Душа убийцы/Killer's soul

Что чувствуют звёзды, сияя на красной дорожке? Изредка мне приходится вспомнить такое чувство, появляясь на публике под руку с мужем в шикарном, сшитом на заказ платье. Сегодня я подвержена такому дню. Наша машина подъезжает к месту. Дима показательно выходит, открывает мне дверь и протягивает руку, которую я принимаю. Вместе мы направляемся под вспышки фотокамер. В какой-то момент его рука оказывается на моей талии. Незаметно для других бросаю взгляд к «отправной точке», откуда на дорожку выходят Миша, Егор и Олег в сопровождении прекрасных дам. Надо же, в них проснулись светские львята. Не в силах сдержать усмешки, я прячу лицо за распущенными волосами. Не знаю, кто сейчас нашептал на ушко Назарову издать смешок, но я и сама поддаюсь хихиканию. Замечаю, как Дима напряжённо оборачивается назад. Бывший ковалёвец, которому дышат в спину нынешние… так забавно. Он всё ждёт часа расплаты от них, удара в спину, а они ничего не предпринимают. Мы доходим до конца, поворачивая, чтобы дать интервью. Снова вопросы о том, кто у нас родился, как будет двигаться карьера моего бизнес-проекта, насколько серьёзно сотрудничество с Булаткиным. Каждый раз в них нет никакой оригинальности. Можно подготовиться заранее, но у меня нет времени на это дерьмо. Я не Юля, чтобы зубрить что и когда нужно сказать, чтобы быть идеальной во всём, чтобы отказывать в фотографии только в крайнем случае. По иронии судьбы я полная противоположность Бестужевой. Двигаемся дальше. Огромный зал с многочисленными столиками. Не без труда нахожу Ксюшу, отправившуюся сюда заранее. Мы занимаем наши места, и Польша сразу показывает фотографию парня, который ей нравится. Он с девушкой. У нас завязывается беседа о любви без взаимности. Места сбоку от нас занимают приехавшие после нас мужчины и их леди. Немного позже, когда весь зал наполняется завязанными в бизнес людьми, начинается премия за лучший проект в разных категориях. Несмотря на то, что я номинирована в нескольких номинациях, я довольно быстро пропадаю в мире интернета, залипая в свой телефон. Проходит ещё немного времени, и я начинаю спорить и бороться с собой, чтобы случайно не написать сообщение Булаткину, также пропавшему в виртуальном мире, не обращая ни малейшего внимания на шёпот прекрасной дамы на его ухо. Но все-таки первое сообщение оказывается отправлено ему в два счёта: «Егор Николаевич, не хотите ли Вы поговорить со мной наедине? Наши номинации ещё не скоро.» Ответ не заставляет себя ждать: «Тебе не стыдно искать любовников под носом у своего любимого мужа?» Поворачиваю голову в его сторону, замечая хмурый напряжённый взгляд, но, кажется, моя улыбка, прилетевшая в его сторону, немного охлаждает его пыл. Пишу сообщение вновь: «Ну так что?» Он отвечает: «Выходи из зала первая, я через несколько минут выйду.» — Я в туалет, мне надоело это! — объявляю я мужу и Ксюше, зная, что меня провожать не будут, потому что я не маленькая. Они кивают, я поднимаюсь и направляюсь к выходу, уходя от него настолько, чтобы невозможно было заметить меня с ракурса моих сопровождающих. Пишу и отправляю сообщение: «Не заставляй меня ждать, ублюдок. Знаешь же, я это терпеть не могу!» Ответ: «Пару минут, детка!» Закатываю глаза, нервно топая ногой. Зачем я его позвала? Мама же напомнила взять голову. Ладно, надеюсь, инициатива окажется в его руках. И вот он, предмет моего сумасшествия, выходит. Кусаю губу, Егор поворачивает голову в мою сторону. Как же опасна такая химия! Он подходит, заглядывая в глаза. То самое взрывоопасное чувство, должно быть, накрывает нас обоих. Минута, вторая… Ну же, Егор, возьми инициативу в свои руки! Булаткин берёт меня за запястье, уводя в бесконечные коридоры. Раз поворот, два поворот, три… Я засну сейчас. Он открывает дверь с табличкой «WC» и заталкивает меня в туалетное помещение. С напором ведёт до кабинки, закрывает очередную дверь. Его рука оказывается на моей шее, Егор наклоняет голову, вдыхая носом запах моей кожи. — Снова в туалете? Никакого разнообразия, Егор! — с усмешкой произношу я, намекая на наш первый раз… мой неудачный первый раз. — Возможно, — он расстёгивает пиджак и снимает его, оставляя на вешалке. Кабинка кажется слишком тесной для нас двоих. Что происходит? В одно мгновение я оказываюсь прижатой к тонкой стенке. — С самого начала я не поверил этому обману, и, поверь мне на слово, теперь я сделаю всё, чтобы ты была под моим контролем, — говорит он. — Не играй в собственника, потому что ты знаешь, как я это не люблю, — предупреждаю я, понимая, что теперь мы можем не претворяться.