Дневник апокалипсиса.

Запись десятая *** — Саша! — Крикнули в рацию. — Блять, стреляй! Темнота. Крики товарищей. Автоматные очереди. Слабые отсветы вспышек дул автоматов. Алан, прижав к себе АА-12, несется по коридору, не разбирая дороги. Только бы выбраться на улицу, туда, где светлее, там, где можно постоять за себя. Выбивая дверь ногой, Алан вылетел, как пуля, на улицу и сразу же наткнулся взглядом на горящую газель. Село было просто залито грохотом автоматных очередей. — Суки! — Снова орала рация. — Откуда они тут взялись?! В сумерках Алан еле уловил приближение к себе со стороны. Он развернулся и вскинул дуло дробовика, наведя его на цель. Мелочь. Он не спеша прицельным огнем убил несколько тварей. Тушки мелкоты свалились на асфальт и распластались на нём, заливая его кровью. Он схватил рацию и заорал в неё. — Выбирайтесь на улицу! — Кричал он не своим голосом. — Выбирайтесь или сдохнете там!!! Он сорвался с места, бросив говорить, и помчался к бардаку, у которого занимали позиции оставшиеся на стрёме бойцы. Они тоже были в осаде, отстреливали упёрто идущую на них мелкоту. — Нас окружают, парни!!! — Кричал Бут. — Надо сваливать, к чертям собачьим, отсюда!!! Послышались еле уловимые вдалеке пулеметные очереди. — У нас тоже жарко! — Крикнул в рацию Адам. — Мелкота так и прёт со всех сторон! Следом за Аланом из здания вывалились другие бойцы со снабженцами, тащащими в руках коробки. Ударная группа стреляла куда-то внутрь тёмного здания. — Коробки в бардак! — Скомандовал, отстреливаясь, Джек. — Сматываемся! ------------------------------------------------ Как только ударная группа со снабженцами прибыла в указанное место и вошла в здание, началась чертовщина. Здание оказалось чуть ли не забито до верхов мелочью. Выстрелы группы зачистки привлекли внимание другой мелочи, и та направилась прямиком к зданию со всей округи, беря в кольцо отряд Джека. ------------------------------------------------- Коробки кое-как покидали в бардак, ударная группа продолжала отстреливаться. — Трогаем! — Крикнул в рацию Бут. Группа, продолжая, отстреливать близко подобравшуюся мелочь запрыгнула на уже набирающий ход БТР. Бардак уже набрал приличную скорость и просто давил вставшую на пути мелочь. — Бен! — Кричал в рацию Джек. — Заводи, будь готов трогаться по команде! Алан пнул ногой мелкоту, пытающуюся запрыгнуть на бардак с бока, и повернул голову назад. В неровном свете горящей адским пламенем газели, он увидел как мелкота начинает потихоньку расступаться и разбредаться в стороны, будто прячась от чего-то. — Джек... — обратился он к командиру по имени, не отрывая взгляда от разбредающейся мелочи. — Мелкота расступается... Командир Уолкер повернул голову назад, с секунду посмотрел и снова включил рацию. — Бут, прибавляй ход, матёрая скоро появится, — как-то неестественно спокойно сказал он. — Дааа... — Протянул Саша. — Встряли мы с вами, парни... — Разговоры отставить, — скомандовал командир. — Алан, будешь замыкающим, следи за спиной. Алан неуклюже от тряски БТР пересел на конец бардака и наблюдал уже почти чистую от мелочи улицу. Вот за чёрными остовами зданий скрылась горящая газель, бардак полным ходом летел обратно к поезду. Теперь его движению не мешала резко скрывшаяся в переулках тёмных улиц мелкота. Пока всё было относительно спокойно, матёрой не было видно. Уолкер младший скоро перевёл взгляд на тёмное небо. Мириады серебристых точек украшали тёмный бархат ночного неба. Кое-где плыли чёрные массивы грузных облаков. Такие тяжёлые облака, что казалось, будто они свалятся на землю и накроют собой небольшой растревоженный ударной группой городок. Из-за облаков появился тонкий, не набравший силу месяц. Он был блеклый, но его света было достаточно, чтобы хоть немного осветить путь. Алан выдохнул. От его вздоха образовался пар, который