Она -воровка, он - наемник-убийца...

      Захарра проснулась, от того, что ее тело затекло от лежания на жестком полу. В комнате было темно. Девушке понадобилось некоторое время, чтобы сориентироваться в пространстве. Когда глаза привыкли к темноте, и она различила темный дверной проем и очертания заколоченного окна, она встала и подошла к мужчине, лежавшему на полу.       Захарра решила, что нужно еще раз обработать раны и поэтому принялась расстегивать его рубаху. Вдруг она почувствовала движение и услышала шорох: незнакомец пошевелил рукой. "Неужели просыпается!?" — Девушка наклонилась ближе, чтобы рассмотреть его лицо. И тут же вздрогнула, сдавленно пискнув: ее шеи коснулось нечто ледяное и твердое. Лезвие ножа. Повинуясь каким-то рефлексам, желая отгородить себя от опасности, она отпрянула назад, неуклюже оттолкнувшись и, кажется, задев коленом этого сумасшедшего. Его рука безвольно упала,а открытые глаза, в которые мельком успела заглянуть девушка, снова зажмурились. А сам он издал какой-то звук, похожий и на шипение, и на вскрик одновременно.       Захарра на всякий случай отбежала к стене, затем попыталась отдышаться. "И что это было!?" — девушка опасливо посмотрела в ту сторону, откуда только что отбежала. Человек лежал без движения. Кажется, он потерял сознание. Девушка подождала еще некоторое время, но потом все-таки пересилила себя и решила снова подойти. Он и правда лежал без сознания, так что Захарре нечего было бояться.       Даже в темноте были заметны свежие пятна крови на и так уже перепачканной рубахе. У Захарры голова пошла кругом, когда она поняла, что натворила: она ударила ему коленом в живот и рана снова открылась! Вот же неуклюжая дура! Она беспомощно оглянулась по сторонам, но и так было понятно, что ей снова придется делать, расхлебывая теперь уже свои ошибки. Без чьей-либо помощи. Девушка ни о чем не могла думать, кроме того, как снова помочь этому парню. Наскоро привязав платком его руки к доскам поддона (так безопаснее), Захарра откинула нож в угол и стала исправлять ситуацию.       Прошло около получаса напряженной работы, только тогда девушка смогла выдохнуть с облегчением. Спешно вытерев руки от крови, она выбежала на улицу, оставаться в этом помещении у нее больше не было никаких сил.       Некоторое время Захарра просто сидела на траве, прислонившись спиной к стене дома. Ей не хотелось думать ни о чем: ни о том, почему незнакомец напал на нее, ни о ее неуклюжести, которая может стоить человеку жизни, ни о том, что она будет делать дальше. Ее мозг решительно не хотел обрабатывать какую-либо информацию.       Девушка сидела так очень долго, она прислушивалась к стрекоту кузнечиков и старательно прогоняла неприятные видения из своей головы. Вернуться в дом ее заставило чувство голода. Порывшись в своем рюкзаке и поблагодарив себя же за то, что не поленилась засунуть туда булочку, она прислонилась к стене и впилась зубами в хлеб. Ей редко пригождались запасы еды, ведь обычно она возвращалась с вылазок в тот же день, когда и уходила. А дома уже можно было разделить трапезу с согильдийцами.       Девушка задумалась. Благо, обстановка именно к этому и располагала. Так что можно было относительно спокойно проанализировать свои действия. Но вместо обдумывания планов на недалекое будущее, Захарра вдруг вспомнила о прошлом.       Большую часть жизни она прожила в большой казарме, служившей убежищем не только ей самой, но еще и двум дюжинам ее согильдийцев. Хоть эти ребята и зарабатывали себе на жизнь воровством, они не злоупотребляли этим, а главное, воровали только у тех, кому кражи не сильно били по карману. У всех, в том числе и у воров, имеются свои законы. Захарра, как и все, четко знала, у кого, что и в каких количествах можно украсть, также она была уверена, что абсолютно всем людям, попавшим в беду нужно помогать, если это в ее силах. Эта простая истина когда-то спасла ей жизнь, поэтому девушка считала это правило нерушимым.       Ей вдруг вспомнились слова Лароша, мастера гильдии: "Кому, как не ворам, понимать, что значит остаться без дома?" Захарра тоже была подобрана с улицы. Это произошло, когда она была совсем маленькой, и поэтому не помнила, что с ней случилось до этого. Но она была благодарна Ларошу за то, что ее приняли в гильдию...