Анто́нио Лу́чо Вива́льди–Времена года. Зима (DJ Claim)
В ушах зазвенело. От кричащей тишины. Все лучники, которые были рядом со мной, сейчас лежали безмолвной грудой мертвых тел. Я осталась одна. Как бы я ни старалась отрицать это, но мне было страшно. К башне приближались враги, а оборонять ее больше некому. Конечно, мне было страшно. Одна хрупкая девушка с луком и ужасом наперевес. Буквально каждая клеточка моего организма кричала мне: "Беги!". Я оглянулась: в паре метров от меня, на сером каменном полу лежал мой друг, в его лоб, четко между глаз, была кем-то метко пущена стрела. Я с отвращением вспомнила, как в детстве отец учил меня стрелять белкам между глаз, а я радовалась, когда это получалось. Но это не белка, это мой друг. Мертвый. Но кто-то неизменно радовался тому, что попал. Я, переборов отвращение и брезгливость, села рядом с трупом на колени и начала его обыскивать. До того, как на замок напали, Джеймс весело шутил и по секрету сказал мне, что в его кармане есть потрясающая вещица: он где-то стащил ключ от амбара своего дяди. Тот никогда не разрешал Джеймсу входить в этот амбар и брать лошадь, которую он там держал. Странно, что такой состоятельный человек держал лошадь в амбаре, но важным было то, что амбар совсем рядом ( если я буду быстро бежать, то добегу минут за тридцать) и то, что лошадь очень быстрая и сильная, однажды я каталась на ней. Всего раз. Когда дядя Джеймса был в хорошем расположении духа. Сейчас мой друг мертв, и лошадь ему ни к чему. А я умру, если останусь. А умирать мне не хотелось. Не сейчас, когда я одна должна стоять на защите этого замка. Всем было ясно, что рано или поздно нас захватят. Поэтому я думала, что наш король не станет отправлять свою лучшую армию лучников на верную гибель. Разумнее было бы сдаться. Но никого не волнует, что думает пушечное мясо. Я должна была умереть. Два раза стрела пролетала мимо моего уха со страшным свистом, три раза я вовремя пригибалась. И я осталась живой. Чтобы умереть вот так, в одиночестве. Оборона замка - это самое сложное, что я думала, ждет меня в будущем. Но одинокая смерть - страшнее. Основной принцип обороны замка состоял в создании наибольшей опасности для нападающих и сведению ее к минимуму для защитников. Хорошо построенный замок могли эффективно оборонять и удерживать в течение длительного времени малочисленные силы. Упорная оборона позволяла хорошо снабженным защитникам держаться до тех пор, пока осаждающих не прогоняло подошедшее подкрепление или не вынуждали отойти нехватка продовольствия, болезни или потери. Но наш замок был построен какими - то глупыми зодчими и рабочими, которые понятия не имели, что ров, окружающий замок, должен был быть глубже, а башен должно быть больше. А король думал, что нас хватит для того, чтобы спасти его душу.***
Я уже не помню, сколько я бежала вот так, путаясь в полах длинного зеленого платья, постоянно прислушиваясь, не хрустнет ли где-нибудь сухая веточка, пригибаясь и прячась. Я была одета, как и все лучники, в стеганую куртку, боезапас в виде стрел находился в колчане на боку, и колчан больно ударял по одному и тому же месту. Мои волосы постепенно выбивались из общего пучка, рассыпаясь по плечам и мешая мне хорошо видеть. Но у меня не было времени останавливаться и приводить себя в порядок, я должна была добраться до лошади как можно быстрее. Я как можно быстрее должна сбежать. Кто будет винить меня в том, что я сбегаю? Это не моя война, это война моего отца. Это он мечтал стать королевским лучником. Не я. Но я стала им, чтобы отец умер счастливым. Он не знал, что я не на долго его переживу с таким образом жизни. Но с помощью отца я стала действительно хорошим воином. Ведь чтобы превратить человека в лучника, мало дать ему лук. Мне нужно было обучение. И оно было. Я запнулась и упала. Руки покрылись множеством мелких царапин, а под ногти забилась грязь. Я резко встала и прислушалась: стояла тишина, даже птиц не было слышно. Мое платье порвалось, а я порвала его до конца: оторвала от подола довольно широкую ленту, чтобы не запинаться и не путаться. Также я скинула куртку, чтобы мое зеленое платье слилось с деревьями. Кто придумал такие платья? Я же лучник, черт возьми.Еще бы заставили носить меня корсет. Ах да, меня заставили. Да, я помню это место: бежать осталось недолго, еще немного, совсем чуть-чуть и я сяду на лошадь и ускачу. Подальше отсюда. -Так - так, - протянул кто-то у меня за спиной, - что это у нас тут? Я медленно обернулась. Передо мной стоял высокий черноволосый мужчина, он смотрел на меня, беззастенчиво изучая каждый изгиб моего тела. -Совсем одна, в лесу, - он ухмыльнулся, а мое сердце пропустило удар: мне никогда не было так страшно. - А на куртке, - он пнул куртку, сброшенную мной минуту назад, - вышит герб. Дорогая, ты не должна была сбегать, мы как раз держим путь в ваш замок. Я увидел вон там, - он указал пальцем мне за спину: я обернулась и увидела тот самый амбар. - Какое-то любопытное здание. Решил взглянуть. Ты же знаешь, мы варвары, любим грабить, убивать. Можешь даже не пытаться, - рявкнул он, увидев, что я бросила взгляд на брошенный мною лук. Должно быть, я отбросила его так далеко, когда упала. Но я ловко рванулась к луку, схватила его и, кувыркнувшись, села на одно колено. -Ты будешь защищаться? - спросила я так смело, как только смогла. И высоко вздернула подбородок, а потом прищурила один глаз, чтобы прицелиться. Между глаз. -А ты? - услышала я другой голос. Очень грубый мужской голос. Он смеялся. Потому что стоял у меня за спиной, а я его даже не видела. Да и с чего я взяла, что кто-то в одиночку пойдет грабить амбар. Одна тут только я. Все произошло очень быстро. Я услышала свистящий звук, и меня пронзила острая боль в сердце. Стрела была пущена метко. А потом все погасло. Я жадно хватала ртом воздух, пытаясь прекратить вдруг начавшееся головокружение. Книга была очень захватывающей, но я не была в восторге. Как никак, я умерла. Опять.