Она -воровка, он - наемник-убийца...

      Какая же она дура! Он живой!!! Человек жив! Пока она боролась с ненужными мыслями, сомнениями, все это время он был без сознания, нуждался в помощи! Что делать?! Как ему помочь? — Захарра лихорадочно соображала. Теперь главной ее задачей было сделать все возможное, чтобы помочь ему.       "Нужно положить его так, чтобы его мышцы были расслаблены", — девушка ненадолго задумалась, затем вскочила и побежала во вторую комнату. Если перетащить его на поддоны, получится что-то наподобие кровати. Гора деревянной рухляди в темноте была похожа на гигантский скалистый холм, но Захаре сейчас было не до ассоциаций. Она бегло оглядела всю эту груду и вытащила два довольно увесистых поддона. Перетащив их один за другим в последнюю комнату, она поставила их рядом, и принялась осторожно перекладывать парня. Это оказалось не так просто, как может показаться на первый взгляд: при том, что она старалась действовать очень осторожно, человек был слишком тяжелым для хрупкой девушки.       Спустя минуту напряженного пыхтения, парень лежал на поддонах. Физически тяжелая работа была завершена. Но самое сложное впереди. Захарра догадывалась, что ей нужно обработать рану. Но она, воровка выросшая практически на улице, не знала как это сделать. Конечно, ей доводилось промывать мелкие порезы и ссадины, но не более.       Девушка устроилась так, чтобы не загораживать собой тусклый свет, который проникал через отверстия в досках, и дрожащими руками стала расстегивать одежду раненого. Легкая куртка, пуговицы на рваной рубашке... Вся одежда была в крови. Ткань темная и влажная, пахнет железом. От этого запаха у девушки слегка кружится голова, но она продолжает работать. Расстегнув последнюю пуговицу, девушка застыла: глубокая рана находилась слева, чуть ниже живота. Такую мог оставить хорошо заточенный клинок.       Захару передернуло, когда она представила, как лезвие прорезает плоть, и что при этом чувствует жертва. Девушку посетила мысль, что, если бы к ее приходу человек был бы уже мертв, ей было бы легче. Не пришлось лихорадочно думать, как обработать рану.       Мотнув головой, она прогнала эту мысль: одно из главных правил вора — не бросать людей, таких же как ты, которым не сладко живется, или попавшим в трудное положение. Она сама в детстве была спасена подобным способом: маленькая девочка, оставшаяся без родителей и дома, оставленная на улице, была принята в гильдию воров и обрела новую семью.       Оторвавшись от рассматривания запекшейся крови, девушка встала, взяла свой рюкзак, валявшийся в углу и вернулась к незнакомцу. Из довольно объемистой сумки она достала большую бутыль со спиртным, ту самую, что украла сегодня днем, и из-за которой за ней погнались. В алкоголе содержится спирт, значит этим можно обеззаразить рану.       Трясущимися пальцами Захарра сняла обертку с горлышка и вынула пробку. Эта бутылка виски стоила немало на черном рынке, и дед Ларош, уважаемый и авторитетный член гильдии, говорил, что этот товар принесет неплохую выгоду для всех согильдийцев. "Но что может быть дороже человеческой жизни?" — думала девушка, оправдывая свои действия. "Уверена, Ларош одобрил бы мой выбор".       Захарра знала, что от ее действий зависит жизнь человека. Но именно это знание добавляло неуверенности в каждую ее мысль и действие. Чувство слишком большой ответственности примешивалось к чувству страха и какой-то одинокой, давящей и пустой неизбежности, но девушка старалась отогнать все эти ощущения подальше, за темный дверной проем, из этого дома... Сейчас у нее была важная задача.       Захарра была предельно напряжена. От старших девушка слышала, что алкоголь прибавляет смелости. Но она сама, в свои двадцать четыре года, ни разу его не пробовала. Решив, что смелость ей не помешает, а ждать больше нет времени, девушка сделала большой глоток из горла.       И тут же об этом сильно пожалела. Легкий шоколадный запах виски совсем не был похож на вкус. От крепкого напитка перехватило дыхание и обожгло все внутри. Девушке показалось, что она проглотила жидкий огонь. Из глаз полились слезы, и ей пришлось сделать с десяток глубоких вдохов, чтобы восстановить доступ кислорода к своим легким.       Очень надеясь, что не переборщила с количеством и зная, что больше никогда в жизни она не возьмет в рот подобную жидкость, она достала из рюкзака платок и, смочив его содержимым бутыли, принялась кое-как, неумело, обрабатывать края раны.       Когда с этим было покончено, девушка также прочистила рану на плече. Она не была такой страшной и глубокой как на животе, но, скорее всего, у парня были повреждены какие-нибудь мышцы.       Она мысленно попросила прощения у парня. Ей даже не хотелось представлять, какую боль ему причинили и эти раны и то, как она их обрабатывает. Но, скорее всего, он был в глубоком беспамятстве, потому что, хоть дыхание и было неровным и прерывистым, ни один мускул на его лице не дрогнул. Захарра сделала все, что было в ее силах и искренне надеялась, что парню станет лучше.       Девушка устало вздохнула. Теперь нужно было сделать так, чтобы он не замерз. Хоть летние ночи и были теплыми, девушка знала, что температура тела у незнакомца понижена: его кожа была гораздо холоднее, чем у Захарры.       Девушка снова взяла рюкзак и на этот раз достала плащ, туго свернутый, чтобы занимал как можно меньше места. В этой сумке был типичный "набор вора" — вещи первой необходимости. Среди них был теплый плащ, моток веревки, складной ножичек и спички, — все это часто пригождается, если ты действуешь по ту сторону закона.       Захарра накрыла мужчину плащом и вышла на улицу: ей необходим был свежий воздух, а ее глазам и мыслям нужно было отдохнуть.       "Ну и что же теперь делать? Ждать, пока он придет в себя? А долго ли это? Не будут ли за меня волноваться?" — девушка не знала что ей делать дальше. Она могла оставить парня здесь одного и сходить в гильдию за помощью. Но идти было далеко: на другой конец города и, вдобавок к этому, она боялась оставлять его одного.       Казалось, за этот долгий день в ее жизни многое поменялось. Захарра почувствовала ответственность за другого человека и свои действия. Конечно, этот опыт многого стоил. Теперь девушка знала, что если бы она не осталась, а ушла, испугавшись, то всю жизнь ругала бы себя за это.       На ночном воздухе девушка быстро успокоилась и даже практически перестала бояться. Ее мысли медленно стали отступать куда-то на второй план. "Может, это действие алкоголя?" Ее потянуло в сон. И даже ситуация, с которой она столкнулась, перестала ей казаться такой стрессовой. Захарра, снова зайдя в дом, подложила рюкзак под голову и заснула.       Старый деревянный дом стоял в конце улицы, на краю большого пустыря, заросшего сохнущей травой, под огромным, по-летнему звездным небом. Никто давно уже не обращает на него внимания, и даже трудно представить, что это место может стать прибежищем для двух людей, пока что не знакомых друг с другом, но таких похожих.