Слепой в авангарде

Лео проснулся от невыносимой жажды, помноженной на холод, словно кто-то нарочно выстудил ему комнату. «Странно, - он повернул голову и уперся глазами в оплывшие белые свечи, расставленные прямо на его тумбочке, которую теперь без сомнения придется отскребать от воска. – Кто додумался?» Он приподнялся, пытаясь вытащить зажатую непонятной тяжестью руку, и не смог удержаться от улыбки, увидев спящего брата. «Рафаэль. Ну конечно, кто же еще. Как всегда в меру убого, грубо и по-варварски, но обстоятельно и капитально. Надеюсь, он их не саморезами прикрутил! Ох, братишка, дурак беспросветный, шел бы ты спать нормально…» Лео осторожно вытащил онемевшую ладонь и уложил голову Рафаэля на борт кровати, кое-как подсунув ему под шею одеяло. Потом осторожно сел, тронув забинтованное плечо. Он даже не помнил, когда пропустил удар и как Донателло обрабатывал рану. «Пойду, водички попью, - решил лидер, вставая. – И притащу плед из гостиной…» Капкан стальных пальцев сомкнулся на его запястье, дернув обратно на кровать и вырвав злое шипение. - Ты чего? – Раф даже глаз не открыл и не повернул головы. – Ляг обратно. Я специально свечи тебе зажег, чтоб ты не в темноте спал. Че вскочил-то? Леонардо от рывка сел, но пальцы брата не разомкнулись на его руке, а только сжались сильнее. - Э… спасибо большое, - черепаший лидер усмехнулся. – А ты не хочешь пойти нормально спать лечь? - Нет, - глаза Рафаэля по-прежнему были закрыты. – А вот ты хочешь, я уверен. - Я пить хочу, - возразил Леонардо и стал осторожно выворачивать запястье из захвата. – И плед себе принести. Бешеный ниндзя приподнял веки, сверкнув из-под них фосфорической зеленью. - Нет, ты хочешь лечь, - с нажимом в голосе повторил он, разжав пальцы. – Я сейчас все принесу. Рафаэль поднялся и вышел, провожаемый удивленным и немного растерянным взглядом Лео. «Да что с ним такое?» Он забрался обратно под одеяло, накрывшись им с головой и пытаясь уяснить для себя, что случилось, пока он валялся без сознания. «Наверное, Донни наорал, - Лео прикрыл глаза, осторожно массируя пальцами пульсирующие виски и вспоминая вчерашний вечер. – Ну, что Раф, в самом деле, как с ума сошел. Он же ранен, шел бы к себе. Что я за водой, что ли, не дойду?» *** Рафаэль доплелся до кухни, сунул под кран чашку и набрал холодной воды, потом полез в холодильник и выловил банку колы. «Может, старший газировки захочет, - решил он. – Надо еще плед захватить. Хотя лучше принесу одеяло из своей комнаты». Захватив кружку и банку, Раф прошел через гостиную, мимоходом отметив скрючившегося в кресле Майки, и даже пожалел мелкого. «Шея же затечет, так что болеть потом будет весь день. И чего Дон не разбудил его? Ладно, сам сделаю, только вот отнесу все». В своей комнате Рафаэль выволок из шкафа тяжеленное ватное одеяло огромного размера, которым отродясь не пользовался, но которое лежало здесь «на всякий случай», оставленное еще, кажется, Мастером. «Вот и всякий случай, - улыбнулся сам себе Раф. – Зато Лео будет тепло». *** Леонардо даже задремал снова, свернувшись клубком и почти согревшись, когда на него сверху свалилось что-то тяжелое и начало заворачиваться вокруг, как клубок змей. Лидер, сморщился, высовывая голову. Надо сказать, что мягкий свет живого огня не бил по немилосердно болевшим глазам, дав возможность рассмотреть довольное лицо Рафа. - Вот, - тот сел рядом, продолжая закукливать лидера. – Так тепло будет. - Ты что делаешь? – Лео попытался вытащить руку, но потерпел поражение, поняв, что братец закатал его в одеяло, как в кулек, и только что веревочкой сверху не перевязал. - Забочусь, - Рафаэль оглядел