Вселенная "Судьба"

Не то чтобы Антон такой чистюля, но до начала учебы еще две недели, а единственной сумкой, которую не удалось вытащить из разбитой вдребезги машины, была сумка-чехол для ноутбука, поэтому сейчас у парня буквально нет никаких развлечений, так что он в четвертый раз (и это только за последние сутки) делает генеральную уборку в своей небольшой квартирке. Он почти срывается и почти ударяет кулаком в стену, когда спотыкается о пустой чемодан, стоящий прямо посреди прохода. В четвертый раз. И он снова ставит сумку в проход. Главное – стабильность. Каким местом он думал, затеяв этот побег? Тем же, каким сейчас плюхается на небольшой диванчик, оставшийся от старого жителя этой комнатки. Парень всей душой ненавидит этот диванчик, потому что его длина – метр восемьдесят, а длина Антона сантиметров на двадцать больше. Вечно свисающие ноги (а под утро это чаще голова) никак не делают однообразные дни парня более позитивными. Поначалу Антон искреннее верил, что будет проводить время с новоиспеченным другом, с которым ему так хорошо и комфортно – с Арсением, но уже на второй день парень вдруг осознал, что это он – брошенный на волю судьбы неудачник, которому нечем заняться и некуда себя деть, а вот Арсений работает. Причем всегда. Целыми днями. И часто – ночами. Время – одиннадцать утра, и Антону катастрофически скучно. Он хватает с тумбочки кошелек и ключи от квартиры, выходит, садится на маршрутку, чтобы доехать до станции метро… Антон не только не живет в центре, он живет на самой окраине города. Его станция метро – конечная – Девяткино. Парень доезжает с одной пересадкой до Гостиного Двора, дальше – заученный до одури маршрут: Казанский, до Спаса на Крови вдоль набережной канала Грибоедова, иногда парень заходит в Зингер, просто чтобы насладиться царящей там атмосферой. Он обожает гулять по этому маршруту, хоть и выучил вдоль и поперек каждый камешек на тротуаре. Он также любит гулять по Дворцовой площади, но ему буквально физически больно смотреть на Эрмитаж снаружи, а не изучать шедевры мировой культуры изнутри. А проблема очевидна – деньги. Точнее, их отсутствие. Честно говоря, деньги на метро – единственные деньги, которые есть у парня. Все свои накопленные на новую жизнь задатки парень спустил на квартиру, где теперь может жить два (всего лишь два!) месяца, не парясь, что его выпрут за неуплату. Антон знает, что ему срочно нужна работа, а оттого эта мысль с каждым днем заполняет все больше пространства в его голове, потому что, будем честны, Шастун-то видел свое будущее светлым, счастливым, где все пукают ароматом фиалок, летают на крыльях любви и делают всё это бесплатно. На деле же бесплатно он может лишь отлеживаться на набережной Мойки или Фонтанки, и то лишь до тех пор, пока его не сгонит местная полиция. Поэтому парень твердо для себя решает, что сегодня же начнет искать работу. Как только выпьет чашечку кофе. *** Омерзительное сочетание рева быка и крика Тарзана на всю квартиру (а также на близлежащие жилплощади) раздается ровно в тот момент, когда Антон опускает свою уставшую пятую точку в наполненную горячую ванну. Черт подери, кого там принесло? -Арс, - удивляется Антон, открыв дверь. Парень не стал париться из-за одежды (или, опять же, из-за ее отсутствия), поэтому просто намотал на бедра большое полотенце, искренне надеясь, что незваными гостями окажутся какие-нибудь свидетели Иеговы, от которых он по-быстрому отмажется, но не тут-то было. -Я не вовремя? – неуверенно мнется на пороге Арсений, бегло осмотрев внешний вид Шастуна. -Да не, все в порядке, проходи, - пожимает плечами Антон, пропуская гостя вглубь квартиры. Ладно, прием долгожданной ванны придется перенести на неопределенное время. Арсений располагается в гостиной (она же спальня, она же столовая; в однокомнатной квартире, знаете ли, особо не разгуляешься), куда через пару минут идет и Антон, но уже одетый в домашние штаны и футболку. -Как прошел день? – с дружелюбной улыбкой интересуется Шастун, плюхаясь на небольшой диван рядом с Арсом. -Есть хорошие новости! -Ну-ка. -К нам устроилась новая медсестра. Чертовски красивая… то есть, ну, способная