Знакомство с родителем

      — Ах-х… ах, Чанёль, ах-х, пожалуйста, — сдавленно стонал Бэкхён и из последних сил держался за край стола, сосредоточив всё своё внимание на широкой ладони, надрачивающей его член. Капельки смазки давно были размазаны на аккуратном члене, отчего плоть блестела в свете настенных бра. Чанёль прижался крепкой грудью к чужой спине и надавил пальцами на вишнёвую головку, срывая с опухших губ громкий стон. Водя свободной ладонью по впалому животу, мужчина одаривал бледную шейку поцелуями, нежно касался губами алебастровой кожи, точно ощущая во рту вкус мёда. Сладкий мальчик попался в плен шоколадных глаз и очаровательной улыбки, перед этим успев соблазнить похитителя своего рассудка пунцовыми щечками и юрким язычком, что постоянно облизывал мягкие губки от волнения.       — Тише, маленький, — нашёптывал Чанёль в красное ушко, покусывая хрящик, когда парень выкрикнул что-то нечленораздельное своим прекраснейшим тонким голоском. Он провёл большим пальцем по уретре, легонько надавливая и обводя крайнюю плоть. — Почти всё… Да-а, молодец, — доведя Бэка до оргазма и оставив очередной поцелуй за ушком, Чанёль победно выдохнул, подбирая с кухонного стола бумажные полотенца. Вытерев ладони от чужой спермы, Пак принялся помогать своему парню. Присев на корточки, мужчина аккуратно водил по мягкой коже, собирая капельки семени в слегка помятые салфетки, каждый раз целуя чистый участок бёдер. Натянув на попу Бэкхёна боксеры, перед этим чмокнув того в ямочку на пояснице, Чанёль также помог ему с брюками, не отказывая себе в удовольствие пощупать парнишку везде.       Чан прибирался на кухне и в гостиной после недавних посиделок, а Бэкхён пытался отдышаться. Сердцебиение пришло в норму, и голова перестала ходить кругом. Кожа запомнила каждый поцелуй, каждое прикосновение рук и заинтересованный взгляд; Бэкхён буквально сходил с ума от переизбытка ощущений. «Такого… никогда ещё не было…», — прошептал одними губами Бэк, внимательно рассматривая спину и руки Чанёля. «Хочется… попробовать… Хочется ещё…», — смутившись от собственных мыслей, Бён попытался встать со стула, любезно подставленного под его попку Паком, но обратно упал на насиженное место, больно ударившись пятой точкой.       — Аккуратнее, Бэкхён, — отвлекаясь от мытья посуды и поглядывая на Бэка из-за плеча, проговорил Чанёль.       Пак встряхнул руками, сбрасывая лишние капли воды, и присел на корточки перед Бэком. Миниатюрная, даже ювелирная ладошка поместилась в чужую, мозолистую, слегка огрубевшую. Мягко массажируя пальчики, Чанёль любовался покрасневшими щеками и ушками, замечая, что парень слишком часто краснеет. Бэкхён, ещё больше смутившись от такого пристального, но тёплого взгляда, хотел уже убрать руку, но чужие горячие губы помешали это сделать, оставив поцелуй на тыльной стороне его ладошки. После каждый пальчик был поцелован, и когда своей очереди дожидались губы, мужчин отвлёк голос и цоканье шпилек по паркету:       — Папа! Бэкхён ещё не ушёл?!

