Зависли в Майнкрафте

      Яр проспал целый день, его не тревожил ни шум на улице, ни обычная деятельность слуг. Когда парень проснулся, солнце уже село, погружая всё во тьму, а в замке становилось всё тише и тише. Косухин наконец-то лениво выкатился из своей спальни, как медведь из берлоги после спячки, потянулся, разминая затёкшие конечности. Парню хотелось увидеть мужа и провести с ним время, поэтому он пошёл в кабинет, надеясь застать там Херобрина за работой. Но к сожалению Мистика там было пусто. Подумав немного, он предположил, что вероятнее всего король в саду, потому что тот любил гулять вечерами, когда уже темнеет, появляются первые звёзды и дует лёгкий ветерок, донося до мага очередные вести. А Яр был прав, думая, что сможет встретить мужа в саду. Тот медленно прогуливался, ступая тихо по каменной дорожке, направляясь к беседке. Яр бесшумно следовал за ним, боясь, что если его заметят, то сразу вежливо попросят удалиться. На лице мага появилась ухмылка, которую, конечно, Косухин не мог видеть, ведь шёл следом за Херобрином. Король специально выбрал дорогу через тернистую аллею, частенько скрываясь и пропадая за густыми ветвями деревьев. Из-за этого Мист пару раз даже потерял того из виду, но на удивление потом быстро его находил. Когда они пришли к беседке, Херобрин прошёл внутрь и сел, намеренно не смотря в сторону Косухина. Голубоглазый уверенно зашёл и опустился рядом с мужем, который всё ещё немного ухмылялся, но это осталось незамеченным взволнованным парнем. Маг из-за спины достал букет цветов, который собрал по пути, и положил на колени удивлённому мужу. И только голубоглазый хотел что-то сказать, но ему не позволили, заткнув нежным поцелуем. Да, им не нужны были слова. Яр взял за руку Херобрина, и они переплели свои пальцы так же, как и ленточки идущие от своих сердец, которые забились в унисон.       С того дня всё вернулось на круги своя. Яру, конечно, было дискомфортно, неудобно, и парень как какой-то идиот не мог понять, что происходит с ним, поэтому просто продолжал терпеть и делать вид, что всё в порядке. И всё же иногда Косухин позволял себе немного пожаловаться Андрею, которому совсем не нравилось состояние друга. А мужу Мистик ничего не говорил до определённого момента. Маг что-то подозревал, но не хотел давить на Яра и расспрашивать того, поэтому он просто ждал, когда тот сам всё расскажет. И это всё же случилось.       Херобрин собрался отправиться в столицу, ведь там у него были некоторые важные дела, а Яр попросил мужа взять его с собой. Маг просто пожал плечами, мол, как хочешь. Для него не играло роли, составит ему компанию Мистик или же нет. Поэтому на следующий день оба отправились в город. Но по прибытию в Фортисштадт их пути разошлись: Херобрин пошёл куда-то на встречу, а Косухин предпочёл просто прогулку по шумным и живым улицам. Перед тем, как уйти в разных направлениях, мужья договорились встретиться в определённом месте и назначили время. А после уже парень стал бродить по городу, думая под оживлённый щебет столицы о том, что всё-таки надо поделиться с мужем тем, что происходит. Скрывать было глупо и отчасти даже неправильно, это могло привести к новым ссорам, ведь и у Херобрина, возможно, терпение не железное. Поэтому Косухин решился на этот шаг – рассказать всё.       В назначенное время, когда улицы начали пустеть, последние лучи солнца касались земли, мужья встретились и отправились в парк. Сначала парни молча шли, Херобрину было нечего сказать, а Яр просто в последний момент струсил, боясь своими жалобами разозлить мужа. И всё же Мистик наступил себе на горло, рассказав, что его беспокоит в последнее время. Маг отреагировал довольно-таки спокойно, однако на его лице как будто бы появилась маска, под которой прятались его настоящие чувства. И за ней Косухин никак не мог прочитать ни единой эмоции Херобрина, хотя он хорошо знал своего мужа. Поэтому парню оставалось только идти рядом с ним и гадать, что же творится в его голове.       Домой они шли в молчании так же, как и по пути в город. И это безмолвие напрягало Яра. В замке их встретил слуга, предлагающий накрыть стол в столовой, ведь уже было время ужина. Но Херобрин отказался от этого и попросил принести в зал что-то вкусное и сытное для Яра, а себе же вино и что-то просто для перекуса. Слуга молча кивнул и удалился, а мужья прошли в зал, в котором уже был накрытый столик. Ужин прошёл в угнетающей атмосфере и тишине, прерываемой потрескиванием камина. После того, как трапеза закончилась, грязную посуду унесли слуги, а Херобрин продолжал сидеть в кресле с бокалом в руке, закинув ногу на ногу, и смотреть в одну точку перед собой. Попивая вино, маг стал расспрашивать Яра о его состоянии, требуя полного и подробного ответа. Закончив допрос, король поставил пустой бокал на стол и покинул зал. Мистик заметил, что, когда тот уходил, он был хмур и серьёзен. А Косухин сидел в недоумении. Он не понимал, что заставило короля так себя вести.       