Огонёк

      Беббельс пришёл в себя от резкого, сладковатого запаха, смешанного с не менее резким запахом лекарств, в частности – спирта. Открыв глаза, он приподнял голову и увидел, что лежит в кузове крытого тентом грузовика. Весь кузов был затянут дымом так, что Йозефу в первое мгновение стало страшно – неужели драконы напали на конвой американцев, пока он был в отключке? Но, осмотревшись, Беббельс понял, что волноваться не о чем – помимо него в кузове сидело шестеро военных, куривших самокрутки. После затяжки каждый из вантузовцев передавал самодельную сигарету следующему, и так по очереди.       - О, хи-хи, дух пробудился, - произнёс один из солдат, повернувшись к Йозефу. – Типа воскрес, переродился?       - Сэр? – удивился Беббельс.       - Сэр с джентльменами в догонялки играет, - прохихикал второй вантузовец. – А я есть не сэр, я есть доктор! Доктор здоровых наук!       - Здорове-е-е-енных наук! – первый вантузовец развёл руками в стороны, при этом чуть не ткнув самокруткой в ухо ещё одному однополчанину.       - Могу поставить на ноги и на руки даже того, у кого их нет, - похвастался второй военный.       - Господа доктора, а можно я пойду? – осторожно поинтересовался Йозеф.       - Не-е-е-а! Сначала медосмотр! – строго возразил ещё один вантузовец, склонившись над Беббельсом.       Тут-то Йозеф увидел криво намалёванные на лбу каждого из военных красные кресты.       - У военных врачей обычно же повязки… - зачем-то пробормотал Беббельс. – А вы точно доктор?       - Не! Я это… профессор! – вантузовец шарахнул себя кулаком в грудь. – Так-с, голубчик, зрачки малость расширены, но недостаточно, руки-ноги целы, пульс присутствует…       - Главное – скелет на месте! – залился смехом ещё один полевой медик.       - Повязки, подвязки, гы-гы! Они максимизируют… деградируют… Тьфу! Де-мас-ки-ру-ют нас! Дракон с воздуха белую тряпку увидит – и атакует! – объяснил первый вантузовец.       - А почему не красную? – ляпнул Беббельс.       - А чё ему на красное бросаться, он же хуже коммуниста, - «объяснил» самый серьёзный из всей «укуренной шестёрки».       - Солнышко тебе пинка дало по головушке, но ничего, щас будешь, как огурчик на пальме! – ещё один вантузовец рассмеялся и, похлопав Йозефа по плечу, расплылся в такой широкой и скалящейся улыбке, что Беббельсу захотелось снова потерять сознание. Или драпануть со всех ног от этого медицинского консилиума.       - Та-ак, ну, мы уже провели усиленную терапию силою природы, теперь всего одна затяжечка – и будет, как новенький! – к губам Йозефа поднесли дымящуюся самокрутку.       Тот машинально перехватил предложенный «дар» рукой и слегка затянулся, тут же поперхнувшись. Беббельс частенько курил до того, как оказался в коммуне Куинна, где курение запрещалось согласно пожарной безопасности, а потому мог с уверенностью сказать – это был явно не табак.       Тент, закрывающий вход в грузовик, разошёлся в стороны, словно занавес в театре и, закрываясь от солнца рукой и спрыгивая на землю, Йозеф услышал удаляющийся весёлый возглас: «Ой! Это было малость не лекарство!» В глаза ударил яркий солнечный свет, на несколько мгновений ослепив Беббельса, а ноги коснулись не мягкой земли, а чего-то твёрдого и холодного. По ушам резанул рёв и лязг множества двигателей.       Йозеф Беббельс оказался посреди той поляны, на которой впервые встретился с «нерегулярной армией СШН». Ночь была звёздная, на небе ярко светила луна… А все солдаты Ван Туза, включая самого командующего, стояли по стойке смирно лицом к Беббельсу, вставшему в полный рост на башне танка с тевтонскими крестами по бортам. Впереди виднелся форт, странно видоизменившийся, его башни и здания приобрели более резкие, острые, местами даже несколько фантасмагоричные формы. Небо же то и дело разрезали пылающими пунктирными линиями трассирующие пули… Где-то выла сирена воздушной тревоги, а в кроваво-красных облаках сражались десятки драконов с самолётами, на крыльях которых красовался знак солнца.       