Глава 194.
31 августа 2018 г., 09:02
Когда мы возвращаемся домой, Анастейша даёт команду Ксюше о том, чтобы комнаты максимально быстро были подготовлены для новых жильцов. Польша только успевает дать команду домработнице, как уже её отправляют для созыва на «совет».
Я с мамой и остальными направляюсь прямиком в зал, где мы обычно собираемся. По пути перехватываем Назарова, натягивающего футболку. Он сразу берёт меня за руку.
Ковалёвцы занимают места с одной стороны, а по итогу оказывается очередное противостояние таки разных банд. Нашим приходится даже принести ещё стульев.
— Не всем такая новость приятна, но эти люди теперь будут жить с нами, — заявляет Анастейша.
Некоторые сразу хмурятся, кто-то заливается улыбкой, кто-то остаётся на нейтральной стороне. Мы все разные.
Кинув взгляд в сторону мужа, я замечаю сжатые в кулаки руки. Своими глазами Дима уже будто прожёг в Егоре большую дыру. Что это? Старые обиды? Понимание того, что его будут подкалывать? Ревность? Откуда она взялась, если мы даже не были близки?
— Ана, а ты не хотела с нами посоветоваться? — произносит Карина, и я бросаю хмурый взгляд в её сторону. — Один из них убил мою сестру, и она не единственная, кто пострадал среди нас из-за них. Ксюша до сих пор по ночам из-за Булаткина плачет!
— Я не собираюсь сейчас выслушивать претензии! — стойко говорит мама, но я знаю, что она очень сомневается в правильности решения.
— По твоей логике, Карина, Дима не должен быть одним из нас, потому что он натворил столько дел, пока был ковалёвцем! — в спор вступает Ксюша. — Я в порядке! Я просто общаюсь с Глебом и очень волнуюсь за него, поэтому и плачу. Не из-за Егора. Настя уже отпустила всё, что было сотворено в том доме, я тем более. Хватит!
— Вы все прекрасно понимаете, что Лазаревы сейчас в тройном ударе! Мы должны держаться вместе! — произношу я, чувствуя, что к горлу подходит ком.
— Вас не учили не перечить решениям верхов? — встревает Булаткин, и я невольно усмехаюсь.
Почему-то после его всплеска ни один не роняет ни одного слова. В памяти всплывают слова Анастейши, когда я только начинала новую жизнь: «Не стоит идти поперёк моего мнения!» Просто мама слишком мягкая, они распустились.
— Мы и сами не в восторге от того, что придётся сотрудничать, — Олег скрещивает руки на груди.
Не контролируя себя, я незаметно достаю пистолет из кармана и нажимаю на курок, выстрелив в пол. Сразу же повисает тишина. Мама с па… Владимиром переглядываются и устремляют глаза на меня. Егор тоже теряется, молча смотря на меня.
— Расходитесь, но позаботьтесь о том, чтобы ни я, ни Владимир, ни Ана не услышали о какой-нибудь стычке, потому что последствия будут катастрофичны, — говорю я.
Многие из наших опускают глаза в пол, поднимаясь с места, покидая зал собраний. Больно ограничивать их, но приходится стоять на месте с гордо поднятой головой, делая вид, что мне всё равно. Кайла и Эшли улыбаются, словно давая понять мне, что их всё устраивает. Ксюша самодовольно кусает губу.
— Настя, это правильно, — бормочет мама, я поворачиваю голову в её сторону, начиная мотать ей из стороны в сторону, молча говоря о том, что я не смогу их держать на коротком поводке.
Короткий, но небрежный жест рукой с моей стороны даёт понять всем, кто изучил мои повадки, что меня сейчас лучше не искать и не трогать. Польша переходит на серьёзное выражение лица, на лице мамы появляется хмурость. Покидаю зал под вопросительные взгляды, отправляясь в наш личный тренажёрный зал, где собираюсь провести ближайшую пару часов. Но сил хватает только сесть на скамейку.
— Ты в порядке? — хриплый голос звенит за спиной, я снова мотаю головой, не поворачиваясь к парню.
— Я устала, Егор, — прикрываю глаза, чувствуя, как он садится рядом, помещая свою руку поверх моего плеча.
— Ты приняла Владимира? — Булаткин прижимает меня к себе, заставив улыбнуться.
— Нет, но я пытаюсь, — заглядываю в его глаза, вновь теряя контроль.
Мне не хватает Егора, мне всегда будет его мало, даже если он будет со мной в режиме двадцать четыре на семь. Я так хочу уехать куда-нибудь… вместе с ним.
— Всё наладится, — он целует меня в висок.
— Мы скоро уедем, помнишь? — осторожно напоминаю я, но Булаткин кивает, заливаясь улыбкой, будто он ждёт этого дня вместе со мной.
Я хочу отдохнуть от этого дерьма, от споров, от истерик Карины по поводу смерти её сестры. Мы все кого-то потеряли.
Я устала… я очень устала… И радует только то, что Егор сейчас рядом.
