Любимая Имото

— Рада, что Вы так скоро вернулись, — улыбаюсь, глядя на отца и брата. Второй тут же потрепал мои волосы и усмехнулся. — Всё хорошо? — Всё просто отлично. Немного я не ожидала, что они вернутся на день раньше, но это и к лучшему. Мне надоело заниматься кланом, на саморазвитие времени почти нет. Сейчас Мадара займёт своё место, а я — восвояси. Техника призыва все эти дни никак не давала мне покоя. И я обязана во что бы то ни стало ею овладеть. А ещё… я очень боялась гнева брата. Боялась, что он узнает про мои невероятные приключения с Сенджу, которых убьёт первым делом, ну, а я следом за ними. Так сказать «брат брата в беде не бросает». К слову, побаиваясь его гнева, эта парочка даже не соизволила прийти к воротам, которые мы на пьяную голову сделали, и встретить их. Мадару очень удивило наличие новых построек. Да и ворота он оценил. К слову, брат был счастлив, что с его уходом мы не бездельничали, а трудились в поте лица. Ну да, как же, знал бы он всё, что мы делали, точно убил каждого. Отец, по приходу, сразу же спрятался у себя в комнате. В то время как я в комнате брата подлежала допросу. — Вижу, в клане всё хорошо. — Да, я старалась, — улыбаюсь как можно более дружелюбно. — Я горд, что у меня такая сестра, — брюнет поцеловал меня в лоб и тут же резко обнял. — Я скучал. Места себе не находил, всё переживал за тебя. — Я тоже. Учиха разжал объятия и внимательно на меня посмотрел. — Ты выросла, имото. Ответственность сделала тебя взрослее. Это видно по взгляду, — надейся дальше, Мадарчик! Я просто боюсь, что ты узнаешь про меня пьяную, не более! — Ничуть не жалею, что оставил клан на тебя. — Возможно, ты прав, нии-сан, — стараюсь мягче улыбаться. — Наверное, ты устал с дороги. Тебе надо отдохнуть. А вечером уже расскажешь мне как всё прошло. — Ты права, моя маленькая имото, — он поднял меня на руки и улыбнулся. — Сейчас твой старый братец поспит, но вечером… имей ввиду, не отстану. Расскажу столько всего тебе! — и вот вы хотите сказать, что этот человек, которого впечатлит и бабочка необыкновенного цвета, в будущем станет коварным злодеем, убивающим невинных людей? Абсурд. Я кивнула и он поставил меня на землю. — Отдыхай. А мне пока надо решить кое-какие дела, — неторопливо выхожу из его комнаты. А теперь надо сделать так, чтобы этот проницательный Учиха ничего не узнал. Во всяком случае, буду всё отрицать. Ничего не знаю — моя хата с краю. — Он у себя? — возле меня резко оказался Тобирама. Я аж подскочила от неожиданности. — У меня чуть сердце не остановилось! — шикнула я на него. — Да, будет отдыхать. — Это хорошо, — ответил Сенджу и уставился на меня. Ну, и чего глаза вылупили? — Не прими за грубость… но какого чёрта ты здесь делаешь? — приходят, как к себе домой. Я-то не против, но немного начало надоедать. Всё-таки это моя территория, мой дом и мой клан. — Пришёл навестить тебя, а то тухнешь здесь, покрытая бумажками. — В отличии от некоторых, я занимаюсь важными делами и не бездельничаю, — поправляю волосы и иду к своей комнате. — Намекаешь, что я — бездельник? — вот только не надо делать такое удивлённое лицо, а? Да большую часть работы за тебя делает брат. — Я не намекаю, — поворачиваюсь вполоборота, — а говорю прямо. Быстро забегаю в комнату и закрываю дверь. Не ну, помирать сегодня я не хочу, однако, язык — мой враг, и, видимо, считает по-другому. Не услышав топота или же копошения, я села за стол, скинув все принадлежности на пол. Нет, не психую, просто творческий беспорядок мне нравится больше, нежели идеальная чистота, коей славятся Учиха. В дверь тихо постучали. Ну что ещё, а? — Входите. А пришла ко мне Кейко, держа в руках поднос. — В-ваш чай, г-госпожа, — девушка дрожала, как осиновый лист. На её глаза навернулись слёзы. Господи, да она только и делает, что плачет! Я аккуратно взяла чашку. — Но я не просила чай, — смотрю на зелёную жижу в кружке. — С тобой всё нормально? Девушка обронила поднос, но тут же подняла его и поклонилась. — Простите, п-простите, — она выбежала из моей комнаты, наспех закрывая дверь. Это что сейчас было? Неужели я настолько запугала собственных служанок? Господи, а какая вонь-то идёт от этого чая! В этом мире