Наши с тобой секреты

      Впервые Уилл сделал это, когда доктор Лектер и Джек ушли из его квартиры после недолгой беседы за чашкой чая. Грэм открыл ноутбук и нашел в Гугле информацию о психиатре Лектере, нашел его фото и распечатал. Эмоции Уилла не покидали всю его жизнь, но теперь все было значительно сильнее. Спустя несколько минут, как Джек и Ганнибал зашли в его Уилла квартиру, Грэм понял, что влюбился. Уилл хорошо разбирался в чувствах и, понять, что это была влюбленность для Уилла было не так уж и сложно. Или это можно было назвать нездоровой одержимостью. Как странно все было и неправильно. Может быть это Уиллу нравилось даже больше, чувствовать влюбленность к человеку, к которому чувствовать это было запрещено моральными нормами? К черту мораль. К черту весь мир. Эти глаза, губы, манеры, правильно поставленная речь, взгляд в душу и руки. Руки хирурга и человека, который просто обязан творить этими руками. Как бы Уиллу хотелось ощутить эти руки на себе. Грэм распечатал фото Ганнибала и приклеил скотчем в спальне на стену между шкафом и окном. Если кто-то и войдет в его комнату, то нужно будет пройти несколько шагов, чтобы увидеть эту фотографию. Но к Уиллу и так никто не приходил, поэтому, Уилл распечатал еще пару фотографий и приклеил скотчем на стену рядом с первой. Но одну фотографию Уилл не мог приклеить. На фото был изображен Лектер в костюме, смотрящем не в камеру, а куда-то за фотографа. Уилл положил это фото под подушку. Нельзя, неправильно. Ему уже за сорок, и этот человек мужчина, причем влиятельный и никогда, никогда не посмеет сделать то, что представлял Уилл, когда кончил, смотря на фотографию Ганнибала Лектера.       Мальчик был и вправду одаренный. Семнадцатилетний подросток был куда умнее своих сверстников, эмпатия жила в нем полной жизнью, заполняя каждый уголок его души. Он способен на многое. Может быть, его стоит направлять. Сделать из него то, что мне хочется. Слепить из пока еще податливого материала своего мальчика. Мой мальчик. Убить или любить? Вот в чем вопрос.       Ганнибал усмехнулся.