Утро началось у Мистика просто прекрасно, чудесно, замечательно! Впервые за долгое время его будили рано, торопили, при этом никто даже не сказал, какие же дела его ждут. А на выходе из замка парня вообще ждал хмурый муж. Он взял за руку Косухина и потащил в город, отказываясь что-либо объяснять. А уже в столице Херобрин отвёл голубоглазого в больницу. Поразительно, но она не так сильно отличалась от тех, что были в мире Мистика, что его сильно удивило. Конечно, техника была не так развита, да и функционировала иначе, и принцип работы был Яру непонятен. Херобрин не дал времени парню на размышление и изучение больницы, заставив сдать анализы, пройти некоторых врачей. Но мучения были недолгими, и скоро парня перестали мучить и отпустили. Но Мистику пришлось по просьбе Херобрина ждать его какое-то время у входа в больницу. Пока Яр стоял у двери, король с кем-то беседовал. Когда маг вышел из здания, Косухин схватил того за руку и одарил раздраженным взглядом. – Что, чёрт возьми, происходит, Херыч!? – Ничего. Я просто забочусь. Переживаю из-за твоего состояния. – Но это переходит уже все границы! – возмущённо воскликнул Мистик. – Извини за принесённые неудобства, – как-то холодно сказал маг, а потом добавил, – если у тебя обнаружат что-то интересное врачи, то отправят тебе письмо. – Прости прекрасно, блин! Ну, если получу что-то от них, то и тебе покажу. Хотя ты и без этого сможешь узнать, всевидящий.       Сунув руки в карманы, парень развернулся и пошёл в сторону замка, не собираясь ждать мужа. А тот стоял какое-то время и смотрел на голубое небо, размышляя о чём-то, а потом тяжело вздохнул и последовал за Яром. Косухин шёл впереди, даже и не думая оборачиваться или того хуже останавливаться, а король глядел куда-то перед собой и шёл, также не желая поравняться с мужем. Когда они добрались до дома, то сразу разошлись: один скрылся за дверь кабинета, а другой предпочёл удалиться в библиотеку. Они ещё несколько раз пересекались в замке, но вели себя рядом друг с другом равнодушно и холодно. Но легли как обычно спать вместе. Когда Херобрин уснул, Яр прижался к его груди и погладил по щеке, прошептав: «Почему же ты стал таким, любимый?» Вздохнув, он легонько коснулся своими губами мага, который во сне обнял Мистика. Яру стало как-то легче от того тепла, которое дарил ему король. Парень закрыл глаза и улыбнулся. Скоро он крепко уснул в объятиях любимого мужа.       Последующие дни в замке почти не отличались друг от друга, они были действительно однообразны. Херобрин постоянно занимался своими делами, изредка уделяя время и Яру, но при это продолжал вести себя странно. А Мистик старался не обращать внимание, коротая своё одиночество, которое стало частным гостем в его жизни, с пользой и удовольствием. Он читал книги о магии, отвлекаясь на Андрея, который всегда следовал за любимым хозяином и другом. И даже сейчас Яр сидел на диване в своей комнате, а рядом с ним был верный Андрей. Солнце через открытое окно лучами падало на страницы книги, по строчкам которой пробегался взгляд симпатичного голубоглазого парня. Мистик читал, иногда поглаживая кота, который постоянно лез под руку. Хоть Косухину и была интересна книга, но почему-то очень сильно хотелось спать. И под успокаивающее мурлыканье Лаггера и тихий шелест листьев Яр задремал.       Ярослав стоял в каком-то тёмном коридоре, который еле-еле освещал слабенький свет люстр. Сначала он ничего не мог разглядеть, но со временем глаза привыкли, и парень стал осматриваться. Коридор был узким, но длинным, и казалось, что у него нет конца. По всему периметру коридора на стенах висели разнообразные картины. Мистик пошёл вперёд, оглядываясь по сторонам и всматриваясь в странные изображения, которые почему-то его так заинтересовали. Они были настолько реалистичными, что могло показаться, что всё в них нарисованное находится просто за стеклом. Некоторые так привлекли внимание Яра, что он останавливался на некоторое время, разглядывая их. На одной из картин красовался странный мужчина в чёрной шубе