Просто судьба

Блек - Ко мне в комнату. Быстро, - как ты еще не сорвался, сам удивляешься, но голос повышать не имеешь права. Это же Рей. Твой Рей. Одумайся, Блек! Тут же прикрываешь глаза, вспоминая, как чужие руки обвивают его талию, раздвигая податливые губы и проникая языком в рот. Возможно, это лишь твои домыслы, но истерическая дрожь все равно бьет тело, заставляя выходить из себя. Кто-либо коснулся Его мальчишки. Обнимал податливое тело. Целовал такие теплые, ты был уверен, губы… Причем, с подачи Рея... - Блек... - пытается что-то вякнуть паренек, но ты лишь смотришь на него презрительным взглядом. - Быстро! - все же срываешься на звонкий крик, хватая парня под локоть и толкая в сторону лестницы на второй этаж. В этот раз он послушно исчезает из виду, ныряя в комнату. Ты идешь следом, еще пытаясь вернуть остатки самообладания, разрушенные этим светловолосым уебищем, лапавшим твое чудо. Ты при этом лишь стоял у камер слежения, скрежеча зубами и удивляясь, как не разорвал его в клочья, оставив лишь скелет на память родителям. В такой ярости ты еще никогда не был. А, нет, был. Когда осознал, что хочешь это настырное рыжее чудо, так нагло вошедшее и устроившееся в твоей жизни, словно всегда тут было. Хочешь, слабо сказано. Находится рядом с ним было сущим мучением, и ты постоянно еле ощутимо вздрагивал, когда он в очередной раз ворочался у тебя за спиной, привычно устроившись на твоей кровати. Порою тебе самому становилось страшно от собственных желаний, выходящих за рамки даже твоего понимания. Последней каплей стал случай с комнатой Рея. Недвусмысленные стоны-всхлипы, доносившиеся оттуда, вряд ли свидетельствовали о том, что парень решил посмотреть мелодраму с элементами эротики. О чем ты думал, притягивая к себе паренька, до сих пор для твоего гениального мозга остается загадкой. Равно как и то, как ты мог открыться перед малознакомым парнем, который изначально был не больше, чем домработник. Хотя, изначально, ты его таким не считал. В нем было что-то большее, но что, понять не мог, из-за чего злился все сильнее. А увидев его зареванное лицо и пугливо глядящие на тебя глаза, почувствовал, что по телу прошла крупная дрожь, прямо в унисон с его. Помнится, ты тогда еле сдержался, чтобы не швырнуть его прямо на пол, хорошенько отымев. Даже подпольный клуб, в который ты отправился, не облегчил страданий. Наугад ткнув в предоставленных на выбор парней, больше смахивающих на несовершеннолетних проституток, ты с рыком набросился на выбранного щуплого рыжика, сильно смахивающего на Рея, не дойдя даже до нужной комнаты. Там завершил дело, ловя крики боли и умоляния прекратить, которые не вызывали ничего, кроме отвращения. Выпив немного, попробовал вновь - все с тем же результатом. Еще один толчок, и Рей, пролетая мимо включенного компьютера, падает на кровать. - Блек, пожалуйста, не надо... - во взгляде читается осознание и страх. В правильном направлении мыслишь. Только тебе это ничем не поможет. - Блек, чт... - вытянувшиеся лица хакеров, слышащих Рея, ты тут же отключил голосовой командой, полностью выводя компьютер из сети. Опасно для карты памяти? Плевать. Ты лишь нависаешь над ним, бросая первое, что приходит в голову. - Не думал, что ты такая шлюха, - презрительно, глядя в глаза, в которых попеременно сменяются эмоции: понимание, обида и, наконец, то, чего ты ждал, протест. - Я не... - сегодня говорить будешь ты, и звонкая пощечина, влепленная парню, поясняет это. Он тут же инстинктивно сжимается, прикусывая губу, жмурясь и чуть раздвигая ноги. Все это не укрывается от твоей внимательности, не исчезнувшей даже в такой момент. Нравится? Неужели он еще и мазохист? Свое предположение ты тут же озвучиваешь, перехватывая за подбородок и задирая майку, проводя пальцами по мягкой гладкой коже, на