dreaming of sunshine

Никто никогда не замечает, что было сделано; можно увидеть только то, что еще предстоит сделать ~ Мари Кюри. Команда Семь легко попала в рутину. На следующий день после испытания с колокольчиками, после клятвы мы встретились на тренировочной площадке, готовыми пойти на миссию. Какаши-сенсей сказал приходить в девять часов, но приходили и уходили без его единого признака появления. Чувствую себя странно задумчивой. Я знала Клятву раньше, но называть её засвидетельствовав главой клана…. Окончательно странно. Клянусь защищать своих товарищей по команде, клан и тех, кто в союзе с нами и Конохой, стать единой с тенями. Больше, чем просто стать генином. Нет пути назад. Клятва — всё для клана. Я посмотрела на своих товарищей по команде. Саске хмурился, а Наруто бросал камешки в озеро. Они скучали. Я могла бы вытащить книгу и начать читать. Но я хотела наладить контакт с ними. — Эй, — начала я откашливаясь. Не очень громко, но Саске поднял глаза. — Не хотите сразиться? — Хн. Не уверен, что худший ученик сможет включиться в бой, — Саске заинтересовался. Наруто трудно повалить в бою, но это не поможет, если он не может внести большой вклад. Я не уверена, что у него было бы сражение на этом этапе, но в условиях вседозволенности он, вероятно, превзошел бы. Это не высокомерие, но если бы я бросила на него гендзюцу, то он бы не снял его. Я закусила губу. — Я и Наруто против тебя? — Правила? — Саске посмотрел заинтриговано. Я задумалась об этом. — Никаких травм. Мы должны выполнить миссию после, а я не знаю, что мы будем делать. Не доводить себя до истощения и сможем передохнуть в любое время? И мы остаемся на поляне, — нет смысла исчезать до появления Какаши-сенсея. Саске встал и отряхнул брюки. — Ой, худший ученик! — позвал он. Наруто вскочил, как сумасшедший попрыгунчик, крича на него. — Мы собираемся сражаться. Ты и Шикако против меня! — Готовься сдаться, сволочь! — кричал Наруто на вызов. На самом деле я не участвовала в пустой болтовне, но не хотела терять обоих. Конечно, победа для эго Наруто могла быть ужасной вещью. Может раздавить позже. Мы разошлись по поляне. Я стояла за Наруто. Он, вероятно, сначала пойдет напролом: необязательно начинать ему с теневых клонов. Саске шёл ему навстречу; он не хотел избегать боев. Вероятно, тайдзюцу, так как он хорош в перечислениях, чем Наруто. У него было достаточно много примечаний, но определенно его внимание было приковано к нин-тай. Раннее утро, так что тень достаточно длинная. Что дает мне честно работать. Я не использовала ни одну из земляных техник в бою с Какаши-сенсеем и не уверена, что кто-то из мальчишек попадется в гендзюцу. Мое тайдзюцу хорошее и если я смогу удержать тень во время боя, то предположительно оно может стать роковым (если честно, то я все еще работаю над этим). Но я бы, вероятно, попыталась избежать приближения Саске — с пространством для маневра и доступа к оружию его, вероятно, труднее будет взять, чем в спарринге в Академии. В любом случае не очень легко. — Готов? — спросила я. Саске кивнул. Наруто рванулся с воплем: линия клонов выскочила рядом с ним. Игра началась. Я пробежалась по печатям для гендзюцу Головокружения. Гендзюцу трудно использовать: оно требует большой концентрации и внимания к деталям, — особенно, если попытаться использовать визуальное гендзюцу, — и точный контроль чакры, чтобы освободить Инь-чакру. Для большинства техник чакра представляет собой смесь духовной и физической чакры в равной пропорции. Когда у вас нет