Снайпер

Мое лицо оросила горячая влага, от чего я невольно зажмурилась. Через пару секунд, я открыла глаза. От увиденной картины, меня чуть не вывернуло наизнанку. Мужчина, что несколько мгновений назад стоял надо мной, был обезглавлен и вместо головы на его плечах красовалась кровавая мешанина. Воцарилась мертвая тишина. Спустя пять секунд, жмурик начал заваливаться на меня, от чего я быстро отползла. — Это они! Быстро, уходим! — закричал красноволосый. Все как в сумасшествии начали бегать, стрелять, куда не попадя. Последовала серия одиночных, но метких, выстрелов. Враги один за другим начали падать, как мухи от хлопушки. В их телах зияли дыры, а лица были перекошены от ужаса и боли настолько, что это даже через маску было видно. Я смотрела на это все с непониманием и изумлением. Жители с криками начали разбегаться и прятаться в ближайшие здания. Один из налетчиков подбежал, чтобы меня прикончить, но не успел. В груди у него растеклось бордовое пятно. — Чего сидишь, дура?! Беги! — послышался звонкий женский голос из ниоткуда. Эти слова, как ведро холодной воды, привели меня в чувства, и я сломя голову понеслась в сторону матери. Схватив ее за руку, я забежала в ближайший магазин. Спрятавшись за стойкой кассира, мы сели на корточки и прижали руками головы к коленям. Через минут пять-семь все затихло, лишь послышался звук стремительно удаляющихся машин. Немного отойдя от шока, я приподнялась и гуськом направилась к выходу. Мама мертвой хваткой вцепилась в мою руку. — Не смей! Не двигайся! Тебя убьют! Мы не знаем кто те люди, что стреляли в бандитов! — громко зашипела она. — Мама, успокойся! Если бы хотели, то давно бы убили, но они же нам помогли. Я только посмотрю, — прошептала я. Немного поразмыслив, мама сдалась и отпустила руку. Я попросила её сидеть тихо и не выходить, пока не позову. Она закивала, но попросила быть предельно осторожной. Пробравшись сквозь завалы, я тихо подошла к дверному косяку, спрятавшись за ним. Выглянув, увидела трех человек, стоявших от меня в метрах тридцати. В их руках виднелись снайперские винтовки. Они медленно бродили по площади, осматривали тела убитых ими бандитов и обыскивали их. Немного присмотревшись, я поняла, что там один мужчина и две женщины. Мужчина был очень высоким и достаточно крупного телосложения. На первый взгляд ему было не больше пятидесяти лет. Длинные крепкие ноги, облаченные в черные свободного покроя штаны, делали невообразимо большие шаги, накаченный торс не скрывала даже черная майка без рукавов и бронежилет. Отличительной чертой чужака были длинные растрепанные седые волосы, доходившие до поясницы. Девушка слева от него была гораздо моложе. Невысокая, даже скажу миниатюрная. Стройную фигуру прятали бесформенные штаны цвета хаки и черная обтягивающая майка. На ее груди так же был бронежилет. Лицо было скрыто под полумаской с рисунком черепа. Тонкие кисти рук облачены в кожаные перчатки без пальцев. Но больше всего в глаза бросались ярко-алые длинные волосы, развивающиеся на ветру. Женщина, стоящая справа от мужчины, была ненамного младше него, хотя под тусклым освещением сложно было разобрать. Ростом она чуть выше красноволосой, да и фигура чуть помассивнее. Светлые волосы завязаны в два низких хвоста. А вот ее отличительной чертой я была обескуражена: шикарный бюст пятого размера. «Так и что мне сейчас делать? Просто выйти и поздороваться? Ага, а они меня в решето превратят! Надо успокоиться!». От волнения, я осторожно отступила на шаг назад и случайно опрокинула что-то железное и неуместно громкое. Раздался противный, скрежещущий звук. «Черт! Почему мне сегодня так везет?» Все трое как по щелчку обернулись и держали оружие наготове, а я спрятала свою макушку за дверной косяк. — Выходи! — «Так вот кому принадлежит этот голос! Это блондинка-снайпер мне кричала!» — Выходи, а то дыру в голове получишь! — пригрозила женщина командным тоном. — А вы хоть знаете, в какой стороне моя голова, — решила съязвить я. Похоже, чувство самосохранения решило покинуть меня. — Не