Как робот

      За окном тёмная летняя ночь. В палате одна кровать и один стул. Медицинское оборудование нарушает тишину своим писком между двумя людьми, которые погрузились в молчание на несколько часов.       Алек сидит на стуле, все ещё сжимая руку своего босса. — Не взаимны! — крутится в голове снова и снова. Взгляд устремлён в пол, и глаза кажутся пустыми, словно у куклы, но моргают. Тупая боль опустошает изнутри. Она сжимает сердце и впивается в него своими зубами, отдаваясь эхом в голове. — Не взаимны! — Алек может написать эту фразу с закрытыми глазами. Он видит её чётко перед собой в своём сознании. Большим курсивом черных букв она изящно выведена на белой бумаге с подписью Магнуса. — Не взаимны! — и никогда не будут, добавляет внутренний голос шепча, словно ядовитая змея, поселившаяся у самого сердца. И снова тупая боль.       Магнус не выдерживает первым, и, наконец-то, поворачивает голову к Алеку, но боится посмотреть в глаза. — Почему ты не уходишь? — голос такой сломленный и подавленный. След от слезы уже давно высох, но кожу жжёт в том месте, будто напоминая о чём-то. — Не хочу. Зачем мне уходить? — отвечает брюнет, поднимая глаза, с застывшими в них слезами. — Потому что я ранил твои чувства. И я знаю, что тебе сейчас неприятно и, наверное, больно. После такого люди уходят, а не остаются! — Магнус смотрел на него и не мог понять ничего. Зачем он здесь сидит? Почему все ещё держит его за руку? Что не так с этим парнем? — То, что ты задел мои чувства, не меняет их к тебе. — Алек задержал дыхание и добавил, — Можно мне просто быть рядом? — будто умолял он. — Буду помогать тебе во всем, буду проводить время с тобой, всего немного. Я понимаю, ты занят, но хоть чуть-чуть… Ты нужен мне… — шепотом закончил он, опуская голову.       Магнус открыл рот и замер. Все внутренности тут же наполнились болью. Зачем? Зачем Алек такое говорит. Слезы тут же потекли из глаз. Больше не было сил их сдерживать. — Зачем я тебе, Александр? — он начал всхлипывать, закрывая лицо сводной рукой. — Зачем тебе псих, который до конца жизни будет сидеть на таблетках? Зачем тебе я, который при каждой нашей ссоре будет терять сознание от нервов? — Магнус истерически рассмеялся. — Зачем тебе человек, которого ты не сможешь бросить, когда разлюбишь, потому что будешь знать, что он может не пережить этого?       Алек поднялся и взял Магнуса за вторую руку, убирая её от лица. Он хотел что-то сказать, но Магнус продолжил. — Найди себе нормально здорового парня! — голос немного притих, будто он сам не верил в эти слова. — Люби его, заведите детей и живите счастливо… Пожалуйста, уходи… Александр!       Каждое слово Магнуса ранило сердце Алека. Будто маленьким ножом проводили по нему, оставляя свежие раны; и каждое следующее его слово проводило по ране ножом ещё раз. Он схватил парня за руки в надежде остановить этот поток бредятины. Но Магнус не останавливался и после последнего: — Уходи, Александр! — Лайтвуд не выдержал и накрыл его губы своими.        Он не знал, что им управляло в этот момент, но иначе было сделать нельзя. Дыхание между ними слилось в одно целое. И весь мир перестал существовать вокруг, когда Магнус ответил, не отстранился, не оттолкнул, не накричал, а ответил. Так нежно, будто боясь, боясь спугнуть Алека или самого себя. Их губы сминались друг другом в каком-то незамысловатом и нежном поцелуе только для них, для них двоих. И все, сказанное Магнусом, было забыто или вообще не услышано. Оно казалось неважным, абсолютно.       Алек отстранился первым, потому что воздуха в лёгких катастрофически не хватало, а губы Магнуса казались самым сладким, что есть в мире. Магнус открыл глаза. И произошла ещё одна встреча золотого и голубого взглядов, но только теперь все было искренне, чисто, без лжи, без всех масок, за которыми Бейн прятался раньше. Что-то абсолютно иное, которое заставило их сердца биться и ощутить друг друга одним целым, единым. - Алек… — начал Магнус, придя в себя после всего этого. — Нет, послушай! — перебил его брюнет, нависая на кроватью и не отпуская рук Бейна, — Мне безразлично, что ты псих, или как ещё там ты себя называешь. Все, что ты сказал, полнейший бред… — он немного задумался, как продолжить; а Магнус лишь ошарашено смотрел на него, не отрывая глаз. — Я и мое сердце выбрали тебя. Я не брошу тебя, потому что разлюблю. И «да» — я уверен в этом. Просто дай мне возможность, дай мне доказать тебе, что не вся любовь болезненна, не все, что ты чувствуешь, убивает тебя. Прошу…       И теперь все стены и барьеры, все ворота и железные двери, которые были внутри Магнуса, пали, рассыпались прахом и вышли прочь через вздох, через поцелуй и эти слова. Слова, которые сказал Алек так искренне, как ребёнок. Слова, от которых в голове все изменилось, и мир не казался таким жестоким, серым и мрачным. Слова, которые он навсегда запомнит. — Алек… я… прости меня. — он не мог выразить все то, что происходило внутри. — Я соврал насчёт чувств… — Магнус сжал руками руки Алека и собрался. Он скажет правду. Он должен, потому что вся защита пала, а, может, она и не была нужна. — Они взаимны. У меня тоже есть чувства к тебе. Но они кажутся намного больше, чем симпатия… и я… я боюсь их — признался он. — Не бойся.       Только и сказал Алек; потому что слова больше не нужны, когда сердца говорят друг за друга, когда они чувствую друг друга, и теперь, когда они едины. И следующий поцелуй тому подтверждение…