Воспоминания Безликого

      Сидя у огня и чувствуя, как последние силы жизни покидают тело, он думал о ней. О той, что смогла единожды за весь его век пробудить в душе полную гамму человеческих чувств. Всё время, сколько он себя помнил, он не был ни к кому привязан: ни к матери, ни к отцу, ни к сестрам, ни к друзьям, ни к многочисленным любовницам, что были у него одна краше другой - ведь ему, по-своему красивому и, к тому же, единственному наследнику богатого торговца всегда так легко доставалась любовь женщин. Но никто и ничто не могло завладеть его сердцем. Наверное, поэтому ему не составило труда бросить все и стать Никем, отдав свой разум и тело в услужение Многоликому богу.       Когда он встретил ее первый раз, то увидел напуганного ребенка: очень упертого, злого, подающего большие надежды в их суровом деле, но всё же ребенка. Во вторую их встречу перед ним предстала необычная своей дикой красотой молодая девушка: с глазами, как суровые северные моря, и прекрасными каштановыми волосами, уже познавшая вкус крови и прошедшая, хоть и не полностью, обучение в храме Многоликого в Браавосе.       Встреча их произошла в лесу близ Близнецов, после того, как девочка разделалась с Фреями. Он решил сопроводить Арью на Север, куда та держала путь. Доходили слухи о ее брате и сестре, что смогли вернуть Винтерфелл Старкам. Хотя это были лишь слухи... В душе девочка всё еще опасалась увидеть знамена с изодранным человеком на стенах своего дома. Она была отчаянна, но не глупа, и понимала, что так легко, как к Фреям, к Болтонам не подобраться.       Он помнил каждый день их нелегкого путешествия. Путь занял несколько месяцев, так как зима понемногу, но день ото дня все больше начинала вступать в свои права. Кроме того, добравшись до Сероводья, у девочки сильно воспалилась старая рана на животе, полученная, по ее словам, еще в Браавосе. Три недели Якен ухаживал за Арьей, как родитель заботится о своем ребенке. Жар не спадал долгие семь дней; покрытый многочисленными шрамами бледный впалый живот источал сладковатый запах гноя. Благо в Сероводье было полно полезных растений, которые в умелых руках Человека могли стать и ядом, и лекарством. Арья часто проваливалась в лихорадочный бредовый сон, шепча имена людей, которых она потеряла по вине своих врагов и которых лишила жизни сама.       Якен молил Многоликого не отдавать Арью в руки смерти, обещая взамен другую жизнь. Когда стало ясно, что здоровье девочки идет на поправку, Человек возблагодарил своего бога. История повторялась вновь: девочка должна была назвать ему имя, но теперь одно, а не три, как много лет назад. Как узнал он много лет спустя, она решила приберечь то имя, в душе надеясь тем самым задержать Якена подольше подле себя, зная, что в дальнейшем ему всё же придется покинуть ее и вернуться на службу ордену Безликих.       Еще через неделю воспаление полностью прошло, и Якен настоял на последних днях их вынужденной стоянки, чтобы Арья могла восстановить свои силы после долгой болезни. Всё это время они обитали в хижине полоумной одинокой старухи, чьи сыновья и муж погибли в войне пяти королей. Как и многие простые жители Вестероса, они совсем не знали, для чего проливают свою кровь. С утра, сменив старые повязки Арьи на свежие, Якен уходил на охоту, принося, помимо добычи, болотные ягоды и травы для лечения. Хозяйка редко их беспокоила, лишь бормотала что-то себе под нос и уходила проверять силки в заводях. Она питалась одной только рыбой и отказывалась от застреленных Якеном птиц.       В один из вечеров Безликий натаскал горячей воды, намереваясь принять ванну. Маленькая комнатушка, служившая банной в этой хижине, быстро заполнилась клубами пара. Человек лежал в воде с прикрытыми глазами. Легкая улыбка касалась его губ, а мысли были далеко за пределами этого всеми богами забытого места. Краем уха уловив шорох в углу комнаты, Человек отметил про себя, что история вновь повторяется. Не открывая глаз, он произнес: - Зачем девочка крадется, как вор?       