Сгорай, но возрождайся вновь

      Время безжалостно приближалось к новому прецеденту. Это время всегда сопровождалось бурными подготовками, стрессами. Саске уже даже не сомневался, что именно из-за этого его братья такие вымученные. Сам Саске участвовал в подготовке только отчасти: брал на себя оформление зала, интерьера, расположение мебели, столов. Что, собственно, его более чем устраивало. И сил отбирало немерено, чтобы не оставалось на ещё другую внеклассную деятельность, которую могли бы устроить в любой момент братья.       Старшие Учиха занимались более существенными организационными вопросами, такими как охрана, укрепление помещения, в котором будут собираться люди, от разных «стихийных бедствий», организованных шпионами и наёмниками (которые спали и видели, как бы испортить мероприятие, на взгляд Мадары). Так в этот раз сказал Мадара, обычно они не использовали настолько «цивильный» приём пропускной системы. Естественно, Саске это заинтересовало.       — Ну, раз ты так настаиваешь, — блаженно протянул самый старший брат. — Я передам тебе документы. Развезёшь их по партнёрам.       — Чего? — глаза округлились. Вот уже чего-чего, а дополнительной работы он не ждал.       На этой неделе он и так пахал, как вол в поле. Всё ради грёбаного прецедента. И чего Мадаре взбрело в голову провести мероприятие у себя? Ах да, +10 к уважению. У Мадары денег компании, хоть жопой жуй, поэтому он мог позволить себе разок в несколько лет устроить грандиозное пиршество. И это наталкивало на мысль: зачем? Мадара спокойно выдержал возмущённый взгляд. — Я же только спросил, зачем это всё!       — Мне сказали усилить систему охраны и создать оригинальное оформление, что и нужно сделать! Один я не справлюсь. Обычно вы с Наруто в паре ныкаетесь со своими дизайнами. В этот раз уж не оплошайте с ответственностью.       Ещё будет пара новостей, которые вам однозначно не понравятся, но это вы узнаете уже потом…       Саске нахмурился. Только одному человеку Мадара подчиняется.       — Отец?       — Да, — почти пофигистично ответил брат, отвернувшись к окну. Упоминание об общем с Итачи родственнике уже портило настроение.       — И кто же там будет?       — Там будут Акацуки.       У Саске перехватило в горле, парень закашлялся. Он не ослышался?!       — Ты шутишь?       — Я похож на шутника? — буркнул брат и вышел из комнаты, оставляя Саске с Итачи наедине. Они неуверенно переглянулись. Да, реакция Итачи была такой же. Что удивительно, старший брат Саске понимал его в данной ситуации больше, чем кто-либо. Саске хотел задать ещё несколько вопросов, касающихся данной темы, но лишь хватал ртом воздух. Итачи вымученно усмехнулся и положил Саске руку на плечо.       — Не переживай, прорвёмся. Не вспоминай ты прошлое, многое могло поменяться. Вы только с Наруто организуйте всё по полной программе, меньше недели осталось.       Вот что Саске до сих пор удивляет в нии-сане, так это редкие проявления дружественных чувств. Обычно от него такого не дождёшься, бычится или лает, как собака. И ведь не засечёшь у брата время, когда и сколько он в хорошем расположении духа. Можно было бы использовать такие минуты с толком, например, подлизаться по какому-то делу или просто спокойно поговорить. Удивительный человек.       Новость о встречи с Акацуки свалилась, словно снег на голову. Назревает вопрос: что же в них особенного? Итак, вот пояснения:       Во-первых, организация Акацуки имеет сугубо предпринимательскую сферу деятельности. А это значит, что они являются представителями на рынке товаров и услуг. Что они производят и какие услуги предлагают — только Богу известно, потому что весь их арсенал меняется почти каждые три месяца, как перчатки. И с кем они сотрудничают тоже отследить проблематично, не хочется впутываться в эту паутину знаний. Не трудно догадаться, по какому поводу они придут на прецедент, скорее всего, Фугаку будет разглагольствовать о благих намерениях Учиха и, может быть… наверное… скорее всего, Акацуки начнут сотрудничать с Учиха.       