Прикосновение вечности.

Бэкхён поджидал подругу на школьной стоянке, прислонившись к холодному металлу «Шеврале», то и дело, озираясь по сторонам. Ему не терпелось услышать что-то внятное и хоть как-то оправдывающее вчерашнее странное поведение Дженни, которая продолжала нагло и бессердечно игнорировать его сообщения еще с вечера. Осмотрев парковку еще раз и так не найдя и кого-то отдаленно похожего на Стефенсон, Бён достал из кармана черного пальто телефон и написал еще одно короткое сообщение. «Привет. Ты где?» - загорелось на экране, и девушка улыбнулась, хотя и немного нервничала. -Что-то случилось? – поинтересовалась Шиён, которая вызвалась подвезти её до школы, раз уж все равно по пути. Решение о школе пришло к Пак совершенно неожиданно, и такая идея показалась очень удачной, так как необходимо было сблизиться и как можно лучше узнать Дженни, в частности, её силу и навыки. -А, да, Бэкхён меня потерял. – Ответила Джен, что-то печатая в ответ. -Твой парень? -Нет! – воскликнула девушка и покраснела. – Мы знакомы с пеленок. Но ничего, что могла намекать на отношения. -Хорошо. – Мягко улыбнулась Пак, въезжая на стоянку. Внимание старшеклассников тут же переключается на незнакомую спортивную машину, скользящую подобно пантере, бесшумно и плавно по неровному асфальту парковки. Шиён ухмыляется, видя, как детишки слюни утирают при виде её малышки, которую она выиграла в карты пару месяцев назад, когда проездом остановилась в Макао. -А вот и свободное местечко. – Ловко повернув руль и припарковав машину, Шиён взяла с заднего сиденья своего «Мерседеса SLC» сумку, и они вместе вышли. -Бэкхён! – окликнула друга девушка, махая ему рукой. Тот лишь ошарашено наблюдал за ней. – Привет. Замерз? Долго ждешь? – вопросы сыпались один за другим, но ответа на них так и не последовало. Он все еще ошарашено смотрел на нее, будто видит призрак или на голове Джен выросли рога. -Привет. – Вступила в разговор Шиён, закидывая сумку на плечо и поправляя и без того идеальные волосы, переливающиеся на свету оттенками синего. – Как дела? Представив новую знакомую другу, Дженни вызвалась проводить первую до канцелярии, чтобы ей выдали все необходимые учебники и расписание на семестр, но Шиён, извинившись, отказалась, сославшись на то, что ей еще нужно решить кое-какие дела относительно документов на перевод у директора. Стефенсон возражать не стала. -Звони, если вдруг потеряешься или понадобиться помощь. – Но сказано это было больше из вежливости. Такие идеальные девушки вряд ли плохо ориентируются в небольших школах провинциальных городков. По дороге до аудитории, где сейчас по расписанию должна быть биология, Бэкхён не проронил ни слова, и Джен не могла найти такому состоянию другу, обычно веселому и говорливому, никакого разумного объяснению. И на большой перемене она потащила его в старый корпус. -Что происходит? – встревоженная Дженни встала напротив друга, который буквально рухнул на подоконник, затрещавший под натиском гостя. – Бён Бэкхён, если ты мне сейчас же не объяснишь, что с тобой происходит, я превращу тебя в жабу! – попытка встряхнуть его провалилась, и девушка обреченно вздохнула, положив руку на опущенное плечо. -Не знаю, что со мной Джен. – с того момента, как он посмотрел в миндалевидные глаза той девушке, что была представлена ему утром на стоянке, что-то внутри закрутилось, что-то, чему не было объяснений. Вихрь эмоций и чувств застал врасплох брюнета, только мучая его. Ненависть к Шиён за то, что заставила ревновать его. Стыд и чувство вины перед Дженни за то, что ревновал он не её. Что, черт возьми, происходит, спрашивал Бэкхён себя, пытаясь разобраться в этом водовороте чуждых ему чувств, и успокоиться, но с каждым часов все становилось все хуже. Как он еще сохранить спокойный облик, когда внутри все вот-вот готово было взорваться. -Закрой глаза, - прошептала нависшая над ним Стефенсон, ответом получив изогнувшиеся в вопросе брови. – Доверься мне. – Хотя сама она не особо понимала, что собирается сделать. Молча повинуясь, Бён отдался во власть девушке, теплые руки которой легли на его бледные щеки. -Не знаю, что ты собираешься сделать, но если не получится, просто убей меня. – И можно было расценивать эти слова как шутку, если бы они не прозвучали так серьезно и обреченно. -Замолчи. – Приказала девушки и одновременно она сделала что-то, чего сама до конца не поняла, со своим разумом, почувствовав, как по венам струится тепло, приливая к кончикам пальцев и впитываясь в бледную кожу Бэкхёна, чье дыхание начало постепенно выравниваться, а напряженные плечи облегченно упали, освобождаясь от оков. -Не знаю, что ты сделала, но я люблю тебя. – Отпрянув, Джен ошарашено уставилась на свои дрожащие тонкие пальцы, которыми она сейчас…а что она сейчас сделала? Колдовала? Протянув руку вперед, он сгреб в охапку подругу, прижимая к себе так крепко, что становилось тяжело дышать. Теперь, когда поблизости нет Шиён, он снова мог мыслить здраво. -Мой мозг будто с ума сошел. Я столько всего ощутил! Просто дикость. Твоя подружка с тобой в одной команде? – отпустив подругу, спросил парень, массируя веки. -Ты про что? Ладно. Не важно. – отмахнулся Бён. -Подожди. Так ты из-за Шиён такой? – лукаво прищурившись, толкнула плечом Джен. – Я понимаю