Военные, как по команде, опустились на колени перед Йозефом, вскинули вверх правые руки и синхронно прокричали непонятные, но почему-то столь приятные слуху слова: «Ганг-хо! Ганг-хо! Ганг-хо!»       И тут главная башня форта стала с адским грохотом расти, вытягиваясь, словно перископ подводной лодки. Вместо обычных надстроек на её крыше виднелись два огромных, похожих на драконьи, не то рога, не то шипа, а между этими жуткими декорациями полыхал огненный шар, «соединённый» с ними сотнями алых молний. Беббельс в ужасе прыгнул за станковый пулемёт на крыше «Леопарда» и, направив ствол вверх, открыл шквальный огонь по форту. И тут словно кто-то встроил в глаза Йозефа камеру с мощнейшим приближением – вершина главной башни страшного форта резко приблизилась, оказавшись прямо перед Беббельсом. Спасительная танковая броня ушла из-под ног, и Йозеф повис в воздухе точь-в-точь перед огненным шаром.                         Беспомощно осмотревшись, Беббельс увидел внизу лишь бесконечные багровые облака и полчища драконов, летавших вокруг башни с ужасающими криками, от которых кровь стыла в жилах.       И тут огненный шар между шипами на крыше башни заклубился, молнии стали сверкать ещё чаще… И перед Йозефом предстал огненный лик… Куинна. Только зрачки у него теперь были вертикальные.       - Йо-о-о-з-е-е-ф-ф… - замогильным шёпотом протянула неведомая жуткая сущность.       - Сэр? – пролепетал тот.       - Беовульф Дуборождённый! – провозгласил пылающий лик Куинна Амберкромби, после чего стал меняться, превращаясь в лицо Криди. Затем – Ксиннегера. После – Эдди.       - Щас дракона кормить будем! – прорычал голос Криди из огненного шара, принявшего в этот раз форму лица Ридика, вслед за чем по ушам Йозефа резанул пронзительный клёкот.       Обернувшись, Беббельс увидел несущегося прямо на него дракона, широко разинувшего пасть.       Йозеф громко завизжал, закрыв лицо руками, и… проснулся.       Гостиничный номер, открытая бутылка шнапса на столе, двуспальная кровать, на которой валялись три женских туфли на высоких каблуках. Беббельс мотнул головой – туфли стало две. С балкона дул прохладный летний ветерок, откуда-то издалека доносились голоса и музыка…       - Привет, красавчик, - промурлыкал мелодичный женский голос. – Я жду ваших приказов, мой фюрер.       Йозеф повернулся на голос и… увидел перед собой девушку неземной красоты, облачённую в порванную насквозь немецкую военную форму.       - Воины ждут приказа, мой фюрер, - красотка низко поклонилась, при этом чуть не потеряв офицерскую фуражку.       Беббельс, ничего не сказав, начал пятиться в сторону двери, ведущей на балкон, не сводя глаз с прекрасной незнакомки, как будто боялся, что она сейчас исчезнет.             Наконец, выйдя на балкон, он резко развернулся, увидев огромный двор перед отелем, сплошь заполненный солдатами. Снова была ночь, внизу жарко пылали сотни костров, но света их было недостаточно, чтобы получше рассмотреть собравшихся внизу военных.       - Повелевайте, мой фюрер, - нежные женские руки обняли Йозефа сзади.       Беббельс попытался обернуться, но вместо этого оборачиваться стали собравшиеся внизу военные. Внезапно в небе пронёсся дракон, выдохнувший клуб огня на внутренний двор отеля. Всё вокруг вспыхнуло, стало светло, как днём.       И в свете начавшегося пожара Йозеф увидел спокойно трапезничающих солдат в немецкой форме, уплетающих за обе щеки сосиски с капустой и запивающих всё это из огромных пивных кружек. Пламя разгорелось так, что стали видны даже знамёна с символикой солнца, колыхавшиеся на гигантских крестовинах где-то на пределе видимости, и тут военные одновременно и медленно встали из-за столов и начали постепенно оборачиваться. В руках каждого из них была исходящая паром сосиска. Ощущение женских рук пропало, а лица солдат внезапно стали искажаться, словно сохнущее бельё в сильный ветер. И спустя мгновение на Йозефа уставилось бесконечное множество знакомых лиц фортовчан.       - Беббельс! Беббельс! Беббельс! – скандировала толпа, потрясая плакатами с символикой движения хиппи.       