Бессознательное

Когда Кромешник опустил его на лежанку, Джек снова начал отбиваться. Несмотря на всю бесполезность этих попыток. Несмотря на то, что каждую секунду ожидал, что в него вцепятся, обездвиживая, тени. Однако теней не было – только сам тёмный, сидя рядом на полу, удерживал его, одной рукой прижав к себе. И всё равно освободиться не получалось. Если бы только добраться до посоха!.. Что Кромешник пытается сделать свободной рукой, Джек не понимал и понимать не хотел. - Успокойся, - ровным, отстранённым тоном посоветовал Повелитель Кошмаров. Впрочем, разумеется, он не мог рассчитывать на то, что этому совету последуют. Разумеется, мальчишка ему и не последовал. - Джек, хватит! Успокойся, - теперь интонации мягче, он пытается уговаривать. - Если ты и дальше продолжишь мешать мне попасть ключом в замочную скважину, сам будешь виноват, что останешься в наручниках. Слишком длинная фраза – Джек Фрост сейчас не способен воспринимать длинные фразы. Нужно было постараться, чтобы довести бесшабашного зимнего духа до слёз. Можно собой гордиться, не так ли, Кромешник? Кромешник покачал головой, понимая, что разобраться по-хорошему сейчас не получится. Он сам создал ситуацию, в которой эмоции заводят не туда, а логика бессильна. Бледные пальцы вплелись в снежно-белые волосы. Быстрый рывок вверх – так, что колени юного Хранителя не касаются пола, а на ноги не встать. И резкий приказ-требование: - Замри! Джек перестал сопротивляться на несколько мгновений, - от неожиданности, от боли, а вовсе не потому, что решил послушаться. Этого оказалось достаточно, чтобы успеть расцепить полоски железа у него на запястьях. После этого Кромешник тут же разжал пальцы. Джек свалился бы на пол, если бы он не поддержал его второй рукой (впрочем, почти сразу отпустил, не продлевая физический контакт). И, пока зимний дух осознавал изменившуюся диспозицию, вполне хватило времени, чтобы распутать верёвку у него на ногах. Правда, «в благодарность» он тут же пнул Кромешника босой пяткой по запястью. И отодвинулся к стене, увеличивая дистанцию насколько возможно. - Испугался? - Повелитель Кошмаров снова говорил ровно, не допуская в голос никакие эмоции. Ни злорадства, - которое он, впрочем, не испытывал, но которого наверняка ожидал Хранитель, - ни сочувствия, ни чего-либо ещё. - Да, - зло и отчаянно бросил Джек, растирая затекшие руки. Судя по направлению взгляда, основная мысль у него сейчас была одна: достать посох, - и, если он это сделает, разговора уже не получится. Судя по отсутствию действий для реализации этой мысли, ему несколько мешал Кромешник, перекрывающий кратчайшую траекторию движения. Стоило говорить, пока он всё-таки не решился на действия. - Чего именно? – дотошно уточнил Кромешник. Мальчишка молчал, уставившись в пол, и он повторил: - Чего именно? Джек, это важно. - Я ничего не мог сделать… - шёпотом выдохнул морозный дух. Кажется, скорее просто думая вслух, чем действительно отвечая на вопрос. - Так. А теперь осознай сам, что сказал. - Чего тебе? Кромешник, отвяжись! Мало ты надо мной поиздевался?! - Джек… - Повелитель Кошмаров протянул руку, будто собираясь погладить его по волосам, но не завершил движение. Еле заметно покачал головой. – Я не издеваюсь. Прежде, чем продолжить на меня орать, попробуй немного подумать. Джек буркнул себе под нос что-то неразборчивое, и, кажется, это было выражение не из тех, что можно встретить на страницах детских сказок. Кромешник поморщился и добавил с ехидной полуулыбкой: - Понимаю, занятие непривычное, у вас, Хранителей, одни мозги на всех, и те у Северянина. Но всё-таки попробуй. - Да пошёл ты!.. - Джек, пожалуйста… пойми, что ты только что сделал. - Я? – удивился ли ледяной дух больше смыслу слов или необычно мягким интонациям, но ругаться временно перестал. - Ну, не я же. Что делал я, я и сам знаю. Джек молчал, сердито нахохлившись, и Кромешник продолжил говорить: - Ты сказал очень интересную фразу. «Я ничего не мог сделать». - И что? - Бестолочь… - в голосе Кромешника мелькнул странный оттенок: какая-то обречённая нежность. – Джек, ты осознал свой страх. Ты боишься не меня, а… - Беспомощности, - закончил за него юный Хранитель. Ледяные глаза широко распахнулись, на лице стремительно сменяли одно другое противоречивые выражения: обида, удивление, стыд, растерянность. Неуверенно, шёпотом, он спросил: - Так ты этого добивался? Чтобы я сам понял? Я подумал… - Я знаю, что ты подумал, - оборвал его Кромешник. Он знал, пусть и предпочёл бы не знать. И использовал это знание, вполне осознавая, какой реакции стоит ожидать. – Я видел твой страх. Джек тихо вздохнул: - Прости. Тебе это неприятно, я помню. - Не важно. - Беспомощность, - снова повторил Джек, потому что Кромешник молчал. – Как с этим справиться? - Это уже не ко мне, это к твоим друзьям-Хранителям. Всякие штуки насчёт веры в себя и прочей подобной мишуры, - теперь в голосе тёмного прорезалось раздражение. Резкое, колючее, как бывало нередко – но всё же в чём-то другое. Джек Фрост, безрассудный и бесцеремонный дух зимы, неотрывно смотрел на Повелителя Кошмаров, пытаясь что-то прочитать на бесстрастном бледном лице. Словно у него могло хватить для этого… опыта? чуткости? Осторожно, опасливо, будто снова нащупывая точку равновесия на трескающемся льду, он сказал полушёпотом: - А ты боишься быть ненужным. - Нет, - Кромешник даже не повернул голову в его сторону. - Не верю. - Ну, ещё бы. Джек ничего не ответил. Подобрал посох - и только тихо прошлёпали по камню удаляющиеся шаги. Кромешник сидел, закрыв глаза: не было особой разницы между темнотой в зале и темнотой за опущенными веками. И не стоило смотреть в спину уходящему Хранителю. В одном из закоулков что-то с дребезжанием упало, прокатилось по полу. Плеснула вода. Потом всё затихло. Надолго ли? Время снова становилось очень относительным параметром. Можно считать секунды, можно пропускать мимо дни. - Чай будешь? Кромешник резко распахнул глаза – чтобы уткнуться взглядом в лукаво улыбающегося Джека. Висящего в воздухе вниз головой, надо заметить, - летает он, зараза отмороженная, бесшумно, - с посохом в одной руке и кружкой в другой. Мальчишка с довольным видом сообщил: - С твоей дьявольской машиной я всё-таки совладал! …и прозрачные ледяные глаза казались невозможно тёплыми.

10-22.01.2013