что, сложно так сделать нормальный чай? А, может, он на вкус неплохой? Пускай остынет для начала. Поднимаю несколько важных бумаг и случайно сталкиваю кружку со стола. Вот где рукожопая! Нельзя было по-нормальному, а?! Наклоняюсь, чтобы поднять чашку и замираю. Эм... чай разъел мой пол. Да так, что я траву вижу. Э-э-э, так и должно быть, да? Дотрагиваюсь до зелёной жижи и тут же чувствую адскую боль в пальце. Разъедает. Кислота что ли? С ужасом смотрю на палец и пол. Меня что… только что пытались убить? В собственном доме? Мысли кажутся бредом, но вот то, что я вижу, никак не совпадает с чем-то нормальным. Моя же прислуга… и меня? Аха-ха-ха. Да ну… Что я им такого сделала? — Скорее ирьёнина! Старейшине Казуко-сану плохо! — слышу я женский крик и тут же подрываюсь с места, направляясь к источнику звука. Ногой выбиваю дверь и буквально лечу к нему в комнату, где уже образовалась толпа. Расталкиваю их силой и вижу старика, что выплёвывал кровь со рта. — Быстрее медика! Это приказ! Живо! — кричу, что есть силы, стараюсь не заплакать. Господи, прошу, только не его. Только не его… Падаю перед ним на колени и уже смотрю в застывшие глаза. Одна слеза скатилась по его щеке и упала на одежду. Не может быть… Мой взгляд падает на чашку, с зелёным содержимым, находящимся на полу. — Шаринган! Поворачиваюсь и смотрю на всех этих людей. Две служанки подбежали к старейшине, одна ко мне, уводя из комнаты. Я поднимаю свой взгляд на собравшихся людей и смотрю на каждого. С ненавистью. Кто-то из них в этом всём виноват. И первый человек, который падёт от моей руки, это Кейко. Я взглядом пытаюсь найти эту девушку, но она словно испарилась. Замечаю движение у выхода из территории, и вырвавшись, прямо бегу за ней. Она пытается увильнуть от меня, и бежит в сторону деревни. Слышу, как сзади меня бегут остальные Учиха. Запустив в неё огненный шар, я сбиваю брюнетку с ног. Через минуту прижимаю эту стерву. — Ты зачем это сделала?! Отвечай! — беру за грудки и с силой ударяю её хрупкое тельце о стену. Девушка начинает ещё больше плакать. А я, словно сорвавшись с цепи, и ещё, и ещё ударяю, пока не замечаю кровь в уголках рта. — П-простите, г-госпожа. Я не хотела! Меня заставили! — тут же закричала она. Люди из клана стали на ровне со мной. — Кто? Кто тебе приказал это сделать?! — одной рукой достаю катану. Вы у меня сейчас все получите… Убить Казуко, попытаться убить меня… Я вам лично организую место в аду! Твари! Девушка смотрит куда-то мне за спину и я на секунду поворачиваюсь, встретившись взглядом с Куро. — Г-госпожа? — даже не оборачиваясь назад, к ней, я инстинктивно перерезаю горло служанке, продолжая смотреть на Учиха. Остальные немного отшатнулись от нас. Кейко начинает захлёбываться в собственной крови, в то время как я продолжаю держать её горло, надавливая всё больше и больше. Моя белая кофта окрасилась в алый цвет, а по руке, наглым образом, скатывались капельки крови этой паршивки, что посмела убить старейшину. Это меньшее, что я могу сделать с тобой, сука! С силой откидываю её тело. Учиха ошарашенно смотрят на меня. А мне плевать! Плевать! Надо — всех вас убью и глазом не моргну! — Ты очень пожалеешь, Куро, — подхожу к нему ближе. Парень падает на колени, смотря мне в глаза. — Цукиёми! — мой шаринган тут же меняет свою форму и брюнет корчится в адской боли. — Приятно, да? — ухмыляюсь, показывая всем своё превосходство. Чувствую, как по щеке стекает эта алая жидкость. Но меня это лишь забавит. Через несколько секунд Учиха перестаёт кричать и замолкает. Уже навсегда. Демонстративно отрубаю голову и поднимаю её вверх, чтобы все могли разглядеть. — С каждым, кто осмелится сотворить такое, что и они, я сделаю тоже самое. Даже хуже, — улыбаюсь, невинно так, для пущего эффекта. Люди из клана падают на колени и склоняют свои головы передо мной. Наверное, и в мыслях боятся представить, что же увидел Куро. С фантазией у меня всегда было всё в порядке. Спасибо прошлому миру за это! Кидаю голову в середину толпы, складывая катану за спиной. — Уберите здесь, — махаю в сторону безжизненных тел и ухожу. Кажется, я знаю кто за этим всем здесь стоит. Вопрос один: как ты успел всё это сделать, папа?