И не успел Йозеф и слова сказать, как хиппари-военные-фортовчане, взмахнув правыми руками, метнули в Беббельса целую тучу горячих сосисок. Первая из них стукнула Беббельса по лбу, громко зазвенев, и… превратилась в ствол большого дерева, на которое Йозеф только что напоролся каской.       Поднявшись с земли, Беббельс осмотрелся. Он находился в незнакомом месте, где-то в лесу. Откуда-то доносился шум пропеллера, пахло неведомыми цветами, ягодами, нагретой древесиной…       Кое-как отряхнувшись, Йозеф поправил ремень автомата и зашагал на звуки пропеллера. Несмотря на риск получить затрещину от командующего, оказавшись в ненужное время в ненужном месте, перспектива быть в рядах армии Ван Туза устраивала Беббельса куда больше, чем одинокое блуждание по лесу, куда глаза глядят. Миновав заросли, за которыми голубела поверхность какого-то водоёма, Беббельс оказался на небольшом холме, с которого открывался отличный вид на реку. Узкий песчаный берег был всего в каких-нибудь трёх-четырёх метрах внизу, дальше начиналась водная гладь. И возле берега на воде стоял вантузовский вертолёт с работающим вхолостую пропеллером. Лопасти быстро крутились, вздымая с поверхности реки облака водяной пыли, в которых… виднелась лётчица Ван Туза. Прикрыв глаза и поправляя намокшие волосы, Алиса Свайн стояла по колено в воде, то и дело отбрасывая назад так и норовящие забраться в глаза локоны, и тёрла себя руками, изредка поправляя армейскую бирку военно-воздушных сил СШН.       Йозеф вздрогнул, потёр глаза, но образ голой и прекрасной арийской девушки никуда не исчез.       - Да, это стоило той чертовщины, через которую я прошёл… - пробурчал Беббельс себе под нос, устраиваясь поудобнее в мягкой, высокой траве. – Эх, бинокль бы… ***       Коллин плеснул в лицо воды из реки и, фыркнув, вышел на берег, бросив мимолётный взгляд через плечо. Большая часть вантузовцев по-прежнему бесилась в реке, только теперь солдаты уже не веселились и ныряли, а в панике убегали от разъярённых Ван Туза и Кадавра, которые, словно акулы за мальками, гонялись за собственными подчинёнными, грозя им самыми страшными карами за нарушение воинской дисциплины. Но остановить бардак оказалось не так-то просто.       Хмыкнув, Кайл зашагал вдоль берега, изредка посматривая на своих однополчан. Боевая задача на текущий момент была следующая – не огрести от командования, а потому надо было либо чем-то заняться, либо… закурить. «Если солдат не курит – значит, он ничем не занят, а если он ничем не занят, то на уме у него может быть полный чарли-фокстрот, представляющий опасность для него самого, любимого командерра и всей Америки» - любил говорить Гидеон, а потому курили в армии Ван Туза все без исключения. Ведь если солдат ничем не занят – надо ему найти какое-нибудь занятие. А вот если хотя бы курит – тут другой разговор.       Похлопав себя по карманам, Коллин зашагал в направлении медицинского грузовика. Самой важной помощью, которую полевые медики оказывали своим однополчанам, было снабжение всех куревом, дабы помочь избежать лишних приказов со стороны командования.       Ещё на подходе Кайл заметил клубы дыма, валившие изнутри крытого кузова, а вскоре ощутил и сладковатый запах.       - Эй, парни, есть подымить? – осведомился Коллин, приподняв «входной тент».       - О-о-о, Коллин, заваливайся сюда, щас мы это! – засуетился один из медиков, широко улыбаясь.       - Не, спасибо, мне просто одну самокруточку бы, так, чисто, чтоб при деле быть, - махнул рукой Кайл.       - Да ты чего такой напряжённый-то? Расслабься! Давай к нам, присаживайся, посиди-и-и-м… - приглашающе махнул рукой второй военврач.       - Я правда не хочу, мужики, дайте покурить – и всё, - упрямо произнёс Коллин.       - Да ты чего такой запаренный? Не парься, наслаждайся. Посмотри по сторонам, солнышко горит, травушка дымит… Всё ништя-я-як же, - проговорил первый вантузовец с красным крестом на лбу.       - Ну вот я и хочу позагорать на солнышке, не хочу в грузовик, - объяснил Кайл.       - Ладно, не напрягайся, чувак. Мы сейчас всё устроим, - покладисто кивнул второй медик. – Пациенту слабенькую на четыре двадцать!       - Так точно, мой доктор! – заржал ещё один вантузовец.       -Ы-а-кадемик, - еле выговорил кто-то ещё, от кого виднелись только свисающие с носилок ноги в армейских ботинках. Один из докторов, видать, уже готов.       Из полумрака кузова высунулась рука, протягивающая Коллину самокрутку.       - Спасибо, - кивнул тот, осторожно взял самодельную сигарету в руку, затянулся…       Щурясь от солнца, Кайл выпустил в небо клуб сладковатого дыма, затянулся второй раз… И почувствовал некие изменения. Звуки вокруг стали тягучими, цвета – яркими и насыщенными…       - Что-о-о-о-о ты-ы-ы-ы ему-у-у-у да-а-а-а-л? – как сквозь воду донёсся до Коллина невероятно растянутый голос одного из медиков.       - Сла-а-а-бе-е-енькую…       - Что-то непохоже-е-е-е…       Коллин собрался затянуться в третий раз, как вдруг обнаружил, что самокрутка куда-то подевалась из его пальцев, словно растворилась в воздухе. Кайл машинально посмотрел себе под ноги, ожидая увидеть там обронённый окурок, но песок был чист. Как и воздух вокруг. Ни один из ставших знакомыми запахов больше не терзал обоняние – ни запах выхлопов бронетехники, ни машинного масла, ни табачного и не очень дыма… Пахло речной сыростью с одной стороны – и ароматом леса с другой. И тишина. Ни ора Ван Туза и других солдат со стороны реки, ни гула двигателей, ни смеха медиков… Медики!       Кайл резко обернулся. Медицинский грузовик как сквозь землю провалился. Вместе со всеми остальными однополчанами Коллина.       - Эй… - осторожно позвал он. – Луис? Уолтер? Людвиг? Дэрил? Роберт? Мэтт? Таннер? Тишина.       Кайл снял с плеча автомат и, щёлкнув предохранителем, ринулся в сторону леса. Надо как можно быстрее убраться с открытого места, дабы не попасться на глаза драконам. И выяснить, что произошло. Как он здесь очутился?       Добравшись до лесной опушки, Коллин двинулся кустами вдоль берега, то и дело замирая и прислушиваясь. Но даже птицы не пели – видимо, попрятались от жары, и единственными звуками, окружавшими вантузовца, были шелест листвы да журчание реки.       - Кайл! – раздался откуда-то звонкий голос так громко, что Коллин чуть не нажал на спуск. – Кайл! Мне тут надо подсобить кое с чем!       - Ты кто? – машинально выкрикнул Кайл. Таиться смысла не было, раз его уже не только увидели, но и узнали в лицо.       - Кайл! – повторил тот же голос. – Дуй сюда, мне тут помощь не помешала бы, дружище!       Голос шёл откуда-то из леса.       Коллин пошёл на голос, держа автомат наготове.       - Кайл! Ну быстрее же! – голос доносился откуда-то сзади.       Чуть не выругавшись, Коллин обернулся, поведя перед собой стволом штурмовой винтовки. И двинулся в обратном направлении. А что ещё оставалось?       - Кайл! Ну ты где, я один тут не справлюсь! – теперь голос звучал вообще с другого берега реки, хотя всё также громко.       = Стой на месте, не бегай! – приказал Коллин.       - Кайл, а вот и я! – раздался возглас откуда-то из-за спины, ещё и очень близко.       - Мать твою!       Неведомая сила подняла Коллина над колышущимся за кустами человеческим силуэтом и швырнула в воздух, так что Кайл рухнул прямо за спиной незнакомца.       - Ах ты тва…       Катер рванул вперёд, обдавая Кайла мириадами солёных брызг. Вокруг простиралось бирюзовое, даже на вид тёплое море, по левому борту виднелись домики на сваях…       - Да что здесь творится? – пробормотал Коллин, панически нащупывая руками автомат. Но не смог нащупать даже знакомую армейскую форму – пальцы коснулись гавайской рубашки.       Вокруг катера начали выпрыгивать из воды крупные дельфины. Некоторые взлетали так высоко, что перелетали через катер и плюхались в воду по другому борту. И не успел Кайл залюбоваться этими изящными животными, как вдруг один из дельфинов, выпрыгнув из воды, изменил траекторию прыжка и, пронёсшись над катером, схватил Коллина своими плавниками, после чего вместе с ним рухнул в море.       