dreaming of sunshine

Все люди — братья, как моря во всем мире. Так почему ветры и волны сталкиваются так яростно везде? ~ император Хирохито. Матч между победителями, Шикамару и Канкуро, должен был быть следующим, но шиноби из Песка сообщил фальшивое заявление о том, что он сдается, так как не сможет выиграть. — Какого черта? — спросил Чоуджи, обобщив чувства большей части толпы. — Не дошел до экзамена на чунина, сдавшись, даже не выйдя на ринг, — пробубнила я, сузив глаза. — При этом у него самая идеальная цель: противник, который только что сражался. Что-то произойдет. — Думаешь? — осторожно спросил Киба. Котецу и Изумо тревожно передвинулись. Быстро, но я заметила. Они знают. — Может быть я излишне подозрительна, — сказала я. — Но что-то не так с этим экзаменом. — Рассказывала, — согласился Чоуджи, бросая угрожающие взгляды вокруг. — Думаешь будет… Что-то вроде того, что было на Втором Этапе? Думаешь, что будет Орочимару? — Возможно, — сказала я, закусив губу. Могу ли я сказать больше чем «что-то здесь не чисто»? У меня нет доказательств. Акамару что-то пролаял. — Суньте свой нос к земле, — перевел Киба. — И будьте начеку. — По мне так хороший совет, — сказала я. Толпу охватывало беспокойство: она начала свистеть и вопить, так как время шло, а следующий матч не начинается. Чего вы ждете, сенсей? — поинтересовалась я. Хаяте закашлялся перед тем как поднять руку. — Все сроки истекли, поэтому официально я объявляю этот матч… Всплеск чакры, а затем порыв вращающихся листьев. — Простите, мы опоздали. Вы не представляете, какие были пробки. Я ударила себя по лицу. — Сенсей, — я застонала от раздражения. Кто-то засмеялся. — Такое уныние и такой выход, мой вечный противник. Вот так заставить нас всех ждать… Я подняла глаза. — Гай-сенсей. Ли. Вы пришли! — Да, — подтвердил Ли. — Похоже мы пришли как раз вовремя. Я слышал… Что Наруто побил Неджи. Это правда? — Да, — сказала я. — Был потрясающий бой. Уверена, что Наруто расскажет тебе о нем позднее, если ты его об этом попросишь. Тебе же нужно сесть? — с опозданием спросила я, указывая на его ранения. Мы разошлись для создания места для него, когда прорезался другой знакомый голос. — Есть место для еще одного? — Ино! — радостно сказал Чоуджи. — Тебе не больно? Она выглядела немного потрепанной, с бинтами повсюду. Но Ино носит бинты как модный элемент, так что все выглядело не так уж и серьезно, как могло бы быть. — Ушибы, — радостно ответила она. — А еще у меня болит голова. А так дело ведь только в моем самолюбии. Услышала, что Саске будет сражаться, так что я поднялась. — Удивлена, что медики отпустили тебя, — прокомментировала я. Она подмигнула. — Наш маленький секрет, да? Рада видеть её в хорошем расположении духа после поражения. Я переживала, что она будет в подавленном состоянии. Скамейка стала немного переполненной, так что оно и к лучшему, что Гай-сенсей доволен расположением на островке, где вскоре к нему присоединился Какаши-сенсей. — Что с Хинатой? — спросила Ино, глядя на Хинату, прислонившуюся к Кибе. — У неё обострение, — объяснила Киба. — Там сзади, АНБУ в маске кота. Он вылечил её, но она ещё не пришла в себя. Я поймала взгляд Какаши-сенсея, а пальцы скрутились в знак «человек, подозрительный», используемый для идентификации потенциальных врагов. Надеюсь, он поверил мне. Далее я идентифицировала его как Кабуто, но не уверена, что он официально связан с Орочимару. — Привет всем, — сказал Какаши-сенсей с щелчком пальцев, означающим «признание». — Прошу прошения. Должно быть ты очень волновалась. — Разве на моем лице обеспокоенное выражение? — откровенно спросила я. Ну, я очень волнуюсь, но я неплохо справлялась с сокрытием его, а не казалась нервной (дразнила Кибу, комментировала матчи, ласкала Акамару). Раз уж он поднял эту тему, то теперь я знаю, насколько сильно я волнуюсь. Не столько из-за опоздания, но все равно… Он засмеялся, почесав затылок. — Ма, ма, не переживай. Я бы не допустил дисквалификации Саске. Вероятно, сколько подтверждение того, что я правильно поняла, что он здесь околачивался. Я нахмурилась. — Скажите, пожалуйста, что видели последним на матче. Он был достаточно хорош. Его глаза мгновенно расширились. Если бы у меня было бы больше мимики для изучения, то я бы даже не заметила, но поскольку они — единственный показатель, я сделала это. — Он побил Неджи, не так ли? — спросил он, отклоняя предполагаемый вопрос. — Побил его, — усмехнулся Киба. — Наруто завладел им. Матч закончился его полной победой. Теперь я не чувствую себя так плохо