девчонка. Теперь ночные дежурства не будут спихивать на нас, и я буду чаще ночевать дома. Антона передергивает. Снова внутренний диссонанс. С одной стороны, парень рад, что сможет больше вечеров проводить со своим единственным другом в этом огромном, незнакомом ему городе. Но с другой… чертовски красивая медсестра, говорите? Нет, ну, Антон, конечно, потихоньку свыкается с той мыслью, что Арсений теперь не странный вечный гость его снов, а самый настоящий сосед и друг по совместительству, но это не значит, что Антон вдруг резко перестал чувствовать по отношению к Арсу то, что чувствовал раньше, когда не был с ним знаком. Привязанность. Антон очень сильно привязан к Арсу. И если бы его не было ни во снах (как это предполагалось изначально психиатром), ни в жизни Антона, парень бы определенно сошел с ума от нехватки этого человека. Даже просто видеть его – рядом, где-то далеко, на фотографии, где бы то ни было еще, – было необходимостью для Антона. И тот факт, что Арсений – единственный, с кем вообще общается Антон, не улучшает ситуацию. Ни капельки. -Ну, а твой день как прошел? Антон понимает, что залип, буквально погряз в своих мыслях (не очень-то позитивных), поэтому быстро пытается сделать вид, что не отключался от их милой беседы: -А, я нашел работу! – радостно восклицает он, вспомнив, что он действительно за один день сумел сделать то, на что другие тратят огромное количество времени. -Серьезно? И куда ты устроился? Антон не был уверен, как правильно описать это место. Маленькое помещение, совсем уж крошечное, но это место – самое уютное, самое приятное, самое милое и самое атмосферное, что когда-либо видел Шастун. На стенах висели портреты известных русских писателей-классиков, причем портреты были в стиле ретро, в деревянных толстых рамках. Сам интерьер был выполнен в том же стиле. Где-то виднелись пластинки шестидесятых-девяностых годов прошлого столетия: там был и рок, и джаз, и традиционная для того времени поп-музыка. Эта же музыка и играла на фоне, хоть и была совсем тихой. Как объяснила владелица этого места – такая музыка и не должна быть громкой; слушать её нужно душой, для этого совсем не обязательно, чтобы она била по ушам. К слову о владелице. Это – молодая девушка, бросившая учебу в университете и решившая на свой страх и риск открыть собственное дело. Первым ее шагом оказался этот самый магазин. Там продавались книги, но помимо них были и музыкальные диски таких исполнителей, как The Rolling Stones, Pink Floyd, Aerosmith, The Beatles, Red Hot Chili Peppers, Iron Maiden, Ramones и многих других, делавших атмосферу этого места поистине потрясающей. Также в этом магазине продавались и коллекционные карточки этих же исполнителей, виниловые пластинки, значки… Рай для фанатов того времени. Все было выполнено именно так, что, попадая внутрь, Вы не просто заходите в магазин, Вы переноситесь в прекрасную эпоху того времени. Ценителей второй половины двадцатого века прямо на пороге схватил бы инфаркт от великолепия этого места. Магазин был единственный в своем роде, девушка рискнула начать свою жизнь с частного бизнеса, поэтому ей срочно нужны были работники. К счастью, воссоздать это шикарное место ей удалось благодаря помощи родителей; они, по ее словам, достаточно богатые люди. Хоть девушка и хотела сама всего добиться, отказаться от своей мечты она просто не смогла, поэтому первоначальный капитал был внесен именно родителями. Но она обещала им отдавать процент с выручки, аргументировав это своей принципиальностью. Антон провел в компании этой милой, умной и рассудительной девушки полдня, без раздумий согласившись работать на нее. Однако парень не был уверен, стоит ли насыщать свой рассказ такими подробностями, поэтому решил обойтись довольно-таки лаконичным ответом: -Да так, в один книжный. Антон боялся рассказать про Иру – а именно так звали ту девушку, – потому что перед его глазами до сих пор стоит та сцена из его снов, где он пытался признаться в любви своей первой девушке, но Арсений всегда был рядом с осуждающим взглядом. Антон начинает задумываться о том, что так он себе никогда никого не найдет.