Акацуки очень упёртые, это во-вторых. Каждое их дело, несомненно, заканчивается, и не всегда понятно, хорошо или нет. Их лидер, фанатично преданный своим убеждениям, настраивает на «свою волну» ещё и остальной народ. Поэтому тоже не частно ясно, какие мотивы преследует лидер и как напутствует своих «товарисчей». Очень хотелось бы узнать эти мотивы, ведь если проследить всю цепочку их действий в разных сферах, то можно увидеть, что они затрагивают периодически ту сферу, которая даром никому не нужна, и терпят на ней убытки. Может, и не терпят, кто их разберёт? Короче, странная у них политика. Это ещё один повод задаться вопросом, «а зачем мне такое сотрудничество, где лидер не понимает, что в современном мире наиболее востребовано?» Видимо, Фугаку странный человек…       Вы спросите, откуда Саске знает про них и где, вполне вероятно, встречался с ними? Самая неважная черта Акацуки на тот момент — осторожность. Это в-третьих. Конечно, за два года у них произошли изменения, и лидер промыл подчинённым мозги, но на тот момент этим качеством он пренебрегал. Знал бы Саске, что тогда тусил, бухал, «нюхал» и просто развлекался с важными шишками предпринимательской жизни, то поверил бы в это только в невменяемом состоянии. В таком состоянии можно во что угодно верить.       Конечно, общение между членами Акацуки и Саске продлилось недолго — они быстро свернули манатки и уехали в другой город. Какие-то там тёрки происходили у них с полицейскими, из-за которых Саске сам чуть не оказался за решёткой. Итачи тогда жутко разозлился на него — не часто Саске в жизни «нюхает». Потом младшему Учиха на утро пришлось объясняться с Итачи, тот поведал, что давно собирает на них информацию. Зачем — сказал, что надо. И, составив смутный психологический портрет, они решили больше не поднимать этот разговор. Саске тогда не был уверен, что убедил брата оставить эту затею, но кто же Итачи остановит? И вот, живя в блаженном неведении, скоро придётся столкнуться с ними лицом к лицу. Интересно, что они выкинут на этот раз? POV Саске       Мадара вернулся к нам в гостиную уже опрятным и переодетым, разве что волосы не успел «прибрать», так и топорщатся в разные стороны. Легкая пренебрежительная улыбка скользнула по его губам, когда он увидел у Итачи замешательство.       — Да, именно такие лица я себе и представлял, — хохотнул Мадара, плюхаясь рядом с нами на диван.       — Так это правда? Про Акацуки? — безжизненно спросил я, вздыхая.       — Знаешь, Саске, я бы не вздыхал так раньше времени, — брат укоризненно посмотрел на меня. — Прошло больше двух лет с момента нашей с ними последней встречи, там, конечно же, все поменялось. И это не единственные люди, которые имеют хоть крохотный, но интерес к ИП** Учиха.       — Кто же ещё?       — Так я тебе и сказал, — улыбчиво проворчал старший брат, жестом отсылая Итачи на кухню. Я проводил нии-сана неуверенным взглядом. — Слушай, ты же вроде как начальник целого цеха, под твоим командованием сотни человек. Почему ты не в курсе последних событий в клане?       — В том-то и дело, что я большую часть времени уделяю работе, а не политическим страстям. Меня не особо интересует, кто с кем будет заключать договора или кто с кем будет сплетничать на прецеденте. Для этого у нас есть вы с Итачи, — усмехнулся. — В конце концов, вас это более чем устраивает. Да и вся эта политическая тусовка не для меня.       — И это говорит мне тот, кто за полгода создал большее количество проектов по мотивации, чем кто-либо другой для того, чтобы впечатлить Итачи? И кто постоянно следит за новинками в газете клана? Что-то слабо верится, — Мадара в своём репертуаре. — Расскажи мне подробнее. Я хочу знать, какие у тебя амбиции на производстве, и тогда… может быть, я повышу тебя в должности.       