На чьей ты стороне?

Толстая папка шлепнулась на стол, а Диммок упал в свое кресло, угрожающе заскрипевшее в ответ. Шерлок вальяжно уселся на единственный стул, не заваленный бумагами, а Джон остался стоять у стола, сканируя взглядом стопку документов. Детектив пробежался взглядом по Ватсону, пытаясь понять, что же его смущало во всей ситуации, но не мог. Что же в нем неправильного? Что выбивается из модели поведения, которой он должен был следовать? - Итак, мистер Ватсон… - Можно просто Джон. - Итак, Джон. Что ты знаешь о маньяке, над делом которого мы сейчас работаем? - Только то, что рассказывали в новостях. Шерлок скривился и процедил: - Значит, ничего. Ватсон обернулся и виновато улыбнулся. - Убийцы не мое хобби. Инспектор вздохнул и покачал головой, кивая на стопку отчетов. - Для нас это более чем важное дело. Зверски убито четверо, и все они работали в нашем отделе – логично, что мы подозреваем кого-то из своих. Нам очень нужен трезвый взгляд на все улики и материалы дела, так как вся моя команда их уже наизусть знает. Джон сосредоточенно кивнул, показывая, что готов слушать. - Билл Купер, Мейсен Бишоп, Лили Нельсон и Чарли Френсис. Единственное общее у них то, что они все работали в Ярде. Шерлок хмыкнул и произнес: - Ну, я бы так не сказал. Они все были чертовыми уродами и идиотами. Испепелив взглядом детектива, инспектор продолжил. - Три мужчины и женщина. Купер - гей, любящий оперу, начинающий музыкант, судмедэксперт, он же первая жертва. Бишоп – громила, из Уэльса, любил исключительно пиво и женщин, работал на задержании особо опасных преступников. Умер вторым. Третий труп – Нельсон. Сержант, разведена, без детей, любила собак и помогала в приюте для животных. И последний – Френсис. Молодой, компьютерщик – работал в техническом отделе, прослушивал и отслеживал звонки, составлял фотороботы, взламывал пароли – в общем все, связанное с техникой. Они знали друг друга исключительно по работе, не общаясь за ее пределами. Тем не менее, их убил один и тот же человек, обезобразив тела после смерти. В обычной жизни они не пересекались – значит, надо копать тут, в участке. Искать их Общий Знаменатель. Джон вместе с инспектором углубились в бумаги. Общий Знаменатель поплотнее закутался в пальто и закурил сигарету, наполняя комнату сизым дымом. *** Я – доктор. Я – Капитан пятого Нортамберлендского полка армии Её Величества. Я – верный муж и брат. Я – тот, кого сейчас разыскивает вся полиция Лондона. Убивать - не самое мое любимое занятие, откровенно говоря. Просто иногда это необходимо. Мое первое убийство было спонтанным. Гребанный Колин Форд. Чемпион по баскетболу. Секс-символ. Конченый идиот, который бесил с первого же дня колледжа. Однокурсник узнал о Гарри, о ее сексуальной ориентации. Насмешки и придирки стали почти ежедневными. - Эй, Джонни, а она пробовала хоть раз с мужиком? Уверен, мой член не оставил бы ее равнодушной. И смех. Долбаный тупой жизнерадостный смех. Спустя пару дней я довольно поздно возвращался с тренировки. Сразу за зданием спортивного зала обнаружился Форд, разговаривающий по телефону. Секунда - и в подворотне раздался громкий, искренний смех. Тот же самый. Я не сдержался. Ноги сами собой поднесли меня к баскетболисту. Руки выхватили и выбросили телефон, а нога резко впечаталась в пах. Колин издал вопль и упал на колени. Последняя адекватная мысль, которая пронеслась в голове, была о том, что я обязан превратить член Форда в то, что вряд ли можно будет показать людям. Я избивал его ногами. Исступленно, с наслаждением, превращая промежность парня в кровавое месиво. Через четыре месяца у меня уже был диплом врача, и я стоял перед самолетом, который должен был лететь в Афганистан. В это же время Колин Форд был частично съеден свиньями, частично утоплен на дне Темзы и частично изъеден самой мощной кислотой, что можно было достать в Лондоне. Его останки так никто никогда и не нашел. Второе убийство произошло уже в Афганистане. Капитан Мейстен всегда был отвратителен, но когда у нас появился новобранец Тони Скотт, его перемкнуло. Ежедневные издевательства над 20-летним парнем переходили все границы, но я сдерживался. Однажды Мейстен совсем разбушевался. Брызжа слюной и уставившись своими безумными глазами на Скотта, капитан визжал: - Еще один подобный поступок и клянусь, я выбью тебе твои долбаные зубы прямо в глотку! Думай своей головой, тупица! Мне это что-то напоминало. Точнее–кого-то. Колин Форд получил то, что заслужил. С этим мудаком стоило поступить так же. Связанный ремнями Мейстен не кричал - он визжал, пытаясь вырваться, но вколотый препарат мешал движениям и координации. Однако боль он не притуплял. Вырвав все зубы у капитана, я уже собирался затолкать их ему в глотку, прямо как