которой через секунду оставляешь длинные красные отметины ногтей. Мальчишка лишь подается навстречу, прикрывая глаза и негромко простонав сквозь плотно сжатые губы. Все это вводит в еще большее бешенство, и ты тут же резко дергаешь его за волосы, закидывая дальше на кровать, забираясь следом и слыша болезненный вскрик. Значит, и у паренька есть болевой порок? Садистская ухмылка. Вещи с парня снимаются томительно долго, и ты буквально сдираешь футболку, мешающую сейчас. Да и всегда. Вот теперь Рей и правда боится. Снятию и без того узких джинс мешает еще и сопротивление парня, пытающегося воззвать к твоему рассудку. Ты тут же перехватываешь его за горло, потянув на себя и душа. - Прекрати сопротивляться, иначе будет еще больнее. Тебе ли не все равно, кому давать? - слова лишь еще больше злят его, но со штанами и нижним бельем покончено. Теперь он лежит перед тобой полностью голый, а ты лишь успеваешь пробежаться по желанному телу похотливым взглядом прежде чем перевернуть на живот и поставить в самую унизительную позу, на колени, тут же рукой давя на макушку и вдавливая лицом в простынь, не давая дышать. Десять секунд размахивания руками, и он наконец затихает, скорее всего, теряя сознание. Такого ты позволить не можешь, со всей силы дергая за длинные пряди волос на себя и тут же отпуская, давая безвольному телу вновь упасть на кровать, лишь сильно сжимая пальцами белую простынь. Наконец, Рей осознает, в какой позе находится, потому что краснеет сильнее, а слезы уже не прекращая текут из глаз. Хочется услышать, крик, стон, всхлип, хоть что-нибудь, но рыжее чудо лишь глотает слезы, прижимаясь щекой к кровати и сильно зажмурившись, ожидает очередной порции боли. - Раздвинь ноги шире, - приказываешь ты, проводя языком по пересохшим в момент губам.. Парень тут же подчиняется, несильно двигая бедрами и переминаясь, что вызывает сладкую дрожь предвкушения по всему телу. Терпение кончается вместе с воздухом в легких, и на вдохе ты спускаешь штаны до колен, уже находясь без верха, оголяя набухший от возбуждения член. Проводишь по нему рукой, размазывая капли естественной смазки. Только сейчас до мальчишки доходит, что растягивать ты его не собираешься. Сделать он ничего не успевает, так как, резко приставив член к кольцу мышц, ты толкаешься, ощущая, как рвутся мышцы внутри под твоим давлением. Сам чувствуя адскую боль, понимаешь, что теперь уже остановится не сможешь. Теплая, почти горячая кровь, стекающая по бедрам Рея, значительно облегчила тебе задачу. Только сейчас он начал вырываться. Не наиграно-картинно, как та шлюха из подпольного клуба, не послушно-мазохистски, а по-настоящему, так, что пришлось даже остановится, вновь придушивая его и болезненно заламывая одну руку за спину. Теперь уже он действительно умолял прекратить, не в понимании "Да, быстрее", а действительно желая, чтобы ты вышел, исчезнув, желательно, навсегда. Очередная ухмылка, и ты делаешь мощный толчок, входя до конца и чувствуя, как порванные мышцы болезненно конвульсивно сжимаются, а Рей едва ли не теряет сознание, в этот раз от боли. Кровь, огромным пятном растекшаяся по белой простыне, не отрезвляет, и ты вновь делаешь толчок, немного выходя и тут же вновь входя до предела. В ответ слышишь судорожный хрип и несколько всхлипов. Видимо, Рей уже сорвал голос. Про его возбуждение речи не идет - при такой боли стояк невозможен, да ты и не думаешь об этом, удовлетворяя животную похоть. Наклонившись, зубами вцепляешься в пряди волос, дергая на себя и вколачиваясь в парня быстрее. Ты слишком долго терпел, слишком долго жаждал этого тела, чтобы теперь сдерживаться. А Рей уже безвольно, словно кукла, лежит под тобой, лишь шире раздвигая ноги и слабо сжимая одной рукой кровавую простынь. Хрипы прекратились - лишь негромкие всхлипы порой