Shiver

Клубы. Организации. Сообщества. Субкультуры. Братства, сестринства. Группы людей, объединенных одним рядом ценностей. Иногда, это стаи орлов. Которые могут научить тебя летать. Иногда, это те, кто научат тебя падать. Если ты становишься жадным на убеждения или они начинают менять оттенок, становясь не тем, что проповедуют в этом небольшом, иногда и огромном мире – ты можешь оказаться в неудобном положение. В идеальном представление, там царит поддержка и мирное взаимодействие; сентиментально. Если заглянуть внутрь, то можно увидеть зависть, корысть и ненависть. Прекрасная вещь сестринства. Их объединяет наличие груди и менструального цикла. Они так прекрасно взаимосвязаны, что меня распирает от воодушевления. Братства объединяет людей, склонных к дедовщине, к тому, чтобы оставлять свою блевоту в различных местах и иметь девчонку на каждый день недели. "– Это Сидни четверг, не запомнил её фамилию, зато с легкостью могу вспомнить то, что я выводил кончиками своих пальцев на её груди. – Что это было? – Я хочу тебя трахнуть". Однажды, я подслушала разговор парней из братства Зета Пси Ипсилон. Это диалог больных извращенцев. Вокруг них чертовски много слухов. Примерить на них можно любую аморальную гадость, как родную кожу.