твои чувства, ведь она потрясающая. И она спасла мою жизнь. -Как это спасла? – он искренне удивился, но так как глупым не был, а сложив два и два, пришел к выводу, что это как-то связано с тем, что произошло вчера после того, как они попрощались на парковке и пошел ужасные дождь, смывший многие дороги. Бэкхён не понаслышке это знал. Ему с трудом удалось проехать к дому. Дженни рассказала все, что помнила из вчерашних событий, начиная с момента, когда они попрощались и разъехались, как она попала в небольшую велосипедную аварию, как её нашла проезжающая мимо Пак и как ухаживала за ней, пока та не пришла в себя, и заканчивая встречей с родителями и отходчивостью Анны Стефенсон, которая оказалась мудрой женщиной и даже не стала наказывать дочь, опустив лишь подробности ночных приключений, ставших живым воплощением кошмаров, которые мучили её уж очень долгое время. -Конечно, мама устроила мне разнос. – Уточнила Джен некоторую подробность. – Конечно, когда потом она узнала все, что я рассказала только что тебе, смягчилась. Не понимаю, что её разозлило больше: мое исчезновение или вранье? -Думаю, что она просто за тебя переживала. Хотя сентябрьское солнце светило ярко, воздух был холодным, и Дженни поспешила войти в дом. -Бабушка! – позвала она, снимая ботинки и вешая пальто на старую ветвленную вешалку. – Ты дома? – пожилая женщина сидела в своем любимом кресле возле потрескивающего камина на кухне, окруженная старинными книгами в кожаных потрепанных обложках. – Что делаешь? – улыбнувшись, Дженни обняла Мисси Бишоп, и та ответила ей тем же. -Смотрю, что из этого будет тебе интересно. -Ты про что? – девушка помрачнела. -Про твою силу, которую ты, кстати, сегодня использовала. -Откуда…а впрочем неважно. Я ничего не делала, бабушка. И вообще, мне нужно поскорее со всем тут закончить и вернуться домой, пока не стемнело окончательно. Дженни чувствовала тяжесть и жар в груди, глаза болели. Она старалась держаться, чтобы не раскиснуть окончательно. Подняв голову вверх, девушка посмотрела на красновато-лиловое небо над головой, в свете которого её волосы переливались гранатовым оттенком, и вдохнула морозный воздух, здесь, в небольшой чаще за бабушкиным домом, пропитавшимся опавшей листвой и влажной землей. Здесь всегда было спокойно. Еще, будучи маленькими девочками, они убегали сюда с сестрой, чтобы поиграть. Тогда они были лучшими подругами, чего не скажешь о нынешнем положении. Дженни не могла вспомнить, когда в последний раз они разговаривали по душам или делились секретами. Что-то отталкивало их друг от друга, а что – Стефенсон не понимала. Порыв холодного ветра пронесся по лесу, раздувая волосы девушки, срывая листву с деревьев и отправляя порхать над землей. Сейчас так равно начинает темнеть, подумала Джен, наблюдая, как с заходом солнца, краски дня вылиняли. Она направилась вверх по холму. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и поднялся ветер, порывы которого пробуждали шорохи в траве и заставляли древние дубы шелестеть оставшейся листвой. Зябко, призналась себе Дженни, медля у черной дыры, которая прежде была поместьем одного из основателей города. Небо затянулось тучами, а это означало, что луна не взойдет. Чем дальше по узкой тропе она заходила, тем неувереннее себя чувствовала. Когда она приблизилась к старым покосившимся воротам, сердце забилось быстрее. Дженни попыталась не обращать на это внимания, но её кожу словно покалывало иголочками дурного предчувствия. Тонкие волоски на затылки встали дыбом. Между порывами ветрами воцарялась какая-то чудовищная гулкая тишина, шуршание ног по усыпанной старой листвой тропинке казалось поистине оглушающим. От разрушенного дома остался лишь черный силуэт, хотя когда-то, по словам отца Дженни, здесь было настоящее произведение искусства, подобие которому в современной архитектуре не сыщешь. Узкая тропа вела меж покрытых мхом каменных останков, некоторые даже возвышались над головой. За ними ничего не стоит спрятаться, со смутной неловкостью подумала Дженни. Проходя мимо уцелевшего пухлого херувима, чьи пустые глаза были широко распахнуты, девушка поняла, что хочет убраться отсюда как можно дальше. Резко развернувшись, она направилась было вперед по тропе, но тут что-то задвигалось среди темных развалин, постепенно над ними поднимаясь. Дженни хотела закричать, но ледяной ужас сковал легкие. Она бросилась прочь, шумно топая ногами по узкой тропке, оступаясь на камешках и торчащих корнях. В ветвях могучего дуба, мимо которого она проносилась, вдруг что-то захрустело, и Стефенсон обнаружила, что может бежать еще быстрее. Что-то гналось за ней. Пожар в легких мешал дышать, но она уже видела серебристый отблеск спокойной речушки, через которую был переброшен спасительный мост. Колени девушки подгибались, а воздух свистел в гортани, но она не могла себе позволить расслабиться. Теперь пешеходный мост был отчетливо виден. Двадцать футов, десять футов, пять… Послышался громкий стук каблуков по дереву. Мост отчаянно скрипел, пока она по нему бежала. Она позволила ногам остановиться только, когда оказалась на другой стороне, уперев руки в колени и тяжело дышать. -Я в безопасности. – Прошептала Стефенсон, борясь с подступившими слезами, и тяжелая рука опустилась на дрожащее плечо.