скоро рассеялся. Было очень холодно, хоть и стояло начало сентября. Уолкер перевел взгляд на улицу, быстро оставшуюся позади бардака, но ничего не заметил. Его внимание снова привлекло небо, но в этот раз по другой причине. Что-то холодное опустилось на его щеку. Он задрал голову кверху и посмотрел в тёмную бездну ночных небес. Кружась, мечась в воздухе маленькими пушинками, на землю ложился первый снег. Это зрелище всегда в нём вызывало тоску и неприятную ностальгию. Всего год назад, в это же время, когда на холодную землю ложился снег, самый первый в году снег, погиб его отец. Алан винил себя в его гибели, верно, ведь больше не было виноватых, кроме него одного. Он снова вернул взгляд на тёмную улицу. Тишина. Ни единого движения. — Подъезжаем! — Громко, перебивая мотор бардака, сказал Джек. Бойцы встрепенулись и неуклюже, нервно засобирались. Впереди стояла, залитая ночной тьмой, бездыханная громада поезда. Как только БТР показался на горизонте послышалось громкое рычание заводящегося двигателя поезда, которое уже через секунду сменилось ожидающим урчанием. У платформы бардак замедлил движение, и ударная группа спрыгнула с него, занимая позиции на платформе. — Коробки в бардаке оставьте, нет у нас на их погрузку времени, — говорил в рацию командир, — закрепляйте бардак и сломя голову в последний вагон. — Так, ребята, — убрав рацию, продолжил Джек, — грузимся в первый вагон, они уже закрепляют бардак. Прикрывая друг друга, не оставляя спину открытой, ударная группа почти влетела в первый вагон. Бойцы сразу же заняли места у бойниц. Командир Уолкер ушел в кабину машиниста говоря что-то в рацию. — Алан? — Позвал того сидящий рядом Рей, который ни на секунду не отрывал взгляд от бойницы. — Чего? — Повернулся к нему Уолкер. — Не находишь это странным? — Как-то мутно и загадочно спросил его товарищ. — Ты о чём? — Не понял Алан. — Ну, — начал Рей, — мелкота разбежалась, а матёрая так и не появилась... Обычно после того, как мелкота разбегается, матёрая почти сражу же появляется на месте боя, а тут тишина... Алан ничего не ответил, переваривая информацию, донесённую до него Реем. Он отвернулся в бойницу и всмотрелся в отдаляющуюся платформу, затем перевёл взгляд на сам городок, но ничего не заметил. Он почесал затылок, зевнул и пожал плечами, чувствуя, как сверлит его взглядом товарищ. Тут его взгляд, вернувшийся в бойницу, заприметил кое-что странное. Над городком, из которого они только что выехали, стояло тусклое свечение. — Смотри, — сказал Алан Рею и ткнул пальцем в бойницу. Рей присмотрелся и тоже заметил неладное. — Что это, черт возьми? — Тихо риторически спросил он. — Я такое уже видел... — Задумчиво произнес Уолкер. — Правда? — Удивился Рей и перевёл на него взгляд. — Помнишь, — начал Уолкер, — я тебе рассказывал, как добирался до Икса, когда мы разделились? Тот туман... Перед тем, как он появился, я видел такое же свечение над лесом. Я ещё говорил, что вся мелкота от него поразбежалась... — Так... — Задумался Рей. — Значит, мелкота разбежалась не из-за матерой, которой там возможно и не было, а из-за этого свечения? — Думаю, да... — Протянул Алан. Дверь в кабину машиниста раскрылась и показался командир Уолкер. — Так, парни, — начал он, — похоже, всё тихо... Первые в дозоре Майлз, Адам, Мэй и Ник, остальные могут пока идти спать. После того, как командир ушёл обратно в кабину, Алан и Рей встали со своих мест и направились в конец вагона. Алан плюхнулся на пол рядом со стеной и подложил под голову рюкзак. — Ты чего на пол свалился? — Обвёл его взглядом Рей. — Если я лягу на сиденья, и поезд внезапно тряхнет, то по инерции я полечу на пол, — прикрывая глаза, бросил Алан, — такое себе пробуждение... Рей почесал затылок и, представив себе подобную картину, тоже уместился на полу. — Ну и денёк, да? — Спросил товарища