из-за проигрыша ему. Ли уставился на него удивленными округленными глазами. Нас прервал Хаяте, закончивший перечисление правил Саске, объявив начало матча. Никто не хочет пропустить такое событие. В кратере все еще оставалась вода, что дает Саске преимущество, если он загонит Гаару в них. Если. — Начали. Я сжала руки в кулаки, суставы стали белыми от напряженности моей хватки. Не смей пострадать, Саске. Матч еще даже не начался, а Гаара уже выглядит так, словно ему больно. Не к добру. Нисколечко. — Поехали, — сказал Саске, отправив быстрым вращением запястья сюрикены в направлении Гаары. Их легко остановил песчаный щит Гаары, превратившийся в песчаный клон. Саске приступил к тайдзюцу, став слишком быстрым, чтобы за ним следовать. Вызвавшись в качестве спарринг-партнера Саске, я точно знаю, что песчаный клон ощущается так, словно он побил его вокруг, дестабилизировал и свел обратно к песку. Он еще не дотронулся до Гаары, но стало понятно, что пройдет немного времени прежде чем он это сделает. — Потрясающе, — сказал Гай-сенсей. — Он почти так же быстр, как Ли. — Почти зеркальное отражение моего тайдзюцу, — добавил Ли. Не могу сказать, расстроен ли из-за этого или нет, а я не отрывала глаз от боя. Саске метнулся, удар попал точно лицу Гаары, прежде чем рвануть обратно за пределы досягаемости. — Значит, вот какая твоя песчаная броня, хм? — сказал Саске. Мы не видели отсюда, но я думаю, что на поверхности Гаары отрывались куски песка. Гаара не ответил. — Я уничтожу все твою броню, — сказал Саске. Саске буквально нарезал круги вокруг него. Он заставил песчаную защиту Гаары постоянно формировать движущийся круг в ожидании его движений… Затем чисто спикировал к ней, чтобы атаковать Гаару в центре. Он забил удары, взломав песчаную броню прежде чем уйти из опасной зоны. Гаара опустился на одно колено, тяжело дыша. Выглядит так, словно он стонет от боли. — Похоже, что ему нужно куда больше сил для поддержания этой скорости, — прокомментировал Ли. Внизу на арене Саске задыхался. Он сжег много чакры для поддержания определенной скорости, что стало одним преимуществом, которое у меня над ним есть. — Ты какой метод тренировки использовал, что он достиг такого уровня за месяц? — спросил Гай-сенсей. — Хммм? — небрежно пробормотал Какаши-сенсей. — О. Шаринган Саске скопировал тайдзюцу Ли, поэтому всё это время я заставлял его оттачивать их… Саске видел, как сражается Ли, поэтому и смог овладеть его стилем. Но поработать, конечно, пришлось. Я прищурилась. Я-то думала, что Какаши-сенсей скопировал его, а затем дал возможность Саске с него скопировать… Потому что иначе получается чертовская эксплуатация. Опять же, так ли необходим шаринган? Представь, как кто-то сражается, а затем также сражайся. Конечно, совершенствование, благодаря которому он справляется с задачей, почти сверхъестественно. — Но самое интересное то, — отрешённо сказал Какаши-сенсей. — Что в девяти из десяти случаев Шикако побеждала его в гонке. Ощущаю шок от тех, кто рядом со мной. Большое спасибо, Какаши-сенсей. — Что? Думаете, я бы просто взяла на месяц отпуск или что-то в этом духе? — небрежно возразила я. Я добилась эффективности в усилении чакры, чем в повышении обычной скорости, но мне в итоге удалось создать печать сопротивления воздуха, похожую на утяжелители. Это те потери, о которых говорил Какаши-сенсей тогда, когда я решила не отменять печать перед гонками. Поскольку Саске носил утяжелители, я считаю это более точным сравнением. Сейчас он их не носит, так как весь смысл разгона и набирания скорости заключается в том, чтобы использовать её против Гаары. — Но… Если Ли не смог… — неуверенно сказал Чоуджи, вернув разговор в начальное русло. Я молча его поблагодарила. — Тогда как сможет Саске…:? — Он изучал и другие вещи, — подтвердил Какаши-сенсей. — Только смотри. — Что случилось, Гаара? Это все, на что ты способен? — язвительно заметил Саске, уворачиваясь туда-сюда от волн песка. Обида Гаары оказалась слабой, вероятно потому, что он сгорбился, сжимая голову. — Я… — протянул Гаара хриплым голосом. — Убью тебя… Твоя кровь… Его песок начал ползти назад, выходить и формировать кокон. Саске попытался атаковать, но вдруг остановился, так как на гладкой наружной стороне выступали шипы, почти пронзая его. — Песок покрыл все его тело, — с ужасом сказал Ли. — Ещё один слой его защиты? Саске пытался атаковать шар, прыгая на него и появляясь со всех сторон, но каждый раз, когда он приближался, появлялись шипы. Слишком медлительны, но и только. Он использовал шаринган, чтобы