Mellom to branner.

      Только за городом можно вдоволь насладиться рассветом. Край неба начинает розоветь, блёклые звёзды тихо гаснут в едва заметных облаках. Воздух ранним утром слишком чист и прохладен. Деревья на фоне светлеющего неба кажутся такими крохотными и беззащитными. Маленькие брильянты обсыпали ярко–зелёную траву. Первые лучи солнца пробежались по капоту машины, блики падали в салон, попадая на тёмные фигуры парней. Тёплый ветерок проникает в приоткрытое окно задней двери, оповещая, что природа просыпается. Просыпаются птицы. Просыпается Осло. Запах кофе быстро разнёсся по салону, тёплый плед приятно колет подбородок, тихая музыка придаёт этому утру некую романтику. Парень среднего роста вышел из машины, протянув руку своему спутнику. Кудрявый удобно расположился на капоте, обвивая талию любимого тощими ногами. Блондинистые кудри лезли в глаза, торчали в разные стороны, одежда, которая была на два размера больше, просто висела на худом теле мешком, плед накрывал обоих с головой. Двое прикасались лбами друг к другу. Сердце билось так, словно по нему пропустили заряд тока и с каждой секундой билось ещё быстрее, готовое выскочить из груди. Сильные руки обнимали мальчонку, который просто таял в этих объятьях, терялся в пространстве, во времени, терял разум от физической близости. Шатен занял все мысли, поселился в сердце паренька, никого к нему не подпускал. Неловкую тишину прервал до боли любимый голос.       – Теперь я достаточно романтичный?       – Закрепи романтичность романтичным поцелуем, – произносит блондинистый с лёгкой ухмылкой. Шистад приник к губам мальчишки, заключив их в самый нежный поцелуй, в который он вложил всю любовь, страсть и чувства к этому школьнику. Удар по спине привёл его в чувства.       – Очень романтично умереть от поцелуев, но давай не сегодня.       – Прости, я просто задумался.       – Спасибо за это прекрасное утро, но думаю, что уже пора домой.

***

      Кажется, что у парня раздвоение личности. Нельзя с утра быть романтичной душкой, а вечером превратиться в хама и грубияна, но именно это цепляло Исака. Утром нежность в движениях, любовь в глазах, чувственность в поцелуях, ближе к вечеру животная страсть, грубость, бешеный напор. Шистад сводил с ума всех и каждого, пропадал ночами, но никогда не терялся в толпе. Такого эффектного юношу заметит и потный мужик при деньгах, и старая барышня в мехах. Все хотели овладеть таким сокровищем, побыть с ним хоть одну ночь, получать его горячие поцелуи, сильные объятия, чувствовать дурманящий запах, смотреть в бездонные глаза, но этот экспонат принадлежал Исаку Вальтерсену. Или всё–таки Эвену Бэк Найшейму? Сейчас шатен не думал об этом. Музыка проникала в каждый уголок тела Криса, обволакивала его, заставляла двигаться точно в такт, соблазнять всех присутствующих своими движениями, доводить их до экстаза. Каждый второй, кто видел манипуляции на танцполе, хотел мальчишку, раздевал его взглядом, мысленно ласкал грязными губами, лапал грубыми ручищами. Крис считал клубы и вечеринки своим вторым домом, ведь именно там он мог быть самим собой. Ему не нужно было прикреплять маску романтика или грубияна, подбирать слова, чтобы не обидеть кого–то, строить глазки, нет, все и так видели в нём идеал.       – Крошка, – слишком знакомый голос шепчет на ухо, обжигая горячим дыханием мочки, – давай сбежим с этого крысятника. Я покажу тебе то, чего ты никогда не видел, подарю тебе новые ощущения, расскажу о неизведанном удовольствии. В нос ударил сладкий запах мужского парфюма, от которого хотелось чихать, но одновременно этот запах манил за собой. Большие ладони легли на торс, горячее дыхание обжигало шею, по телу бегал табун мурашек.       – Как может старый знакомый подарить мне что–то новое? – еле двигая языком, произносит шатен.       – Пошли и ты всё узнаешь. Голубоглазый подхватывает подростка на руки, закидывает его на плечо, пробирается к выходу, почти безжизненное тело болтается на широком плече, иногда стучит кулаками по спине, но всё безрезультатно. Свежий воздух ударяет в ноздри, мозг немного начинает соображать. Эвен выкрал парнишку из клуба, тащит его в какую–то машину и повезёт незнамо куда? Да, именно это сейчас и происходит. Подростка сажают в дорогой автомобиль, на водительское сидение садится его старая любовь.       – А куда мы поедем, к тебе или ко мне? Или ты хочешь завести меня в лес, изнасиловать и убить? – интересуется шатен, облизывая пересохшие губы.       – У тебя дома твой любимый Исак, у меня дома, э-э-э, – замялся Эвен, – у меня дома ремонт. Хорошая идея с лесом, но не сегодня.       – Тогда едем в отель. И закажи еды, а то я тебя съем, сладкий.       Машина петляла по дороге, выезжала на встречную полосу, тормозила и вновь резко набирала скорость. Пьяная тушка взгромоздилась на водителя, смеялась в полный голос, творила непонятно что.       – Вдавливай в пол, я тебя хочу, – медленно произносит Шитад.