тот мечтал, но передумал. Наблюдая, как он умирает от потери крови и болевого шока, я аккуратно сложил зубы в мешок. Наверное, сентиментальность решила взять верх надо мной в тот момент. Развязал ремни, усадил труп за стол, аккуратно вытер рот, чтобы капитан выглядел эстетичнее, и вышел, плотно закрыв за собой дверь. Окровавленные ремни были закопаны, чтобы на них точно никто не наткнулся. Тело Мейстена нашли на следующий день в обед. По поводу случившегося не расстроился никто: сложно скорбеть по ублюдку, обещающему отравить твою же жизнь. Ночью я сидел на своей койке в полной темноте, сжимая в руке мешок с зубами и не зная, что делать с ними дальше. В этот момент в палатку тихо скользнула тень. С абсолютно непроницаемым лицом Скотт опустился передо мною на колени. Я до сих помню, как судорожно вцепился в мешок, когда парень расстегнул ширинку. Тот минет вычеркнул все мои сексуальные победы, произошедшие до этого. Виной тому стал не умелый рот, а плотно сжатый в ладони мешок, залитый кровью и полный зубов человека, которого я убил накануне. Спустя 2 года в жесточайшей перестрелке меня ранили в плечо, а Тони Скотта убили. Солдата хоронили с жутковатым сувениром, который я положил ему в карман. Когда я вернулся в Лондон, то видел перед собой не улицы столицы, а все то же поле боя. *** Мы с Мэри познакомились в клинике – она работала там медсестрой, я же временно замещал терапевта. Спустя год мисс Морстен стала миссис Ватсон. Ее подружка Молли помогла с работой в морге Бартса. Жизнь казалась довольно скучной, но зато спокойной и устроенной. Однажды все переменилось, потому что возник Он. Он, в развевающемся пальто, с копной черных кудрей, с серебряными глазами и молочной кожей. Он, с первого же взгляда узнавший все о военной карьере, жене, ранении и психосоматических болях. Он, от которого подкашивались ноги и прерывалось дыхание. До этого я как будто существовал в черных очках и затычках для ушей. Когда Шерлок Холмс ворвался в мою жизнь, регулятор громкости окружающего мира вывернули на максимум, с глаз упала пелена. Я почувствовал себя таким же живым, как в раскаленном Афганистане. Мне потребовалась неделя, чтобы узнать об этом человеке все, что было хоть как-то возможно выяснить. *** Билл Купер. Он был не так уж и плох, правда. Убивать его было очень жалко. Однажды, после милейшего диалога с Шерлоком, он ворвался в морг и, бросаясь на шею Хупер, начал рыдать и проклинать моего детектива. - Я ненавижу его, Молли, клянусь! Он – чертов бессердечный ублюдок! Надеюсь, он сдохнет так же отвратительно, как тот, чье убийство его так восторгает. Предложить Биллу выпить, завести в подворотню, уверяя, что это ближайший путь до бара. Накинуть удавку на шею. Задушить. Вырезать сердце. Усадить его в лужу собственной крови с сердцем в руках. Он был уверен, что Шерлок бессердечен. Я сделал бессердечным его. *** Мейсен Бишоп. У меня до сих пор сжимаются кулаки, когда я вспоминаю, как этот урод громко рассуждал о том, не давится ли Шерлок членом Лестрейда. Глупый, глупый Мейсен. Зачем ты согласился помочь мне, бедному калеке, перенести коробки с инструментами из той машины за клиникой? Там же нет камер наблюдения и случайных прохожих. Веревка на шею – беспроигрышный вариант. Опыт отрезания членов у меня уже был, а засунуть его в открытый в предсмертном хрипе рот оказалось еще проще. Ты уже больше не поинтересуешься интимной жизнью моего Холмса. *** Милая Лили Нельсон. Зря ты жаловалась мне, что «Этот чертов псих опять запустил свои мерзкие паукообразные ручонки в мое дело!». Я отрезал ее руки и оставил их на ее коленях, в Паучьем Тупике. Теперь уже никто не запустит свои руки в твои дела. Потому что у тебя больше не будет никаких дел. *** Чарли Френсис. Да, Шерлок разглядел на тебе волосы любовницы и след от помады, но визжать «Эй ты, глазастый пидрила, тебе это с рук не сойдет!» все равно не стоило. Выдавить глаза оказалось гораздо проще, чем я ожидал. *** Я не садист. Мне не доставляет удовольствие причинять боль людям, правда. Я быстро их душу, чтобы они не мучались во время наказания. Моей целью не было привлечь внимание Шерлока или прославиться, я лишь хотел, чтобы те, кто обижал моего детектива, понесли засуженное наказание. Но вчера в морг пришел инспектор Диммок, который вел мое дело. Я не испугался – два года работы с полицией принесли плоды. Я умею заметать следы. Веревки и одежда сожжены, ботинки, которые были велики мне на 2 размера – тоже, плотные кожаные перчатки выстираны, алиби продумано. Они не смогут предъявить мне ничего. Ничего. - Здравствуйте, мистер Ватсон. - Джон, пожалуйста. - Хорошо. Итак, Джон… вы знакомы с Шерлоком Холмсом? В тот момент мне показалось, что Рождество началось на три месяца раньше.