Букет тюльпанов

POV Анны       Операция шла уже два с половиной часа. За это время я успела дать показания в полиции, позвонить Мен Су и приехать в больницу. Ожидание вестей от врачей было мучительно долгим. Я не знала, как все это пережить теперь. Сердце разрывалось на части и постоянно ныло где-то в области чуть ниже груди. Мы так некрасиво расстались и сейчас нужно решить, что делать дальше. Однозначно, я не брошу Ен До. Вопрос, захочет ли он меня видеть.       — Посмотри сюда, Анна, — дернул меня за рукав Мён Су. — Мне скинули запись с камер видеонаблюдения. О, у этого идиота нет ни единого шанса избежать наказания.       Я взглянула на экран планшета. На видео четко было видно, как, пронесясь на огромной скорости, автомобиль сбил мотоцикл и поехал дальше, скрипнув тормозами. Но меня мало утешал факт того, что виновный окажется за решеткой. Если Ен До не выживет, я, наверное, тоже не смогу жить.       — Анна, послушай меня, — Мён Су взял мою руку. — У Ен До богатырское здоровье, с ним всё будет хорошо.       Я посмотрела на него.       — А знаешь, что самое ужасное? — задала вопрос я. — Это то, что мы расстались всего пятью минутами раньше, чем произошла авария.       Мён Су приоткрыл рот от удивления и уставился на меня.       — В-вы? С чего вдруг?..       Я не смогла ему ответить. Слезы снова накатывались на глаза. Я дернула голову назад и тут же ударилась затылком о стену. Я всхлипнула, не знаю, то ли от боли, то ли от обиды. По щекам уже текли ручьи.       — Пожалуйста, не плачь, — сказал Мён Су, вытирая слезы с моего лица. — Эй, есть здесь медсестра? Пожалуйста, принесите успокоительное.       Медсестра подошла ко мне со стаканом воды и с таблеткой. Двери операционной открылись, оттуда вышел врач. Я вскочила на ноги. Сейчас лучшим успокоительным для меня мог быть только его вердикт.       — Как он? — спросила я.       — Состояние тяжелое, — покачал головой хирург. — Сломаны ребра с левой строны, одно из них проткнуло легкое. — Видя мое перекосившееся от ужаса лицо и то, как ему подмигивал Мён Су, он добавил: — Но, думаю, есть все шансы на выздоровление.       — Можно мне к нему?       — Нет. Дождемся, пока ему станет чуть легче. К тому же, он в коме.       — Кома… — прошептала я и чуть не упала в обморок от усталости и нервного перенапряжения. Но меня вовремя поймал Мён Су.       — Я вколю Вам лекарство и отправлю домой. Выспитесь и приезжайте с новыми силами. Молодой человек, Вы ее друг? — обратился врач к Мён Су.       — Да.       — Отвечаете за нее.

***

      Я лежала на кровати в комнате Бо Ны, положив голову на колени Ын Сан и свернувшись калачиком. Домой поехать я не могла. Там пусто и одиноко. Мён Су посчитал нужным обо всем рассказать Бо Не и обещал отвезти меня к ней домой, говоря, что поделиться переживаниями с парнем мне будет сложнее, чем с подругами. Ха, как же он ошибается! В любом случае, у Бо Ны в доме тепло и уютно, и это хоть капельку радует. Ын Сан тоже была в курсе всех событий и приехала сразу же, как только смогла. Бо На ходила по комнате, сложив на груди руки, и не решалась начать разговор первой. Я молчала; Ын Сан гладила мои волосы и нежно повторяла:       — Все хорошо. С ним все будет хорошо.       Я снова начала всхлипывать, глаза застлала белая пелена.       — Как вообще такое могло произойти? — говорила себе под нос Бо На. — А ты вообще не пострадала? — обратилась она ко мне.       — Нет. Но лучше бы на том месте оказалась я. Тогда бы он был цел.       — Не говори ерунды! — вскрикнула Бо На и тут же осела. Ын Сан сидела, крепко сжав губы. Кажется, все это потрясло ее не меньше, чем меня.       — А мы поссорились! Поссорились из-за этого чертова Ши Вона! Ен До оскорбил меня, я психанула, сказала, что хочу расстаться… — в истерике начала вываливать всю информацию я. — И тут бац, и Ен До уже без сознания. И еще, мне кажется, что врач что-то недоговаривает. Нет, я сейчас же поеду в больницу! — я подскочила на кровати и села. Бо На уставилась на меня.       — Тш, — все тем же нежным тоном сказала Ын Сан и снова уложила мою голову к себе на колени. — Поедешь утром. Чем ты можешь помочь ему сегодня?       Я вновь начала трястись и всхлипывать, но слезы уже не капали из глаз. Закрыв глаза, я попыталась снова вспомнить, почему произошла ссора с Ен До. Так… Я не сказала ему про Ши Вона… Он приревновал, подумав, что у меня отношения на стороне… А еще, что-то должно быть еще. Надеюсь, не со стороны Марка дует ветер. Почему Ен До стал таким агрессивным после разговора с ним?       — Я хочу позвонить, — сказала я, садясь на постели. — Скоро вернусь. Я вышла на балкон. Вечерний ветер дул мне в лицо, тело покрылось гусиной кожей. С минуту я стояла в раздумье, стоит ли звонить Марку или не стоит. И все же решилась. После нескольких секунд ожидания в телефоне отозвался женский голос и сказал банальную фразу: «Вызываемого абонента нет на месте. Перезвоните позже». Значит, так даже лучше, что он не ответил.       Я вернулась в комнату, легла поперек кровати и сама не заметила, как уснула. Кажется, кто-то подложил мне подушку под голову и укрыл чем-то сверху, а потом все затихло, свет выключился, и я провалилась в глубокий сон.