равных количеств, то избыток только зря потрачен. Если не образовать Инь или Янь чакру, то будет несбалансированная чакра. Инь скорее духовная, нежели физическая. А Янь полная противоположность. Для сдерживания несбалансированной чакры уходит куда больше контроля: даже больше для использования одновременного освобождения Инь-Янь чакры, предотвращая их спутывания с нормальной сбалансированной чакрой. Я все еще не могла сделать этого, но могла сформировать их по отдельности. Выпускаемая Инь чакра характеризуется как медленная, мягкая, упругая, рассеянная и пассивная (И, как ни странно, женская. Именно поэтому большинство женщин являются медиками и пользователями гендзюцу, нежели мужчины) и является основой для гендзюцу и большинство медицинских техник ниндзюцу. На самом деле гендзюцу Головокружения — одно из моих любимых. Оно простое и эффективное. Оно направлено на полукруглые каналы во внутреннем ухе и разрушает жидкость внутри них. В результате чего нервные окончания отправляют противоречивые сигналы в мозг о том, как двигается тело. Конечным результатом является головокружение, и если удерживать достаточно долго, то будет тошнота и рвота. Количество чакры, размешивающее жидкость, минимально. И все симптомы имеют реальные сигналы от тела, что мешает его отменить. Так как влияет на очень, очень маленькую область, если изолировать образец гендзюцу от системы чакры хозяина. Можно сделать невозможное. В основном, Святой Грааль в использовании гендзюцу. Я и близко не дошла до этого, но не значит, что вредно. Любой Нара знает, что все зависит от времени. — Инь-высвобождение: вестибулярное нарушение, — пробубнила я перед тем, как Наруто достиг Саске для атаки. Саске споткнулся, одновременно и отчаянно пытаясь блокировать множество атак и освободиться от гендзюцу. Я запустила свою тень вперед, подпрыгивая от клона к дереву в попытке связать его. Наруто сделал несколько хороших атак. И, зная, что поражен, Саске отступил, используя замену для пересечения поляны. Перерыв дал ему достаточно времени, чтобы собрать свою чакру для «кая» (даже когда я забросала его новое местоположение кунаями и сюрикенами). Он работал сейчас, и я намерена оставить его. Я предпочитала мои бои, чтобы быть быстрой, с внезапным взрывом подавляющей силы. Саске отбросил кунаи и нацелился на меня. На данный момент я в его глазах реальная угроза. Я оставила часть моей тени, кравшуюся сквозь деревья, и сосредоточилась на том, чтобы объединить её вокруг моих ног. Мы не «использовали» наши тени во время дзюцу, просто протягивали их. И вполне реально удержать несколько противников ими. Он — быстр, уворачиваясь от прокалывания атаки моей тени, даже когда его руки складывали ручные печати, которые я видела однажды. Дерьмо. Я прогнала собственные ручные печати, радуясь, что эта техника состоит из четырех. — Катон: великий огненный шар! — Дотон: земляная стена! — стена едва подошла к груди, и я нырнула позади неё. Огненный шар повлиял на стену: дует дым в воздух, однако Саске прыгнул через неё, наверх на верхнюю часть стены, приземляясь на пятки туда, где я кралась. Я свернула с дороги, касаясь ног рядом с ним. — Техника трансформации: десять тысяч кулаков! Когда мы изучали основные техники клонирования и трансформации в Академии, я постоянно удивлялась, сколько различных способов мои одноклассники могли сделать неправильно. Я управляла обеими техниками впервые и была немного… насмешливой, может быть, несколько медленной, как все остальные. Потом я заметила, насколько