Mellom to branner.

For tre år siden.*

      Тогда у Кристофера не было крутой машины, таких друзей и девушек. Забитый маленький мальчик, помешан на учёбе, серьёзно занимается футболом, изучает множество иностранных языков. Пример для сверстников.

Что случилось потом?

      Мальчик очень любил английский язык и поэтому родители записали его на какие–то курсы английского языка. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не выёбывалось, так сказать. Занятия английским проходили маленькими группами дошкольников в школе Ниссен. В то время семья жила не очень далеко от школы, но мальчуган всё равно умудрился опоздать к началу. Забыв постучаться, он просто влетел в кабинет, перебивая рассказ какого-то парня.       – Извините, я Кристофер Шистад, опоздал на немного, простите, могу ли я зайти? - задыхаясь и краснея от стыда прохрипел шатен.       – Да, конечно, присаживайся с Эвеном. Паренёк быстро скинул портфель со стула и продолжил рассказывать о себе. Лучи солнца попадали ему на глаза, они буквально вспыхивали голубым светом. Их можно было сравнить с двумя чистейшими сапфирами, ими хотелось любоваться, поставить в какой–нибудь огромный зал, спрятать за толстым стеклом, и не подпускать близко людей, наблюдать издалека, наслаждаясь приятным свечением. Волосы аккуратно зачёсаны назад, возможно уложены гелем, джинсовая куртка спадала с одного плеча, выставляя напоказ узоры из родинок на шее. Если присмотреться внимательнее, то казалось, что эти родинки складываются в какой-то незамысловатый узор, появлялось желание соединить эти родинки маркером и долго разгадывать скрытый смысл этого узора. Эвен часто облизывал пересохшие губы, перебирал металлические пуговицы на куртке и вздрагивал от резкого шума. Из рассказа Шистад понял, что у них были некоторые общие интересы, им было бы легко подружиться, темы для разговора находились бы с лёгкостью, время с ним пролетало бы очень быстро. Так думал наш маленький мальчик.       – Кристофер, расскажи теперь о себе, – требовательно попросила учительница. Все дети повернули голову на Криса, сверля опоздуна взглядом, но каждый дружелюбно улыбался, даря шатену немного уверенности и тепла. Их улыбки были не важны, его волновал кое–кто другой. Он чувствовал, что сапфировые глаза изучали каждый миллиметр его лица. Щёки покрывались румянцем и мысли никак не могли собраться в кучу. Кое-как шатен смог что-то рассказать, краснея, опустился на своё место.       Класс был просторный и светлый, так казалось из–за огромных окон, выходящих на школьный двор. Стены были окрашены в бежевый цвет, висящие портреты каких–то учёных, животных и непонятных бабушек вызвали у Криса лёгкие смешки. Хоть мебель в школе была новая, но парты были все изрисованы половыми органами, матными словами и номерами телефонов "легкодоступных" девятилетних девочек. Позади учительницы был большой плазменный телевизор, по слухам она на него насосала, а может и нет, но этого проверить было нельзя, да не особо нужно было. В этом городе у каждого своя жизнь и каждый вертится так, как считает правильным. Учебники английского языка ютились в старых шкафах. Эта атмосфера казалась уютной и тут хотелось проводить как можно больше времени, но хорошего понемногу. Занятие окончилось и толпа детей понеслась по коридору в поиске выхода. Самым последним из кабинета вышел Шистад. Он медленно шёл по коридорам, искал изъяны в каждом углу. Мальчик любил идеальные вещи и хотел, чтобы весь мир стал идеальным, подчинялся только ему.

***

      – А ты не из этого района?       – Не, я живу через четыре остановки отсюда, а ты?       – Почти там же, где и ты, - улыбнулся голубоглазый, заглядывая собеседнику прямо в глаза.       – Ага, классно.       – Теперь будем вместе ездить на занятия. Со мной не опоздаешь. Эвен лучезарно улыбнулся. Эта красивая улыбка затмила яркое солнце на небе и подарила лицу парня розоватый оттенок. В голубых глазах читалась искренняя радость и счастье. Но от чего? Неужели ему приятно проводить время в моей компании? В груди Шистада бегали белки, грызли его сердце, тараканы в голове щекотали своими усиками мозг парня.       – Может прогуляемся как–нибудь?       – Без проблем, Кристольд! – засмеялся собеседник.       – Отлично, до встречи, – Кристофер помахал парню рукой и вышел из автобуса.