***

      Просторный номер с огромной двуспальной кроватью, на которой уже лежал пьяный Крис, окна от пола до потолка, несколько картин на стене.       – Жрать.       – Давай свой телефон, я закажу тебе еды. Парень перевернулся на живот, выставляя зад.       – Вытаскивай. Телефон в руке. Шлепок. Довольная рожа утыкается в подушку. From Chris to Isak (01:05): Принцесса, я домой сегодня не приеду, останусь у Вилли, надо порешать дела, спокойной ночи! Голубые глаза изучали телефонную книгу Шистада, ища нужный номер. Где этот чёртов Магнуссон? Вильде, Викки, Викториан, кто все эти люди? Ах, вот он. From Chris to Magnusson (01:10): Вилл, привет, если что, отмажь меня перед Исаком, у меня тут наметилась одна вечеринка, завтра всё объясню. From Magnusson to Chris (01:15): Я просил тебя никогда не называть меня Виллом, сукин ты сын. Где вечеринка, я уже собираюсь, пиши адрес я сейчас приеду. Неловкая ситуация. From Isak to Chris (01:17): Как обычно, хорошо, спокойной ночи, я люблю тебя. Голубые глаза стали темнее, зубы сжались, издавая скрипящий звук. Кто–то любит мою собственность? Так дело не пойдёт. Телефон летит в стену. Голубоглазый набрасывается на беззащитное тело Криса, небрежно стаскивает с него майку, на голом теле оставляет яркие и большие засосы. Опьянение как рукой сняло.       – Ты что, блять, творишь, уйди, не трогай меня, – завопил шатен, отталкивая ногами Эвена.       – Шистад, давай уедем. Я заберу тебя, нам больше никто не помешает. Только ты и я, навсегда. Старший парень хватает руки младшего, прижимает их к своим щекам, обсыпает каждый палец поцелуями, касается кончиком языка свежих болячек на костяшках.       – Куда мы поедем? Огонёк надежды блеснул в глазах Найшейма.

***

Imogen Heap – Hide And Seek       Уютная комната в светло–бежевых тонах, на потолке красуется звёздное небо. Из большого окна сквозь прозрачные шторы льётся много солнечного света. Недалеко от окна стоит маленький журнальный столик, на котором ютятся глянцевые журналы, научные книги, блокноты и ваза с искусственными цветами. Большой кожаный диван, словно король, стоит в самой середине комнаты. Чего только не повидал этот диван. На нём и трахались, на него и блевали, на нём расставались, сходились, его резали, на него плевали, но он стойко выдерживал всё это. Сейчас на нём сидят два ничем не примечательных парня. Один что–то возбуждённо рассказывает, машет руками, подпрыгивает, а другой смотрит в одну точку и даже не моргает.       – Исак, ты вообще меня слушаешь?!       – Да.       – И что я сказал две минуты назад?       – Ладно, я тебя не слушал, доволен? Рыжий тяжело вздохнул, прижимая кудряшку к себе.       – Расскажи мне, что происходит.       – Ты же знаешь, что Крис сейчас тусуется со своим бывшим, который бросил его около двух или трёх лет назад?       – Этот тот сексуальный, высокий, привлекательный парень? – мечтательно сказал Эскиль. Исак наигранно закатил глаза, отворачиваясь от рыжего гуру.       – Проблема в том, что он уже второй день пропадает и я не могу ему дозвониться.       – Нагуляется и придёт, такое в первый раз что ли.       – Твои способности гуру улетучились, удачного вечера.       Расстроенный мальчуган поднимается в свою комнату, не давая рыжику даже придумать оправдание.

