Игры Древних

Лиссэль был раздражителен последних несколько месяцев после возвращения из Империи. По его мнению, все было не так, как должно было быть. И эта делегация от дроу навязанная ему отцом только добавляла раздражительности. Впервые за несколько тысяч лет темные эльфы пошли на сближение со светлыми эльфами. Была ли виной приближающая война Империи или что-то другое, но это осталось для Лиссэля загадкой. Возглавляла эту группу младшая принцесса Итэль. Она была молодой и симпатичной дроу. Невысокого роста, темноволосая и темноглазая. Фигурке ее могли позавидовать почти все придворные эльфийки Светлого леса. На приемах держалась уверенно, беседу поддерживала как настоящая светская дама, не смотря на свое несовершеннолетие. На верховых прогулках всегда скакала галопом, и Лиссэлю приходилось делать так же, что бы соответствовать этикету сопровождающего рыцаря. Одевалась не броско, но одеждой всегда подчеркивала стройность своей фигуры. Свое общество не навязывала, но и не отказывалась от приглашений принца. О себе рассказывала мало, а предпочитала больше слушать о других. Если не хотела отвечать на личные вопросы, то легко переводила тему в другое русло или превращала в шутку. Вместе с ней прибыл ее кузен Мавотуэль и их придворный маг Савиталиндратэль. С ними были еще охраны пять темных эльфов. Отец Лиссэля настоял, что бы они остановились в их загородном особняке, а не в городском дворце деда. С какой целью все это делалось тоже осталось загадкой для наследного принца второй очереди. И вот Лиссу пришлось развлекать этих троих дроу. – Лиссэль, ты же понимаешь, какая ответственность на тебя возложена? – спросил отец сына. – Не совсем. При чем тут я? – Видишь ли, в чем дело... Эти дроу они молоды и им не очень интересно находится в обществе стариков. А ты уже совершеннолетний и как раз по возрасту им подходишь и по интересам. Итэль маг, как и ты, но от владения парными кинжалами не отказалась. Еще она отличный стрелок и просто замечательная девушка. – Вот и занялся бы ими сам. Ты не старик, да и куда лучший дипломат. Мне это все зачем? – спросил рыжик. – Сейчас, когда эльфы пошли на сближение с нами крайне необходимо во всем соответствовать и не в кой мере не спровоцировать военный конфликт. А ты как раз лучше всех нас подходишь под эту роль. И малышке Итэль ты, похоже, нравишься. – Зато она мне нет. А ее кузен Матовуэль вечно сует свой нос туда, куда не стоит, – не согласился с отцом Лиссэль. – Придется потерпеть их присутствие и в ближайшие месяцы не покидать наш особняк. И еще... Держись подальше от этого Дэна или как его там. – Это ещё почему? Ведь он тоже принц. – В первую очередь он Человек и тебе не пара. Даже как друг. У эльфов не может быть таких друзей, – сказал принц Лиссэлю. – Я могу сам выбирать, с кем дружить! – Пока ты принц и наследник Светлого леса не можешь. Так будет лучше для всех. Что у тебя может быть общего с Человеком? – Это мое личное дело! Отец, что ты задумал? – Ничего, Лисс, пока ничего. Но Дэна забудь! Мой тебе совет! – Этого не будет, никогда! – сказал рыжик и выскочил из комнаты отца. Он бежал в лес, что бы побыть одному. Меньше всего ему сейчас хотелось видеть или говорить с кем-то. Проклиная судьбу за то, что он родился принцем, а не обычным безродным эльфом. Корона указывала ему, как жить, дружить, любить! Все по этикету, вся жизнь как на ладони. Ее обсуждают, ее направляют и оберегают, даже от самого себя. Дроу, Дэн, Империя – запуталось, перемешалось, переплелось. Жить, как раньше не получалось. Злость на себя, отца, дроу кипела, мысли путались. Устав бежать по лесу он просто свалился на траву на небольшой лесной полянке. Перевернувшись на спину и уставившись в небо, он пролежал весь день, вечер, ночь. Мысли толкались, обрывались, мешая друг другу. Первые солнечные лучи осветили небо красным. Солнце медленно поднималось, словно само еще не проснулось, но продолжало свой ритуал пробуждения земли и всего живого. Лес