Рей, пялясь в потолок вагона. — Не спится? — Поворачиваясь на другой бок, слегка раздраженно спросил его Алан. — Да разве после такого уснешь? — Поворачиваясь к товарищу спиной, ответил вопросом на вопрос Рей и прикрыл глаза. Так или иначе усталость и нервное напряжение взяли своё, затягивая товарищей в царство Морфея под мерный стук колес. --------------------------------------------- Вагон легко тряхнуло и Алан открыл глаза. Пусть усталость и сказывалась, хотелось снова закрыть глаза и уснуть, но он переборол себя и поднялся. Усевшись спиной к стене, он оглядел вагон, всё было тихо. Рядом у бойницы сидела Мэй, она вглядывалась сонным взглядом в проносящиеся мимо пейзажи и иногда клевала носом. Алан перевёл взгляд на её руку заботливо, как мать дитя, сжимающую ствол Баррета. — Хорошая у тебя винтовка... — Немного хриплым со сна голосом протянул он. — М? — Перевела на него взгляд Мэй. — А, это... Барретт М82А1, вероятно, последняя использующаяся по назначению такая винтовка в наше время. — Неужели тебе не тяжело с ней возиться? — Спросил он, глядя в потолок. — Наверное, не меньше десяти килограмм весит... — Четырнадцать, если быть точной... — Поправила его она и отвела взгляд в бойницу. — И это не считая веса патронов... Нет, на самом деле, я уже привыкла к её весу, он даёт уверенность в себе, когда сжимаешь её в руках, даже матёрые не кажутся такими уж страшными и непобедимыми. — И правда... — Протянул он. — Ты ведь ту матёрую с одного выстрела убила... — Повезло... — Сказала она. — Обычно всё куда сложнее... Алан замолчал, на секунду прикрыв глаза. — Ты неплохо себя показал в Ю, — продолжила разговор Мэй, — немного неожиданно, я то думала, вы совсем зелёные. Уолкер усмехнулся и продолжил пялиться в потолок, ожидая смены дежурных. — Ты видела то свечение над городком, когда мы от него отъезжали? — Немного погодя, резко перевёл тему Алан. Мэй повернулась к нему и оценила взглядом. — Это был Альфа, — коротко и шёпотом бросила она, снова отворачиваясь в бойницу. — Что? — Опешил Алан и напрягся. Мэй снова посмотрела на него и поднялась с места, но винтовку не оставила, легко, будто та ничего не весила, она взяла её одной рукой и подошла к Алану, присев рядом на корточки. — Никто не видел Альфу, — начала шёпотом она, стараясь говорить так, чтобы никто не слышал её, кроме него. — Никто не знает, что он из себя представляет, никто не может понять, как он убивает, никому ничего о нём не известно... Но это лишь для простых, не посвященных в детали людей. Алан молча слушал её, не отводя от неё взгляда. — В Омеге есть отдел, изучающий тварей, — продолжала она, — у меня там имеются связи, так вот, мой знакомый сказал, что нужно держаться от этого свечения подальше. Альфа — это непривычная нам форма токсина, разносящая радиоактивную заразу. — То есть, это не мистическое чудовище, а просто токсин, переносящий радиацию? — Переспросил её Алан. — Так и есть, — перевела на него взгляд Мэй, — людям привычнее думать, что эта загадка всего лишь тварь, мы здорово деградировали за эти тринадцать лет... Но это совсем не так, стоит тебе попасть в эпицентр этого свечения, как тебе уже не выбраться оттуда в своем рассудке. — Но как это работает? — Не понимал Алан. — Я сама толком не могу подробно рассказать, — ответила честно Мэй, — отдел изучения разбирается в этом лучше, я просто пересказала тебе слова моего знакомого. — Время! — Поднялся с места сонный Майлз. — Пора меняться! ------------------------------------------------ Дозор прошёл спокойно, пару раз показался сонный Джек, проверяя работу его группы. И опять не было ни одной твари на горизонте. Алана это стало настораживать. — Парни! — Вышел из кабины машиниста Саша. — Давайте, сменяемся, завтрак! Он спустился на пол прямо посреди вагона и поставил чайник, испускающий пар. Бойцы, которые