были слышны, заставляя тебя лишь ускорятся и рычать в преддверии оргазма. Кончил ты так же бурно, прямо в парня, не стесняясь и сквозь зубы выматерившись, тут же обмякая и заваливаясь набок. Наверное, самый бурный оргазм в твоей жизни, потому что зверь внутри тебя мурчит, словно наевшийся кот, а совесть еще не успела проснуться, полностью перебитая похотью и желанием. Прикрыв глаза, ты просто начинаешь прокручивать в голове последние полгода, ставшие для тебя смесью Ада и Рая. Поначалу ты просто не понимал этого мальчишку. Он был чем-то необычным, словно ребус, который хотелось разгадать. Затем его пребывание рядом, которое по идее, должно было раздражать, стало чем-то необходимым, привычным – ты просто не мог признаться себе, что дышишь Реем, воспринимаешь его как часть себя. Впервые ты не мог подавить желание, а наибольшим желанием было завладеть им, даже не в физическом плане. Сделать так, чтобы он думал лишь о тебе, спрятать от всех, в своей комнате, по ночам прижимая теплое тело, подминая под себя. А потом увидел его, целующегося с этим… Такого набора матов у тебя еще не было. Твоего Рея лапает какая-то сука. Именно в тот момент ты понял, как можешь завладеть им. Взять. Просто взять, грубо и без пререканий отыметь, делая своим полностью. Это был единственный выход, который казался тебе идеальным тогда. Тогда, но не сейчас. Лежа рядом с парнем, не издающим не звука, голова начинает работать, и ты распахиваешь глаза, чуть поворачиваясь, приподнимаясь на локтях, с ужасом глядя на тело мальчишки, сейчас кажущееся в буквальном смысле использованным. Парень не виноват, что ты нафантазировал себе песочные замки, мысленно назвав Рея своим. Не виноват в твоей извращенской натуре, поначалу даже пытался отвечать и поддаться. Но ты перегнул палку. Он ни в чем не виноват. Всхлипы были уже не слышны, и в этот момент ты действительно испугался. Первый раз в жизни ты испугался, что мог убить самое дорогое, самое ценное, что было в твоей жизни. Ненависть к себе буквально переполняла, и ты вслушался в тишину, ожидая услышать дыхание парня. На твою просто невероятную радость услышал: сиплое, тяжелое и невероятно частое. Тут же ты вскочил, в истерике, не зная что делать. Опять же впервые не зная, что делать. Касаться его было страшно, но ты все же осторожно дотронулся до плеча, тут же слыша глухой всхлип. Тело мальчишки задрожало. И всему виной ты. Ты сделал ему больно. Ты едва не убил. Ты. Отвращение к себе разъедало изнутри. Ты был согласен на все, лишь бы облегчить его страдания. Решение приходит так же неожиданно, со звонком на телефон. Поначалу ты подумал, что звонит кто-то из «Грейси», как называлась ваша группа хакеров, назойливо решив поинтересоваться, что же ты сделал с Реем. Лишь чтобы послать куда подальше, ты выхватываешь телефон со стола, нажимая на вызов. - Что? – голос звучал низко, словно отчаянно. - Блек, привет, - помощь сама позвонила тебе, и ты, не дав договорить, буквально заорал в трубку: - Джон, немедленно ко мне с препаратами, пожалуйста, - никогда ни о чем ты не просил брата, который работал врачом. Как нельзя кстати. - Я у тебя под дверью, жду, когда ты впустишь. Что случ… - ты опять не дал договорить, кидая еще один болезненный взгляд на бледное тело, сжавшееся на алой простыне. В голове это просто не укладывалось. Несколько пролетов, два шага в сторону двери - и ты распахиваешь ее, нетерпеливо хватая старшего брата, который ниже тебя на полголовы, за руку и буксуя в сторону своей комнаты. Джон никогда не видел тебя таким, поэтому лишь шокировано смотрит на кровь, в которой ты буквально измазан. Сглотнув, брат поднял взгляд, даже не зная, что от тебя ожидать. В ответ ты лишь невесело усмехнулся. Тебя боится даже родной брат, что уж говорить о таком крошечном лучике солнца, как Рей… Прикрыв