результат своих трудов и даже зажмурился на миг, улыбаясь уголками губ. – Держи, я тут воды тебе принес. Он указал на тумбочку, где оставил чашку и банку колы. - Не буду больше тебя донимать, понимаю, что хочешь отдохнуть, так что пойду, - бешеный ниндзя потоптался секунду и с явной неохотой покинул комнату, оставив совершенно беспомощного Лео пробовать выпутаться из одеяла. «Это не забота, а какая-то изощренная пытка! – Леонардо уставился на стакан с холодной водой, который был совсем рядом, но пока что вне его досягаемости, и сглотнул. – Надо вылезти!» Он завозился в одеяле, пытаясь раскатать валик, заботливо созданный Рафаэлем, но пробитое плечо отозвалось острой болью, сообщив, что оно не радо такой активной деятельности своего хозяина. Лео обреченно прикрыл глаза, выдохнул, вспоминая уроки Мастера о терпении и упорстве, и стал пробовать вытащить здоровую руку, стараясь не сильно кататься по кровати. *** Майки проснулся рано, что в его планы совершенно не входило, но затекшая шея немилосердно болела, как и плечи, потому что заснул он в крайне неудобной позе. «Блин, - рыжий ниндзя сморщился. – Неужели разбудить не могли? Вот не братья, а просто заразы!» Он сел, вспомнив, что вчера Донни с самым мрачным видом сообщил ему о том, что Лео сильно болеет, а они с Рафом повели себя как безответственные дети. «Ой, бли-ин! – Микеланджело схватился за голову. – Ладно, я сейчас загляну к старшему и узнаю, как и что на самом деле. Мне кажется, Донни нарочно так все представил, чтоб нам стыдно было». Он встал и заторопился к лидеру, отметив, что все, видимо, еще спят. - Лео? – Майки приоткрыл дверь. Если брат спит, то будить его не стоит, а с другой стороны вдруг он уже проснулся и ему что-то нужно. На кровати катался странный сверток, казалось, живший своей собственной жизнью. У Майки глаза округлились, и сам собой приоткрылся рот. «Это что, чудовище забралось в комнату Лео и сожрало его?!» Но присмотревшись, он понял, что это и есть Лео, просто закатанный в одеяло. Майки улыбнулся, умилившись этому зрелищу, и, войдя, сел на край кровати. - Привет! – он осторожно сдвинул уголок одеяла. – Как состояние? На него глянули сердитые синие глаза, а следом брат вытащил всю голову. - Майки! Доброе утро, - хрипло отозвался лидер. – Сделай милость, помоги мне. Микеланджело по-своему понял просьбу, взял с тумбочки кружку с водой и протянул ее Лео. - Держи! Леонардо прикрыл глаза и мысленно застонал, потом извернулся и поймал губами стеклянную кромку. Холодная вода потекла в горло и тут же пролилась на край одеяла. Микеланджело немного удивленно посмотрел на брата, который давился водой, но упорно не желал взять стакан по-нормальному, пожал плечами и улыбнулся. «Наверно, Лео тоже хочет поиграть в маленького, чтобы о нем заботились, - решил он. – Ладно, так и быть, бро, уступлю тебе эту роль». - Не торопись, - наставительно сказал он, наклоняя стакан сильнее. – По глоточку, вот так. За Донни, за сэнсэя, за Рафи, ну и за папочку Майки! Лео подавился водой и отстранился, бросив на брата бешеный взгляд. - Не смешно. Лучше помоги мне выпутаться из одеяла, - проворчал он, откашлявшись. - Нет-нет, братик, - вдруг заворковал младший. – Я сейчас тебе еще одно принесу. Донни сказал, что у тебя температура, значит, ты можешь замерзнуть. Подожди минутку, сейчас Майки все сделает. Рыжий ниндзя поставил чашку на тумбочку и задул свечи. - А вот огонь детям не игрушка, - улыбнулся он, вылетая из комнаты. Лео проводил его злым взглядом, дернулся и свалился с кровати, надеясь хоть так раскатать кулек, в который его завернул Раф, но оказалось, что заботливый темпераментный