***

      Бэкхёна слегка потряхивало, а в голове крутились мысли о том, что он всё испортит. Он стоял перед стальной дверью, за которой находилась его любимая. С Тэён Бэк начал встречаться с ноября прошлого года. С тех пор прошло целых одиннадцать месяцев и двадцать девять дней. И завтра молодая пара должна отмечать свой первый год, которых, Бэкхён надеется, будет еще двадцать. И желательно именно с Пак Тэён, его первой любовью. А встретились они на первом курсе обучения в университете.       В дверь аудитории постучали и по рядам прошлись шепотки. После разрешения профессора в класс зашла миниатюрная девушка в красивом пышном платье, но уж очень коротком. Она извинилась за опоздание, ссылаясь на то, что заблудилась и никак не могла найти нужную аудиторию. Её попросили сесть на свободное место, а находилось оно рядом с розовощеким из-за смущения Бэкхёном. «Какая красивая!», — восхищался парень, засматриваясь на скромную улыбку девушки. А когда та пошла в его сторону и спустя мгновенье выкладывала из сумки тетради, только и мог слюнки рукавом подтирать, наслаждаясь фруктовым парфюмом девушки.       Кто же знал, что спустя какой-то месяц Тэён, так звали предмет воздыхания Бэка, проговорится своей подружке о своей симпатии к нему, а тот, по чистой случайности, подслушает это, прячась в кабинке женского туалета. Долго мучился Бэкки, но ещё спустя полтора месяца он счастливый ходил с Тэён за ручку, и дарил быстрые поцелуи в щёку, пока никто не видел.       Робко постучав в дверь, Бэк поправлял рукава осеннего пуховика и ждал, пока ему откроют дверь. Спустя минуту послышался приятный басистый смех, доносившийся из недр квартиры, а после замок несколько раз щёлкнул, и дверь бесшумно открылась.       — Чёрт, — пискнул Бэкхён, заливаясь краской. Перед ним стоял высокий мужчина. На его ногах идеально сидели строгие зауженные брюки чёрного цвета. Широкие плечи облегала белая приталенная рубашка, благодаря чему заметные кубики пресса не остались без внимания обескураженного взгляда Бэкхёна. Крепкая грудь вздымалась с каждым вдохом и выдохом, и воздух показался совсем спертым и пыльным. Подвёрнутые рукава рубашки не скрывали крепких предплечий, на одном из которых находилась татуировка из ломаных линий. Запястье левой руки окольцовывал серебряный браслет, а правой — ролексы из белого золота. Бэкхён поднял взгляд чуть выше и приоткрыл рот, находясь в шоковом состоянии. Смуглая кожа словно бы натянута на жилистую шею. Парень макушкой чувствовал заинтересованный взгляд, что и пугало, от чего хотелось бежать. Но он, как будто им кто-то управлял, боязливо посмотрел мужчине в глаза.       — Чёрт… — кофейные, практически черные, с расширенными зрачками глаза смотрели точно на Бэкхёна. Каждый участок тела загорался синим пламенем, когда мужчина пробегался по ним взглядом.       Бэкхён плохо помнил, как оказался внутри квартиры, как Тэён обняла его за шею и чмокнула в щёку. Но отчетливо помнил пылающее вожделение в глазах мужчины.       Схватив парня под руку, Тэён ещё что-то лепетала, пока Бэк, щеки которого пылали румянцем пуще прежнего, невидящим взглядом смотрел на стену. «Черные завиточки очень гармонично смотрятся на серых обоях», — думал парень, чтобы как-то отвлечься от насмешливой ухмылки мужчины, что облокотился о стену, сложив руки на груди.       — Бэкки, ты меня слышишь? — мило улыбнулась девушка, трогая горячий лоб своего парня прохладной ладошкой. Её отец хмыкнул и подошёл к Бэкхёну, протягивая тому ладонь для «закрепления» знакомства.       — Пак Чанёль, отец Тэён, — пробасил тот и улыбнулся, ожидая ответной реакции от Бэкхёна.       — Бён Бэкхён… — пропищал Бэк и ударил себя по лбу. Кто как не он мог чертыхаться при отце своей девушки в первую встречу?! — Простите! — выкрикнул он, кланяясь в девяносто градусов, а после пожал всё ещё вытянутую ладонь. Кончики ушек заалели, ибо… руки отца Тэён намного теплее, чем её. Это… приятно… и очень смущает.       — А он забавный, — засунув руки в карманы, вынес свой вердикт Чанёль. — Проводи его в гостиную, а я проверю мясо в духовке, — обратился к своей дочери Пак. — Бэкхён, ты пьёшь вино? И давай без формальностей, ладно?       Бэк кивнул и улыбнулся, радуясь тому, что отец его… любимой… так хорошо его принял, несмотря на его, мягко говоря, глупость.       — Папа, но Бэкхён не пьёт! Да, Бэкхён~щи? — раздраженно залепетала Тэён, чуть ли не топая ногами.       Мужчина цокнул языком, а Бэкхён закатил глаза.       — Можно красное полусухое? — робко попросил парень, на что Чанёль одобрительно хохотнул и скрылся за углом, направившись на кухню, постукивая по дубовому паркету каблуками кожаных туфель.