эффективными были некоторые из этих «неудач». Одним из наиболее распространенных способов обнаружить плохо сформировавшийся клона — его движение. Не все части двигаются одновременно. Будет размытое пятно. Я применила это к моей технике трансформации. Я била Саске, однако моя настоящая рука была скрыта десятками других кулаков под разными углами, расстоянием и скоростью. Он понятия не имел, какой из них блокировать. Я ударила кулаками: первый удар пришёлся в живот и последовал до подбородка. Сбросила тень, чтобы наброситься с помощью тени. Я не могла удерживать две техники одновременно, но я работаю над этим. Саске сделал сальто вне зоны досягаемости, используя мою земляную стену как отправную точку для получения высоты и расстояния. И приземлился прямо в группе клонов Наруто, который ждал его на другой стороне. Выражение его лица было бесценным. — Проучим его! — Пришёл их клич. Наруто определенно скандалист. В поединке один на один — он всегда проигрывал Саске. Пять на одного, десять на одного…. Было даже чуть больше. Саске покачался, увернулся и набросился. С каждым клоном он расправлялся, как и с теми, что заменяли. Вдобавок к этому, он должен был следить за моей тенью, которая отбрасывалась от Наруто к Наруто, окружив его и отрезав ему выбор передвижения. Он отступил подальше от земляной стены в сторону деревьев, где он был замечен ранее, и по совпадению я послала свою тень, прежде чем сменила тактику. Он всё ещё был там, в засаде, будто длинная чёрная змея. Он немного отступил, потом вскочил, благополучно сев на ветку над нашими головами. Наруто был менее проворен и не мог следовать за ним там. Но…. — Теневое подражание, — сказала я, сложив руки в печать крысы. Я отказалась от тени «хвоста», что преследовало его и повторяло первую, что кружила почти над половиной поляны. Я наклонила голову, чтобы позволить Саске увидеть чёрный след, что извивался по стволу дерева к его ногам. — Сдаешься? — спросила я. — Или? — спросил он. Хороший вопрос. Теневое подражание автоматически не заканчивает бой. — Я делаю шаг назад, — сказала я. Падение с такой высоты не будет сильно болезненным, но, будучи парализованным, он не сможет справиться, да и Наруто ждал его внизу. Я не сильно уверена, что смогу удержать подражание через измерение высоты, как этого хотелось бы. Я сделала пометку, что нужно исследовать позже. Очевидно, мне нужно больше работать в 3D-сфере. — Я подчиняюсь. — Саске рассмотрел, затем кивнул. Я позволяю дзюцу идти. Наруто повеселел. — Хороший бой, — предложила я с небольшой неопределенной улыбкой. Теперь, когда мы выиграли, я не уверена, что Саске так считает. — Не собираешься сказать что-нибудь, ублюдок? — заликовал Наруто. — Мы выиграли. Ты проиграл. Мы выиграли! — Пожалуйста, прекрати это, Наруто, — я насторожилась. Он либо не слышал меня, либо проигнорировал меня. — Наруто! — я щёлкнула. Он остановился как вкопанный, щурясь на меня испуганно. — Шикако? — сказал он нерешительно. — Ты счастлива? Мы выиграли. Я постаралась успокоиться. Не новость, что Наруто плохо социализированный идиот. Я просто должна объяснить — вот и все. — Не вежливо вести себя так, Наруто. Когда ты выигрываешь, ты должен быть великодушен. В противном случае всё, что ты делаешь — только создаешь врагов. Не только среди людей, которых ты побил, но и среди тех, кто видит, как ты ведёшь себя. — Что? Но я выиграл! Все должны видеть, насколько хорош я сейчас! — закричал Наруто. С ним рядом Саске сжал руки в кулаки и начал свирепо смотреть. Я