братец завязал одеяло узлом. «Боги! – лидер мысленно застонал, бестолково катаясь по полу. – Они что, издеваются?!» Он закашлялся снова, запоздало подумав, что, наверное, все же не стоило пить холодную воду. «Как будто меня кто спросил», - сердито подумал Лео, крайне неудачно крутнулся в одеяле, задев больное плечо, и зашипел. – Сунули чашку в нос – давись, брат, на здоровье! Лучше бы чай принесли». Потом перевернулся на спину, понимая свою полную беспомощность, и закрыл глаза, обреченно дожидаясь, когда хоть кто-то из братьев явится и вытащит его из одеяла. *** Раф провозился почти час, пытаясь принять душ и при этом не намочить рану, но в итоге смог отмыться и даже повеселел. «Надо зайти к Лео будет, проверить, все ли с ним хорошо, - подумал он, вытираясь. – Вдруг он тоже хочет умыться». Раф натянул шорты, тихонечко матерясь, пока протаскивал больную ногу в штанину, и завязал бандану. - Ну что, друг, - он подмигнул своему отражению. – Давай исправлять то, что вчера накосячили. Раз старший болеет, то будем о нем заботиться. Он посмотрел себе в глаза, поймав на самом их дне хвостик вины, и вздохнул. «Вот я когда болею, что хочу обычно? Чтоб отстали и не трогали, посмотреть бокс спокойно и не слушать болтовню мелкой доставучки. И чтобы большая пицца была, а потом хорошенько поколотить грушу… стоп, Раф, а когда ты болел-то так, чтобы лежать пластом?» Рафаэль моргнул, понимая, что последний раз вот так валялся с ангиной еще в детстве, и Мастер поил его горячим молоком с медом, запрещая вставать и уж тем более смотреть телевизор. «Но мне-то хотелось мультики и кино, – вспомнил он. – Значит, и Лео хочется, грушу бить он не очень любит, а вот медитировать или там ката свои повторять, - это, думаю, его обрадует». Рафаэль вывалился из ванны и заторопился на кухню. «И горячее молоко будет кстати! Особенно с медом и маслом!» *** Майки торпедой промчался по логову и столкнулся нос к носу с Рафом, который по стеночке плелся на кухню. - Здорово, сорвиголова! – он хлопнул брата по плечу. – Чего ползаешь, как муха по осени? С дороги! Уступи полосу скорой помощи! Рафаэль не глядя дал младшему подзатыльник и пошел дальше. «Скорая помощь, блин! Тоже мне! Наверное, решил все же свой бардак разобрать, вот и скачет теперь. Днем замучает всех, показывая, какой он большой молодец!» Затолкав в микроволновку литровую миску с молоком и положив в нее упаковку меда, Рафаэль присел к столу, решив позавтракать большим куском ветчины с остатками вчерашней картофельной запеканки. Он внимательно изучил программу телевидения и понял, что бокс будут показывать только вечером. «Ну вот, как раз до вечера Лео полежит спокойно, а потом будем вместе смотреть свободный ринг. Ща только молоко ему отнесу». Глаза бешеного ниндзя зацепились за бутылку, стоявшую на полке около микроволновки. Раф несколько секунд сосредоточенно смотрел на нее, а потом улыбнулся и поднялся. *** Майки ворвался в комнату Лео и включил верхний свет, вынудив брата болезненно сощуриться. - Ты что? – он бросился к лежавшему на полу старшему. – Тебе плохо? Лео? Лео? Что болит? Опять температура поднялась? Я сейчас, подожди минутку. Он попробовал приподнять лидера и закатить обратно на кровать, но тот тихонечко застонал, когда Микеланджело перекатил его через больное плечо. - Я Рафа позову, - Майки вскочил, бросив на кровать, принесенный с собой меховой плед. – Сейчас, брат, все хорошо будет. - Позови лучше Донни, - простонал ему вслед Леонардо, но его, конечно же, никто уже не услышал. - Раф!! – заорал на все логово Майки, вылетая в коридор. – Иди скорее сюда! Рафаэль нарисовался спустя пару