проснулся, потянулся; скрипя многовековыми деревьями, птички завели свои рассветные песни, и запахло грибами и хвоей. Лиссэль ощутил спиной холодную росу и прохладу утра. Холод вывел его из состояния ступора, он словно очнулся. Встал, огляделся. Ночь, он провел здесь целую ночь. Настроение не улучшилось, наоборот упало так низко, что сегодня его уже не найти. Голова раскалывалась и била дрожь от утренней прохлады. Возвращаться домой не хотелось, но и тут оставаться нельзя. Ему захотелось связаться с Дэном и поговорить обо всем этом, рассказать. Лисс и сам не заметил, как сблизился с ним. Раньше у него не было друзей так приятели или кто-то из слуг с кем можно было мило поболтать. Этикет принца не позволял сближаться не с кем, кто был ниже его по положению. С ними нельзя поделится тайнами и переживаниями что бы не показать себя слабым перед подчиненными. А с Дэном он мог обсудить все что угодно, не притворятся и быть самим собой. Почему этот парень так легко вошел в его жизнь, где для других места нет? Может это ему все это лишь кажется? Ему не хватало их бесед и тренировок. Он такой разный и непредсказуемый как загадка, которую никогда не отгадать. Магнит. К Дэну притягивало. Может отец прав? Что может быть у них общего? Ничего! В этом и соль! Разные они притягивались и дополняли друг друга, и вместе получалось целое – настоящее. Каждый раз он тянулся к серьге, что бы выйти на связь, и каждый раз отдергивал себя, боясь показаться навязчивым. Лиссэль и сейчас вел борьбу сам с собой вызвать или нет? Как бы ему хотелось вернуться назад и продолжить путешествие вместе. Оставив здесь дроу, отца и дипломатию. Но он обещал, что дождется парня здесь и сделает, это как бы ему не хотелось сорваться и сбежать. Простояв еще немного, он вернулся домой. Там был встречен взволнованным и злым отцом. – Потрудись объяснить, где ты был? – Там меня уже нет, – ответил рыжик. – Не зли меня. На кого ты похож? Грязный, мокрый тобой мыли полы? Отвечай! Где, ты был? – В лесу. – Надеюсь не с ним? – Нет! Что, ты, хочешь от меня? Я здесь! Буду развлекать темных, словно у деда нет для этой роли шута. Только в душу не лезь! – Малыш, как ты заговорил, а? Ты, хоть помнишь, кто перед тобой? – спросил отец сына. – Да! Кукловод и мой отец. – Тебя еще учить и учить! Вести по жизни и вести. Я думал став совершеннолетним, ты понял свою роль в этой жизни, а оказалось ты все еще мальчишка! – Да мальчишка! И я живой не кукла! Я не хочу быть одиноким, пока ты не подберешь достойную куклу в пару и начнешь игру в две руки. – Замолчи! Ступай к себе и приведи себя в порядок. К обеду будь любезен и приветлив с гостями. Мне было стыдно за тебя вчера перед ними. Будет, так как я сказал! Понял? – Да, ваше высочество. Кукла будет готова к вашим распоряжениям, – сказал Лиссэль. Затем потянулись дни, недели, месяцы, а рыжик так и не связался с Дэном. Как он был рад услышать его голос одним из этих вечеров. Виду он не показал, о запрете встречаться с парнем умолчал. "Может все еще переменится, изменится, перетрется! Зачем паниковать раньше времени?" Предложив Дэну, помощь намекнул на долг, но тот попросил остаться дома и ждать его. Надвигалась война и безопаснее всего ее переждать в нейтральном Светлом лесу. Эльф и сам это понимал. Да еще и слухи что Повелитель Тьмы и Хаоса вернулся, будоражили спокойствие эльфов. Лиссэль вздохнул с облегчением, когда делегация дроу покинула их особняк и вернулась домой. Все это время рыжик играл гостеприимного хозяина и развлекал принцессу и ее кузена как мог. Он и правда был как кукла; улыбался, водил экскурсии по городу и лесу. Внешне выглядел спокойным, а внутри себя подавлял желание послать гостей далеко и надолго! Отца не провоцировал, был послушным и любезным не только с ним, но и с дроу. Он изменился, научился играть ту роль, которую ему навязали. – Молодец! Последнее время тебя словно подменили! Ты хорошо справился, и принцесса пообещала приехать к нам погостить