Военный, успев набрать воздуха, задержал дыхание, и принялся осматриваться, одновременно пытаясь выбраться из дельфиньих объятий. Он был не в воде. И никакого дельфина поблизости не было. Кайл стремительно падал в белоснежную пелену облаков. Коллин машинально расставил в стороны руки, хотя отлично понимал, что ни парашюта, ни костюма-крыла у него попросту нет. Но тут произошло чудо – пролетев сквозь облака, Кайл внезапно полетел уже не вниз, а вперёд. Под ним мелькали бескрайние изумрудные просторы, свежий ветер бил в лицо… Но надо было заходить на посадку – не летать же так целую вечность.       Высмотрев среди тёмно-зелёного океана более светлое пятно, Кайл, то и дело понемногу накреняясь влево, принялся нарезать круги над выбранным «аэродромом». Несмотря на запредельный уровень происходящего абсурда, Коллин решил, что наилучшим выбором будет адаптироваться под изменяющуюся ситуацию, а потому стал постепенно снижаться, ловя себя на мысли о том, что его нисколько не удивляет факт полёта при помощи расставленных в стороны рук.       Однако, приземлиться на некое поле или огромный луг Коллину было не суждено – не справившись с управлением, он сбился с курса и, тщетно пытаясь выровнять полёт, увидел, что несётся в сторону реки, прямо на самую её середину. Стараясь не думать о том, какие последствия ждут его после приземления, Кайл из последних сил попытался выйти из «пике», но смог лишь свернуть в сторону и на всей скорости влететь в густые заросли на берегу. Завертелись небо, земля, какие-то пеньки, а затем военный с удивлением обнаружил, что лежит на спине в высокой траве, заложив руки за голову. Как будто и не было ни полёта, ни поездки на катере, ни странного силуэта в лесу… Откуда-то доносился рокот пропеллера «вертушки», к которому примешивался ещё какой-то звук, похожий на шум ветра.       Кайл приподнял голову, прислушиваясь. И понял, что странный ветер очень быстро приближается.       «Что на этот раз?» - только и успел подумать бравый вояка, уже готовясь к очередному параду абсурда с нарушением законов физики, и только он успел кое-как осмотреться, обнаружив, что лежит над самым берегом реки, как внезапно из-за поворота далеко впереди, вылетели сразу три дракона. Все трое летели «на бреющем» практически над самой поверхностью воды. Тот, что летел впереди, был ярко-синей окраски с более светлыми крыльями, голубыми нагрудными пластинами и тёмно-красными шипами на спине. У второго дракона были ярко-красные крылья, а чешуя, тоже алая, была словно разрисована замысловатыми чёрными узорами, местами складывающимися в причудливые орнаменты. Третий дракон был не столь яркий, как первые его два собрата – всё разнообразие цветов у него ограничивалось серебристо-серыми крыльями и грудными пластинами, в остальном же он был полностью чёрный. Коллин перекатился на живот, а затем с неожиданной для самого себя скоростью помчался на четвереньках в ближайшие кусты. Укрывшись в густой листве, вантузовец потянулся было за автоматом, но тут же передумал – куда лучше сейчас было затаиться, затихнуть, даже притвориться мёртвым – только бы не привлечь внимания чудовищ. Впрочем, огнедышащим монстрам не было дела до одинокого человечка, залёгшего в кустах – даже когда драконы подлетели близко, никто из них не обратил на военного ни малейшего внимания. То ли не заметили, то ли не сочли нужным отвлекаться на какую-то непонятную букашку.       Затаив дыхание, Кайл наблюдал за приближающимися огнедышащими ящерами, не смея шевельнуться, и уже мысленно попрощался с жизнью, как вдруг между драконами завязалась какая-то потасовка.       