должна была разрядить обстановку. Быстро. Жаль, что я не знаю как. — Видел ли ты, как Хокаге кричит о том, сколько боев он выиграл? Или Ирука-сенсей? — спросила я быстро, называя людей, которых, как я знала, Наруто уважает. — Ирука-сенсей даже не сказал нам, как он получил травму после окончания школы. Уверена, что не действовал так тогда. Наруто перестал прыгать и посмотрел вниз на землю. Чувствовала себя немного виноватой, с тех пор как он сказал мне, как Ирука-сенсей получил травму. — Это было…. По-другому, — сказал он, бессознательно касаясь оголовья. — Ирука-сенсей удивительный. — Точно, — согласилась я. — И когда ты делаешь что-то удивительное, люди будут знать об этом тоже. Ты не должен говорить им. К тому же…. Не значит ли это что-то большее, когда люди говорят об этом? — Да. Да, это так, — он поднял голову, не сфокусировав глаза, будто я рассказала ему о всей вселенной. Я кивнула, и отпустила напряжение, которое было в моих плечах. — Хороший бой, — кивнула я ему. — Хороший бой, — Он улыбнулся в ответ тем, что было мягче и спокойнее, и более благодарной, чем его обычные улыбки. Я склонилась в сторону Саске: вывод очевиден. — И …. Ты тоже. Это был хороший бой. Ублюдок, — Наруто нахмурился. — Хн. Ты хорошо справился. Последний мертвец. Наруто мог нахмуриться ещё сильнее, но то, что держал руки при себе явно говорило о том, что он хотел мира, даже если не признаёт его. Я вздохнула, отвела плечи и проверила уровень чакры. На удивление они были истощены. Почти половина ушла из этого маленького получасового боя. Что я использовала: три, четыре техники? Нехорошо. Мы не устраиваем спарринги дома, даже если я много работаю над техническими деталями моего дзюцу. Спарринг с Шикой — простое упражнение в разочаровании, а мои старшие двоюродные родственники-шиноби слишком заняты для любого рода постоянных тренировок. Мы собрали все наше оружие и направились обратно к мосту, чтобы сесть и ждать. — Хотите поговорить о сражении? — спросила я, слегка путаясь со словами. — Зачем? — спросил Наруто, всё ещё находившийся в интроспективном настроении. По крайней мере, так спокойней. — Для того, чтобы в следующий раз мы смогли сразиться лучше, — ответила я. — Хн. Ты застала меня врасплох с этим гендзюцу, — продолжил Саске после паузы. — Что это было? Похоже, я пошла против моей натуры для объяснения своих методов, но это моя команда. Однако, если бы когда-нибудь услужливо рассказывала боевой монолог под названием «как бить меня», я бы попросила кого-нибудь нанести удар на меня. — «Инь-высвобождение: вестибулярное нарушение» вызывает головокружение, — объяснила я. — Это целенаправленное гендзюцу. Это означает, что используется на противнике, а не на свое окружение, — я уточнила для Наруто, видя его запутанное выражение. — В основном, оно нарушает равновесие, но если использовать достаточно долго, то может вызвать тошноту и рвоту. — Грубо! — воскликнул Наруто, смотря с восторгом. — Не ожидал, что у вас есть что-то, кроме вашего теневого дзюцу, — признался Саске. — У большинства Нара нет, — согласилась я с гримасой. — Однако мне хотелось немного разнообразия. Нужно быть слишком умным, чтобы добиться успеха только в одном виде дзюцу. — Что ты имеешь в виду? — спросил Наруто. — Твое теневое дзюцу удивительное! Однако не такое крутое, как мои теневые клоны. — Но твои теневые клоны не могут сделать всё. Они легко исчезают. И ты не смог достать Саске, как только он оказался на дереве, не так ли? Хотя ходьба по дереву может это исправить, как мне