dreaming of sunshine

Пока мир движется и вращается, мы будем чувствовать головокружение и совершать ошибки. — Мэл Брукс Суть боя в том, что как только он начинается, он идет быстро. Нет времени останавливаться и обсуждать стратегии или тактики, а любой анализ должен проводиться на ходу. Мы не можем медлить, потому что наши цели и их цели совершенно разные. Они охотятся за Саске, а это значит, что как только они снова встанут на ноги, они направятся за Кибой. Учитывая, что они находятся на второй стадии проклятой печати и какой невероятный скачок в силе и скорости она им даёт, им, вероятно, не потребуется много времени догнать Кибу и Саске. Мы с Ино прыгали с ветки на ветку, лес вокруг нас казался размытым, когда мы неслись. Мы не скрывались, но в данной ситуации скрытность уступила скорости. Я слышала движение остальных, когда они проделывали то же самое, что имеет смысл, потому что Четверка Звука не обязательно находится далеко друг от друга, а любой приличный ниндзя попытался бы перегруппироваться. Нам придётся что-то сделать: увести их, разделить, если мы не хотим застрять в командном бою. Мы уже видели, как это происходит. — Ино, — тихо сказала я. — Это проклятое состояние… если по их словам оно влияет на разум… Что оно сделает с твоим дзюцу? Учитывая, что состояние было частью дзюцу владения Орочимару, я почти уверена, что ничего хорошего из этого не выйдет. Она закусила губу. — Может быть ничего. Может быть. Количественно оценить разум невозможно, поэтому определение того, что окажет эффект, а что нет, было всего лишь догадками. — Это… нехорошо, — сказала я. Это было преуменьшением. Я не знаю, что произойдет, но опасность… — Мы не можем просто не использовать дзюцу, потому что это может быть опасно, — сказала Ино, как будто точно знала, о чем я думаю. — Прям классический случай. Нара, Яманака, нелетальное устранение одного человека. Для этого была создана техника переноса разума. — За исключением случаев, когда она подвергает тебя опасности, — заметила я. — Ты не знаешь, что произойдет, — опровергла она. Знаю? Нет, не знаю. Но вероятность чертовски высока. — Скажи мне со стопроцентной уверенностью, что техника не причинит тебе вреда, — попросила я, зная, что она не сможет этого сделать. — Скажи мне со стопроцентной уверенностью, что у тебя есть работающий план, а никто из нас не получит травм, — парировала она. Щелчок. Я тоже не могу этого сделать. — Ты не можешь оставить меня только потому, что это может быть опасно, — категорически заявила она. — Ты не можешь себе этого позволить. Не сейчас. Она права. «Техника переноса разума» — ее козырь. В любом случае, времени на споры больше нет, так как мы вышли из зоны разрушения и нацелились на сигнал чакры, являющимся нашей целью. С тем, как сигнаг ощущался, нет возможности пропустить его. Невольно я вздрогнула. Если я думала, что проклятая печать плохо ощущалась в Лесу, когда Саске получил её, то ничто не сравнится с этим. Ощущение похоже на загрязнение, как смог или грязная вода, настолько сильное, что в нём трудно дышать. Кидомару не выглядел раненым, хотя, возможно, немного дезориентированным, и с его кожи шелушилась золотистая субстанция, дающая подсказку о причине. Я вспомнила песчаную броню Гаары. «Однажды мои взрывы действительно причинят кому-то боль, и я буду неприятно удивлена», — подумала я на ходу. — Че, — фыркнул он. — Вот кого они за мной посылают? Не смешно. А я-то думал, что успею сыграть партию-другую, но это того не стоит, когда нет стимула. Я бы запротестовала, может быть, сказала бы что-нибудь язвительное, но с нашей стороны будет серьёзный бой, и я это знала. В каноне Неджи чуть не погиб, сражаясь с Кидомару, и, несмотря на то, как прошел его бой с Наруто, он не слабак. Он выплюнул комок белой жидкости, быстро орудуя им всеми шестью руками, и бросил. — Паутина раскручивается! «Быстро!» — встревоженно подумала я. Липкая нить вырвалась из него, с каждой секундой становясь все шире и шире. Мы никак не успеем вырваться из сети до того, как она нас поймает. Я создала печати заменяющего дзюцу, прыгнув в деревья позади него. Ино не успела, оказавшись прижатой к стволу дерева с ограниченной подвижностью. «Руки свободны», — заметила я. — «Достаточно, чтобы сделать ручную печать». Не идеально. Но я была слишком занята, уклоняясь от внезапного шквала двухслойных сетей, летящих в меня, прячась за деревья, чтобы поставить препятствие между нами. Но я не