***

To og et halvt år siden.**

      Всё не могло быть так хорошо, они оба это понимали. Найшейм взрослеет и теряет старый интерес к парню. Телефонные разговоры не таки длинные, прогулки не такие долгие, разговоры не такие искренние. Что случилось, Эвен? Ты думаешь, что я не вижу этого?

***

      Свет лампы еле освещал тетрадный лист, трясущиеся пальцы выводили каждую букву, вкладывая в написанное всю любовь, боль и некую ненависть к получателю. Ему нужно необходимо уехать. Жизнь стала не такой, как прежде. Забыться, жить, как планировал раньше. Пол года с мальчишкой предали ему уверенности, несомненно, но надо двигаться дальше, развиваться, получать полнейший кайф и не обременять себя какой-то любовью. Будет ли ему больно? Не думаю, что он серьёзно влюбился и ждал чего-то серьёзного, он должен всё понять. Ставлю последнюю точку в письме, с особой нежностью погружаю письмо в конверт и запечатываю его.

***

      Идеальная смугловатая кожа. Игривые тёмно-карие глаза, постоянный блеск которых заставлял всматриваться прямо в них, теряясь, ища ответы на все вопросы в глубине этих глаз, влюбляясь в их обладателя, отдавая ему себя без конца. Губы, похожие на силуэт молодого месяца, уголки пухлых светло-красных губ постоянно подняты вверх в неизменной улыбке, показывая белоснежные зубы. Одна его улыбка дарила тепло десяткам людей, вселяла добро и уверенность в человека, видевшего её. Острые скулы придавали лицу суровый вид. Густые тёмно–русые брови. Мягкие короткие волосы были всегда идеально уложены, светлая прядь спадала на лоб. Подтянутый парень среднего роста с уверенной, но лёгкой походкой. Говорил наш герой как-то особенно спокойно, но с таким энтузиазмом и такой бешеной подачей, что его слова заседали глубоко в голове, отзывались яркими, сочными красками, приобретая всё новые значения. Шатен имел чувство стиля, поэтому все вещи были превосходно подобраны друг к другу. Аромат, исходящий от паренька, способен вскружить голову любому, подарить пьянящее ощущение свободы, но в то же время плена. Это единственное, что осталось от старого Шистада. Весь его детский характер, доверчивость, наивность испарились, их быстро заменили ассертивность***, бдительность, грубость.

***

      В длинных пальцах парень крутит запечатанный конверт. Сердце в груди танцевало лезгинку, тараканы кусали мозг, дыхание сбилось, руки немного тряслись. Небрежно открыв конверт, Кристофер пробежался глазами по исписанному листу и принялся читать, вникая в каждое слово.

"Привет, Кристи. Я не мог придти к тебе и поговорить лично, ибо самолёт вылетит через час, вещи не собраны, я не готов морально, так что пришлось излагать свои мысли на листе бумаги максимально быстро. Мне необходимо уехать отсюда. Н а в с е г д а . Ты чертовски хороший парень, пол года с тобой были просто чудейснейшим чудом, об этом можно было только мечтать, но хорошего всегда должно быть мало, иначе нельзя. Мои планы уже ничем не изменить. Надеюсь, что ты не забудешь про меня, останешься навеки моим, найдёшь себе кого-то получше меня, иногда будешь мне писать. Мне жаль, что всё так вышло, на самом деле не хотелось такого финала. Если ты это читаешь, значит я уже далеко отсюда. От места, которое соединило нас, давало крышу над головой и прятало по макушку в любви. Хотя. Ты вообще когда–нибудь задумывался над тем, что такое любовь? Одержимость человеком, желание быть всегда рядом, бабочки внизу живота душат друг друга, голова кружится от счастья. У тебя было такое? Ответь самому себе. Надеюсь, что смог подарить тебе эти чувства и ты был по–настоящему счастлив рядом со мной. Я считаю, что возможно это даже не было любовью. Просто увлечение или что–то в этом роде. Пора заканчивать лить воду зря, от моих слащавых писем твоя ненависть ко мне не испарится, а только возрастёт. Мы больше никогда не увидимся. Всё решено. Не нужно винить себя,я просто устал. Не нужно мести. Не лей по мне слёз. Скоро всё поменяется. С наилучшими пожеланиями, Эвен."

      Показалось, что внутри что–то хрустнуло. Огонёк в глазах пропал мгновенно, губы сжались и побелели. Нахмуренные брови не предвещали ничего хорошего. Пройдясь раз десять по комнате, парень не смог сдержать себя в руках. Громко закричав, он стал колотить кулаками по стене, слёзы градом лились с глаз, стекая по красным щекам, мокрые ресницы дрожали, громкие всхлипы отражались эхом в пустой комнате. За что так с ним поступили, что он сделал не так? Вытерев лицо рукавом рубашки и посмотрев на своё опухшее красное лицо в зеркало, парень понял, что это только начало. Он справится, плюнет на всех, пойдёт только вперёд, будет самым лучшим и утрёт нос всем, кто скажет что-то не то в его адрес. "Выше нос, солнышко!"

