокровище, таким незамысловатым способом однозначно отвечая на все его вопросы: да – он тоже ждал этого момента, да – он любит, да – не мыслит жизни порознь. – Наконец-то… – выдохнул еле слышно Северус, когда они смогли оторваться друг от друга после показавшегося бесконечным поцелуя. – Значит, ты догадался, что я… – Гарри, чуть отклонившись назад, заглянул в лицо Северусу. – Только слепой на моем месте не заметил бы твоих авансов, и лишь обстоятельства заставляли меня держать себя в руках. Ты не представляешь, каких сил мне это стоило, – нежно целуя в висок, признался тот, не собираясь лгать и изворачиваться, вызвав очередной вихрь эмоций, так и хлеставших от захлебывавшегося счастьем Гарри. – Но ты и сам знаешь, что так требовалось. Нельзя было давать пищу для злых языков, готовых облить тебя грязью. Ты должен оставаться незапятнанным символом благополучия всех волшебников, – едва уловимая насмешка разбавила сплошной восторг от осознания, что долгий путь друг к другу пройден и больше нет причин для потакания чьим бы то ни было понятиям о правильности их поступков. – Теперь им нечего поставить нам в вину. Мы будем вместе. Назло всем, – Поттер поднял руку, чтобы поправить прядь волос, упавшую Северусу на лицо. – Оу!.. – кожа на его руке слегка, буквально на грани видимости, мерцала, как затянутая полупрозрачной перламутровой дымкой. – Что это? – Интересно, – все еще обнимая Гарри одной рукой, не желая разрывать контакт, Снейп осторожно поднес его ладонь ближе к своим глазам. – Забавный эффект, – он задумчиво улыбнулся, а затем начал нежно целовать пальцы Гарри, рвано задышавшего и задрожавшего от избытка эмоций, наблюдая, как серебристые переливы становятся чуть ярче. – У тебя и лицо светится, – Северус не смог сдержать поднявшегося в душе урагана и принялся покрывать жадными поцелуями щеки и скулы Поттера, еще сильнее вдавливая его тело в свое, прижимая его бедра к своим, словно в порыве слиться воедино, в одно существо. Это уже не походило на вспышку страсти – это было помешательством, одержимостью и жаждой вечной близости. Радовал тот факт, что за спиной имелась надежная опора – скала, которая хоть и давила своими неровностями в спину, но не позволяла потерять равновесия. Их тряхнуло так, что Северусу почудилось, будто его прошила молния, распространяя по телу волны неведомого ранее наслаждения, проникавшего в каждую клеточку, вынуждая сознание биться в немыслимом экстазе. Такого с ним точно никогда не случалось – удовольствие разливалось по венам вспенившимся шампанским, пузырьки которого щекотали и пьянили, заставляя безумно улыбаться. – Ммм… Вот же… Я… – когда дыхание восстановилось и вернулась способность мыслить, Гарри смущенно прижался лбом к плечу Северуса (он все же немного проигрывал ему в росте), почувствовав как в брюках сделалось мокро после самого необычного в его жизни оргазма – он словно взорвался от непередаваемо прекрасных ощущений, превращаясь в миллиарды ярких звезд, а затем каким-то невероятным образом сумел снова стать самим собой. Под его кожей все еще потрескивали искры постепенно гаснувшего фейерверка. – Если тебе от этого будет легче – я тоже, – лишь когда Гарри смешливо хмыкнул, Снейп сообразил, что произнес это вслух. – Похоже, я все еще пьян тобой, – прошептал Северус и тут же воспользовался колдовством, которое избавило их обоих от липкой влаги – позже все равно придется принять душ, но, по крайней мере, сейчас они не будут испытывать дискомфорта. – Это было потрясающе. Я даже не подозревал, что так бывает, – уловив дуновение магии, Гарри благодарно потерся щекой о щеку Северуса. – От одних поцелуев… – Это все из-за воздержания, – развеивая ореол романтики, поделился своим мнением прагматичный Снейп. – Хочешь сказать, что нам просто снесло крышу и такого уже не повторится? – слегка расстроенно спросил Гарри. – Не говори ерунды. Обещаю, будет еще лучше, – Северус зарылся носом в лохматые вихры Гарри, наслаждаясь возможностью беспрепятственно делать то, о чем давно мечталось. – А почему я светился? – после небольшой паузы поинтересовался Гарри, рассматривая свою руку, которая теперь выглядела как всегда. – Не знаю наверняка, но кое-какие догадки есть, хотя и не поручился бы, что правильные, – медленно, словно попутно что-то обдумывая, ответил Северус. – Но это же не страшно? Нет? Я не вляпался снова во что-то ужасное? – Снейп почувствовал, как Гарри напрягся в его объятиях, и поспешил его успокоить, хотя сам пока не был полностью уверен в своих словах: – Все будет хорошо. Мы, вероятнее всего, ничего и не заметили бы, если бы вокруг оказалось хоть чуточку светлее, – волшебная огненная сфера Поттера действительно потускнела и почти не освещала берег. – Но это ведь не обычное явление? Вечно со мной что-то случается, – Гарри на