Проваленный отдых...?

      Открыв глаза, Акисе чувствовал, как все тело болело и ныло, но на самом нем не было ни царапинки. Он будто проспал несколько дней, недель или же месяцев. Эта ужасная усталость, голод и едкое чувство безвыходности просто сжирало его изнутри. Все хорошее, солнечное, детское, все, что было, теперь стало похоже на руины. Пустота. Раньше он думал, что это похоже на полет птицы. Нет препятствий, нет сложностей, нет ничего. Но сейчас он понимает, что эта пустота — лишь ловушка, под маской безмятежности кроятся твои самые ужасные мысли и желания, все, от чего ты прятался на протяжении стольких лет, теперь зовет тебя к себе. Не сопротивляйся. Может, там тебя будет ждать свобода? Может, хоть там ты сможешь отдохнуть? Может…       — Он же не умер?       Какой-то голос прервал его раздумия. Похоже, что это была девушка. Не умер ли он? Ему и самому было интересно.       — Да ну. Зачем ему умирать?       — И все же. Он упал с такой высоты, и на нем ни царапинки. Как такое возможно?       — Магия, ха-ха.. ха.       Акисе лежал, притворяясь, что спит. Ему было интересно, что с ним произошло, а если он спросит сам, то не факт, что ему все расскажут. «Это сейчас неважно, главное, ты жив. А теперь спи, тебе нужен покой» — так ему всегда говорили, когда он попадал в больницы из-за травм на тренировках. Он играл в волейбол, и потому это для него было не в новинку. Потянул икру, упал, ударившись головой об острый угол, ушиб позвоночник. Вроде бы обычная игра, но какая опасная. Говорят, надо заниматься спортом, чтобы было сильное и здоровое тело. Но на самом ли деле это так? Сколько людей из-за спорта пожертвовали своим будущим? Сколько людей потерпели неудачу? Сколько из них счастливы?       — Ты нашел Мицуки?       Сестренка! Что с ней? Где же она? Воспоминания резкой болью вернули его в настоящее. Он вспомнил все. Все то, что видел. Он не знает, что это было, но уверен на 100%, что было. Он же не сумасшедший, так? Ему же не приснилось? Ведь так? Скажите, что она жива. Скажите, что это она сейчас держит меня за руку. Скажите, что это ее милый голосок он слышал только что. Скажите хоть что-нибудь…       — Каян, он плачет. Он. он жив, Каян! Акисе, Акисе, очнись прошу, очнись!       Кто-то сильно сжал его руку и начал рыдать. Теплые слезы стекали по щеке Акисе, оставляя за собой мокрые дорожки. Что ж, его раскрыли, пора открывать глаза.

***

      Сначала это место показалось ей Раем, но сейчас же это сущий Ад. Какого черта она взяла эти билеты? Какого черта они не опоздали на корабль? Какого черта она вообще жива? Хотела же помереть, а теперь что, струсила? Действительно трусиха. Раздражаешь.

***

      — Где. Где Мицу? Почему вы не ищите ее? Зачем вы сидите со мной, если знаете, что в любой момент может умереть человек?! Тц.       Поднявшись со своей кровати, Акисе, чуть ли не падая, вышел на улицу и начал кричать имя горячо любимой сестренки. Если бы они сейчас были в своем городе, то его наверняка посчитали за психа или пьяного, в может и все сразу. Но сейчас они на острове, кроме четырех людей здесь никого нет. Ну, так им сказали.       В это время юноша, как маленькое дитя полз по песку, все повторяя «Мицуки». А позади него, как любящие родители шли Каян и Лейла, так звали девушку с необычными глазами. Это было бы очень смешно, если не так грустно. Где же тот сильный и мужественный Акисе? Что это за тряпка, полностью извалявшаяся в песке. Даже смотреть противно.       — Брат… Поднимись, пожалуйста.       Это прозвучало, как гром среди ясного неба. Неужели это она? Его фарфоровая кукла. Медленно поднимая голову вверх, скользя глазами по стройным ножкам, пышной юбке розового цвета, футболке березового цвета с надписью «Stand up» и закончив на миленьком лице Мицу, Акисе присел на песок, как кот, который только проснулся. Почему-то он чувствовал, будто виноват перед ней, перед Каяном, Лейлой и вообще всем миром. И опустил голову, будто склоняясь перед королевой.       — Прости меня…       — За что?       Он изумленно поднял голову, а глаза полезли на лоб. Это было лишь короткая фраза, но, черт, она была так необходима. Акисе еще совсем ребенок, ему нужно на все указывать и рассказывать. И сейчас Мицу указала, прямо тыкнула его мордой в свои проблемы: «Смотри, это твои недостатки, Акисе. А видишь тот, самый жирный, это умение накручивать себя. Братик, ты баба».       В этот момент девушка улыбнулась, будто прочитав его мысли, и обняла Акисе.       — С возвращением, Мицу.       — Я дома.       На их лицах воззарились улыбки. Такие простые и искренние, спустя столь долгое время, они наконец могут нормально выдохнуть, выкинуть из своей головы все проблемы и наслаждаться временем, проведенным друг с другом. Не это ли настоящее счастье?