Я откинулся на спинку дивана и усмехнулся. Мадара своими обещаниями не разбрасывается никогда, и это отличный шанс поймать птицу удачи за хвост. Только вот…       — А отец что скажет? Ты же находишься непосредственно в его подчинении.       — Хоть я и правая рука Фугаку, мне он доверяет, как себе, — Мадара фыркнул и поморщился, словно я сказал вещь, само собой разумеющуюся. — Меня Фугаку хочет ставить наследником его бизнеса, и я имею полное право участвовать во всех сферах деятельности теперь уже моего ИП. Мне ничего не мешает повысить младшему братишке должность. Только отчеты вовремя делай.       Он подмигнул мне.       Я собрался с мыслями. Определённо, ситуация более чем странная. Мало того, что мой отец сделал своим замом сына своего брата, так ещё и фактически выбрал преемником. Странная семейная политика. Ну хотя да, отец с Мадарой имели демократические характеры, и с ними можно договориться обо всём. Оба продуманы на несколько шагов вперёд, прямолинейны, что тоже немаловажно. Ну, Итачи получается с тоталитаризмом придёт к власти, и настанет для всех сладкая жизнь. Вот чего я остерегаюсь. Про себя я ещё не решил, и в принципе пока не хочу. Потом посмотрим.       В общем-то, я не против повышения. Делать мне нечего, ага. Оно само по себе определяет огромную ответственность за деятельность и сохранность жизни своих подчинённых. Да, я уже несколько лет занимаюсь ПС вместе с семьёй, год назад я даже мысли не допускал о повышении, просто плыл по течению. Потом на меня свалились обязанности, которые я должен был выполнять в любом случае, это тяготит. Бремя начальника, но и заработать тут можно намного больше.       Итачи с Мадарой посовещались, и меня отец отправил учиться в другой город на специализацию производственного менеджмента, непосредственно для будущих руководителей. Курсы принесли небывалый успех, чему семейство очень радовалось. Было немного непривычно ступать на эту скользкую должность, боялся ошибиться. А потом я как-то втянулся. Всё больше и больше людей собирал под своим «крылом», организовывал различные курсы, мероприятия, даже поездки заграницу. Больше всего мне нравилось заниматься организацией мероприятий, этаких корпоративов. За это меня и любили и уважали, потому что я строг и в меру доброжелателен. Странный характер, знаю.       — Ну, ты подумай. На прецеденте поделишься, — снова улыбнулся мне Мадара. В это время как раз пришёл Итачи с подносом в руках, на котором лежали три шоколадных маффина, маленький китайский чайничек и три пиалы, собранные в одну. Я задумчиво откусил кусочек кекса, почему-то братья не переставали сверлить меня взглядами.       — А ты чего вообще помятый такой пришёл? И почему к Итачи, а не к себе домой? — задал я мучивший меня вопрос.       — Да так, подрался кое с кем. Итачи ближе всех живёт. Я ответил на твои вопросы? — я кивнул, и он продолжил. — Зайди ко мне завтра в кабинет, я уже подготовил документы, тебе осталось немного поработать с компьютером и поездить на машине.       — А на машине-то зачем? — удивился я, что Мадара там ещё задумал? Но братец загадочно ухмыльнулся. Вот интересно, о чем он думает?       — А сам-то чего приехал?       — Я… эээ… ну… — Мадара выгнул бровь. — Я просто решил проведать старшего брата.       На одном дыхании выпалил я. Братья улыбнулись. И я.       Когда Мадара вышел за входную дверь и закурил, смотря в ночное звёздное небо, рядом негромко послышалась возня. Вскоре, на террасу вышел Итачи. Он перегнулся через перила, силясь что-то разглядеть в задумчивом профиле брата.       