до этого несли дозор, скопились вокруг чайника и Саши. — Я тут стрельнул у командира паёк туриста! — Громко сказал он и захохотал, вываливая из сумки несколько горячих банок тушенки. — Готовьте кружки, засранцы, чай пить будем! Сидевшие вокруг Саши переглянулись и хохотнули, приготавливая кружки. У одной из бойниц недовольно фыркнул Майлз. — Ишь, завтракают они... — Бросил он и повернулся к ним со злобной улыбкой. — Изверги, дайте и мне чего-нибудь! — Ай, щенок, — проходя мимо Майлза, Борис ткнул его ладонью в лоб и усадил на место, — займись делом, пока батьки трапезой заняты. По вагону пронёсся хохот. Саша разливал всем чай, стоял негромкий гам. — И тут он мне говорит: — рассказывал Саша, наливая, чай, — "Попрошайкам не даю!" А я ему: "А мне и не надо давать, попрошайкам подают!" Он как замолчал, так и стоял в ступоре! По вагону снова пронёсся хохот. Из второго вагона появилась Клэр, весьма сурового вида. — Опять свои вульгарные шуточки шутишь? — Кольнула она его взглядом и скрылась в кабине машиниста. — Не выспалась, что ли? — Протянул Саша и продолжил рассказывать. — Идёт, значит, по лесу мужик, из оружия древняя потрёпанная двустволка... Идёт и орёт: "Эй, люди, ау, кто-нибудь!" Ну, дурачье! А на улице ночь, темно. Идёт мужик и слышит, как будто за ним шаги, тяжелые такие, он останавливается, тихо, идет дальше — опять шаги. И тут внезапно ему на плечо руку кто-то кладет. Мужик аж от неожиданности чуть трусы не испачкал и двустволку свою выронил! Он, значит, медленно голову поворачивает, а перед ним матёрая стоит! Он как заорёт, завоет, запоёт! А она ему и говорит: "Ты чего тут... Разорался, а?" А он ей: "Так я это... Ну... Заблудился я... Думал, может, кто услышит... Вот и кричу..." А она ему: "Ну, я услышала, а смысл?" Мужики заржали, а Саша смеялся громче всех. За анекдотами, байками прошла большая часть дня. Ближе к вечеру из кабины машиниста показался Джек. — Где-то в середине ночи, — говорил он и так, и в рацию, — мы будем подъезжать к области Кей. Нам придется сделать остановку, чтобы дождаться рассвета. Будьте готовы к любым неожиданностям. Закончив говорить, он вернулся обратно. ----------------------------------------- За узкой бойницей было видно, как большими хлопьями падает снег. Становится холодно. Поезд, замерший посреди поля неживой железной тушей, остывая и пощёлкивая всё ещё тёплым металлом, укрывал от снега бойцов. Алан пытался всматриваться в пейзаж, но хлопья снега, роящиеся, как пчелки, возле поезда мешали хоть какому-либо обзору. Он опустил взгляд на землю. Её застилала сухая длинная трава, уже выцветшая, готовившаяся к продолжительной зиме. Поверх травы хаотично ложился снег. Вдалеке стояли сосенки, верхушки которых, как горы, были покрыты снегом. Ночь была светлой, тучи, принёсшие снег, были хрупкими, легкими. Казалось дотронуться до них и они растворятся в бесконечной синей глади неба. Уолкер хлебнул горячий чай из рядом стоящей кружки, не отводя взгляда от бойницы, и снова переместил руку на АА-12. Он поёжился от холода, чувствуя, как чай течёт по горлу, прямо в желудок. С рассветом они должны снова тронуться и наконец добраться до области Кей. Алан даже представить боялся, что может ожидать их там. Он был наслышан об этой области. Как раз там и ходят орды тварей, сбиваются в кучу и идут куда глаза глядят. Именно из области Кей обычно и приходит орда. Алан вообще был удивлен, что на этой области могут жить люди. Он даже думал, что когда они прибудут туда, там уже некого будет спасать. Но больше всего он боялся момента прорыва через область Кей: кто знает, как часто там встречаются матёрые? А если они напорются на орду? Алана только от этой мысли заставило дрогнуть. Начинало светать. Ночь медленно отступала, пуская на промёрзшую от холода землю свет. Рассвет идёт. *** Конец десятой записи