Обвинительный приговор

Щелчок зажигалки. Глубокая затяжка и дым, который рассеивается в воздухе. Длинные пальцы уверенно держат сигарету. На улице идёт дождь, и Шерлок стоит под навесом незнакомого ему магазинчика. В свободной руке пачка Hilton*. Он делает ещё одну затяжку, глубоко вдыхая быстро исчезающий аромат. Курение для него стало неотъемлемой частью жизни. Зная о вреде, он игнорирует все попытки бросить это дело. Почему? Потому что ему нравится то, как густой дым пробирается сквозь лёгкие, заполняя, как он медленно покидает их, растворяясь в чистом воздухе. На Шерлоке чёрная рубашка, застёгнутая на все пуговицы, кроме последней, поверх неё такого же цвета пиджак. Выглядеть в суде требуется всегда подобающе, но если бы Холмсу позволили явиться на заседание в том, в чём бы ему захотелось, он непременно бы накинул на голое тело простыню, как делал это по утрам в выходные, и выступил бы в таком виде перед судьёй. Но сегодня, увы, не тот день, поэтому он, облачённый в свой любимый костюм, стоял на улице, ожидая дальнейшего слушания. Сзади незаметно подходит детектив-инспектор Лестрейд, который кладёт ладонь Холмсу на плечо. Барристер** не вздрагивает, лишь молча оборачивается и укоризненно смотрит на подошедшего. Инспектор, как он всегда привык делать, глупо улыбается в ответ на каменное выражение лица его давнего знакомого. — Ах, точно, — Лейстред убирает руку с плеча, — забыл, что тебе не нравится, когда к тебе прикасаются. Лестрейд продолжает улыбаться, но Шерлока это уже давно перестало раздражать. Свыкнуться с глупостью людей было довольно сложно, но возможно, как оказалось. — Инспектор, мы знакомы уже два с половиной года. Я делаю вывод, что Вам стоит обратиться к врачу. — Пока что не нуждаюсь ни в чьей помощи, — отвечает Грег, любопытно глядя на пачку сигарет. — А развивающаяся у Вас антероградная амнезия считает иначе, — Холмс протягивает ему пачку, и Грег берет одну сигарету. Адвокат окидывает его быстрым взглядом и ухмыляется. Ночные кошмары Три, может, четыре выпитых бутылки пива Переживание развода Снова начал курить Бессонница Куча письменной работы Шерлок достаёт из кармана пиджака зажигалку и подносит к краю сигареты. Щелчок. Глубокая затяжка и дым, который рассеивается в воздухе. Лондон прекрасен. И так думает не только Шерлок, курящий на одной из недавно полюбившихся ему улиц — Олд Бейли. — Ты куришь какое-то дерьмо, — вдруг произносит Лестрейд, пристально глядя на Холмса. Адвокату приходится сдерживаться, чтобы не высказать всё то, что он думает по поводу развода инспектора и о том, как это на него влияет, но Шерлок молчит, нервно сглатывая, пропуская дым в лёгкие. Он поворачивает голову и смотрит на Лестрейда. Ему, возможно, где-то очень глубоко в душе жаль этого человека. Грегори проводит безмерное количество часов на работе, а жена отплачивает ему изменой. Да и сам Шерлок подливает масла в этот давно полыхающий огонь. Он никогда не проигрывает свои дела, и Грегу слегка досадно от этого. Хоть он и признаёт, что Холмс гениальный адвокат, у Лестрейда никогда не повернется язык назвать его хорошим человеком. Впрочем, Шерлоку это и не нужно. Докурив, они бросают молчаливые взгляды друг на друга и направляются в здание суда. Всё идёт по знакомому сценарию. Шерлок с улыбкой на лице выходит на улицу, а Лестрейд с тоскливым видом смотрит ему вслед. Дождь всё ещё идёт, но Холмсу он не помеха. Он стоит у дороги, ожидая машину, которая вот-вот увезёт его на Бейкер-стрит. Рука привычно тянется во внутренний карман пиджака за практически полной пачкой сигарет, но вдали виднеется такси, и Холмс отдёргивает руку, поправляя мокрые кудри, лезущие в глаза. Через некоторое время он уже сидит в своём любимом кресле в тёплой и уютной квартирке, держа бежевую папку в руках. Миссис