Поначалу было не разобрать, что там происходит, но крылатые твари словно бы «бортовали» друг друга, чуть не сталкиваясь в воздухе. Затем, когда все трое были уже довольно близко к Коллину, серебристо-чёрный дракон неожиданно ринулся вперёд и сомкнул зубы на хвосте узорчато-красного. Вернее, попытался. Не издав ни звука, тот ловко выдернул хвост чуть ли не из сомкнутых челюстей соперника и, развернувшись, атаковал чёрного сородича, подробностей Кайл не разобрал. Вслед за этим чёрно-алый дракон изо всех сил пихнул синего, так что тот, аж закрутившись в воздухе, плюхнулся в воду. В воздухе разнёсся победоносный рык, чёрный огнедышащий ящер отпрянул, совершив какую-то замысловатую фигуру высшего пилотажа, а синий тем временем, громко фыркая, вынырнул из реки, развернулся в сторону двух своих собратьев, разинул пасть… Из пасти синего дракона повалил… густой туман, а затем внезапно вылетела мощная струя воды, словно из пожарного брандспойта, окатив поочерёдно красного и чёрного дракона от рогов и до хвоста. Воздух огласило громогласное рычание, смешанное с шипением и фырканьем, после чего оба дракона, как сговорившись, кинулись на синего собрата, который встретил их второй водяной струёй, поливая так, что каскады брызг накрыли обоих драконов с головой. И все трое исчезли в гигантском всплеске, таком, что по реке прокатилась волна, захлестнувшая берег метров на десять, словно на море в сильный ветер.       В следующее мгновение Коллин видел уже только гигантский кильваторный след из брызг, как будто по реке на полной скорости мчалась моторная лодка. Даже попав в воду, огнедышащие создания не прекратили выяснение отношений, расплёскивая во все стороны гигантские волны, и постепенно смещаясь вниз по реке.       Медленно выдохнув, Кайл поднялся на ноги, отряхнул штанины, поправил ремень штурмовой винтовки… И со всех ног чесанул в лес, прикрывая лицо от хлещущих веток и глядя вперёд лишь затем, чтобы не влететь в дерево.       А тем временем по реке чуть ли не в буквальном смысле катился клубок из трёх драконов, которые всего лишь хотели подурачиться между собой после полёта под жарким солнцем… ***        - Добрый Пастырь?! Добрый Пастырь?! Вызывает Освободитель! Код «Чарли!» «Фокстрот!» «Танго!» Повторяю: код «Чарли!» «Фокстрот!!» «Танго!!!»       Алиса Свайн нехотя открыла глаза, щурясь от водяной пыли, поднимаемой пропеллером вертолёта. Значит, не показалось. Немного прикрывая лицо рукой, она зашагала в сторону «вертушки», понимая, что купание окончено – если Ван Туз орёт так, что обрывки фраз слышны даже сквозь шум пропеллера, значит, что-то действительно случилось. Подивившись способностям голосовых связок главнокомандующего, лётчица натянула авиакомбинезон прямо на голое тело, и взяла рацию.       - Приём!       - Добрый Пастырь, доложить ваши координаты! У нас чарли-фокстрот!       - Дамбон, что случилось?       - Массовое нарушение дисциплины! Самодеятельность!       - Ван Туз, я не понимаю…       - Немедленно произвести разведку местности в тридцати милях!!! – ряфкнула рация так, что мисс Свайн едва не отбросила её в сторону.       - Есть!       В этот момент со стороны реки донёсся крик пулемётчика Энди, принимавшего водные процедуры за поворотом реки, чтобы не смущать вантузовскую пилотку: «Танго!»       - Виски Танго… - Алиса медленно обернулась, различив сквозь стрёкот вертолёта некий звук – похожий на то, как если бы неподалёку плескалась рыба. Очень крупная рыба. И этот плеск стремительно приближался.       В следующую секунду из-за поворота реки вылетело нечто, оставляющее за собой высоченные снопы брызг, и распространяющее по реке огромные волны. В буйстве водяной стихии Алиса успела рассмотреть два гигантских хвоста, зубастую пасть, изогнутые рога…       - Снафу! – только и успела крикнуть лётчица в рацию перед тем, как «вертушку» захлестнула особо крупная волна. ***       Ван Туз в ярости швырнул рацию на стол и, запихав в рот сразу две сигары, вновь выскочил из штабного фургона, в бессильной злобе потрясая кулаками. На реке Кадавр всё ещё гонялся за вконец потерявшими всякий страх военными, двое медиков тащили к воде накуренного в дрова новенького, который отчаянно отбивался и что-то кричал про чёрную крепость, охраняемую тысячей драконов. Некоторые, более-менее ответственные солдаты тянули из воды намертво заглохшие открытые джипы, при этом то и дело спотыкаясь, падая, чуть не улетая обратно в реку вслед за никак не желавшими поддаваться машинами.       