***

      Вечер протекал плавно, сопровождаемый сдержанным смехом двух мужчин, быстро нашедших темы для разговоров. Иногда случались конфузы, например, Бэкхён мог отвлечься на узловатые пальцы, между которыми крепко были зажаты столовые приборы. Или на губы с едва заметной капелькой жира, которую вскоре слизывали кончиком языка. А один раз он чуть не застонал, когда Чанёль решил открыть бутылку вина. Мышцы на руках напряглись, и на тыльных сторонах ладоней отчетливо выделялись переплеты вен. Каждый раз Тэён толкала его в бок и шипела о собранности. Она тоже немало волновалась, ведь знакомит любимого человека с другим очень любимым человеком, со своим отцом.       Зацепив палочками кусочек говядины, Бэкхён поднёс его к губам и перед тем, как положить сочную буквально тающую во рту еду, облизнул губы розовеньким язычком. Чанёль сидел напротив парня, наблюдал за каждым действием, восхищаясь этим парнем. От длинных пальчиков до пушистых ресниц; от медовых глаз до алых губок; от женственных бёдер до хрупких плечиков, которые изредка подрагивали из-за красноречивого взгляда Чанёля, — парень идеален во всём. Хотел ли его Чанёль? Определённо. Считал ли он, что это неправильно? Нет. Бэкхён влёк его своей чистотой. Им хотелось овладеть, сделать своим. И даже дочь не могла помешать неким планам своего отца.       Бэк уже дожевывал третий кусочек, когда у Тэён зазвонил телефон и она, извинившись, покинула гостиную. Неловкость тот час же стеной выросла между Чанёлем и Бэкхёном. Оба не знали о чём говорить, лишь изредка обменивались смущенными взглядами. «Может, стоит похвалить еду?», — думал Бэкхён, желая прикоснуться пальцами к щетинистой, наверняка колючей щеке. «Спросить, нравится ли ему еда?», — так же думал Пак, желая разгладить образовавшуюся морщинку на чужом хмуром лобике.       — Вкусно!       — Вкусно?       Бэкхён едва ли не хрюкнул от смеха и заметил, что губы Чанёля растянуты в едва заметной, но глупой улыбке. Откинувшись на спинку стула, Чан положил ладонь на собственное бедро, поглаживая. У них ещё минут двадцать времени, пока не вернётся Тэён, наговорившись с подружками по телефону.       — Вы вкусно готовите, — хмельной голосок звучал в разы счастливее.       — Ты, — исправил его мужчина, продолжая поглаживать бедро, едва касаясь члена через ткань брюк. — Мы же договорились на ты, — улыбнулся, чувствуя как кровь приливает к половому органу. Свободной рукой расстегнул верхнюю пуговичку на рубашке, освобождая шею от натирающего воротника. Можно было разглядеть ещё одну татуировку в виде черной розы, располагавшуюся на сгибе шеи.       Бэкхён покраснел и, извинившись, спрятал робкую улыбку в бокале с вином. Он сделал несколько глотков, но был вынужден оторваться от очень вкусного вина, чувствуя струйку красной жидкости на подбородке. Опять всё испортил! Схватив со стола тканевую салфетку, Бэкхён принялся вытирать запачкавшиеся рубашку и штаны, изредка облизывая губы, собирая капельки вина языком.       Чанёль, наблюдавший за всем со стороны, громко сглотнул. Аппетитнее любого блюда. Да еще и под винным соусом. Поднявшись со своего стула и скрипнув им по паркету, Чанёль подлетел к парню, перехватывая его запястья. Испуганный Бэкхён приподнял голову, встречаясь с горящими безумием глазами. Отпустив уже покрасневшую руку Бёна, Чанёль закрепил его голову в таком положение, сжав пальцами подбородок, и облизнулся.       — Такой неуклюжий, — томно прошептал он и одарил уголок чужих губ нежным поцелуем.       Прикрыв глаза, Чанёль отпрянул от парня, чтобы снова поцеловать. На этот раз в губы. Пак ласкал нижнюю губу Бэкхёна, пока последний не спешил отвечать на ласки. Но когда её, губу, стали посасывать, иногда кусая, Бэкхён прикрыл глаза, несмело дотрагиваясь ладошкой до чанёлевской шеи. Осторожно двигая своими губами навстречу более мягким и тёплым, Бэк замычал. Тепло, исходящее от мужского тела, будоражило кровь в жилах, и Бён почувствовал, как напрягается его член. Однако более важную роль играли губы и язык, норовящий попасть в чужой рот. Податливо приоткрыв губы, парень тихонько заскулил и прижался к мужчине, сжимая пальчиками ворот его рубашки.       Пак прервал поцелуй и рухнул на соседний от Бэкхёна стул, на котором сидела Тэён. Чанёль усмехнулся, заметив небольшой бугорок на брюках младшего. Возбудился от одного поцелуя, а что будет, если они займутся сексом? Носик, покрасневший от алкоголя, едва слышно шмыгал. Так стыдно Бэкхёну ещё никогда не было. Мгновение спустя он почувствовал чужую ладонь на щеке, а после и влажные от недавнего поцелуя губы на красной щёчке.       — Не смущайся ты так, — улыбнулся мужчина.       Минутное молчание прервала девушка, забежавшая в комнату.       — Бэкхён, мне нужно отойти. Сане нужна моя помощь, — Тэён обняла своего парня со спины, повиснув на нём словно обезьянка. — Не скучайте, я скоро вернусь! — и скрылась в коридоре.       Бэкхён нервно сглотнул. Что ему теперь делать? Девушка может бросить, узнай она об этом инциденте, а её отец…       А отец у неё очень притягательный, что даже стопроцентный натурал чуть не отдался ему. А это бы и случилось, не остановись они тогда. Шумно выдохнув ртом, Бэкхён встал из-за стола, желая прогуляться до балкона. А, возможно, и с него.       Услышав со стороны мужчины смешок, Бён перевёл на него взгляд полный недоумения. Тот кивнул ему на его пах, как оказалось позже, находившийся в слегка стоящем состоянии. Бэкхёну резко захотелось плакать и он, сев обратно, спрятал красное лицо в ладошках.       — Тебе, может, разрядка нужна? Я могу помочь, — предложил Чанёль и положил свою ладонь на коленку Бэкхёна.