***

Сегодня у Зета Пси начало адской недели. В братство берут новичков, которые проходят ряд унизительных испытаний. Тест на психологическую выносливость и общую крутость. Сижу на задних рядах трибуны на стадионе университета. Я в одной футболке, поэтому приходится согреваться горячим кофе. На улице прохладный осений ветер. Иногда завывает. Я пришла сюда не по своей воли. Лола, мой хороший друг. Она попросила меня составить ей компанию. Она очень заинтересована в происходящем; планирует писать разоблачающую статью о внутренней политике браств и сестренств. А сейчас самое время, чтобы вывести Зет на чистую воду. Адская неделя для новичков. Все самое интересное происходит: иногда это даже попадает в местные новости. Внизу, на зеленом газоне, где давно уже никто не играет в футбол, (только устраивают побои и свидания с последующим продолжением), стоит ряд новичков. Лидер братства ходит по линеечке туда и обратно, всматриваясь в лица. – Вы все такие красавчики. Знайте, что я буду сильно расстраиваться каждый раз, когда буду портить вашу физиономию. Калум Худ. Блевотный король. Король алкоголя и женского нижнего белья. В прошлом году, он стал президентом Зета Пси Ипсилон, набрав около семидесяти процентов всех голосов. Кандидатов было трое: Майкл Клиффорд, Святой Эллиотт, и, соответственно, Калум Гроза Худ. Я думаю, проблема первого была в отсутствии характеризующей клички. Но он, все равно, успевает заправлять этим зоопарком. Почти всегда устраивает травли, пуская в ход свой грязный язык. – Каждый день этой гребанной недели, каждый из вас будет непосредственным участником нашего аттракциона испытаний. Выжившие будут зачислены в наш клуб. Большинство парней из строя начали посмеиваться. Парни из братства, что стояли напротив, были сдержаны и серьезны. – Он не шутил вообще-то. В прошлом году, кое-кто получил свою путевку в рай, – помраченно выдал Ирвин. Номер второй из братства. Старшекурсник. Все они пронумерованы по тому, как попадали в Зета Пси. В клубе только двое парней со старшего курса. Еще Рори. – А можно задавать вопросы? – это был один парень из зеленых. – Валяй, выскочка. Наверное с самого рождения Майкл Клиффорд не выдавал ни одной реплики, при обращение к кому-либо, без оскорбительного обозначения. – Что случилось с тем парнем? – Несчастный случай, – ответил Худ. Я почувствовала руку Лолы на своем плече. Несчастный случай, когда студент в одном из испытаний, где нужно залезть на крышу кампуса и раздеться до трусов, подскальзывается, падает и ломает себе все, но когда ему завязывают глаза и с дебильными смешками предоставляют выпить в качестве испытания то, содержимым чего является вода, подчерпаная из унитаза, возможно сперма, старые жвачки, которые скрябали с трибун в аудиториях, чистящее средство, незначительное, но достаточное количество для того, чтобы медленно выплавить внутренности человека, и все это тщательно взбитое в блендере месиво, – это уже преднамеренное убийство. Это могло быть в их намерениях. Хоть братство и ведет себя, как сообщество умственно обделенных: я точно знаю, что мозги у них есть. Достаточно, чтобы понимать, что чистящие средства содержат щелочь. Дело было громким, но замять можно, что угодно, с такими деньги, которые есть у родителей парней Зет вместе взятых. Первокурсников заставили бегать на месте пятнадцать минут. Пока парни Зет начали осматривать собравшихся студентов на трибунах. Я не должна была приходить: я скрывалась от Майкла примерно полгода, а сейчас так легко сдалась, предоставляя ему полный обзор себя. Он сразу меня заметил и вцепился взглядом. Что удивительно, но студентов здесь собралось не много. Несколько девушек из сестринства, остальные поголовно первокурсники. Я очень жалею, что оказалась здесь, и с каждой секундой начинаю жалеть сильнее. Майкл быстро преодолевает ряды трибун, ловко и устремленно, шагая прямо по ним. Он начинает напевать припев песни Joy Division Love Will Tear us Apart. Эта песня играла тогда, когда красные неоновые огни в комнате засвечивали наши с ним лица. – Сядь поближе, сестрёнка. Хочу видеть твое лицо, когда буду унижать какого-нибудь щенка. Ты меня вдохновляешь. Он попытался взять меня за подбородок, но я быстро отреагировала. Я подняла свой взгляд. Он так влиятельного пялится в мои глаза. Как будто вовсе и не выглядит, как настоящий идиот в данный момент. Я не нашла в себе сил сказать что-либо. Выбор был небольшим, ведь я не могла послать его на глазах у всех. Он в ответ облил бы меня грязью. При всех. Как всегда это делает. Майкл оставил меня. Я ожидала того, что все люди с трибун начнут пялиться на меня, но увидела только насмешку Иви из Дельта Ипсилон. Я даже высмотрела в ее взгляде некоторое уважение. Должно быть, она просто вкурсе сценария. Та вечеринка была в общежитие Дельта. Наверное поэтому я так ненавижу сестринства... Ветер начал выть еще сильнее и становилось прохладней, а мое кофе в картонном стаканчике остыло. Измывания над первокурсниками продолжались: их заставили петь гимн Америки. Я наблюдаю реакцию парней из братства: они истошно смеются и переглядываются. – Чертова сборная по футболу! – завопил Клиффорд. – Дилан, сгоняй принеси мячи. Дилан. Парень, как мне кажется, не обладающий особым блестающим интеллектом. Зато внешне он хорош. Как и все остальные. Но он заметно смазливее остальных. И тупее. Через несколько минут, он вернулся с корзиной баскетболльных мячей. – Сейчас мы проверим вашу реакцию. И сейчас начинается самое ужасное. Калум Худ меняется в лице каждый раз, когда предчувствует бойню: его холодное и волевое выражение лица меняется на кровожадное и вожделеющее. Он хватает мяч, отходит на пару метров, и резко отправляет его в одного из парней. Толпа зрителей издает короткий стон. Парень не успел отреагировать. К слову, это было невозможно. И теперь у него полностью окрававлено лицо. – Запомни эту боль. Тебе будет гораздо больнее, когда какая-нибудь сука разобьет тебе сердце, – сурово выговорил Калум. Образовалась тишина вокруг. Все начали прислушиваться к вою ветра и шелесту листьев деревьев за стадионом. Калум оказался не сплошным говнюком с комплексом садиста, в качестве бонуса его четкая осознанность. Он подошел к тому парню и отдернул край его футболки, приподнося к лицу. Тот начал с жадным видом вытерать свежую кровь со своего лица. – И те, кто сейчас наделал в штанишки могут проваливать, – продолжил Майкл, смотря издевательски на каждого. Он подошел к какому-то парнише в бейсболке и натянул её ему на лицо. Кандитами являются или невероятно амбициозные или конченные, или те, у кого отцы состояли в этом клубе во времена своего студенчества. Как правило, в клуб попадает меньше трёх кандидатов. Остальные инвалиды на всю жизнь с неосущетвленной мечтой. Которым, скорее всего, до конца их дней придется слушать упреки своих отцов. Калум по очереди бросает мяч каждому из строя. Заметно, что не с тем напором, с каким делал это в первый раз. Но все же он остается довольно изобретательным и изворотливым, явно не собираясь уступать никому. Парни из братства прыскают от смеха, довольствуясь унижениями. Калум бросает мяч, попадая в грудь, в плечо, лицо, или же мяч просто пролетает мимо, пока студент застывает в нелепой позе. Последний игрок ловит мяч и все открывают рты от удивления. Но, видимо, кое-кто ему просто уступил, по какой-то причине. Калум улыбается парню. Тот отправляет мяч в Клиффорда, пользуясь его бдительностью, пока он что-то говорит Эллиотту, и попадает приблизительно в чашечку. Майкл негромко ругается, хватаясь за ногу и смотрит прямо на смельчака. И не говорит ни слова... Его реакция выглядела такой, словно за этим должно последовать аналогичное продолжение. Но он лишь взглянул в глаза тому, кто это сделал и осекся. Лола взглянула на меня лукаво, приподняв кончики губ. Как одни из тех, кто натерпелся от Клиффорда всякого дерьма мы чувствовали едва ощутимый триумф от его уязвимости в то ничтожное мгновение. Кажется, здесь появился кто-то, обладающий равной, возможно большей силой. Это весьма настораживает, но и интригует в тоже время.