переживай, не промахнусь! — Ну, попробуйте! — выкрикнула я и присела. Раздался неимоверный мужской хохот и женский приглушенный смех. — Тсуна, почему-то она напоминает мне тебя в молодости! — сказал мужчина отсмеявшись. — Выходи, мы тебя не обидим! — выкрикнула девушка. Немного погодя, взвесив все «за» и «против», я все-таки решила выйти. — Кто вы? — спросила я, с опаской подходя поближе. — А ты кто? — окинув меня недоверчивым взглядом, грубо поинтересовалась блондинка. — Я первая задала вопрос! — еще грубее ответила я. — Хм. Смелая, — сказал мужчина вполголоса, чуть улыбаясь. — Знать кто мы, тебе совершенно не обязательно. — Тогда откуда я могу быть уверенна, что вы тоже не враги нам? — прищурилась. — Но я же тебе до сих пор башку не отстрелила. — женщина ловко закинула на плечо винтовку. — Хотя, с каждой секундой мне хочется это сделать все больше, — хищно улыбнулась. Меня немного передернуло от ее оскала, но на моем лице не отразилось ни одной эмоции. — Да ладно тебе, Тсунаде! Не пугай её, — нахмурившись, сказала красноволосая девушка и опустила маску с лица. «А она милая!». — Но знать, кто мы тебе действительно не стоит, — ответила она чуть мягче уже обращаясь ко мне. Потихоньку люди начали выходить из убежищ и подходить к нам. Среди них я также заметила и маму. Жители начали благодарить наших спасителей: женщины плакали, мужчины пожимали руки и благодарно кланялись троице снайперов. Наши освободители, ничего толком не объясняя, заверили нас, что скоро сюда приедут люди и окажут всем квалифицированную помощь, со всеми попрощались, развернулись и пошли к выезду из городка. Люди начали немного расходиться к погибшим и раненным. Я видела, как Куренай склонилась к раненому Асуме и плакала больше от радости, чем от горя, ведь он остался жив. Мужчины поднимали тела и несли их в больницу, чтобы быстрее оказать помощь. Погибших оказалось не так много, чудом большинство были живы, но в тяжелом состоянии. Через толпу я увидела, как моя мать склонилась над телом Кизаши. Горькие слезы рекой стекали по ее щекам. «Это все из-за меня! Мама плачет из-за меня. Я была слабачкой, не смогла ничего сделать. Ничтожество!». Через несколько невыносимо тяжелых минут она успокоилась и взяла себя в руки. Она начала координировать движение и подсказывать как оказывать первую помощи, куда и как нести раненных, куда направить перепуганных детей. Все же, долг врача-хирурга превыше всего. Неожиданно, в мою голову пришла мысль, которая никак не хотела покидать оную. Когда все трое «спасителей» уже были метрах ста от нас, я решилась. «Сейчас или никогда!». Быстро догнав их, сказала то, что я для себя решила: — Простите! — все трое остановились и обернулись ко мне. — Чего тебе, красавица? — спросил мужчина и улыбнулся. — Возьмите меня с собой! — громко и уверенно заявила я. — Чего? Девочка, тебе что, голову ненароком отбили? Это исключено! — сурово ответила Тсунаде, и развернулась. — Нам некогда выслушивать твой детский лепет! — Зачем тебе это? — спросила девушка, внимательно смотря мне в глаза. — Я хочу научиться защитить себя и своих близких, хочу быть сильной и ничего не бояться! — голос тверд и абсолютно не дрожит. — Прости, но мы не можем тебя взять. То, чем мы занимаемся, тебе не понравится, — с толикой нежности и печали ответил мужчина. — Мне все равно, чем вы занимаетесь, я хочу стать одной из вас! — Хотеть не вредно! — огрызнулась женщина, вновь развернувшись и скрестив руки на объемной груди. — Все, хватит этого цирка! Нам пора!  