Хадсон, его домовладелица, как обычно отсутствует, и Холмс предпочитает не знать, где пропадает эта странная женщина. Ему было достаточно того, о чем он уже был осведомлен. Единственным минусом этой женщины, как считал Холмс, было её решение запретить Шерлоку курить в квартире. Нет, это не зависимость. Нет, никотиновые пластыри здесь тоже не уместны. Не стоит так часто упоминать о курении — это плохо влияет на вас. Папка. Новое дело. Очередной неинтересный и скучный клиент, который торговал наркотиками в местной школе. Не то. Шерлок отбрасывает её в сторону, поэтому все фото, что прилагались внутри, разлетаются и падают на пол. Следующая. Тридцатилетняя Джанет, совершившая нападение на гостиницу Grosvenor House с бензопилой в руках. Интересно, но просто. Не то. Не то. Папки разлетаются по всей комнате: огромное количество бумаг попросту валяется на полу. Шерлок отбрасывает очередную, смотрит на первую страницу следующей и с разочарованием кидает к остальным. Сейчас ему было необходимо что-то особенное. Снова не то. Мимо. Заурядно. Стоп. Шерлок держит в руке папку белого цвета, которая была достаточно толстой по сравнению с обычными делами. Адвокат открывает первую страницу и видит перед собой фотографию мужчины в форме. Невысокий, волосы с сединой, но выглядит вполне на свой возраст. Капитан Джон Ватсон. Холмс быстро пробегает глазами по свидетельским показаниям, затем читает обвинительный акт. Акт по обвинению Джона Х. Ватсона в совершении преступления, предусмотренного… — Неинтересно, — проговаривает Шерлок, опускаясь глазами ниже. …который убил Адама Уилсона, проживающего вместе с семьёй Ватсона, а именно с его бывшей супругой Элайзой Браун и приёмным сыном Мартином Брауном. По словам обвиняемого, он находился в бессознательном состоянии из-за принимаемого им снотворного. Шерлок аккуратно закрывает папку и кладёт рядом с собой. В голове тут же возникают разные мысли по поводу предполагаемой защиты и аргументов в пользу «не виновен». Адвокат тянется за телефон и набирает недавно вызываемый номер. — Я нашёл подходящего клиента. Мне нужно с ним встретиться, — уточняет Холмс, снова открыв первую страницу нового дела. — Его ходатайство о залоге удовлетворили? — недолгая пауза. — Отлично. Мне нужны его контактные данные и вся доступная на данный период информация. Вы знаете, где меня найти. Шерлок сбрасывает и убирает телефон в карман. В своей голове Холмс представляет это дело в виде различных схем, которые нужно сопоставить, чтобы получить определённые выводы. Но для более точного результата ему необходима встреча с клиентом. Встречи всегда проходили спокойно. Шерлок выслушивал клиента и его позицию, затем мысленно отсеивал вопросы, не подходящие для перекрёстного допроса, а потом просто выигрывал дело. Его уму и способностям поражался каждый, кто видел, как он выступает на слушаниях. Никогда Холмс ещё не запускал свои дела до такой степени, чтобы кто-то мог усомниться в его профессионализме. И вот сейчас он сидит в своём любимом кресле, держа в руках скрипку и обдумывая детали дела. Музыка помогала избавиться от лишних мыслей, что посещали его слишком часто. Но Шерлок научился фильтровать ненужную информацию, которая занимала место в его голове, некоторую и вовсе предпочитая удалять. Из-за переизбытка информации хотелось курить. Это не привычка. Но сигареты не решали всех проблем. Голова могла раскалываться целыми днями, но выхода не было. Нужно было принять эту неизбежную боль и просто свыкнуться с ней. Так он и делал. Тяжело вздохнув, Шерлок откидывает назад голову, но вновь возвращается в прежнее положение из-за вибрирующего в его пиджаке телефона. Сообщение с деталями назначенной встречи. Холмс быстро пробегает глазами по экрану и блокирует устройство, планируя предстоящий разговор.