кажется. Но. Каждое дзюцу имеет ограничения. Саске хмыкнул в знак согласия. Мы продолжали говорить о матче, пока сенсей не добрался до нас. Это было классно. Общительные. Саске и Наруто точно поладили, но их комментарии были в основном конструктивными. — Ну, доброе утро, мои маленькие милые генины, — сенсей сидел на вершине перил и помахал нам рукой. — Вы опоздали, — крикнул Наруто, вставая на ноги и указывая. — Видите ли, — начал Какаши-сенсей, — В моей комнате был паук, поэтому я не мог одеться, пока он не уйдет. — Лжец! — завопил Наруто. Трудно сказать, но мне кажется, что Какаши-сенсей удивлён нашими реакциями. Для чего он использует такие предлоги? — Итак, сегодня мы собираемся брать миссию. Идем в Башню Хокаге. Наруто повеселел. У этого мальчика слишком много энергии. Я взяла себя за ноги и пропустила чакру по телу, чтобы рассеять сохраняющиеся боли. Не совсем метод исцеления, но он чертовски полезен. Больше чем мгновенную боль от удара, я ненавижу сохраняющуюся боль от переутомления. Мы неспешно шли к Башне Хокаге. Наш темп, установленный Какаши-сенсеем, который, казалось, идет чуть быстрее, чем слепой старик-инвалид. Хм… Это действительно похоже на Какаши-сенсея. Тем не менее, темп, казалось, действительно раздражает моих товарищей по команде, если сгорбленная поза Саске означает какой-то признак. Совсем не стоит знать, как Наруто раздражен, так как он очень решительно провозгласил это. — Мы наконец-то получим крутую миссию, а вы очень медленные! Поспешите! На самом деле, я думаю, что Какаши-сенсею просто нравилось смотреть на выступление Наруто. Конечно, учитывая мое знание о том, что D-ранговые миссии не очень понравятся Наруто, когда мы получим их. D-ранг — работа по дому, или, может быть, миссии типа общественных работ. Они профинансированы, или, по крайней мере, субсидируются самой деревней и, как правило, кланами или важными персонами. Насколько мне известно, расчистка и реструктуризация тренировочных полей после того, как их снесли — одни из самых распространенных задач в Конохе. Хотя совершенно ошеломленное лицо Наруто, когда Хокаге зачитывал возможные миссии, было поразительным. Саске казался столь же не впечатлённым. Какаши-сенсей создавал очень хорошее впечатление человека, ни на кого не обращающего внимание. Я посмотрела туда и определилась между ними. Интересно будет, если кто-то из них будет отвечать Хокаге. Несомненно, Какаши-сенсей должен? Он перевернул страницу. Скрежет бумаги был очень громким в тишине комнаты Выдачи Миссий. — Эм, няня? — нерешительно предложила я, когда как Хокаге обратил на нас внимание. — Очень хорошо, — сказал он, поднимая свиток со стола и делая пометку в его списке. — Команда Семь получает миссию по присмотру за маленьким трехлетним ребенком Главного Советника. — Какая это миссия? — вдруг закричал Наруто. — D-ранга, Наруто! — крикнул Ирука-сенсей. — Так как вы только что выпустившиеся генины, такого рода миссии вы будете выполнять до тех пор, пока не получите некоторый опыт. Наруто надулся. — Гм, — влез Хокаге. Ирука погрузился обратно на свое место, немного растерявшись. — Команда семь. Ваш свиток с миссией. Какаши-сенсей лениво поймал свиток, когда он выгнулся в воздухе. Может показаться странным то, что бросают важные документы, однако правильно свернутые свитки необыкновенно аэродинамические. Вероятно, это причина, по которой люди до сих пор используют их вместо книг или файлов. Конечно, не может быть целью хранение. — Хорошо, утята, — сказал сенсей. — Сматываемся.