двери в комнату, ты сглотнул, кивая в сторону кровати. Джон и сам догадался, кидаясь к ней и матерясь сквозь зубы, касаясь тяжело дышащего парня. - Ты псих? – заорал он, поворачиваясь и пронзая тебя взглядом. В ответ ты лишь плотно сжал губы, сдерживаясь, чтобы не ударить Джона. Даже когда он легко касался твоего рыжего чуда, у тебя возникало желание убивать. Пусть и родного брата-врача, который всего лишь осматривает потенциального пациента. Никто не смеет трогать твоего Рея. Никто! Но сейчас его здоровье важнее всего. Хотя бы его выживание, про здоровье даже не говорится. - Он в порядке? – хрипишь ты, игнорируя поведение Джона. Ты сейчас даже мечтал, чтобы он врезал тебе посильнее. Ты сделал ему больно…Нет, ты искалечил его, сломал, заставил ненавидеть себя. - Ну как тебе сказать… - уже вовсю работая с переносной аптечкой, которую не оставлял и на секунду, ответил брат, - Ты его порвал. Даже не порвал – трещина, скорее всего, - когда Джон бросил взгляд на парня вниз, ты опять еле сдержался, чтобы не наподдать ему, - кажется, вывихнул руку, учитывая, что она в неестественном положении. Скорее всего у него шок, но опять же, я не знаю, мне над… - договорить не успел. Так как Рей заворочался, хмурясь и шипя от боли. Хоть Джон и вколол ему обезболивающее, наверное, ему просто ужасно плохо. И все из-за тебя. Теперь ты не устанешь обвинять и грызть себя. Потому что ты виноват, никто другой, а ты. Однако это не помешало тебе подлететь к мальчишке, не смотря на протест Джона, и опустится на колени, с надеждой заглядывая в глаза. То, что ты увидел в них, заставило с болью отстраниться, тут же отползая в другую часть комнаты. Ужас. Ужас, при взгляде на тебя. Теперь ты не сможешь быть с ним, никогда. То, что ты сделал, слишком даже для тебя. Брат подсел к отодвинувшемуся и захныкавшему Рею, осторожно касаясь мягких волос и что-то негромко шепча. Парень лишь пугливо озирался, мечтая сбежать и вообще, оказаться от тебя как можно подальше. Если его взгляд, блуждающий по комнате, все же натыкался на тебя, сидящего в углу с чуть согнутыми коленями и держащегося за голову, он тут же приобретал пугливое выражение. Догадайся, из-за кого? Не найдя другого выхода, Джон просто вколол ему снотворное, от которого слабый после таких пыток организм отключился. Лишь после этого ты вновь осмелился приблизиться к уже спящему мальчишке, под внимательным взглядом врача укрывая его и мягко провел ладонью по щеке. - Не он первый, не он последний, Блек, ты и до этого безразборно насиловал. Чем он отличается от остальных? – Джон никогда не одобрял твоего садизма, да и как врач скорой помощи, который как раз таки и лечил всех твоих жертв, быстро наскучивающих тебе сразу после секса (да и во время, откровенно говоря, тоже). Он вполне основано интересовался, почему ты так носишься именно с ним. Он знал, что это твой сосед, на его месте даже ты подумал бы, будто изнасиловал паренька от простой скуки. Со стороны непросвещенному именно так это бы и показалось. Но ты знал правду, которую тут же сообщил брату. Твое короткое «Я люблю его» стало шоком не только для мужчины, но и для тебя самого. Что ты сейчас сказал? Ты? Любишь этого настырного мальчишку? Этого не может быть. Но заниматься самообманом человеку с гениальным умом не прилежно… - Повтори, что ты сейчас сказал? – прохрипел Джон, таращась на тебя во все глаза. - Я люблю его, - повторил ты, как-то слишком быстро смиряясь с этим. Правда, тут же пришло второе осознание, того, что теперь его тошнит от твоего вида. Ладно, просто тошнит, но, попробуй ты коснуться его, он, скорее всего, тут же испугается. Возможно, не шелохнется, но захочет оказаться как можно дальше. Держать его рядом с собой против его воли, а ты так мог, было бы слишком эгоистично. Жаль, что ты был эгоистом…