через три года, когда станет совершеннолетней, – похвалил отец сына. – Всегда к вашим услугам, ваше высочество, – ответил Лисс. – Именно ты установил дружеский контакт с дроу и через неделю они открывают у нас свое посольство. А мы в свою очередь пошлем своих послов им. Это прогресс! Наконец мы подпишем мирный договор с ними и наладим торговые отношения. И это будет через три года, когда Итэль приедет к нам второй раз. – Я рад за вас, ваше высочество, и Светлый лес, – ответил рыжик. – Матовуэль возглавит их посольство у нас. Правда хорошо, что ты уже знаком с ним и это облегчит нам сотрудничество. – Да, хорошо. – И гарантом всего этого являешься ты! – сказал наследный принц первой очереди. – Я? Что это значит? – Только то, что я сказал. Пока младшая принцесса и ее кузен будут довольны тобой, у нас с темными эльфами все будет хорошо. Надеюсь, ты не подведешь нас? И не спровоцируешь войну отказом с ними общаться? – Нет, не подведу. Отец, что ты задумал? Я должен знать! Ведь не просто так ты мне их подсунул? Так? – Всему свое время, Лиссэль. Уверяю тебя, ничего страшного с тобой не случится. Поддерживай переписку с Итэль и помогай ее кузену здесь всего три года. – Для чего? Только не надо баллад о моем героическом спасении Светлого леса от дроу, – поинтересовался Лисс. – Именно это ты и делаешь. Спасибо, за помощь! – Мне не нравиться когда мной играют вслепую, – сказал рыжик, но понял что ничего больше ему от отца не узнать. Надо действовать через дроу и очень осторожно. Они-то явно в курсе, что задумали их деды и отцы. Не так все просто. Если и они будут говорить лишь загадками, то через три года и так станет все ясно. Только..., тогда может быть поздно все исправить. Снова дни полетели в бешеном ритме. Лиссэль по прежнему учился магии и управлению королевством, только к этому всему добавилось еще и посольство дроу. Теперь после обеда он присутствовал там и работал с ними над составлением договоров на торговлю, обмен и мирные цели двух больших государств эльфов. Спорили, утверждали, соглашались и просто общались. С кузеном Итэн было сложно найти общий язык. На каждое предложение рыжика у того сразу же находилось сотня аргументов что бы отклонить его. Вспыльчивый, вечно недовольный всем и каждым в отдельности он ставил себя выше других. То ли сказывалось его воспитание, то ли он просто ненавидел светлых эльфов. Лиссэль помнил, что он должен все это терпеть, терпел. Уступал, затем не заметно в спорах подводил его к своему решению, только теперь оно шло от него. Знал бы кто, чего это ему стоило. Язык так и норовил послать главу послов домой, но он стойко сносил его ужасный характер и манеры. Ведь, правда, война Светлому лесу не нужна. С Итэн он иногда общался по мысли связи. В основном интересовался ее делами, здоровьем и погодой. Отец был доволен сыном и проделанной за это время работой. Только лисенок так и не узнал, что задумал его дед и при чем тут он сам. Он соскучился по Дэни. Очень. А тот после того раза на связь больше не выходил. Может занят? Последний раз сказал, что спит в Проклятом лесу, а это так опасно. Вся его работа и поиски опасны, он скрывает и не говорит только что бы ни волновать лишний раз. Как хотелось что бы он, скорее их закончил, и они снова были вместе как друзья. Да, эльф смело может назвать парня другом. А та ночь... Лиссэль сам не знал, как к ней относится. Ему было интересно, приятно, но серьезно ли? С Дэном все было интересно. Он умел преподнести любое как нечто захватывающее и таинственное. Как он к нему относится? Как друг это точно, а чувства? Рыжику запрещали все, он никогда и ни кого не любил и не знал как это? Близость стремление познать не изведанное. Она сбивала, путала, и эльф не понимал, что происходит с ним. Разобраться можно, но для этого он должен снова увидеть Дэна, поговорить. В эльфийских романах писалось что если это любовь, то почувствуешь сразу как увидишь. Так надо и сделать только когда это будет неизвестно…