***

Синдзи Хидеки — милый ребенок, полностью привыкший к тому, что команды ниндзя нянчатся с ним, когда его отец на важных встречах. Приток чужих людей не беспокоил его совсем. Мы обозначались в реестре на пять часов, что включает обед, и составленным полным графиком. Свиток с миссиями на удивление хорошо подготовлен для D-ранга, что только подчеркивало тот факт, что это повсеместно выделяющиеся миссии. — Почитаешь мне историю, пожалуйста? — спросил он, захватывая мою штанину и дергая. В одной руке он держал очень потрепанную и любимую копию «Желтой молнии», которая, возможно, является наиболее обожаемой детской книгой во всей Конохе. — Конечно, дорогой, — сказала я, взяв его на руки и понеся его к дивану, где он нетерпеливо извивался на моих коленях. По крайней мере, это продолжалось час, прежде чем мы должны были начать готовить обед, — для которого у нас есть строгие инструкции относительно того, что он не будет есть и что готовить, — и другие неловко стояли вокруг. Ну, четыре человека для такой миссии, вероятно, слишком много. Было бы больше одного ребенка — может быть. Однако даже тогда я не уверена, что трое знали бы что делать. Я не хороша в посиделках с детьми, но есть несколько кузенов Нара несколько помладше, и я была старшей сестрой однажды. — …. И Желтая Молния пошла Молнией! Молнией! Молнией! — закончила я, выполняя необходимые движения пальцами. Те, которые всегда напоминают мне о лампочках или встряхивании воды. — Молния! Молния! Молния! — Синдзи засмеялся и захлопал. — Еще раз? Я посмотрела часы. — Возможно, нет, дорогой. Хочешь порисовать? — спросила я, увидев карандаши и бумагу на полу. — Мы попросим Наруто посидеть с тобой. Не знаю, что остальные делали, но отследить чакру было достаточно легко. Он был в конце коридора. — Наруто? Можешь посмотреть за Синдзи, пока я готовлю обед? — спросила я. Я не уверена, что кто-то из моих товарищей по команде умеет готовить. Я могла бы спросить, но мне проще приготовить самой. — Конечно! — закричал он. Я ждала его появления в гостиной перед тем как уйти. Кухня достаточно организованная. Я вытащила инструкцию на ужин и обнаружила, что включили достаточно пищи и для нас, что на самом деле очень хорошо. Многие клиенты, казалось, забывали, что ниндзя тоже необходимо есть. И именно поэтому нам посоветовали принести достаточно много еды для продолжительной миссии всякий раз, когда мы шли на продолжительные миссии. В Конохе это не так уж и плохо, так как мы можем послать кого-то из нас для покупки обеда, но все равно приятно. Задумалась. Я не самый лучший повар на свете: мне слишком скучно с нетерпением ожидать, пока все кипит или прожарится, и не придавать такого большого значения тому, что я съела, чтобы исправить и то, и другое. Но я уже научилась готовить благодаря маме, которая является великим поваром, и что почти означает, что готовка обеда — «время девочки» и компенсирует скуку. Конечно, приготовление еды для других людей означает, что я, по крайней мере, пытаюсь хорошо готовить. Я не могу быть суетливой, но было что-то смущающее в сервировке для других людей. Я напевала, когда рубила овощи и ставила кастрюлю с водой кипятится на плиту. Рисоварка же сгорела, с тех пор заняло больше времени для правильной готовки. На кухне было очень хорошо: я размышляла в то время, когда я взяла специи из одного из верхних шкафов. Удивительно современный, но вышло замечательное использование пространства. — Что ты делаешь? — спросил любопытный голос. Я развернулась и почти застыла в ужасе. Синдзи заглядывал на стол, хватая прилавок, чтобы посмотреть на верх; другая его рука потянулась к кастрюле на плите. Его рука балансировала на разделочной доске, которую я оставила и наклонила ненадежно. Я могла увидеть, что произойдет. Он потянет, доска наклонится, нож упадёт на него и, вероятно, кастрюля с кипящей водой тоже упадет на него. Дерьмо. Моя тень набросилась, заморозив его на месте, но это не остановило уже движущиеся события. Мои нити чакры распрямились из пальцев, прикрепившись к доске, ножу и кастрюле и потянув их обратно к краю. Я не могла сделать такую манипуляцию с ними, и я не могла