избежать их, а движения были резкими, так как ему необходимо быстро приспосабливаться. — Хмм, — невпечатленно хмыкнул он. Его рука оказалась в сумке прежде, чем появился знакомый свиток. Он легким ударом щелкнул защелкой, крепко удерживая передний край в одной руке, а затем бросил большую часть свитка над шаром песка Гаары. Не такой фантастический удар, как мог бы быть у Тентен, зато слишком прямая линия. Затем Саске впустил в него чакру и появилась волна воды. — Еще один водяной свиток? — удивленно спросил Котецу. — Да! Вперед, Саске! — воскликнула Ино. — Покажи этому ужасному парню. Я, например, просто ожидала результат. Все было не так хорошо, как я надеялась, — это было бы полным и абсолютным крахом, — однако щит из песка разрушен и лишь медленно передвигается, восстанавливая себя. Слишком сильно пропитался водой. Саске попробовал другой град ударов, но у него доступа к самому Гааре, поэтому он отступил к стене. Затем он начал собирать чакру. — Не может быть… Это же… — пробубнил Гай-сенсей. — Я взялся за тренировку Саске именно потому, что он очень похож на меня, — спокойно сказал Какаши-сенсей. Видно, что ему нелегко использовать дзюцу. Медленная скорость активации, избыточный расход чакры — хоть и делает впечатляющее световое шоу, но является чрезмерным, — хриплые усилия, расстояние, которое Саске пришлось отступить… Все это о многом говорит. — Я… Не понимаю, — сказал Чоуджи, неодобрительно посмотрев на арену. — Что это? — Простой пронзающий удар, — пояснил Гай-сенсей. — Но этот удар лучше всех. Единственное оружие в арсенале Какаши, которое он не скопировал с кого-либо. Секрет данного дзюцу заключается в обеспечивании скоростью и способности ниндзя сосредоточить свою чакру на точке удара. Как только эти два элемента (скорость и фокус) достигнут определенного уровня, чакра становится видимой и появляется тот характерный звук, который вы слышите. Словно щебет тысячи птиц. Именно из-за этого звука техника получила название «Чидори: тысяча птиц». Также известна как молниеносный клинок. Она получила такое имя, потому что однажды Какаши использовал её, чтобы разрезать молнию пополам до того, как она коснулась земли. Это та история, которую я хотела услышать прежде. — Да, точно, — не веря пробубнила Ино. — Старики и их военные байки. — В любом случае, эта техника невообразимой силы, требующая нечеловеческих показателей скорости и чакры. Опасная техника. Не так-то легко ей научиться. — Ага, кто бы говорил, — откликнулся Какаши-сенсей на предполагаемую критику. — Верно, Ли? — Значит, похожа на «Адский разрез» Третьего Райкаге, — сказала я. На самом деле довольно известная техника, поскольку ни один Райкаге не является тем, кто покинет поле боя после того, как стал Каге (как делают это другие). Вплоть до самой смерти всегда существует страх встретиться с ним на поле. Каге настолько знамениты, что существует большое количество информации об их техниках. — Нет, — лицо Какаши-сенсея оставалось довольно невозмутимым. Гай-сенсей рассмеялся. — Она на твоей стороне, Какаши. Это правда, что у этих техник есть сходство, но есть и большие различия, — однако он не объяснил различия. Что достаточно неплохо, так как Саске начал бегать, из-за чего я, вероятно, не стала бы даже слушать. Я затаила дыхание, когда Саске приближался все ближе и ближе, становившийся не ясным, когда он уворачивался от песчаных шипов, пытавшихся его замедлить. Его рука выстрелила и зарылась в песок. Наступила тишина. Затем крик Гаары хрипло отозвался на трибунах. — Кровь! Моя кровь! — было слышно, что он боится куда больше, чем злится. Мне пришлось прикусить губу и проглотить желчь, появившуюся у меня в горле. В любом случае он сумасшедший и псих. Он опасен. Но этот ужас… Похож на ребенка. Двенадцать. Ему всего двенадцать. Я не могла, не могла отвести взгляд от Саске, пытавшегося отступить от песчаного шара, отбрасывая от него руки. Схватил его, не желая отпускать. Песок, появившийся за ним, формировался по-другому. Больше нет свободно плавающего песка, а есть только видимая животная рука, кишащай фиолетовым. Начало его трансформации. Мои зубы сжались так сильно, что у меня заболела челюсть. Затем шар рухнул: песок опустился около Гаары и собрался у его ног. Он сжимал свое кровоточащее плечо, а его дыхание — хриплое и громкое. Саске нагнулся, стал наблюдать за ним и отдал предпочтение левой руке. Ясно, что Чидори обошлось не без затрат. Они смотрели друг на друга: на арене серьезное и смертельное противостояние. И тогда начали падать белые перья.