могу прятаться вечно, потому что иначе он повернётся к Ино. Даже тогда я оценила сложность его дзюцу. Паутины — липкие и крепкие — имеют нити его чакры, проходящие через них, точные и хорошо сбалансированные. Учитывая, что они полностью отделены от него, это высокий уровень контроля чакры. В дополнение к скорости и ловкости, с которой он их создавал, нет никаких сомнений, что Кидомару заслужил свое место среди высшего эшелона Орочимару. Этот факт легко забыть, когда вспоминаешь, что его победил генин, но от этого он не становится менее верным. — Я уже знаю, как работает твое дзюцу, — сказал Кидомару. — Использование твоей тени для управления движениями противника. Хитрый трюк, но его легко победить. Все, что мне нужно делать, — это держать дистанцию. — Легко додуматься, не так ли? — спокойно сказала я. Учитывая, что ему удалось выжить и быть невредимым после предыдущего взрыва, его броня могла выдержать серьёзный урон, и он, вероятно, может активировать ее довольно быстро. Так что взрывы мне ничего не дадут. Вероятно, и снаряды тоже. Чем ближе я буду, тем сложнее будет избегать его липких паутин, а шесть рук дают сумасшедший бонус к тайдзюцу. — Один, — сказал он. Я уловила краткий отблеск света на металле и рефлекторно бросила кунай, чтобы перехватить его. Раздавшийся лязг определенно был звуком металла о металл, но когда они упали, я заметил, что кунай, который он использовал, был необычно окрашен — золотой, как доспехи, которые его защищали. — Два, — сказал он, и я присела, отбивая оба оружия и стиснув зубы. Нет смысла спрашивать «бой для тебя просто игра?», потому что и так ясно, какой будет ответ. Да. А это можно использовать. Ясно же, что он даже не рассматривает тот факт, что может проиграть. Суть игр заключается в том, что ты играешь, потому что это весело, и играешь до тех пор, пока игра не перестает быть весёлой. На самом деле он не шел на убийство, и этим я могла воспользоваться. — Четыре. Двойники. И они шли с разных углов. Он не двигался, так что, должно быть, он контролировал выпуск нитей. — Восемь. На этой скорости и расстоянии получилось слишком много. Я пригибалась, изворачивалась и уклонялась, но один удар прорезал часть моей голени, а другой застрял в материале моей куртки, прижавшись к ребрам, но не пробив. К счастью. Кидомару рассмеялся. — Осталось недолго. Шестнадцать, — с наслаждением сказал он. Я бросила кунай. — Земляная стена! Она выросла из земли, слегка изгибаясь вокруг меня, и я прижался к ней спиной, перевооружаясь. Земляная стена была обращена к нему, и я на короткое время скрылась из виду. Сейчас или никогда. Я прижала обе руки к стене. — Контактный взрыв, — пробормотала я как можно тише. Затем я погрузилвсь под землю, едва услышав счет — Тридцать два. Я протолкнула себя сквозь землю, двигаясь под поверхностью. Скорость, а не глубина здесь ключевой момент. Кидомару еще не двинулся, казалось, не заметил, что я ушла. Правда это или нет, но я не могу упустить шанс, и мои руки прорвали поверхность и схватились за его лодыжки. Он рванулся с силой, от которой у меня затряслись запястья, вырывая меня из земли, и я неловко споткнулась, когда земля ушла у меня из-под ног до того, как я успела отменить дзюцу. — Неплохо, — сказал он, ухмыляясь. Он хорошо рассчитал расстояние и находился слишком далеко, чтобы я могла добраться до него без подталкивания своей тени. Он осмотрел стену, пронизанную золотыми кунаями. — Заблокировала мой обзор, а затем сбежала, чтобы напасть на меня из-под земли. Похоже, тени — не единственный трюк, который у тебя есть. — Нет, — согласилась я, и тут стена взорвалась. Золото почти мгновенно впиталось в его кожу, защищая его от урона, который подбрасывал куски земли в небеса и опрокидывал могучее дерево позади него, но я не сделала этого, чтобы навредить ему. Взрывы, гигантские огненные шары, создавали свет. Его тень тянулась ко мне, так же как моя тянулась к нему. — Не, — проворчала я, когда тень сондинилась, чувствуя, как свинцовые грузы сдавливают мои конечности. Мы боролись, схватываясь за контроль, чакра против чакры. Я побеждала только потому, что у меня есть опыт. Я повернула шею вбок, как раз когда он выплюнул паутину изо рта. Она безвредно размазалась по земле. Ему не нужны для этого ручные печати, что делало его опасным даже сейчас. Его руки дергались. Мне трудно не двигать конечностями, которых у меня нет. Он медленно, но верно одолевал меня. — Ино! Сейчас! — закричала