***

Мужчина выглядит спокойным, несмотря на то, что эта встреча в какой-то мере решает его судьбу. Прямая осанка, руки аккуратно лежат на столе. Волосы Джона прилежно уложены и зачёсаны набок. Он смотрит перед собой, ожидая адвоката. Шерлок появляется ровно в назначенное время. Он выглядит более чем официально, и Джон немного даже смущается своего простого вида. Холмс присаживается напротив и протягивает мужчине руку. Ватсон пожимает её и пристально смотрит в глаза адвоката. Тот достаёт из своего небольшого кейса папку и кладёт на стол перед мужчиной. — Шерлок Холмс. Я буду защищать Вас на протяжении всего судебного процесса. Прочитайте это и убедитесь в том, что всё написано верно. Джон берет в руки папку и открывает первую страницу, ухмыляясь, заметив своё фото. — Я пропустил что-то смешное? — в голосе Холмса чувствуются ноты раздражённости, но вид у него спокойный. — Нет, простите. Забавное фото. Здесь мне около двадцати пяти и я только прибыл в Афганистан. Шерлок недовольно трёт указательным пальцем переносицу и откидывается на спинку стула. Джон понятливо кивает и перелистывает страницу, тщательно пробегаясь по тексту. Его показания сходятся, обвинительный акт он уже практически выучил наизусть. На последних страницах в мельчайших подробностях говорится о случившемся несколько дней назад. Он переворачивает лист и нервно сглатывает, переводя взгляд на адвоката. Шерлок спокойно сидит, ожидая, и Джона немного раздражает эта тишина, но он возвращается к папке, глядя на снимки. Ватсон не может оторваться от увиденного: в горле будто ком стоит. Холмс двигает бровями, наклоняясь всем телом вперёд, и замечает то, что так сильно произвело впечатление на его клиента. На фотографиях изображён Адам Уилсон. Он лежал недалеко от порога дома, где жил Ватсон. Одежда на нём была промокшей насквозь. Белая рубашка была пропитана кровью. Руки, раскинутые в разные стороны, лежали неестественно. Распахнутые пустые глаза смотрели в небо. Зрелище не из приятных. Джон закрывает папку и кладёт её на стол, пододвигая к Шерлоку. Он ещё некоторое время молчит, смотря на адвоката, восхищаясь его спокойствием и терпением. — Там всё верно. — Прекрасно, — Шерлок кивает и убирает папку в свой кейс. Когда к ним подходит официант, оба заказывают себе по стакану воды и ничего больше. Шерлок, положив ладони на колени, пристально смотрит на бывшего военного, пытаясь в голове восстановить картину дня убийства, но что-то не сходилось. Холмс встряхивается и понимает, что легче всего будет узнать обо всём от своего клиента, ведь не зря они сидят сейчас в кафе друг напротив друга. Адвокат делает небольшой глоток воды и ставит бокал на стол. — Расскажите, что Вы помните. Я был бы очень признателен, если бы Вы пояснили всё в деталях. — Вы же читали моё дело. Мои показания. Что сейчас может измениться? — Читать с бумажки — одно дело, вживую же — совершенно другое. Мне важно услышать Вас. Джон сглатывает, слегка поджав губы, но сдаётся. Ему уже десятки раз приходилось повторять свои слова, но сейчас почему-то был особенный случай. Он смотрит в глаза Холмсу и понимает, что тот действительно хочет услышать от него что-то, что поможет ему в дальнейшем. — Это произошло во вторник. Я вернулся с работы, и моя бывшая жена встретила меня с распростёртыми объятиями. Мне наконец удалось устроиться, поэтому она была рада, несмотря на наши натянутые отношения. Мы проговорили весь вечер, а затем пришёл Адам. Он начал хвалить меня, вспоминать смешные истории. Вечер был прекрасным. Когда все разошлись по своим комнатам, я принял таблетку и отправился спать. Потом… потом Вы знаете, что было. Шерлок не сводит взгляда с клиента, наблюдая за тем, как руки Ватсона нервно передвигают стакан по столу. Он делает ещё один глоток и подаётся корпусом вперёд. — Это Вы убили Адама Уилсона? — вдруг спрашивает Холмс. — Я не помню, — в это же мгновение произносит Джон, и его голос слегка дрожит. Конечно, он напуган. Пережить такое может не каждый, но Ватсон старался сохранять спокойствие, держа себя в руках. Он прошёл войну, он вернулся с неё, ему удастся перепрыгнуть и эту подножку судьбы. — Знаете, что Вас отличает от других клиентов? — Джон молчит, и ответа от него Холмс совершенно не ждёт. — Все говорят, что они невиновны. Но Вы… Вы предпочитаете не делать поспешных выводов, однако такой ответ суд присяжных не устроит. Им нужны доказательства, они хотят фактов. По большей степени