из вороньих перьев. Он прижимал к себе маленького мальчика с белыми пятнами на коже, на голове которого была странная шапка. На другой был изображён сероглазый парень, сидящий на полу и держащий в своей руке окровавленное лезвие. На его щеках были дорожки от слёз, а глаза были красными из-за лопнувших сосудов. Он моргнул, и капелька упала с его чёрных и густых ресниц. Или же Яру это просто привиделось? Следующее изображение не меньше остальных привлекало взгляд Косухина. На ней был молодой бизнесмен, стоящий спиной к зрителю, одетый в дорогой, солидный костюм, а перед ним стояло зеркало. И отражение парня в зеркале было до невозможности похожим на Андрея, которого Мистик не помнил. И всё равно внешность его показалась Яру знакомой, однако он не стал зацикливаться на этом и пошёл дальше, не замечая, как человек с картины проследил взглядом за уходящим Косухиным. А Мистик всё шёл и шёл, не зная, сколько он так уже продолжает бродить, а усталость наваливалась на него с новой силой. Только вот коридор никак не заканчивался.       Яр опустился на пол, уже не в силах больше идти дальше. Его напрягал этот странный коридор, не имеющий конца и выхода, эта темнота, заполняющая помещение, эти непонятные картины. Он не боялся и не собирался без повода паниковать, но это было на самом деле жутковато. И вдруг парень услышал странный скрип, а потом на его плечо легла чья-то тяжёлая рука. Яр, сглотнув, обернулся и увидел, что пару минут назад закрытая на картине дверь теперь была открыта, а из неё выползал какой-то мужчина, выбираясь из картины в реальность. Косухин скинул его руку со своего плеча и побежал так, будто бы и не уставал. А многочисленные герои на картинах оживали и пытались достать Яра, а также со всех сторон слышались приглушенные крики: «Вспомни! Вспомни! Вспомни!» И вдруг возгласы стали почти незаметны из-за громкого смеха, доносившегося непонятно откуда. Он не был зловещим, но почему-то от него по коже пробежали мурашки, и захотелось оглохнуть, чтобы не сойти с ума в этом безумии: живые картины, бесконечный коридор, яркий смех и убегающий от этого ужаса бедный парень…       Косухин резко проснулся, подскакивая и роняя книгу на пол. Шумом он разбудил и Андрей, который на пару с Мистиком уснул. Увидев испуганный и потерянный взгляд Мистика, Лаггер заволновался. Жалобно мяукнув, он забрался парню на руки. Кот встал на задние лапки, передними опираясь на грудь Яра, и ткнул холодным мокрым носом в щёку Косухина, а потом стал тереться о него своей мохнатой головой. Голубоглазый приобнял своего пушистого друга, на что получил довольное мурлыканье. Это был всего лишь кошмар, который Яр уже хотел забыть. Немного успокоившись, Мистик поднялся с дивана, сняв с себя кота. Парень поднял книгу с пола, положил на столик, не желая сейчас читать. Он встал у окна, смотря вдаль и дыша свежим воздухом. Лёгкий ветерок треплет его волосы, а солнце поглаживает солнечными зайчиками лицо, делясь своим теплом.       В дверь постучались, и Яр уже совершенно спокойный разрешил войти. В комнату зашёл слуга, молча положил на стол какое-то письмо и удалился. Парень взял его и сначала с подозрением стал осматривать, думая сжечь или выбросить, ведь он тут не имеет близких друзей или знакомых, а, значит, и писать летсплейщику просто некому. Но тут он вспомнил о недавнем походе в больницу и о том, что Херобрин ему сказал. Косухин вскрыл конверт и достал его содержимое, думая, что это от тех докторов. Он угадал, это послание было действительно из больницы. Парень пробежался по напечатанным строкам раз, а потом ещё один и ещё, и ещё. Прочитанное никак не хотело укладываться в голове, но всё же его мозг обработал полученную информацию, и парень был поражён и напуган ещё больше, чем после сна.       Парень по стенке сполз на пол, держа в руках этот проклятый листок, который просто кардинально поменял его жизнь за считанные секунды. Яр не знал, стоит ли ему рыдать в данной ситуации или же смеяться, а, может быть, застрелиться. Времени на раздумья об этом ему не дали – в комнату зашёл Херобрин. Мужья какое-то время просто смотрели друг другу в глаза, а потом маг подошёл к Мистику и молча взял письмо из его рук. Пока король читал, голубоглазый следил за выражением его лица, вжимаясь в стену и пытаясь понять, какие чувства сейчас испытывает Херобрин и что ждёт Яра. Однако в очередной раз парень ничего не мог разобрать, поэтому он просто сидел и смотрел на мужа. Ему стало не по себе, когда тот дочитал и посмотрел на Яра…