двигаться, держа все эти разные вещи. Где Наруто? Кто ближе всего? Наруто в туалете. Но только Саске был на веранде. — Саске! — мой голос мог быть немного запаникованным, поэтому он появился с повышенной скоростью: одна рука уже тянулась к кунаю. Он появился и схватил Синдзи, поднял его и вышел из кухни в коридор. Потребовалось быть может несколько секунд, но мое сердце колотилось сильнее, чем в бою сегодня утром. Я положила разделочную доску и нож в раковину и убедилась, что повернула ручку кастрюли к стене. Я должна была так начать, но я не подумала об этом. Глупый надзор. Я не почувствовала, что он пришёл, потому что мало вероятно то, что у детей помладше есть вообще какая-либо чакра. Я должна была по крайней мере услышать его. Единственным объяснением этого было то, что я не уделила достаточно внимания. Просто, просто глупо. И как раз оказалось, что не все опасности в мире — разбойники или нукенины. Повседневная жизнь — это собственные проблемы. Конечно, Наруто не должен был оставлять этого чертового ребенка одного. Даже ради того, чтобы сходить в туалет. Ради всего святого, нас здесь четверо! Я уложила эту мысль. Я поговорю с ним после того, как закончится миссия. Я надеялась пообедать вместе и понесла его на стол в обеденную комнату, прежде чем убедилась, что все безопасно убрано на кухне. Последнее, что я хотела — повторение явления. — Обед готов, — мягко сказала я, двигаясь в гостиную. Наруто дулся на диване, а Саске неуклюже стоял на коленях на земле, очевидно выговаривая тонкости игры с фигурами. Так очевидно, что он был вне зоны комфорта, что было почти смешно. Фигурки были быстро брошены на призыв есть. — Обед, — повторил Синдзи, глядя с восторгом. Саске взглянул с глубоким облегчением. Остальная часть дня прошла гораздо спокойнее. Советник Хидеки пришел вовремя и выглядел довольным, найдя своего сына, спавшего послеобеденным сном. Он что-то бормотал под нос о мудрости найма ниндзя, что мы вежливо игнорировали. Это заставило меня задуматься: были ли у него проблемы раньше. Мы были на обратном пути к Башне Хокаге, чтобы забрать плату за миссию, когда Наруто взорвался. Удивлена, что он молчал так долго: Саске должен был сказать что-то серьезное, чтобы заставить его молчать. В основном, сенсей все еще игнорировал нас. — Хорошо! Теперь ты должен объяснить, ублюдок! Какого черта ты думаешь, что ты можешь лезть и говорить мне, что делать, а? — Клиент чуть не получил ранение из-за твоей некомпетентности! — Саске ухмыльнулся. Наруто посмотрел назад и немного с болью. — Что за хрень ты несешь? — рявкнул он. — С ребенком всё в порядке. Я оставил его всего ненадолго. — Чего не должен был! — отстрелялся Саске. — Наруто, Синдзи забрел на кухню и чуть не опрокинул кастрюлю с кипящей водой на себя. Он мог серьёзно пострадать, — объяснила я, стараясь оставаться спокойной. — Правда в том, что я должна была уделять себе больше внимания. Но я думала, что я могу доверить тебе присмотр за ним. Если тебе нужно было оставить его, ты должен был позвать Саске. Наруто был опущен, как сдутый воздушный шар. Я проигнорировала укол вины, который вызвал мой гнев из-за его невнимательности. Мы не разговаривали больше; казалось, что все наши утренние успехи были стерты. Когда я вернулась домой, я схватила мою запечатанную книгу, нашла Шику — смотрящего на облака, что не вызывает удивления, — и пошла в его сторону.  — Что случилось? — небрежно спросил он. — Что заставило тебя подумать о том, что что-то произошло? — переспросила я. — Обычно ты капризна, когда ты расстроена. — ответил он. — И это проблематично, но если есть что-то… Я мягко улыбнулась. — Просто командный спор, — сказала я, возвращаясь к книге. Утро показало мне, что мои запасы чакры в пропорции тому, что я обычно использую в бою, не так уж велики. Я знаю, что если это возможно, то можно сделать печать хранения чакры. Но, конечно же, возможность не означает легкость. Они — полная противоположность лёгкому. На самом деле это может занять у меня годы для создания таковой. До тех пор я не должна была создавать резерв традиционным способом. Я вздохнула. Так что много чего еще предстоит сделать.