они все глупы, но это не значит, что они вынесут оправдательный приговор. — Я не помню, мистер Холмс. Я повторяю это каждый раз, когда меня спрашивают. Мой ответ не изменится. Шерлок облизывает губы, сверля взглядом Ватсона. Он спокоен, сидит как ни в чём не бывало, и, кажется, ему совершенно плевать на то, сядет он в тюрьму или нет. — Как давно Вы принимаете таблетки? — Холмс делает ещё несколько глотков, возвращая бокал официанту. — Какие из? — усмехается Джон. — Как только вернулся с Афганистана. У меня были некоторые проблемы со сном. Я посещал психотерапевта, но это мало чем помогло. — Мы можем сделать акцент на вашем прошлом. Это поможет расположить к себе присяжных. — Я не смазливый военный, мистер Холмс, который нуждается в том, чтобы его погладили по головке или поцеловали в лобик. Я прекрасно справлялся с этим сам. В одиночку. — Не стоит мне врать, — Холмс улыбается, и это подталкивает Джона к тому, чтобы встать и покинуть это кафе, но он терпит, — я хочу Вам помочь, но для этого мне нужна ваша честность и желание оказаться на свободе. — Поверьте, меньше всего в жизни я хотел бы провести остаток дней в Пентонвиле***. Делайте свою работу, и я буду Вам обязан всю свою оставшуюся жизнь. — Оставьте громкие обещания, иначе я могу воспользоваться этим в дальнейшем, — Шерлок улыбается краешком рта и замечает, как Джон пытается скрыть свою улыбку, но у него это выходит чертовски плохо. Ещё некоторое время они разговаривают, обсуждая подробности дела. Шерлок разъясняет Джону, как нужно вести себя в суде, что стоит говорить, а что — нет. Он обещает подготовить всех свидетелей для дачи показаний, а затем прощается и уходит, отправляясь на Бейкер-стрит, где его ожидает неприятный сюрприз. Шерлок сам не помнит, когда начал называть своего старшего брата «сюрпризом», но точно знал, что он ему не по вкусу. Майкрофт сидит в кресле, которое Холмс-младший именовал «своим», и то, что сейчас в нём находится его брат, заставляет детектива поморщиться. — Мне кажется, или ты приехал просто так? Если да, то я весьма удивлён, но предпочёл бы не видеть тебя в своём кресле. Майкрофт усмехается, оглядывая младшего брата, и закидывает ногу на ногу, удерживая правой рукой зонт. — Я никогда не приезжаю в твою «дыру» просто так, дорогой братец. — Слышала бы тебя миссис Хадсон. Кстати, ты не видел её? — Нет, — Холмс-старший улыбается, поджимая губы, — предпочитаю избегать встречи с этой… милой дамой, — выдавливает он из себя, и Шерлок еле заметно улыбается. — Перейдём к делу, у меня нет времени на разговоры с тобой. — Когда оно у тебя было? — тянет адвокат. — Что, прости? — Я весь внимание, Майкрофт. — Ты должен передать дело Джона Ватсона другому адвокату, — серьёзно произносит Холмс-старший. Шерлок не удивляется, лишь переводит взгляд на брата и резко отвечает: — Нет. — Я знал, что ты откажешься, но позволь спросить, чем тебя так заинтересовало это дело? — А тебя? — У нас свои причины. — «У нас» — это у кого? — раздражённо произносит Шерлок. — Не забивай свою святую голову, братец. Просто передай дело. — Нет. И ты прекрасно знаешь, что я не отступлю. Другой адвокат проиграет это дело, но не я, — Шерлок прикусывает нижнюю губу и усаживается в кресло напротив, соединив ладони друг с другом перед собой. — Не будь таким упрямым, Шерлок. Я никогда не прошу тебя сделать что-то просто так. Ты получишь относительно достойное вознаграждение. — Стоп, стоп, стоп, — быстро выпаливает адвокат, — я понял. Тебе нужно, чтобы этот человек сел в тюрьму? Боже, Майкрофт. Я же не знал. Прошу простить меня. Холмс-младший встаёт и достаёт из кейса папку с делом Джона, краем глаза наблюдая, как его брат победно усмехается. Майкрофт поднимается следом за ним и подходит ближе, протягивая руку. Но Шерлок неожиданно распахивает дверь. — Нет, — повторяет он и отдёргивает руку, — выход вон там. — Шерлок… — Ни слова больше, Майкрофт. Я могу повторять тебе это сколько угодно раз, пока из твоих ушей не польётся кровь. Прощай. Адвокат отпускает дверь и проходит вглубь комнаты. Майкрофт озадаченно трясёт головой и вскоре покидает квартиру, оставляя брата одного. Шерлок опускается в своё кресло и достаёт пачку сигарет из своего пиджака. Миссис Хадсон отсутствует, значит можно пренебречь некоторыми правилами. Он достает одну сигарету и обхватывает её губами, продолжая искать зажигалку по карманам. Щелчок. Глубокая затяжка и дым, который плохо рассеивается в квартире.