Чёрт его дёрнул приехать к Итачи под вечер, когда тот уже готовился ко сну. Но Итачи был единственным, к кому Мадара мог приехать в любом состоянии и настроении, и не получить в дыню за провокации. Итачи его понимал. И был готов подставить своё плечо — чтобы дойти до кровати или чтобы успокоить после очередного мордобоя…       — Тебя что-то беспокоит, — скорее утверждение, а не вопрос.       — Есть кое-что, но не суй туда свой длинный нос, — мужчина выдохнул дым и ухмыльнулся, как делал всегда, чтобы скрыть истинные эмоции. Когда они вылезали в последний раз он уже и не помнил. Просто без них жить легче.       — Ну, мне всегда ты можешь довериться. Я тебе в любом случае помогу, — Итачи говорил тихо и осторожно, щупая почву на предмет мин. Может, Мадара всё-таки расскажет, чем постоянно забита его голова? Мало ли какие таракашки там ползают.       — Ловлю на слове, — сказал Мадара без тени улыбки. Выкинул окурок на газон и молча удалился в дом, словно этого недо-разговора по-душам и не было. Итачи видел на обнажившихся запястьях, когда Мадара поправлял волосы, лиловые кровоподтёки.       Когда брат удалился, Итачи ещё наблюдал за тлеющей в коротко стриженном газоне полу-выкуренной сигаретой. Возможно, мужчина просто не захотел развивать тему и ушёл.       Возможно, у Мадары есть на то причины.       Либо у Итачи развивается паранойя.

***

      — Что за народ пошёл? Только и делают, что подрезают! — я с чувством нажал на клаксон и проехавшему мимо мерседесу показал средний палец. Наруто, сидящий рядом, хмыкнул.       — Как насчёт сегодня потусить? — предложил Наруто.       — Хочешь сказать, твои синяки уже прошли? — скептически отозвалась Сакура с заднего сидения. Она вообще всю дорогу переговоров постоянно ворчала.       — Ну, мы пойдём душевные раны залечивать, а внешние сами затянутся, — пожал плечами Узумаки, качая головой в такт зажигательной музыки. — Саске, ты как?       — Не видишь, он ещё от вчерашнего не отошёл, — буркнула девушка. — Конечно, будь я на его месте, у меня бы до сих ноги тряслись.       — Поехали, чё, — тихо сказал я, ни к кому конкретно не обращаясь.       — А ты точно уверен?.. мы ведь можем и не ехать. Если у тебя болит голова или рука, которую тебе вывернули…       — Я сказал, всё нормально! — рявкнул я, впившись в руль. Неожиданно, что сорвался. Сакура и Наруто обеспокоенно переглянулись, но дальше решили не возникать. Мало ли что мне в голову взбредёт.       В памяти ещё свеж разговор с полицейскими. Казалось, Минато поставил цель выпить из нас с Наруто всю кровь. Но, так как злополучные гаишники ополчились на меня, значило, что всех собак спустят именно на меня. Хотя, оказалось в точности наоборот. Минато от души отчитывал сына, а я не мог найти себе места, думая над этим пиз… жестью, что сегодня произошла.       — У тебя лично есть враги?       — Это у Итачи с Мадарой их завались, а я… простой смертный.       — Но ты их младший брат, следовательно, конкуренты решили надавить на них через тебя, — Минато что-то строчил в блокноте, параллельно говоря: — А какие-нибудь крупные сделки ты в последнее время заключал?       — Ну, мы ездили в Сойён к Кизаши, да и всё, — я ответил, потирая шею. Думать ещё что-то на отца Сакуры не было ни малейшего желания. Устал, короче. Надо заканчивать этот балаган и ехать спа-ать.       — Значит, личные мотивы отпадают. Так, а что насчёт корпорации и её сотрудников? Может, мы зря начинаем подозревать весь мир, пока эта крыса сидит в вашем кругу?       — Пап, ты говоришь странные вещи, — Наруто неожиданно загородил меня собой. — Стали бы мы молчать, если бы кто-то попробовал на нас наехать из знакомых? Ты же знаешь.       — Знаю, из-за этого вас вечно приходится вытаскивать из обезьянника, — буркнул Минато, не поднимая глаз. — А что насчёт Сойёна?       — Да я толком ничего не увидел. Менты уже успели всё оцепить.       — И что же это было за убийство? — влез я.       Внезапно Минато вытянулся по струнке и заглянул каждому из нас в глаза.       — Парни, я вас очень люблю и за вас безумно переживаю. Пообещайте мне, что, что бы ни случилось, вы не полезете в это дело.       — Па, ну ты же знаешь… — Наруто не сдержался и закатил глаза.       — Да, знаю! Поэтому и предупреждаю. Не хочу вас терять, — отец Наруто всегда меня удивлял, будь то резкая смена настроения, то неожиданная грубость и палка в колесо твоей жизни. Однозначно, с таким человеком лучше дружить, а то он потом тебя из-под земли достанет и ТАК испортит жизнь, что и жить-то больше не захочешь. Я уже видел несколько таких людей. Их отправили в психушку. А Минато повысили…       — Я вижу следы, — внезапно момент разрушился голосом Сакуры, подошедшей сбоку. Она указала на кусты, откуда доселе вынесли тело. А ещё следы крови и пистолет. — Там посмотрите.       — С тобой всё в порядке?       — Нет, я, кажется… — дальше она не успела договорить, и просто обмякла в руках Наруто. Сознание уплыло в тёмный омут, оставив нас в реальности с ещё большим грузом вопросов.       — Так, сейчас ей окажут первую помощь, и вы поедете домой, ясно? Наруто, ночуйте сегодня вместе. Заботьтесь друг о друге.       Прозвучало, как прощание, ей-богу.       — А ты? — наверное, глупый вопрос, но Наруто не мог не задать. Мужчина поджал губы.       — На мне висит масштабное дело, над которым я работаю уже четыре месяца. И сейчас, возможно, я приблизился к разгадке. Поэтому всю ночь буду на работе.       — А мама?       И вот я снова чувствую себя третьим лишним. Аура, что собиралась над Узумаки, мне не нравилась. Она предвещала скорые разборки. Поэтому, я позволил Наруто немножечко испепелить взглядом отца и оттащил к машине.       Его отлично можно понять. Если бы не Наруто, семья Узумаки бы уже давно развалилась, мне ли это не знать. А всё потому, что Узумаки-старший просто помешан на своей работе, порой игнорируя свою семью. Трудоголик, что сказать. И ладно бы Минато делал свою работу, ставя цели, связанные со своей семьёй, так нет: он думает о городе, гражданах, преступниках, держит в уме все возможные законы. Но только не о любимой жене. Любимой ли?       — Всё будет нормально, — я похлопал по спине своего друга и проводил взглядом проезжающую полицейскую машину.       — Ладно, но тогда я пью текилу, — простонала Сакура в подушку сидения, вырывая меня из пелены воспоминаний.       — А я сразу водяру, чего мелочиться, — Наруто полазил в бардачке моей машины и достал пачку резинок. Хихикнул. — Оторвёмся?       — Как же Амайя?       — Как же мы?       — Амайя меня игнорирует уже несколько дней, а что вы? Оргию захотели?       — Да ты что, с ума сошёл? — Сакура покрылась красными пятнами смущения и негодования, а у меня вырвался смешок. Вот, если бы не слова Наруто, ни за что бы не представил себе «оргию» между нами. И обнажённую Сакуру — тоже.       — А может, просто поездим по городу, устроим пикник? Я просто к тому, что не хочу с вами разделяться. Если вы собираетесь трахаться с девчонками в клубе, то что остаётся мне?       Я бы приковал тебя к рулю верёвками, лишь бы никакой говнюк тебя не касался. Моя лучшая подруга не заслуживает даже взглядов таких отбросов из клубов.       — Давай с нами? — хихикнул Узумаки и повернулся к Сакуре. Та отвесила ему звонкий подзатыльник, на что парень сконфуженно засопел. — Ну ладно, можем купить бухло и поехать… к Саске? Кстати, где Сейрен?       — Узумаки, ты же знаешь, если я пью, то мне срывает крышу, — я поправил солнцезащитные очки пальцем. — Я начинаю буянить, и заканчивается это одинаково.       — Да, и успокаивает тебя только Сейрен и только в кровати. Не редко я слышу, как это происходит. Поэтому ты постоянно трезвый? Ты её не любишь?       — Наруто, не всё в этом мире завязано на сексе, — я вздохнул. — Понимаешь, физиологию просто трудно контролировать, когда ты расслаблен.       — А без расслабона ты её не хочешь?       — Что вообще за тема для разговора?! Не хочу отвечать.       — Эй, ты мне брат, и можешь мне рассказать абсолютно всё, что хочешь и не хочешь. Я всегда тебя поддержу и дам совет. На Сейрен мир клином не сошёлся. Даже подгоню резинки, если у тебя кончатся. У тебя проблемы с эрекцией?       — Да заткнись уже, не неси чушь, — я не сдержал усмешки и одной рукой попытался отобрать пачку презервативов. Из-за этого машина пару раз резко вильнула в сторону. Послышался сигнал гудков авто сзади и сбоку. Сакура в это время сидела, скрыв глаза ладонью:       — Я окружена идиотами.       — Сакура, а ты как думаешь, важно ли человека хотеть в отношениях? Или достаточно просто с ним жить по-привычке, потому что удобно?       — Ну вы завели, конечно. Обсуждайте это наедине, — Сакура покрылась румянцем смущения. А я как-то запоздало подумал, что мы с Узумаки малёх переборщили с откровенностью. Мы ничего не держим в секрете и обсуждаем всё, даже у кого какая интимная стрижка и новые новости НАТО. Сакуре придётся привыкать к нам заново, видимо, потому что таких как мы, нужно просто принять.       — Помню, Мадара как-то советовал одно место, что-то вроде ночного клуба. Давайте оторвёмся? Ну, дава-а-айте.       Я должен был догадаться, что Мадара не говорит что-то просто так: за его словами часто кроется злая ирония. Вот и в этот раз он отличился.       Мы припарковались около внушительного коттеджа, выполненного в необычном формате двадцатого века. Эдакая дача с вычурным невысоким забором, на концах которых белые завитки плетущихся роз. Короткая дорожка из плоских небольших камней тянулась до ступенек, обходя полуметровый фонтанчик с писающим ангелом в центре. Всё бы ничего, только…       Сакура поспешно закрыла глаза и отвернулась. Благо, что уши не зажала, а то бы окружающие точно решили, что девственница решила почтить это заведение, полное разврата и содомии.       — И Мадара здесь бывает?! Ужас какой. — Сакура быстро взяла себя в руки. В это время мы с Наруто, подпираемые природным любопытством, начали идти на звуки. И только я хотел отодвинуть ширму, как внезапно подруга схватила нас под локти и умоляюще сказала: — Пойдёмте отсюда, пожалуйста.       А в глазах слёзы.       Почему-то я не могу отвести взгляд от её порозовевшего лица. И дело даже не в вызывающих звуках за ширмой, где никто не скрывался и по меньшей мере человек шесть стонали в голос, вколачиваясь друг в друга так, что шлепки были слышны даже в прихожей. Хотя кого я обманываю, мы пришли в это развратное место, передо мной стоит довольно привлекательная девушка… я ещё раз оглядел её с ног до головы. Да, сошла бы. И либо у меня какой-то бзик случился, либо я реально хочу Сакуру.       Я сглотнул вязкую слюну, чувствуя, что во рту пересохло. «Музыка» за стенкой очень отвлекала и настраивала на определённый лад. И пока я не успел опомниться, к нам подскочили две полуголых девицы, сверкающие большим декольте и озорным блеском глаз. Я сглотнул ещё раз. Контролировать природу становилось всё труднее. А может, ну её, эту порядочность? Хоть разок развеяться…       Сейрен никогда не поднимала тему об изменах и ревности, не считая последнего раза. Я сам удивился её поведению. И если я в самом начале ревновал её к каждому столбу, то к сегодняшнему моменту за не имением причин, я перестал это делать. Бесполезно. Я знал, что Сейрен не такая. Но тогда что послужило сценой тогда?       Может, Сейрен уже запуталась в наших отношениях? Как правильно Наруто сказал, жить вместе, потому что удобно? Или хочет саму себя раззадорить на эмоции, чтобы воскресить ту страсть, что была в первый год, ту любовь и нежность, что длилась два года? Потому что сейчас всё шло реально через привычку, как бы я не отнекивался.       — Нам… столик. В углу. И кальян, на вине, пожалуйста, — почти протараторил я с остановками, смотря в одну точку. Даже Наруто вскинул бровь: мол, ты чё, реально собрался?       — Тебя же с кальяна сразу вставляет, ты уверен? — Наруто отвёл меня чуть в сторону, обеспокоенно оглядываясь.       — Тогда не за чем было сюда меня тащить, — прошипел я и скинул руку с плеча. — М-м, давайте ещё девушку в образе и… тебе что-нибудь заказать? — Вообще, не сильно рассчитывал на ответ. Готов был оплатить ей салат — максимум. И если мы с Наруто собирались оттянуться по полной, то Сакуру я в это вовлекать не хочу.       Понимая, что пауза затянулась, я повернулся к Сакуре. Однако она, разинув рот и едва не пуская слюни, наблюдала за сценой, где танцевали молодые мужчины лет максимум тридцати в одних плавках, с кобурами пистолетов на бёдрах и фуражках полицейских, натянутых на уложенные гелем волосы. Барышни за столиками в первых рядах увлечённо внимали их плавным движениям и взглядам и, скорее всего, уже отымели их во всех позах. Их можно понять.       И меня, пялящегося в зелёные глаза на удивление привлекательной девушки.       Ветер нежно обдувал лицо, а дождь холодил кожу. Капли стекали по лбу и щекам, собирались в ключицах и ныряли под уже взмокшую футболку. Веки недовольно затрепетали. Просыпаться не хотелось. Но чувство, что что-то не так, заставило отмахнуться от желания снова уснуть.       Открыв глаз и приподняв голову, я с трудом чуть осмотрелся по сторонам. Когда подул сильный ветер, тело покачнулось, а я только сейчас обнаружил, что спал на боку на гамаке под широколиственным дубом. В недоумении резко приподнялся на руках и с тихим вскриком перевернулся на землю. Неожиданность сыграла со мной шутку. Злую ли?       Будучи распластанным на земле и пялящимся в проскальзывающее меж листьев тёмное ночное небо, я ловил уставшим за вечер мозгом ускользающие мысли и воспоминания. Что было до, и что будет позже.       Снова накатила сонливость. Наверное, сейчас и четырёх утра нет. Удивительно, что телефон не посеял в такой пьянке.       Надо собраться. Что было до сна?       Участок казался мне смутно знакомым. Более того, я кое-как поднялся на ватные ноги и побрёл за угол небольшого двухэтажного дома, чтобы убедиться в догадках. Ха, да, так и знал. Тот же самый бассейн с бортиками в полтора метра и диаметром около пяти. И в котором на надутом матрасе плавал мой лучший друг, громко похрапывая и пуская носом пузыри. А ещё, засранец, как-то умудрился у меня стащить очки и нацепил себе. Ночью загорает, ага.       Было слишком жестоко будить друга таким способом… но, на тот момент, совесть меня беспокоила мало. Больше интересовало: как мы здесь оказались?! поэтому я без зазрений совести опрокинул матрас-стул в холоднющую воду, а следом за ним под воду ушёл и Узумаки. Когда прошло секунды две, а на поверхности показались лишь пузыри, я вздохнул и, оттолкнув от бортика кресло и нашарив рукой чужую рубашку под водой, потянул на себя. Узумаки буквально выпрыгнул, как ужаленная в жопу лягушка.       — Блять! Кха-кха-кх, ты меня угробить решил?       — Нет, но за очки сейчас точно топить буду, — я кивнул в сторону тонущего аксессуара, и друг со страдальческой миной снова нырнул под воду.       Странно, что нашими воплями мы ещё никого не перебудили.       — Вылазь давай.       Наруто, чуть подумав, тут же выпрыгнул из бассейна, стуча зубами. Конечно, он ведь не морж, чтобы по ночам в ледяной воде купаться.       