Главнокомандующий, не разжимая кулаков, вновь направился к реке. Настроение его было сравнимо с активной зоной барахлящего атомного реактора, готового в любой момент взорваться. Подойдя к воде, Ван Туз принялся хищным взглядом выискивать себе жертву среди собственных подчинённых, как вдруг Дамбону показалось, что к общей какофонии добавился ещё один звук – нарастающий… шум моря? Щурясь и кривясь одновременно из-за солнечных бликов и из-за собственных усилий, Ван Туз прислушался… и понял, что источник странного звука очень быстро       приближается.       В следующую секунду из-за поворота речки вылетело нечто. На самом «фарватере» кувыркалось несколько огромных силуэтов, то и дело исчезающих в многочисленных брызгах и водяном тумане. То и дело от них в разные стороны расходились громадные по речным меркам волны, захлёстывающие берег чуть ли не до самого леса. «Клубок моторных лодок» поравнялся с вантузовцами, с центра реки донёсся особенно сильный «плюх» и на секунду один из силуэтов – чёрный и блестящий, стал виден лучше. За считанные мгновения Дамбон Ван Туз успел рассмотреть перепончатые крылья, разинутую зубастую пасть, мощные лапы, причём, почему-то, все конечности были разноцветными. А затем очередная волна, раза в три больше, чем все предыдущие, хлынула на берег, погребая под собой и вантузовцев, и военную технику, и даже стоявшие на берегу грузовики. Но ничего этого лысый командир уже не видел, поскольку его сбило наземь, при этом ещё и перевернув вверх ногами.       Тем временем Гидеону наконец-таки удалось поймать одного из солдат за ремень. «Архангел» дёрнул вантузовца к себе, одновременно размахиваясь второй рукой для хорошей оплеухи, но тут военный, увидев приближающуюся угрозу, изо всех сил рванулся, ремень, и без того разболтанный, как седло на корове, внезапно расстегнулся… В следующую секунду в руках Кадавра остались только штаны счастливого солдата, а он сам с радостным возгласом ушёл в речную глубину. Извергая проклятия похлеще вулкана, но не слыша собственного голоса за общим гвалтом, Кадавр обернулся в поисках новой жертвы. И внезапно увидел огромную волну, идущую прямо на него. Задержав дыхание, он бросил штаны своего подчинённого, изо всех сил вцепился в поручень на танковой башне и внезапно услышал преисполненный ужаса вопль одного из вантузовцев: «Дракон!»       Когда первая волна схлынула, Гидеон потянулся за гранатомётом… И совершенно зря. Ибо тут же вторая волна сбила его с ног, в результате чего Кадавр, не удержавшись, так и полетел в воду. Третья волна подняла командира «архангелов» где-то на полметра и ювелирно отправила прямиком в открытый люк танка, который до этого заехал в реку чуть ли не «с головой». Точнее, с башней. Конечно, Гидеон не провалился в башню полностью, но остался торчать из неё, отчаянно дрыгая ногами. До следующей волны, которая «помогла» ему выбраться из башни, но зато швырнула в реку, прямо на головы нескольким солдатам, которые и без того не слишком-то успешно пытались устоять на ногах.       У остальных вантузовцев дела шли не лучше. Многие военные внезапно выяснили, что насквозь промокшая одежда не способствует хорошей подвижности, да ещё и становится тяжелее. Приняв к сведению столь важный факт, кое-кто из них стал в панике, но по-военному раздеваться, в результате чего уже после третьей волны часть бравых солдат осталась без штанов. Некоторые вантузовцы попытались открыть огонь по непонятному объекту, который и создавал столь большие волны, но верные «эмки» не отозвались привычной трескотнёй после нажатия на спуск. И не успевали вояки сообразить, почему их оружие отказывается стрелять, как новая порция «волнительной свежести» валила их с ног. Такая же участь постигла и тех, кто попытался прыгнуть за пулемёты – череда волн не дала солдатам ни малейшего шанса прицелиться.       