я. Пыль от взрыва оседала. Дерево, вырванное из земли, рухнуло, оставив чистую линию видимости между ними двумя. Почти забытая Ино, возможно, все еще была приклеена к дереву, но ей не нужно было двигаться ради техники. Я почувствовала, как она собрала свою чакру. — Техника переноса разума! — закричала она. Я почувствовала, как ее чакра всплескнула. Я почувствовала, как она прошла. Я почувствовала, как она ударила. Я почувствовала, как ослабевает сопротивление моему дзюцу, и едва не упала от облегчения. Но я не бросила. Пока нет. Пока она не подтвердит. Момент затянулся. Я почувствовала, как мое опасение нарастает. — Ино? Кидомару дернулся. — Техника, — сказал он. — Не очень приятная. Я сглотнула, во рту внезапно пересохло. Краем глаза я видела, как тело Ино безвольно висело в оковах. Ее чакра все еще была разделена пополам, все еще пыталась овладеть им. Плохая идея. Я знала, что это плохая идея… Он дернулся от моей хватки. Его сопротивление было слабее, менее контролируемое, но все еще сильное. Он двигался. Я видела, как золото скапливалось в его руках, формируясь в кунаи. — Ино? — повторила я. — Твоя подруга… переживает более тяжелые времена, чем она ожидала. Его лицо дернулось, скривившись. Он вырвался из моей хватки. Я автоматически оттеснила его, удерживая его неподвижно. Я чувствовала, как моя чакра уходит с каждой секундой, пока я держала дзюцу, но пока Ино там, я не могу отпустить. Потому что если она там… Я не смогу напасть на него. Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо. — Ино, — четко сказала я. — Если не работает, прерви дзюцу. Если она меня слышит. Если может отменить дзюцу. Ладно, новый план. На секунду мой разум был ужасающе пуст. Я не могла причинить ему вред, не причинив вреда Ино. И мне нужно защитить тело Ино, которое все еще прилеплено к дереву. Кунаи в его руках готовы. Дополнительные пары рук дернулись, и я почувствовал фантомное тяготение на спине, когда я пыталась остановить их. Либо угол, либо сила броска не подходят. Я попыталась увернуться, но не смогла. «Он борется со мной», — с тревогой поняла я. — «Он движется против меня, туда, куда я хочу идти.» Один удар пришелся в мышцу бедра, два — в грудь (большая часть удара была поглощена толстой подкладкой моей куртки и, вероятно, испорченным свитком, который был засунут в мой карман), но самый опасный удар задел мою шею. Я почувствовала, как кровь стекает по моему воротнику, и с трудом сглотнула. — Это дзюцу работает в обе стороны, не так ли? — спросил он, пока в его руках скапливалось все больше золота. — Ты можешь остановить меня… но и я могу остановить тебя. Он резко и мерзко ухмыльнулся. — Игра окончена. Я посмотрела на кунай в его руках. Мое бедро задрожало, а порез на шее зачесался. На этот раз он прицелится лучше. Я завершила дзюцу и нырнула в сторону, как раз когда он их отпустил. Моя рука прижалась к земле, и я пробормотала «Ослепляющая граната», прежде чем вскочить на ноги. На мгновение вспыхнула гордость за скорость и легкость, с которой мне удалось поместить её во время движения, но она была похоронена крайней срочностью ситуации. Я зажала чакру вокруг ушей, блокируя звук, как раз когда печать сработала позади меня. Тем не менее, я чувствовала, как волна звука сотрясает мои кости, а яркий свет прожигал мои веки. Баран, змея, тигр. Иллюзорное клонирование! Мой клон метнулся в сторону, прыгая по деревьям, когда я помчалась к Ино. Кидомару спотыкался позади меня, и как только я уронила чакра-подушку, я услышала, как он ругается. — Вперед, вперед, вперед, — скандировала я. Ино была неподвижна, едва дышала, но невредима. Я попыталась разрубить паутину кунаем, но она не сдвинулась с места. Как? Джуукен. Но я не могу этого сделать. И мне бы потребовалось много времени, чтобы опробовать этот метод. Кидомару не будет долго обманываться, ведь только плохого ниндзя обманет иллюзорный клон. Потом я вспомнила и полезла в карман куртки за чем-то, что, вероятно, не следовало брать с собой. Ибики допрашивал нас на лодке, а я еще не ходила в офис миссий, чтобы сдать свой отчет… «Он может разрезать даже чакру!» — хвастался Аой. Я вытащила цилиндр и активировала Меч Бога Грома. Использовать неизвестное оружие в бою глупая идея, особенно если ты не обучен этому, а я хваталась за него по прихоти, потому что это круто. Осторожно я приложила устойчивый молниеносный клинок к паутине и почти вздохнул с облегчением, когда она с легкостью