For et år siden.****

      – Да, брат, это просто охуенная вечеринка. Я так рад, что ты снова пришёл в себя, – лучший друг хлопает Шистада по спине и мгновенно заключает его в тёплые объятия.       – Вильге-е-ельм, это уже слишком!       – Вильям, – чуть грубо сказал собеседник и поцеловал шатена в щеку, прикусив её.       – Если ты хочешь показать мне свою ненатуральность, то дай мне знать, как порвёшь с той блондинкой.       Вечеринка была в самом разгаре, музыка казалась безумно громкой и начинала уже надоедать. Люди толпились в проходе, сидели на лестнице, уединялись в маленьких комнатах. В гостиной на белом кожаном диване сидел кудрявый парень. Расширенные зрачки не могли остановиться на одном объекте, бешено стреляли то в одного парня, то в другого. Вдруг взгляд встретился с тёмными глазами, которые не хотели прерывать зрительный контакт. Парень медленно сглотнул, потихоньку отводя взгляд в сторону. В следующую секунду тело падает рядом и как бы нечаянно задевает плечо кудрявого своей рукой.       – Ой, ты тут сидишь, а я ведь даже не заметил, – ехидная улыбка. Глаза загнанного щенка оглядывают соседа снизу вверх, останавливаются на длинной шее, на которой красуется багровый засос. Поднять выше глаза парень не мог, его трясло, воздуха не хватало, непонятный страх овладел им.       – С тобой всё нормально?       –Я... Э-э-эм, Исак. Моё имя Исак, – справившись со своим страхом, парень поднимает глаза на Шистада.       – А, тут всё понятно, ты под чем–то, – усмехается шатен и продолжает, – может пойдём покурим? Без промедления парни встают и направляются к выходу. Солнце уже склонилось к горизонту, небо совершенно чистое, только вдалеке плывет маленькое облачко, закрывая собой маленькие звёзды. Легкий ветер играет с зелёными листьями деревьев, слегка колышет яркие цветы перед домом,а сейчас играется с кудрями блондинистого парня. Этот ветерок приносит приятные запахи разных цветов. Старые лавочки в парках заполнились влюбленными парами, пожилыми людьми, мамашами с колясками, компаниями парней. Слышно шум машин, самолетов, откуда–то доносились крики и смех детей. Здесь никому не было скучно. Одни гуляют на улице, общаются, другие проводят время в доме, танцуют и просто пьют. Не обронив ни слова, Исак подаёт косяк Крису и следит за его действиями. Тот затягивается и выпускает облако дыма изо рта, оно быстро поднимается вверх и теряется в густой кроне дерева.       – И как тебе эта вечеринка?       – Вполне сносно, можно подцепить доступных девушек, пообщаться с интересными людьми, послушать восхитительную музыку, оттянуться на полную катушку. От слов Вальтерсена Крис засмеялся так заразительно, что кудрявый тоже расхохотался. Шистад давно так не смеялся, это был искренний смех, которого ему не хватало. Он почувствовал себя свободным, без внутренних переживаний. Руки обхватили шею худощавого подростка, искры играли в почти чёрных глазах, томный взгляд был устремлён в туманные глаза напротив, бархатные тёплые губы Кристофера накрыли аккуратные губы Исака. Парень был уверен, что не получит отказа и оказался прав. Губы младшего паренька были слаще любого шоколада и этот вкус дурманил шатена, погружая в состояние неземного счастья , казалось, что земля уходит из–под ног. Исак коснулся руками волос своего уже любовника, а последний ещё сильнее прижимал худощавое тело к себе. Кое–как оторвавшись друг от друга, парни набрали полные лёгкие воздуха. Щёки Вальтерсена покрылись едва заметным румянцем, Шистад вёл себя как обычно.       – Это для тебя ничего не значит, да? – с какой–то обидой выдал мальчишка.       – Почему ты так решил? – нараспев произнёс парень, кладя руки на впалые щёки собеседника.       – У тебя такие поцелуи каждый день, с чего это должно что–то значить. Юноша оставил лёгкий поцелуй на губах только что говорившего паренька, уверенными движениями спустился ниже к шее и оставил небольшой багровый засос.       – Теперь ты помечен, Исак Вальтерсен. А помечен – значит мой.