Зверодёр, будучи единственным, кто устоял на ногах, несколько раз отчаянно надавил на спуск верного пулемёта, а затем, что-то прорычав, точнее, пробулькав, снял с пояса гранату и швырнул её вдогонку «клубку моторных лодок». Ахнул взрыв, начали всплывать кверху брюхом оглушённые рыбы, а нечто, устроившее самый настоящий морской шторм на тихой речке, скрылось за поворотом также внезапно, как и появилось. Ругаясь и отплёвываясь, вантузовцы принялись кое-как вылезать на берег. Кадавр, состроив максимально зверское выражение лица, шёл вслед за своими подчинёнными, изредка подбадривая их пинками и тумаками, да так, что некоторые военные падали в воду под ударами «архангела».       От недавнего веселья и задора морпехов не осталось и следа – вся армия оказалась между Сциллой и Харибдой, между молотом и наковальней: вдоль берега, сунув руки в карманы, ходил Ван Туз, а сзади солдат подгонял разъярённый Гидеон. Даже те военные, кто топтался на берегу, а, следовательно, был невиновен, потихоньку пятились к медицинскому грузовику. Собственно, во всей армии «сухими из воды» вышли только два грузовика – медицинский и музыкальный. И, если бы не последнее, то не избежать бы драконоборцам массовых расстрелов от своего командования за потерю источника боевого духа и патриотизма вследствие нарушения устава, безответственности и саботажного поведения…       - Вперёд, бакланы! – Кадавр пнул под зад замешкавшегося солдата, и тот рысцой кинулся вперёд, догоняя своих однополчан. – Сейчас будем проводить воспитательный трибунал!       - Слушать мою команду, кретины! – заорал Ван Туз, едва первые ряды военных ступили на берег. – Упор лёжа принять! На счёт раз – мордой в песок! На счёт два – подняться! Но не вы двое! – лысый командир ткнул пальцем в Беббельса и Зверодёра. – Вы сейчас берёте наше священное знамя – и отжимаете его! До тех пор, пока эти двое не отожмут знамя – никто из вас, паршивые улитки, не смеет прекратить отжимания! Затем, так и быть, я вас снова пущу в воду.       Гримасами удивления исказились лица всех без исключения – даже Зверодёр, лицо которого обычно выражало только две эмоции: «Мне это до лампочки» или «Ух, щас я тебе врежу!», удивлённо приподнял брови.       - Вы заходите в реку по пояс, - продолжил Ван Туз. – Приседаете. И совершаете выпрыгивания! В полном боевом снаряжении! До тех пор, пока второе знамя вновь не будет гордо реять на ветру!       Кадавр довольно хмыкнул, скрестив руки на груди. Видимо, он был доволен тем, что каждый солдат отхватит по самое не балуй за нарушение устава.       - А пока Зверодёр и свежий драконий корм будут выкручивать третье знамя, вы, хряки, должны вытянуть технику на берег. Всю – до последнего джипа. Кто не успеет – того ждёт особая развлекательная программа! Вам это понятно, слизняки?!       - Сэр, так точно, сэр! – хором ответили вантузовцы.       - Я не слышу, что вы там квакаете, скользкие вонючие жабы!       - Сэр, так точно, сэр!!! – гаркнули солдаты.       Дамбон ещё немного походил по берегу взад-вперёд, теперь уже строевым шагом, а Беббельс и Зверодёр тем временем принялись снимать знамя с одного из танков. Насквозь промокшее, оно теперь напоминало огромную звёздно-полосатую половую тряпку.       Окинув солдат, уже принявших упор лёжа, придирчивым взглядом, Ван Туз поднял с земли небольшой камушек и с размаху запустил его в одного из военных, со звоном зарядив ему по каске.       - Встать, кретин!       Поскользнувшись и едва не сев на шпагат, вантузовец всё же вскочил и вытянулся по стойке смирно.       - Где твоё оружие, болван?!       - Утонуло, сэр.       - Говори, как положено!       - Утонуло, сэр! – прокричал солдат.       - Винтовка – это супруга бойца, кретин! Небось, если б твоя любимая Мэри Джейн тонула – ты бы уже кинулся её спасать! Вперёд!       Военный кинулся бежать обратно в воду, перепрыгивая через своих товарищей. Похоже, он даже был немного рад тому, что его послали на поиски потерянного вооружения – ведь это значит, что ему не придётся отжиматься вместе с остальными. Наверное.