Мы ушли ко входу в дом, хлюпая босыми ногами. Дверь была заперта. Хотя, чего мы ждали? Но и сидеть на сквозняке был не выход. Широко зевнув и потянувшись, мы обоюдно присели на лавочку на небольшой веранде и уныло уставились на рассвет. Правда, через пару минут мокрая макушка Наруто медленно опустилась мне на плечо. И мне бы возмутиться, но… так хорошо. Ветерок уже не дует, солнышко посылает первые лучи тепла. Сам не заметил, как задремал. А вот проснулся под чьё-то ойкание с чугунной головой, будто бухал беспросветно всю ночь.       Шевелиться не хотелось. Возможно, мы даже заболеем после таких «купаний», но сейчас кто-то отчаянно кутал меня в тёплое одеяло и что-то причитал над ухом. Я, не хотящий просыпаться не смотря на мигрень, вяло попытался отмахнуться, даже, за что-то ухватился. Что-то мягкое и округлое.       Не соображая, что делаю, пожамкал это нечто в ладони. И тут же распахнул глаза, в полнейшем ужасе уставившись на дымящуюся от смущения и злости Сакуру. И мою руку на её груди.       — Саку, легче! Ой бл., — не успел я отползти. Запутался ногами в одеяле и рухнул на деревянный пол, стащив за собой взвизгнувшего Узумаки. И если тот сразу свернулся комочком и снова засопел, то на меня тут же напрыгнули сверху и стали лупасить по спине ладонями, а потом не ясно откуда взявшимся половником.       Спустя несколько не шибко приятных ударов я извернулся, заставляя Сакуру невольно замешкаться, чем я и воспользовался. Подмял девушку под себя, сжав её бёдра своими, отвоевал крутящийся в руках половник и откинул его в сторону, сцепил руки над головой. А затем заткнул рот розоволосой своей ладонью. Ей только и оставалось, что возмущённо пыхтеть и извиваться.       На минуточку, как приличный парень, я должен был уже барышню от себя отстранить. Однако какая-то сила заставляла меня держать её под собой и… любоваться за сменяющими эмоциями. Ну, калейдоскоп, ей-богу.       — Не самое приятное пробуждение, знаешь ли, — пробурчал я, зевая. Желание спать оказалось сильнее всяких любований. А ещё в эту минуту полнейшую тишину нарушил шум мотора, а фары резанули по глазам. Я чуть отодвинулся, силясь разглядеть что-то в слепящем свете. Но вот фонари погасли, и из машины вышел Минато. Впрочем, лишь чуточку удивлённый нашей позой.       — Даже спрашивать не буду, как до этого дошло, но всё-таки переместитесь в дом. На улице холодно. — Прищурившись, он заметил валяющегося под лавкой сына и удручённо покачал головой. Надо ли говорить, что мы с Сакурой подпрыгнули, как ошпаренные? Только Харуно, дымящаяся от смущения, тут же снова треснула мне по затылку половником и убежала в дом.       Уже позавтракав, Наруто распластался на столе, подпирая голову рукой. Надо бы воссоздать вчерашние события… мало того, мы были в стрип-клубе, напились и укурились, как черти, и, видимо, потом творили хрен пойми что. Однако, дело принимало достаточно крутой поворот.       — Думаю, вечер не мог пройти ещё хуже… — я икнул. — или мог?       — Чувак, ты кричал на всю улицу, что её любишь с тех пор, как в песочнице она дала тебе по башке лопаткой. А затем догнал её, убегающую, трезвую и заплаканную, и ещё долго обнимал, укрывал от дождя, целовал в макушку.       — Ладно, но это не объясняет, почему я проснулся в гамаке у тебя рядом с домом! — я был в ужасе.       — Всё элементарно. Ты предложил переспать, а она согласилась, а мой дом родительский был ближе всех.       — Ты-то откуда это знаешь? Ты вообще в бассейне дрых полночи.       — Хе, пить меньше надо!       Я в последний раз зарылся руками в волосы, потёр глаза. — Наверное, это было не избежно. И… что было потом? Мы пе… переспали?       — Посмотри в её глаза и всё поймёшь. — Я искренне не любил, когда Наруто говорил загадками. Ещё больше я ненавидел — узнавать и извиняться за свои пьяные похождения. Тем более перед Сакурой.       — А где сама Сакура?       — Она уже… некоторое время стоит по правую руку от тебя.       И что-то мне подсказывает по красноречивому хрусту кулаков за спиной, утро выдастся ещё бурнее, чем я думал.