***

På kvelden samme dag.*

      Двор огорожен белым низким забором, чтобы посторонние люди не влезали на территорию дома, но этим правилом всегда и все пренебрегали. Около заборчика расположены клумбы, в которые Эскиль заботливо посадил различные цветы, которые ему привезла мать: розы, тюльпаны, лилии. Большой фонарь светит прямо на белое крыльцо, где располагается небольшой диванчик, рассчитанный для милых вечерних посиделок. Сейчас тут очень тихо, но кто мог бы подумать, что день назад на этом крыльце было месиво из пьяных подростков, кучи пустых бутылок и непонятные шмотки. На крылечко медленными шагами поднимается парень, прятавший в куртке бутылку спиртного. Звонок в дверь, через секунд пять дверь распахивается.       – Ох, какие люди! – артистично прикрыв ладонью глаз, пищит Эскиль, – я сейчас позову крошку, вам надо обязательно поговорить!       – Стой, я пришёл к тебе. Парень бросает на гостя удивлённый взгляд, но гнев быстро меняется на милость, когда в руках оказывается любимый вишнёвый ликёр.       – А ты знал, сукин сын, как меня задобрить. Пройдёшь?       – Нет, через 10 минут я буду ждать тебя за углом, поторопись и сильно не красься, я такое не люблю. Исак наблюдал за удаляющимся силуэтом парня со второго этажа. Это тот, о ком он думал или просто похожий на него парень? Каждые десять минут Вальтерсен проверял телефон, ожидал сообщения от Шистада, который как на зло не давал о себе знать. Что с ним? Может он умер? Разлюбил? От таких мыслей на зелёных детских глазах наворачивались слёзы.       – Кудряшка, я отпишусь, как поеду домой! Уже скучаю и люблю! Вечно радостный голос Эскиля не давал никому унывать. Этот парень был похож на солнышко, россыпь золотых веснушек на овальном лице, копна рыжих волос, блестящие голубые глаза, пленяющая улыбка. В такого невозможно было не влюбиться.       Дверь авто громко захлопывается.       – Ты, блять, холодильником что ли хлопаешь? – рыкнул Пенетратор.       – Малыш, если тебе нужна от меня помощь, то будь, пожалуйста, повежливее.       В салоне пахло алкоголем, что немного волновало рыжего. Тишина давила на уши, её рушил только звук мотора и тяжёлое дыхание шатена.       – Да, мне нужна помощь. Я не знаю, как мне поступать, меня всего ломает изнутри, Эскиль. Ты же лучший друг Исака, расскажи мне, как он сейчас, что с ним происходит?       – Кудряшка почти не выходит из своей комнаты, смотрит сопливые фильмы про любовь, пьёт, не ходит в школу. Напоминает кого–то, да?       – Есть немного, – сквозь боль прошипел водитель, – мой бывший парень зовёт меня в Лондон, хочет всё вернуть.       – Так, мне нужно сказать Исаку, что ты от него уходишь? Да, я сделаю это прямо сейчас. Резко по тормозам, пассажир вписывается лбом в лобовое стекло. На него устремлен безразличный взгляд чёрных глаз, пальцы сжали руль так сильно, что костяшки побелели. В гневе человек может заплакать от безысходности, кричать на окружающих, стучать по столу со нахмуренными бровями. Когда человек разочарован, то он чаще всего безмолвен, вялый, взгляд устремлён очень далеко, за пределы этой чёртовой планеты и всей Вселенной, его полностью поглощает бессилие, отчаяние, апатия. В чёрных глазах, которыми так любил любоваться кудрявый парень, сейчас пылала нескончаемая ненависть ко всему живому. Если бы к этим глазам подставили спичку, то она бы загорелась.       – Шистад, отвези меня домой, я не хочу с тобой разговаривать, я тебя боюсь! – взмолился юноша на пассажирском сидении.       Всегда идеально спокойный Крис, потеряв власть над собой и своими эмоциями, склонился к рулю и зарыдал.       – Я люблю его, понимаешь? Бывают люди, с которыми не хочется расставаться даже на секунду. Они как наркотик: чем больше их узнаёшь и проводишь с ними времени, тем меньше шансов отвыкнуть от этого. В таких людях хочется раствориться до конца, их хочется завоёвывать, удивлять, радовать. Их очень мало, но я нашёл такого человека в Исаке. Он пленил моё сердце, поселился там, потерял от сердца ключи и не хочет оттуда выходить, – переходя на крик трещал Пенетратор, – Но ещё есть Найшейм. Я его любил когда–то, но не так сильно, как люблю этого кудрявого. Эвен – человек, в которого я влюбился с первого взгляда, словно безумный, но у нас с ним было только общение. Много чего было с ним: случайные встречи в клубах, его полупьяное "люблю". А потом он исчез, испарился. Кое–как забыл. И вот спустя два года полного затишья встречаю его в автомастерской. Что–то вспыхнуло в груди, но ненадолго. Эти его лживые слова о любви, ласки, взгляд алмазных глаз, блять, как меня это бесит. Я его просто ненавижу. Пару дней назад он предложил мне уехать, просто собрать вещи и сбежать от этого всего. Мне это не нужно, но что–то очень глубоко в груди шепчет мне, что я должен собирать шмотьё, бежать в тот грязный район и улетать с этим парнем. Эскиль, что мне делать?       Гробовая тишина. Редкие всхлипы шатена рвали сердце веснушачатого на мелкие Эскильтинки, руки сами потянулись к этому беззащитному комку боли.       – Ты не хочешь причинить боль Исаку, – гладя широкую спину парня, начал попутчик, – потому что любишь его. Тебе нужно остаться именно с человеком, который дарит радость каждый день, ради которого ты будешь меняться в лучшую сторону. Оставь прошлое, малыш, оно никому не нужно, от него только хуже. Покажи Эвену, что он тебе не нужен. Он на самом деле для тебя ничего не значит, ты сам это прекрасно знаешь.       – Нужно срочно написать Исаку, – судорожно повторял парень, оглядываясь, и снова пряча заплаканное лицо в плечо друга. Яркий свет экрана ударил в глаза, пелена слёз не давала нормально напечатать текст, пальцы тряслись.       – Давай я всё сделаю сам, а ты выпей, – заменяя телефон бутылкой, шепнул Тригвассон.       Несколько минут быстрых ударов по клавиатуре телефона, пару матюков и оп, послание для любимого готово.       – Теперь поехали к тебе, папочка Эскиль сделает из тебя конфетку, возьмёт номерок Найшейма и уладит все проблемы. Худая рука сделала музыку громче.       – Это Бритни Спирс, сучка, – крикнул в открытой окно парень, похожий на солнышко.

From Chris to Isak(22:59): Не знаю, простишь ли меня, ведь мой неожиданный съёб ранил твою детскую душу, наполнил до боли любимые зелёные глаза слезами, а огромное сердце – печалью. Если ты меня не простишь, то я буду ночевать под твой кроватью, каждое утро петь серенады под твоим окном, преследовать тебя везде, так что лучше забудь свои обиды. Тысячу раз готов просить у тебя прощение, хочу сделать это лично, поэтому готовь свою тощую жопу, я прибуду ровно в час. <3

"На что я подписался?" – мелькнуло в голове у шатена.