***

      — Блять, — Бэкхён со страхом глянул на дверь и ругнулся. Это конец. Тэён не простит, так ещё и опозорит перед университетом! Да его же засмеют!       Парень подорвался со своего места и ринулся в сторону двери, но крепкие руки не позволили ему это сделать. Чанёль, прижимая парня спиной к своей груди, свободной ладонью прикрыл его рот, чтобы тот не шумел. Лишние проблемы им не нужны.       — Эм-м, думаю, он в ванной. Пошёл руки мыть, — Чанёль говорил спокойно, покачивая содрогающегося в его руках Бэкхёна из стороны в сторону, успокаивая. Но и ему было беспокойно: не хотелось, чтобы дочь его возненавидела.       — О, ладно. Скажешь ему, чтобы зашёл ко мне в комнату? — кричали за дверью, не входя на кухню. Так даже лучше.       — Угу, — ответил мужчина, отпуская Бёна из объятий.       Бэкхён принялся разглаживать помятую рубашку, заправляя ее в брюки. Страшно настолько, что парень стал икать. Он молился, чтобы ничего не произошло, пока он будет идти до входной двери. Возможно, случайно упадёт на член своего будущего тестя. И такое может случиться, в особенности с таким неудачником.       — Засиделся я у Вас, — Бэк не заметил, как перешёл на формальную речь. — До свидания, — он чуть ли не выбежал из кухни, громко хлопая двустворчатыми дверьми.       — Увидимся ещё.