Ответом послужил всплеск воды. Открытому взору Безликого предстала обнаженная Арья, прекрасная в своей юности и суровой северной красоте: она была словно выкована изо льда и стали. В ее глазах Якен увидел лукавство и желание покорить его своей властью, какую только женщина может иметь над мужчиной.       Пальцы Человека легли на нежную кожу девичьей спины и слегка притянули Арью к себе. Он чувствовал, как мурашки расходятся по ее телу от его прикосновений. Девушка откинулась назад и окунулась в теплую воду с головой. Вынырнув, она легла на противоположный край ванны. Взгляд Человека следил, как по ее небольшой аккуратной груди стекают мелкие капельки воды, огибая розовые напряженные соски. Контроль начинал покидать разум и тело мужчины. Якен намотал на палец локон каштановых волос Арьи и слега потянул к себе. Девушка шумно вдохнула, поддаваясь этому движению, и легла щекой на вздымающуюся грудь Безликого. Человек прикоснулся губами к ее маленькому ушку, проведя дорожку поцелуев вниз по шее, плечу, груди, жадно впился в эти словно налитые яблочки-груди, оттянул зубами сосок. Якен услышал гул своего сердца и дребезжащее дыхание Арьи.       Его рука медленно прошлась по заживающему животу, а шелк внутренней стороны бедра словно жег его пальцы. Арья вздрагивала от его прикосновений, каждое из которых рождало новое, доселе неиспытанное ею чувство. Она погружалась в пучину желания и была словно цветочный мед, податливый и сладкий. Это было так на нее не похоже, словно злая шутка над всем тем, что она считала важным раньше. Грубость и жесткость всегда придавали ей сил, но сейчас это были бы самые плохие помощники.       Палец Якена скользнул в нее, столь сладкую и влажную. Однако Арья не была бы собой, если бы не решилась перехватить инициативу. Рука ее легла на его член, твердый от едва сдерживаемого желания: слегка привстав, девушка направила его своей рукой в набухшее лоно. Якен сделал сильный рывок, от которого Арья вскрикнула и со злостью прикусила его за плечо, оставляя кровавый след. Человек зарычал и начал двигаться внутри нее сильнее. Через пару мгновений разум вновь овладел над телом: его движения стали плавными, он старался поймать ритм Арьи, движения ее бедер, ее сердца. Подхватив девушку на руки, человек опустил любовницу на прохладный пол, накрывая всем телом. Она обхватила ногами его спину, жадно вцепившись ногтями в его лопатки, передавая свою боль и наслаждение, нетерпение и трепет всего тела. С каждым движением они подлаживались друг под друга - поглощенные друг другом, они не могли насытиться. Дыхание совсем сбилось, когда Человека накрыло с головой, и он, резко вытащив член, кончил девушке на живот.       Набрав в ушат еще не остывшей воды, он омыл ее - ту, которая подарила ему это наслаждение. И для своего первого раза Арья выбрала именно Якена, хотя могла броситься в объятия любого еще в Браавосе с тех пор, как осознала сколь велика может быть женская сила над мужчинами. В глубине души Безликий давно желал этого, но никогда не думал первым действовать, предоставив ей самой решать и созревать для этих чувств и ощущений.       Арья наконец решила прервать эту мягкую обволакивающую тишину: - Мне нужен день, чтобы восстановиться после сегодняшнего. После мы выдвигаемся в путь. - Как прикажет моя госпожа, - учтиво наклонив голову, ответил Якен, лишь искорки озорства можно было уловить в его глазах. - Ах ты, ослиная задница, Якен Хгар! – расхохоталась Арья, выплеснув на него ушат воды.       И через день они направились дальше на Север.