секунд с большой дымящейся плошкой в руках. - Чего орешь? Сам мусор вынести не можешь из собственной комнаты? Бля! Он споткнулся об брошенный скейт и чуть не расплескал свою ношу. - Выброшу его к чертям! - Выброси! – Майки схватил его за руку и дернул, разлив-таки молоко прямо на руки бешеному ниндзя. – Лео плохо! Забыв выругаться на обожженные пальцы, Раф заторопился следом за младшим братом. «Что случилось? Ему что, хуже стало?» - Лео, - он вошел в комнату и уставился на катавшийся по полу кулек, из которого доносилось сердитое шипение и ворчание. - Я принес ему одеяло, чтоб не мерз, - Майки заскочил следом. – А он на полу лежит, представляешь, и стонет тихонечко. Раф, ему плохо. Давай Лео обратно на кровать положим, на полу же холодно. Рафаэль с жалостью посмотрел на старшего брата и, вздохнув, поставил плошку на тумбочку, отметив, что кружка уже пустая. - Сейчас, брат, - он осторожно подсунул руку под голову своего лидера и перевернул его. – Тише. Все хорошо. Сейчас мы все исправим. Лео бессильно зашипел, как кошка, которой прищемили хвост. - Вытащите меня отсюда! Рафаэль увидел мокрое одеяло и обеспокоенно вздохнул. «Как же он пропотел, если все так промокло, - подумал он. – Наверное, надо и в самом деле молоком его напоить, чтобы простуда побыстрее выходила». Он приподнял брата и осторожно вернул на кровать. - Лео, я тебе молоко принес с медом, - Раф присел рядом. – А Майки еще один плед, чтобы ты не мерз. Вот, давай, пей быстренько. В губы лидеру ткнулась большая плошка с горячим молоком, а сверху рафова кулька младший набросил еще одно одеяло. «Издеваются!» Леонардо осторожно сделал глоток, понимая, что бешеный брат не отцепится, и сморщился, поперхнувшись. - Раф, это же сироп, а не молоко! Убери. - Лео, пей, не капризничай! – в поле зрения попал Микеланджело, заскочивший на кровать. – Это полезно для твоего горла. Давай, быстренько. Плошка опасно наклонилась, и лидеру пришлось сделать большой глоток, чтобы не захлебнуться в густой медовой жиже со странным запахом. - Что это? – Леонардо попробовал отстраниться, но Рафаэль крепко держал его голову, явно переживая, что брат может подавиться, и совершенно не понимая, что тот всеми силами пытается увернуться от пиалы с молоком. - Пей, - Раф улыбнулся. – Тебе полезно. Лео обреченно давился сладкой бурдой с сильным алкогольным привкусом, понимая, что шансов вывернуться у него нет, а заботливый братец вольет в него молоко, вне зависимости от желаний лидера. - Вот и хорошо, - Рафаэль вытер тыльной стороной ладони выступивший на висках брата пот и осторожно уложил его обратно на подушку. – Лео, не беспокойся, все хорошо будет, ты поправишься. Мы тебя вылечим. Майки подполз поближе и заглянул старшему в лицо, обеспокоенный его молчанием и зажмуренными глазами. - Может, еще одно одеяло? – предложил он. – Я могу к себе сбегать. Рафаэль качнул головой. - Давай дадим Лео поспать, - предложил он. – Пусть отдыхает, а через пару часов заглянем еще. Он поднялся и пошел к двери, поманив Майки за собой, и выключил свет. *** Как только за братьями закрылась дверь, Леонардо открыл глаза и осторожно завозился в одеялах, проклиная каждое по отдельности вместе с младшими. В голове плыло и шумело, как будто он приложился затылком, по лицу крупными каплями стекал пот, который он даже стереть не мог, а во рту опять пересохло, да вдобавок тошнило от отвратительной бурды, которую намешал в молоко Рафаэль. И теперь ему было безумно жарко и душно, но избавиться от кулька одеял пока не получалось. «Они меня убьют своей заботой, - Лео перевернулся, пытаясь добраться зубами до узла на одеяле. – Где же Донни?»