***

      Я уже четвертый день подряд хожу в больницу, но каждый раз мне говорят только одно: «Пациент все еще без сознания. Он в реанимации. Придите завтра.» А завтра снова та же речь. Я приходила домой, садилась на постель и могла пробыть в таком положении несколько часов. Мой покой могли нарушать либо горничные, либо Марк. Я почти ничего не ела и выходила из дома только для того, чтобы справиться о состоянии Ен До в больнице или выполнить мелкие поручения брата в компании. Телефон уже давно был выключен и спрятан на самой дальней полке шкафа; никого не хочу видеть и слышать, никого. Но на пятый день меня обрадовали новости из больницы. Ен До очнулся, даже начал самостоятельно дышать без помощи аппаратов. Его перевели в палату интенсивной терапии и сейчас ему намного лучше. Врач разрешил остаться наедине с ним не больше, чем на полчаса: все-таки, человек совсем недавно пришел в себя после комы и неизвестно, как может повести себя его организм в любую секунду.       Я придвинула стул к его койке, села. Несколько минут не знала, что делать; Ен До спал, и я боялась его как-нибудь разбудить. Я не видела его каких-то четыре дня, но кажется, совсем забыла его лицо. Оно стало бледным, болезненным. Еще бы, после длительного пребывания под наркозом, а потом еще и напитав в себя уже несколько литров всяких разных лекарств, неудивительно, почему сейчас он выглядит именно так. Я сидела неподвижно; Ен До тоже не шевелился, только иногда посапывал во сне. Я взяла его руку, от локтя и до запястья завернутую в гипс, и крепко сжала его ладонь. От всего времени посещения осталось не более пятнадцати минут, а так хочется сказать ему хоть несколько слов. Слезы наворачивались на глаза, но я старалась держаться. Не хватало здесь еще и моих соплей.       Веки Ен До задрожали, он открыл глаза, осмотрел кругом палату, потом тупым взглядом уставился на меня. Я подумала, что он меня не узнает. Но ошиблась.       — Пришла, — тихо, хрипя, проговорил он.       — Ты как, Ен До?       — Неплохо. Жив, как видишь.       Он опять закрыл глаза, полежал так с минуту, снова открыл. Я провела рукой по его волосам, нежно погладила по щеке. Ен До отвернулся от меня, как будто бы ему было гадко от всего, что сейчас происходит. Да, наверное, он имеет право так считать. Я убрала руку от его лица, сильней вжалась в стул, положив ладони на колени.       — Ваше время истекло, — в дверном проеме показалась голова врача. Я утвердительно кивнула и встала со стула. Дверь захлопнулась.       — Прощай, — сказала я и, нагнувшись к лицу парня, поцеловала его в лоб.       — Что ты меня целуешь, будто в последний раз? — совершенно неожиданно спросил Ен До, после каждого слова делая вдох и выдох. — Или твое предложение по поводу расставания все еще в силе?       У меня глаза округлились и рот открылся от изумления. Кажется, на губах парня появилась легкая усмешка, не грустная и не веселая. Я нагнулась еще раз и несмело коснулась губами губ Ен До.       — Девушка, пожалуйста, пациенту нужно отдыхать, — снова голос врача донесся из щелки двери.       Я распрямилась и, не глядя на парня, поспешно вышла из палаты. Думаю, этот поцелуй должен был объяснить ему все.