Все трое развернулись и двинулись дальше. Я пошла следом за ними. Я не собиралась отступать назад, я должна стать сильнее. — Тебе делать нечего?! — взревела блондинка, разворачиваясь ко мне лицом так быстро, что я чуть в неё не врезалась. — Иди лучше матери помоги! — Я никуда не уйду, — тихим, но твёрдым голосом заявила я. — Я не хочу быть слабой. Хоть убейте меня, но я все равно пойду за вами! — Ты точно уверена в своем решении? — спросил мужчина, сделав при этом серьезное выражение лица. — Да, — выпалила я на одном дыхании и до хруста костей сжала кулаки. — Хорошо, — вдруг выдохнул седовласый. Сперва я даже подумала, что мне послышалось, и с недоверием на него посмотрела, но, когда я поняла, что он вполне серьезно, даже удивилась. «Почему он так быстро на все согласился?» — Джирая! — воскликнула блондинка. — Мне кажется, это плохая идея, — высказала свое мнение красноволосая девушка. — А я думаю, это замечательная идея! — усмехнулся представитель сильного пола. — Подумайте сами, у нас и так сильная нехватка людей, а если ее как следует обучить, то она сможет нам очень помочь в будущем. Тсуна, ты же сама видела сколько в ней выдержки и упорства. Она будет превосходным бойцом. — И кто же ее обучать будет? — с насмешкой сказала пышногрудая, снова складывая руки на груди. — Ты! Кто же еще? — засмеялся мужчина. Тсунаде настолько разозлилась, что со всей дури ударила его по голове. От второго удара Джирая предпочел спрятаться за меня и вторую девушку. Он бегал вокруг нас от блондинки, которая бегала за ним и кричала отборными ругательствами. — Тсунадочка, не надо. Хорошая, золотая, красивая, замечательная! Ты самая лучшая, только, пожалуйста, не бей. Рука у тебя очень тяжелая, ты же мне все суставы нахер выбьешь, — выкрикивал Джирая с разных сторон от меня. — Да чтоб ты от диареи помер, старый маразмат! Мне что, делать нечего, как в няньки подаваться?! — бедняжка покраснела от злости. Вот смотрю на них и не могу поверить, что буквально полчаса назад они застрелили без труда столько человек, а сейчас ведут себя как дети, хотя уже и в возрасте оба. — Ну, все, прекращайте этот детский сад! — остановила их девушка. Она развернулась ко мне и представила себя и своих друзей. — Меня зовут Кушина Узумаки. Это Джирая, а это, как ты уже знаешь, Тсунаде Сенджу. — Я поклонилась и тоже представилась. — Харуно Сакура. Очень рада с вами познакомиться, — я не могла поверить в собственную удачу. Неужели у меня получилось? Я готова расплакаться на месте. — Постой, а как же твоя мама? — спросила Кушина. Лучше бы она не спрашивала. Если мама узнает, то при любом раскладе меня не отпустит. Лучше мне с ней не видеться, соберу тихо вещи, оставлю записку и уйду. Да, так будет гораздо лучше. Я прекрасно понимала, что сделаю ей чертовски больно, что ее сердце будет разбито, что она, возможно, возненавидит меня. Пусть так, но я смогу защитить ее в дальнейшем. Жестоко, эгоистично, но я так решила. — Я не буду ей ничего говорить. Я хочу уйти, чтобы она не знала, — выпалила я и уставилась себе под ноги. Все с пониманием посмотрели на меня. — Ясно. Постарайся собраться за двадцать минут. Мы будем ждать тебя у выезда из города. Не успеешь — мы уезжаем. Двадцать минут! — сказал Джирая тоном, не принимающим никаких возражений. Сорвавшись с места, я понеслась прямо по улице, не оборачиваясь на моих новых знакомых. Я была уверена, что меня не обманут и дождутся. Залетев в дом, я поднялась в свою комнату. Со скоростью звука начала собирать только самое необходимое в черный рюкзак: сменную одежду, необходимые гигиенические принадлежности и накопленные мною деньги. Быстро переоделась в джинсы, черную майку, темно-серый кардиган и черные кроссовки. Спустившись вниз, написала маме прощальную записку и, оставив ее в гостиной на кофейном столике, я с грустью осмотрела свой дом. В этих стенах я провела всю свою жизнь, с этим местом связаны самые хорошие и светлые воспоминания. По моей щеке невольно скатилась одинокая слеза. Как же не хочется уходить и бросать маму, ведь она теперь останется совсем одна. «Немедленно прекрати! Не время распускать нюни, соберись!». Вытерев щеку тыльной стороной ладони, я взглянула на часы: «4:23. Осталось семь минут, должна успеть». Закрыв дверь, я почувствовала, что делаю первый шаг во взрослую и опасную жизнь. Жизнь боли, отчаяния, неизбежности. Жизнь полную неизвестного, рядом со мной больше не будет родных, которые смогут обнять, утешить и защитить. Теперь я сама отвечаю за себя. Я сама стану защитой. Я этого хотела! И я делаю этот шаг с высоко поднятой головой.