миг прижался крепче, будто просил о защите. – Надеюсь, это не заразное. – Никому не рассказывай об этом феномене, – предупредил Северус, пришедший к определенным выводам в своих размышлениях. – Вот вернусь с симпозиума, и мы пороемся в библиотеке. Кажется, я у Блэков что-то встречал о подобном. – Что? Какой симпозиум? – вскинулся Поттер, его сердце затрепетало встревоженной птицей, а в тон закралось смятение. – Прости, я не предполагал, что это может как-то отразиться на твоих планах на ближайшие дни, поэтому не сообщил раньше. Я получил приглашение на симпозиум зельеваров. Его в этом году проводят в Портсмуте. Соберутся светила зельеварения и алхимии со всего мира. Учитывая мой нынешний статус и то, что это мероприятие проходит в Англии, я не могу отказаться. Не говоря о том, что мне и самому интересно послушать, что нового изобрели мои коллеги, – Северус словно оправдывался. Он вообще-то думал, что по возвращении с симпозиума навестит Гарри и признается ему в своем чувстве, так что в связи с ускоренным развитием событий был не совсем готов к объяснению собственных планов. – И когда ты уедешь? Надолго? – Гарри и не скрывал, что его немного расстроила перспектива расставания. – Утром. Сразу, едва лишь отправлю студентов по домам. Через две недели вернусь. Минерва уже рвет и мечет, ведь ей придется вместо меня собирать все годовые отчеты у преподавателей, – Северус чуть мстительно фыркнул, выказывая свое отношение к такому положению дел – он явно был только рад скинуть с себя хотя бы толику забот. – Две недели, – протянул Гарри, тяжко вздыхая. – Ну что же, я как раз выясню, что необходимо для того, чтобы поступить на общий курс целительства при больнице Святого Мунго, – тут же отыскал он себе занятие, чтобы не терять времени зря, раз уж не сможет провести его рядом с Северусом. – Если станет скучно, поищи все про легенду о Сердце магии, – Снейп решился озвучить свои догадки о состоянии Гарри. – Это зачем? Или… Ты намекаешь, что мои сверкающие руки как-то связаны с этой легендой? Да? Это хоть не очередное пророчество? – Гарри, выстреливая вопросами, завозился в объятиях Северуса, осознавая, что им пора бы вернуться в школу. – И что такое Сердце магии? – Вот и почитаешь, – не пожелал удовлетворить его любопытство Северус, и сам не очень хорошо помнивший подробности всего об этом легендарном феномене. – Идем. Мне нужно помочь Филиусу, если твои друзья еще не угомонились. – Финниган орал, что вообще не собирается ложиться спать, и нашлись те, кто поддержал его в этом, – рассмеялся Гарри, призвал свою почти потухшую огненную сферу и, чарами подкачав ее энергией, отправил вперед – освещать им дорогу. – Ты же, когда вернешься из Портсмута, придешь ко мне? – И не сомневайся! – Северус чувствовал, что в нем безвозвратно сломался какой-то барьер, ему теперь было сложнее скрывать эмоции от Поттера, так что обещание прозвучало весьма вдохновенно. – Вот и замечательно, – Гарри хотелось расспросить, как Северус представляет их будущее, но он вовремя сдержался и позволил всему идти своим чередом.

***

– Гарри, вот ты где! А мы уже тебя обыскались! – стоило Поттеру перешагнуть порог школы, как на него налетели слегка взволнованные Рон и Гермиона. Когда Гарри покидал Большой зал, они как раз отлучались и не знали, куда он исчез. – Ты спать собир… О! Директор… – Рон немного смутился, увидев, как следом за Гарри в холл вошел Снейп. – Мистер Уизли, вы невероятно наблюдательны, – язвительно кинул Северус, насмехаясь. – Не проспите утром, Поттер, кареты вас ждать не будут. – А мы тогда через ваш камин домой пойдем, – дерзко заявил Гарри. – Доброй ночи, директор, – он подхватил под руки своих друзей и потащил прочь. – У вас было свидание? – шепотом поинтересовалась Гермиона, когда они отошли от Снейпа на пару коридоров. – С чего ты взяла? – попытался отмахнуться Гарри, но дурацкая улыбка против воли растягивала его губы, и ему хотелось кричать от распиравшего грудь счастья. – Ты только посмотри на себя! Ты же светишься! – Гермиона сначала удивилась, а затем расхохоталась, когда заметила, как Поттер, бросив озадаченное: «Где?» – вдруг серьезно стал разглядывать свои руки, будто на самом деле ожидал увидеть, что они излучают свет. – Да ты от счастья светишься! – уточнила она. – Рон, ты прав, я бываю упрямой тупицей, как я могла сомневаться, что Гарри по-настоящему… – она покачала головой, признавая собственное несовершенство. – Значит, все же свидание? – Что-то вроде того, – Гарри жаждал со всем миром поделиться своей радостью, но решил ограничиться друзьями. – И Снейп ответил взаимностью? – Рон спрашивал так, словно абсолютно не верил, что подобное возможно. – Да, – негромко выдохнул Гарри, его горло перехватил спазм от осознания, что, похоже, его жизнь наконец-то налаживалась.