***

Мадара стоял в комнате отца с оружием в руках. Как только имото убежала вместе с Учиха, он направился к нему. — Ты хотел убить собственную дочь? — его голос был холоден, как тогда, когда глава сильно злился и был готов уничтожить весь мир. — Что? — мужчина делает крайне удивлённое лицо. — Что ты такое говоришь? Он пытается встать из-за стола, чтобы подойти к сыну, но не может сделать и шага. — Ч-что происходит? — Таджима ничего не понимал. Его тело не слушалось, как на зло. — Гендзюцу, да? — усмехнулся Учиха. — Прощай, — Мадара и не думал с ним говорить. Он воткнул катану в самое сердце своего родителя и даже не вздрогнул, когда тот скрючился и упал на пол. Учиха откинул оружие и сел рядом, внимательно смотря на лицо своего некогда кумира.

***

— Ты знала обо всём этом? — нии-сан сидел возле тела отца, когда я прибежала домой. — Догадывалась, — обнимаю его со спины. А так хотелось его убить собственной рукой. Жаль, что Мадара влез. Я бы это сделала куда изощрённее. — Мне тоже принесли такой чай, — начал он. — Сразу после твоего ухода. — Не удивлена. Таджима хотел вернуть себе власть. Жалкий человек, однако, — я, как ни странно, спокойно отнеслась к смерти Учиха. — Я надеюсь, ты не успела попробовать чай. Малейшее соприкосновение с каплей этой отравы заносит в организм яд, который струится по крови, медленно разрывая каналы чакры и приводит к остановке сердца, — я отшатнулась, смотря на свой палец. — Я слышал об этом яде, но никогда бы не подумал, что отец может так поступить, — он продолжал смотреть на лицо Таджимы. — Мадара? — я тихо заскулила, отступая назад. Брат повернул голову в мою сторону и увидел меня, рассматривающую свой палец. — А есть противоядие к нему? — Изуна, чёрт! — он подскочил и буквально словил меня, падающую в обморок. — ИЗУНА! Мне одной так не везёт, да? Попала в этот мир, так ещё и умру не как куноичи, а всего лишь от яда, посланного мне отцом. Как же… глупо…