разошлась. Я изогнула его вокруг Ино, разрезая так осторожно, как только могла. Он сделал большие порезы на дереве, но она свободна. Я поймала ее, убрала клинок и засунула обратно в карман, прежде чем перекинуть её через плечо и удрать. Я почувствовала вспышку чакры и нырнула в сторону, как раз когда ветка, на которой я стояла, чуть не взорвалась. Была короткая вспышка золота, и след разрушения продолжился через полог. Я проанализировала, что это очень разрушительный снаряд. Я двигалась зигзагами, стараясь ехать как можно быстрее и создавая между нами как можно больше препятствий. Я послала больше клонов, и большинство из них довольно быстро погибли, что не успокаивало. Мне не хватает концентрации, чтобы заставить их уклоняться сложными способами, не сохраняя при этом нас в живых. — Давай, Ино, — пробормотала я. — Сдайся, все кончено, возвращайся, техника не работает… Я не могла сражаться, пока она была там. Не могу сражаться, пока я несу её. Единственное, что я могла сделать, это бежать, увести его все дальше и дальше, но побег не будет длиться вечно. Как только мы наткнемся на просвет в деревьях… как только мы наткнемся на реку или луг… как только не будет ничего, за чем можно будет спрятаться… «Черт», — с тоской подумала я. Ино ахнула. Я почувствовал, как ее чакра набирает силу, и чуть не споткнулся. — Ино? Пожалуйста, дай ей закончить дзюцу. Еще одна стрела Кидомару пролетела мимо, и я дернулась в сторону. — Зачем ты бежишь? — крикнул он. — Это бесполезно. Ты умрешь, независимо от того, будешь ты бороться или нет. Он близко. Времени нет. Я развернулась около ствола дерева, ударив ладонями по коре. — Световая Граната. Контактный взрыв. Я вызвала отряд иллюзорных клонов и отправила их всех в разные стороны. Не так уж много, но должно сработать. Затем я нырнула вниз и втянула нас обоих глубоко в землю, когда вспыхнул свет. Ино не двигалась, ничего не делала. Мне нужно расстояние, чтобы поместить ее в безопасное место. Она боролась со мной, дергаясь на уровне, едва ли превышающем инстинктивный, когда земля сомкнулась вокруг нас. Я создала пузырь чакры вокруг наших лиц, заперев там воздух, чтобы она могла дышать. — Расслабься, Ино, — прошипела я. — Это я! Перестань бороться. — Итайдошин, — пробормотала она, но как-то рассеянно, словно она вообще не со мной разговаривала. — Итайдошин. Другое тело; тот же разум. Это идиома, но она бормотала ее как мантру, а это плохо. Прошли годы с тех пор, как Ино нуждалась в мантре, чтобы сосредоточиться на технике переноса разума. Я затащила ее глубже под землю, просеивая землю, чтобы продолжать тянуть кислород к нашим лицам. Перемещать двух человек было чертовски сложнее, чем перемещать себя, и на много порядков сложнее, чем просто затащить кого-то под землю. Все это время я не отрывала взгляда от чакры Кидомару. Она шла над нами, что, вероятно, было результатом попадания второй светошумовой гранаты прямо в лицо и последующего взрыва. Надеюсь, он клюнет и последует за одним из клонов. Они не могут уйти далеко — у иллюзорных клонов не такой уж большой радиус действия — но ему достаточно одного взгляда, чтобы последовать за ними. Черт, если только он не начнет просто стрелять по земле. Я повела нас вперед, медленно обходя корни деревьев и камни. Я ждала, пока он двигался, ждала, пока он уйдёт, потом ждала еще немного, на всякий случай, вдруг это ловушка. Потом я вытащила нас на поверхность, потому что под землей можно провести не так уж много времени, а моя чакра заканчивается. — Ино? Пойдем, Ино, — сказала я, приседая рядом с ней на траве. — Ты нужна мне здесь, со мной. — Итайдошин, — пропела она. Трудно что-то сказать о глазах без зрачков, но она смотрела рассеянно. Она не следила за движением. Я в отчаянии провела рукой по челке и попыталась подумать. Она выбыла. Она определенно выбыла. Мне нужно увести ее в безопасное место, прежде чем вернется Кидомару или… Черт, наша миссия — не их миссия. Я выругалась и нажала на кнопку на своем коммуникаторе. — Киба, берегись. Кидомару, вероятно, идёт к тебе. Затем, поскольку остальные, вероятно, слушали, а воображение может отвлечь внимание от правды, я добавила: — Ино выбыла, но не сильно ранена. Я скоро к вам присоединюсь. Я надеялся, что расстояние связи будет достаточным, чтобы связаться с ним. — Я тебя услышал. Акамару будет на стрёме. Я кивнула, глубоко вздохнула и снова взвалила Ино на плечо. — Давай отнесём тебя в безопасное место.