Смени имя. Удали аккаунт.

Как долго я бежал, я не знаю, меня отрезвило немного лишь то, что грудь стало больно стискивать и я остановился, сгибаясь и упираясь руками в колени. - Гребанные сигареты… Надо бросать нахер. – пытаясь отдышаться пробубнил я себе под нос. Оглядевшись, я понял что нахожусь в другом конце города, недалеко от Крещатика и, так полюбившегося мне, бара. Да, я, конечно же, знаю куда пойти. Я продолжил свой путь, попутно хлопая себя по карманам, в поисках кошелька, которого, разумеется, не было. - Да что за херня? – выругнувшись, я нашел пластиковую кредитную карту. Это не моя. Я покрутил ее в руках, пытаясь прочесть буквы. Евгений Мильковский. Ну да, я же ему давал свой балахон, когда он ходил в магазин на днях. Ну что ж, выбора нет. Женечка, прости. Почему-то, в довольно таки приподнятом настроении, я завалился в бар. Опять та же девица-официантка. Опять та же музыка. И мой любимый бармен. Не раздумывая, я засел прямо у бара. - О, какие люди, целые сутки тебя не видел! – заулыбался бармен, протягивая мне руку через стойку. - Ага, и тебе здорова, Макс! – так же широко улыбнулся я, принимая рукопожатие. - Сегодня ты как, скромненько или…? – он поднял бровь. - Сегодня я или. - Базара зеро, чувак. Вискарь? – он приподнял бутылку Джека в руке, ожидая моей реакции. - Я надеюсь на твой отменный вкус, - махнул рукой я, доставая кредитку, - Давай сразу бутылку. - Ого, окич, сейчас наколдую! – он проделал привычные всем манипуляции с картой, я не глядя ввел заученный наизусть пароль и со спокойной душой принял первый бокал виски из рук бармена. Я покрутился на стуле, немного крутя алкоголь в руке и оглядывая весь зал. Я никого не хотел там найти, нет, сейчас мне плевать. Сейчас я преследую лишь одну цель – наебениться и пойти на съемную хату, отсыпаться, лишь не видеть его лица, его глаз. Чтобы не слышать его фраз о ненормальном образе жизни, наполненных желчью укора. В этот вечер я терялся во времени конкретно. Бутылка подходила к концу, а я еще умудрялся стоять на ногах и, даже пару раз выходил на танцпол. - Братишка, поехали домой. – рядом с ухом раздался приятный и знакомый бас, на который я медленно развернулся на стуле, а мне на плечо опустилась забитая рука. - Рохаааа… - пьяно протянул я, не понимая глупой радости, увидев друга, - Я не пойду… Домой. - Не загоняй мне тут, пошли, чудила мелкий, на сегодня хватит, – он лучезарно улыбнулся Максу, здороваясь с ним кивком головы. - Ну нет, Роооха. Там Женя…И я… Я не пойду – чуть не гундя стал канючить я, а Булахов в ответ лишь протянул руку со серьезным взглядом. - Не урчи, я все знаю, пошли, говорю, машина ждет! – я приподнялся со стула, попадая в цепкие руки бас-гитариста. - Ты…А он…Откуда? – он приобнял меня за плечо, уводя из бара. - Мильковский рассказал. – коротко бросил он, практически заталкивая в машину на заднее сиденье и садясь рядом. Водитель был мне не знаком, а вот парня на переднем сиденье узнал я моментально. - Влаааадик. – пьяно протянул я, улыбаясь и усаживаясь, оперевшись лбом в стекло, - А ты что здесь делаешь? - Покурить вышел, Ниженко, заткнись и спи. – по-доброму огрызнулся он, оборачиваясь ко мне. - Ага, ага… - протянул я, чувствуя, что глаза словно затмевает светлая пелена, или дымка, а сознание медленно отключается. Очнулся я в тот момент, когда Булахов тряс меня за плечо, пытаясь привести в себя, на что я отмахнулся, как от назойливого комара, и пробубнил что-то вроде: - Отвали, шлюха, я гей…И я занят… - на что моментально машина разрозилась диким смехом, который подхватил даже водитель, а я ошарашено подпрыгнул, пытаясь вкурить, что за черт здесь происходит. На такой позитивной ноте, мы выбрались из машины, попрощавшись с таксистом и я, придерживаясь о Рому, зашли в подъезд. Там-то и началось самое веселое. Меня словно окатили ледяной водой и я вспомнил. Вспомнил, почему я нажрался в баре. Вспомнил, почему я убежал из дома. Вспомнил из-за кого я все это сделал! - Стоп, - серьезно сказал я, когда мы остановились около квартиры, а Влад поднес ключи к замочной скважине, - Я никуда не пойду. Там… Там этот предатель! Он…Я бы никогда! А он смог… Я не хочу его видеть! Да пошел он… блядь… - стал быстро-быстро тараторить я, за что получил тычок под ребра со стороны басиста. - Цыц! Идем в квартиру, там разберетесь. И молчать! – он поднял указательный палец вверх, а я, как нашкодивший ребенок, замолчал и опустил голову. В коридоре, конечно, никого не оказалось, чему я был несказанно рад, но вот когда я зашел в свою комнату, сразу заметил силуэт на моей кровати. Я скинул балахон, с майкой, оставаясь с голым торсом и в шортах, и я подошел ближе, вглядываясь в темноту. - Тоша? – тело на кровати зашевелилось и стало вполне знакомым. Конечно, на моей постели был Мильковский. - Да, я… - я опустился на кровать, спиной к нему, закрывая лицо руками. - Тоша…Тошенька…Тош, прости меня, слышишь? Я не…Я не хотел…Я мудак. Последний мудак… - он пододвинулся и обнял меня со спины, немного наваливаясь. - Жень… Я даже не знаю, кто из нас больший мадак...А давай спать? – я усмехнулся, понимая, что за простое касание его рук моего тела, я готов простить его, наверное, за что угодно. Я улыбнулся, поворачивая его голову к себе за подбородок и мазнув губами ему куда-то в скулу. - Завтра… завтра новый день. Оставим все случившееся в сегодняшнем дне? – сдался я. Я услышал, как он горько улыбнулся, утягивая меня на кровать на подушки, и ложась рядом, накрывая нас одеялом. - Так правильней. – прошептал я, притягивая Женю под одеялом к себе, на что он, подобно котенку, стал укладывается на моей груди. - Ты, наверное, прав… - шепчет он, закрывая глаза и вздыхая. А я смотрю в потолок и улыбаюсь. Улыбаюсь тому, какой мудак я, а не он. Улыбаюсь, потому что, кажется мне так же тепло. Потому что так правильней.